Глава 11

Мерцающие хитрым азартом глаза и приоткрытые ждущие губы… Я медленно подалась вперед, готовясь к волнительно-неизбежному. Мар нависал надо мной, и до поцелуя оставался один вздох. Парень не торопился. Он позволял мне самой сделать последний шаг. А я медлила. Смотрела в лицо Мара, на вертикальный кошачий зрачок, прорезавший изумрудную радужку, и понимала, что сердце начинает стучать быстрее. Мне нравилось то, что я вижу перед собой. – Ну же, Ель… Не хочу, чтобы потом ты сказала, будто я воспользовался твоей беспомощностью… – мурлыкнул Мар и потерся носом о мой нос. Какой-то совершенно нечеловеческий, кошачий жест, преисполненный нежности и еще чего-то такого тонкого, отчего дыхание судорожно вырвалось из легких, и я скользнула губами по губам. Мимолетно, пробуя на вкус и еще до конца не осознав, каково это – целоваться с ним. Лишь едва ощутимое прикосновение. Губы Мара были мягкими, он полностью отдавал мне инициативу, словно демонстрируя, что все может закончиться в любой момент, как только я пожелаю. – Это лишь для того, чтобы предотвратить оборот. Чтобы ты отвлекся… – как заклинание произнесла я. Не знаю, кого убеждала себя: или Мара. – Ни для чего другого. – Как скажешь, – выдохнул он мне в губы и мягко поцеловал сам. Тоже осторожно, пробуя на вкус и словно боясь спугнуть. Руки на стене за моей спиной. Колено между моих ног и горячие жадные губы, исследующие мой рот. Как-то иначе я представляла себе эту ночь. Но она побила все рекорды своей нелогичностью. В грязной камере я целуюсь с парнем, которого пару дней назад просто знала в лицо, и не больше. И как бы я ни убеждала себя в том, что наш поцелуй нужен исключительно для дела, мне, демоны меня забери, нравилось то, что происходило между нами. Упоительно-сладкое, тянущее ощущение внизу живота, нежные касания губ парня и невероятное чувство, зарождающееся в глубине души. Вопрос, что со всем этим делать завтра с утра? Будет ведь неловко и стыдно. И общение с Маром не свернешь. – Да вы охренели, что ли?! Возмущенный голос куратора, донесшийся из-за решетки, заставил нас с Маром отпрыгнуть друг от друга, как испуганных зайцев. Причем если Мару было куда отпрыгивать, то я отпрыгнула затылком в стену и тут же выругалась от нестерпимой боли. Неприлично и громко. На секунду повисла гнетущая укоризненная тишина. Но ниже пасть, чем я уже пала в глазах куратора, вряд ли можно. Как ни выругайся. – А я говорил, что ваши учинили беспредел! Таким место не в рядах уважаемых магов, а тут, в камере. Только по одиночным надо было рассадить, не догадался, – поддакнул куратору полицмейстер, который нас сюда упек. Смотрел он на нас еще более недружелюбно, чем когда сюда упекал. Словно своими поцелуями мы осквернили священное место, в котором надлежало каяться и думать о своем недостойном поведении. – Так вы же спать собирались, – несчастно заметила я, вовремя вспомнив, что лучшая защита – это нападение. – Поспишь с вами! Магистр изволил поднять панику и отправиться на ваши поиски. Быстро отыскал! – Но не думал, что найду вас за решеткой. Какого демона вы сунулись в мертвецкую к трупу? Вам делать нечего? Так я найду! Мы с Маром замолчали. К слову, сейчас он выглядел совершенно обычно. Оборотень отступил. Интересно, что повлияло? Мой поцелуй или появление куратора? Я бы сделала ставку на второе. – Я хотела узнать, что произошло. Попробовать еще раз. Нужна была ее кровь, – призналась я, опустив глаза. Полуправда всего звучит убедительнее всего. – А Мар просто не хотел пускать меня одну. – Поэтому вы нагло пробрались на территорию городской мертвецкой под носом у полицмейстеров и охранников? – возмутился поборник закона. Я не нашла, что ответить, зато Мар обрел дар речи и выдал: – Зато вы теперь знаете слабые места в вашей охране. Бреши, так сказать. И можете их исправить. – То есть вы нам помогли? Я правильно понимаю? – Ага. – Мар ни капельки не смутился. – Помогли они! – возмутился куратор. – Самодеятели. Раз такие умные, я найду, как вас развлечь! Сейчас – быстро на выход. У вас есть три часа, чтобы поспать. Так и быть – в своих кроватях. – А потом что? – с подозрением уточнила я, понимая, что нас ожидает какой-то подвох. – А потом, раз мертвецкая вызывает у вас такой нездоровый интерес, вы вернетесь сюда и поработаете в ней на благо города. С мэром мы все согласовали. – С хозяйкой мертвецкой, правда, нет… – задумчиво протянул полицмейстер. – Ну ничего. Завтра с утра ее будет ждать приятный сюрприз. – Так уж и приятный? – с сомнением уточнил Мар, видимо, надеясь все же избежать неприятного наказания. – Ну, может, и не очень приятный, но однозначно полезный. А то уборщиков не допросишься лишний раз полы помыть, а грязи бывает много. Жду вас тут в восемь утра. Зайти можно без полога невидимости и через центральные двери, – кровожадно улыбнулся он. Мы с Маром переглянулись и печально вздохнули. Сначала пришлось заполнить объяснительную, потом ее подписал куратор (не спуская с нас тяжелого, не обещающего ничего хорошего взгляда), и только после этого нас выпустили на улицу. Светало. В опустевшем городе пели сверчки, редкие прохожие перебежками пробирались по улицам и на нас смотрели настороженно. Видимо, здоровый парень, блондинистая девица и матерящийся мужик с оружием не внушали им доверия. Домой мы явились под утро, и всю дорогу куратор читал нам нотации. А я даже воспринять его слова не могла, потому что мозг отключался. А может быть, потому что магистр орал, и преимущественно – нецензурно. Не скажу, что я его не понимала. Понимала, и хорошо. Даже местами чувствовала вину. Но все равно четко осознавала: даже если меня пообещают снова упечь в камеру, я не встану к нужному времени. Спать хотелось страшным образом. – Не сметь у меня проспать! – рыкнул куратор, словно прочитав мои мысли. – Лично проверю! А вот это уже хуже. Если бы он положился на нашу сознательность, появился бы шанс выспаться, а так ведь и правда не даст! А после такого сложного и долгого дня вставать ни свет ни заря нет никакого желания и возможности. Мы с Маром синхронно кивнули и потащились по коридору. Куратор шел за нами до тех пор, пока мы не скрылись у себя в комнатах. Даже словом перемолвиться не получилось. К счастью, санузел у нас был общим. Отгородившись дверями от общего коридора, мы все же могли пересечься. Но у меня не хватило сил. Я рухнула на кровать звездой и почти вырубилась, когда ко мне бесшумно вошел Мар. – Иди отсюда, – даже не надеясь на то, что меня послушают, простонала я. Прозвучало невежливо, но, признаться, меня это слабо волновало. Я хотела спать! – Нам надо поговорить, – уверенно сказал парень, а я мысленно застонала. – Не могу разговаривать! – Я перевернулась на другой бок и накрыла голову подушкой. – Спать хочу. – Ель, кровь у меня. Нам нужно провести ритуал. Правда. – Ага… – Иногда лучше соглашаться. Это быстрее. – Только сейчас посплю немножечко, и сразу же проведем. – Ель! Мар был упрямым и настырным, и я кинула в него подушкой. Промахнулась и лишилась возможности отгородиться от внешнего мира: под подушкой игнорировать окружающий мир было легче. Стало обидно. Попыталась замотаться в одеяло, но и его Мар отобрал. – Ель, нас через пару часов выпнут в мертвецкую отрабатывать косяки, и чую, мы застрянем там до вечера. Нужно хотя бы ритуал провести. – Нет. – Я завернулась в простыню. Все что угодно, лишь бы свет как можно меньше резал глаза, и Мара было не видно. А в идеале – и не слышно. – Между прочим, это была твоя идея. Я не просил. – Он попытался надавить на совесть. – Да, но я сонная и уставшая. Если и попытаюсь что-то сделать, получится фигня. А фигня, которую сотворил сильный маг крови, редко бывает безопасной. Дай поспать, пожалуйста. С утра от меня будет больше толку. Мар не ответил, но мне обратно прилетела подушка и одеяло, и я наконец-то сладко отключилась. Жаль, ненадолго. Ровно через два часа пришел куратор и даже не постеснялся взломать замок на моей двери. Игнорировать его не получилось, пришлось вставать и начинать собираться. Правда, как только магистр вышел из моей комнаты, я тут же снова упала физиономией в подушку и сладко засопела. Сон мой длился недолго, так как через пятнадцать минут куратор явился снова, а потом опять. На третий раз он вылил на меня кувшин холодной воды, и я поняла: поспать мне в своей кровати не дадут Но сдаваться я не собиралась. Взяла подмокшую подушку и оделяло, заправила кровать, спрятала обувь и куртку и пошла досыпать в ванную. Там-то я и столкнулась с Маром. Кажется, мысли нам в голову пришли одинаковые. Соседство меня не обрадовало. Я бы предпочла остаться в одиночестве и спать в уголке, там, где никто меня не найдет, но судьба распорядилась иначе. – Я первый занял место! – прошипел Мар, который уютно устроился в ванне. Парень даже подушку притащил и явно не ждал гостей. А тут вот она я. Вся такая… тоже жаждущая прилечь с относительным комфортом. – Ничего не знаю! – огрызнулась я, пытаясь отпихнуть Мара, чтобы занять вакантное место в ванне и наконец доспать все недоспатое. Но парень был крупным и занимал ванну целиком. – Пусти меня! Ванна, между прочим, не твоя личная, а наша общая. Я на нее имею столько же прав, сколько и ты. – И не подумаю, – буркнул он. – Я хочу спать. А там меня этот достает! А здесь тихо… было. Пока ты не явилась. – Он достает и меня, – призналась я и все же забралась в ванну, устроившись практически на Маре. Правда, проложила место между нами одеялом. Лежать прямо на Маре было неловко. А на полу – холодно и жестко. Мар собирался возмутиться, но в его комнате хлопнула дверь. Поэтому парень напрягся и закрыл мне рот рукой, чтобы я не издала ни звука. Куратор походил по комнате, похоже, заглянул под диван. К счастью, по туалету слоняться не надумал. Просто крикнул в пустоту: – Мар, я надеюсь, ты все же поступил разумно и отправился на отработку! Иначе мало не покажется! Не знаю, какого ответа он ожидал. Кто же в здравом уме признается? Магистр постоял какое-то время, а потом вышел и заглянул уже ко мне в комнату, где сцена повторилась. Все это время мы с Маром трепетно прижимались друг к другу и молились, чтобы куратор не пошел изучать туалет. Вышло бы неловко, и нам совершенно точно не дали бы доспать. К счастью, магистр не стал так глубоко лезть в наше личное пространство и исчез в коридоре. – Вот и отличненько, – пробухтела я и начала выбираться из ванны, утягивая за собой одеяло. – Ночь продолжается. И не дай боже, кто-то посмеет разбудить меня раньше обеда. – Подожди! – Мар удержал меня за руку. Возмутиться я не успела, потому что дверь в мою комнату хлопнула еще раз. Магистр был хитер и коварен. – Правда, что ли, ушли? – задумчиво пробормотал он и снова хлопнул дверью. Но я уже не спешила покидать свое убежище и не очень удобного, зато безопасного и теплого Мара. – Теперь можно возвращаться к себе, – заметил он через какое-то время, когда я уже начала дремать. – Ничего не знаю. Вдруг он заявится обратно? – сквозь сон пробормотала я. – Никто никуда заявится. Давай Ель, вставай! Ты удивительно тяжелая, для, казалось бы, хрупкой фигуры. И Мар выпихнул меня из ванны. Точнее, поднялся прямо вместе со мной, но надо отдать должное, не на пол меня уронил, а аккуратно удержал на руках и отнес в уютную кроватку. Впрочем, напоследок буркнул: – У тебя время до обеда. Потом нужно будет провести ритуал. – Угу, – пробормотала я и с наслаждением обняла подушку. Утро заиграло новыми красками. Даже есть не хотелось. Только спать. *** Нам даже удалось выспаться! Это было так удивительно, что спалось мне на редкость сладко. Я обнимала подушку и несколько раз блаженно переворачивалась с боку на бок, уютно куталась в одеяло, щурилась от солнца и продолжала спать, наслаждаясь собственным счастьем. Видимо, куратор нам поверил. Ну, или у него появились какие-то другие, более важные дела (что более вероятно). В конечном счете, косячить умели не только мы, но и другие члены нашего дружного и задорного коллектива, который не смог вовремя убраться домой с практики. Мар разбудил меня, как и обещал. Вставать я не хотела, но он не заморачивался. Отобрал у меня одеяло, потом подушку, а потом и кровать. Точнее, меня у кровати, но это мелочи. Пришлось одеваться, кое-как заплетать блондинистые волосы в косу и готовиться к подвигам во благо ближнего. Когда мы, ежеминутно оглядываясь, крались по коридору, стараясь не наткнуться на куратора, то обнаружили, что дом подозрительно тих. Все куда-то ушли. Куда именно, нам рассказала Истона. На нее мы наткнулись на кухне. Ее оставили за старшую. – Вам влетит от магистра, – с плохо скрываемым удовольствием заметила она. Не то чтобы она желала зла конкретно нам. Нет, просто Истона вообще недолюбливала людей. А уж людей, которые нарушали правила, особенно. Наверное, потому что сама на это была неспособна. – Не влетит, если он не узнает, – сказал Мар и стащил с тарелки оладушек, который Истона туда только положила. – Это обед! – прошипела она, с ненавистью поглядывая на парня. – У нас завтрак, – не смущаясь, ответил Мар и стащил еще один. Я несчастно сглотнула. Парень посмотрел на меня и жалостливо прихватил один и для меня. – Вы обнаглели, что ли? – возмутилась Истона. – Вы вообще должны быть в мертвецкой! О ваших ночных подвигах все наслышаны! Вы что вообще тут делаете? – Сама говоришь – ночных! – с наслаждением прочавкал Мар и снова запустил руку в тарелку. И даже внимания не обратил на то, что от Истоны прилетело лопаточкой, которой она переворачивала оладьи. – Мы не могли никуда идти. Мы спали. Вот проснулись, сейчас уйдем. – Он врал и не краснел, что не вязалось с его отстранено-холодным образом и навело меня на мысль, что я не очень хорошо его знаю. Точнее, совсем плохо. – А, кстати, где все? – уточнил он. – Пошли упокаивать призраков, – поделилась Истона, коршуном наблюдая за рукой Мара. Но парень оказался более ловким. Напоследок он ухватил с тарелки два оладушка. Себе и мне. Нервы у Истоны сдали, и она приготовилась швырнуть в нас магией. Пришлось из кухни сбежать. Подальше от греха и тяжелой сковородки. Мы не стали тянуть время и сразу же спустились в подземелье. Кто знает, когда ушли наши? Вдруг вернутся в самый неподходящий момент? А так, даже если Истона нас сдаст (а она сдаст непременно), в доме нас не будет, а про подземелья никто не знает. Все посчитают, что мы на отработке. – А если алхимик там? – спросила я, как только мы оказались в темном коридоре. – Что будем делать? Не хотелось бы с ним пересечься. – Я почувствую, – ответил Мар. – И тогда мы уйдем. Ритуал можно провести и в другом месте. – С алхимическим столом удобнее. – Не спорю. А еще мы хотели поискать рецепт зелья. Но если не сложится, просто уйдем в лес через потайной ход и узнаем, что случилось той ночью. Вот и все. Я согласилась и больше вопросов не задавала. А когда мы дошли до таинственной комнаты, то обнаружили, что дверь в нее открыта. – Как-то страшненько, – сообщила я и спряталась за спину Мара. Ну по-любому же большой и страшный оборотень способен меня защитить! Большой и страшный оборотень напрягся, из чего я сделала вывод, что он не очень готов защищать. Но выбора у него не было: я вцепилась в его рубашку и замерла, прижавшись щекой к спине и слушая размеренное дыхание. Оно внушало уверенность. Мар втянул носом воздух и шепотом заметил: – Там кто-то есть. Чую запах, слышу дыхание. Очень медленное, нездоровое. Этот кто-то не шевелится… но еще дышит. – Что? – Похоже, нашему алхимику нужна помощь, – заключил парень и двинулся к двери. Я по инерции двинулась следом. И только на подходе к комнате догадалась отцепиться от рубашки Мара. Но теперь стало стыдно оставаться в стороне, и пришлось идти дальше. Зайдя в комнату, мы увидели, что на кровати лежит бледная, довольно молодая девушка. Старше нас, но не намного. Короткая стрижка, черные волосы, массивные сережки в ушах и тонкие руки, прижимающиеся к боку. Живой она не выглядела. – Она мертва? – Жива же, я сказал. Ее нужно отсюда забрать. Потому что пока она не мертва, но это вопрос времени. – Нет… – раздался слабый голос. – Мне нельзя выходить на поверхность… – шепнула девушка, которая до этого момента казалась безжизненной. – Меня ищут. – Тут ты умрешь, если останешься тут! – заметил Мар. Надо отдать должное, он даже не вздрогнул, когда услышал, что едва живая незнакомка разговаривает, а вот я с трудом сдержала недостойный мага-выпускника вопль. – Там тоже умру, – слабо усмехнулась она. – Тут хотя бы шанс есть… Помогите мне. – Так мы и хотим! – Я наконец обрела голос. – Просто нужно обратиться к лекарям. Мы немного не по этому профилю. – Зато я по этому, – устало заметила она. – Третий шкаф, вторая полка, пузырек с зеленой этикеткой и нарисованным на ней листком папоротника. Я послушно кинулась к шкафу. Сейчас было неважно, кто эта незнакомка, почему она отказывается от нормальной помощи и прячется в подвале. Сейчас необходимо помочь человеку в беде. В небольшой комнатке обнаружилась дверь в ванную. Мы с Маром дали незнакомке зелье и под ее руководством промыли длинную, глубокую рану чуть ниже ребер, которая уже начала воспаляться. Словно когти располосовали бок. – Что с вами случилось? – ошарашенно спросила я. – Неважно, – тихо ответила она. – Не думайте, что я не благодарна вам за помощь, но чем меньше вы знаете, тем лучше. – Кто вы? – Практиканты, – ответил Мар. – Проходили преддипломную магическую практику. Должны были отправиться домой, но из-за сломанного портала застряли тут. Мэр выдал нам этот дом, чтобы было где жить. – Мэр, значит… – задумчиво произнесла она. После зелий девушке стало значительно лучше. Даже на щеках появился румянец. – Зачем вы пришли? Что искали? – Первый раз случайно набрели на комнату, – призналась я. – А сейчас… – Решили проверить, кто тут живет… – прервал меня Мар. Он что, идиот? У нас есть алхимик, который нам должен за спасение. Мару нужно зелье, предотвращающее оборот. Как он может так бездарно профукивать шанс? Но не могу же я сейчас с ним спорить? Это его тайна. Мне осталось только кивнуть, соглашаясь. – Мы придем ночью, – сказала я. – Когда все уснут. Принесем поесть и проверим рану. – Спасибо, – тихо сказала девушка. – За помощь и за то, что не задаете вопросов. – Ну почему же! – не согласился Мар. – Задаем, только ты на них не отвечаешь. – Отвечу на один, – слабо усмехнулась она. – Я Ванесса. И никто не должен знать, что я тут. Вы сохраните мой секрет? – В городе происходит много непонятного и неприятного, – отозвался Мар. – Поэтому сложно обещать. – Я непричастна к этому, если ты про сломанный портал и убийства. Но это все звенья одной цепи. Большего не скажу. Я понимаю, что вы не обязаны молчать… – Мы будем… – уверенно ответила я, игнорируя хмурый взгляд Мара. Не знаю почему, но мне хотелось ей верить. Да, она знает больше, чем говорит, но и Мар свою тайну не выдал. Так что это нормально. Возможно, позже она будет доверять нам больше и еще что-то расскажет. А пока нужно все же провести ритуал и сделать вид, что мы просто проспали отработку, а не мотались неизвестно где. Мы выбрались наружу через тот же потайной ход, через который выходили той ночью, когда Мар обернулся котом. Даже не посоветовавшись, оба решили не возвращаться пока в особняк.