Глава 17

Самое сложное было вывести едва передвигающуюся Ванессу незаметно от наших сокурсников. Мы ни за что не справились бы, если бы девушка не показала нам еще один потайной. Он начинался прямо из комнаты, в которой ее поселили. – Ничего себе! – присвистнул Кевин. – Как тебе повезло! Потайной ход прямо от кровати! – Везение ни при чем. Здесь почти из каждой комнаты ведет второй выход. – Девушка пожала плечами. – Ничего удивительного, что в моей он тоже есть. – Откуда ты знаешь? – поразилась я. Пошатываясь, Ванесса подошла к стене и нажала на лепнину на камине. Часть стены отъехала в сторону. – Этот прием использовался во многих старинных особняках на границе. Когда монстры выходили из леса, люди скрывались в катакомбах. Нужно было быстро уйти, минуя центральные двери. Монстры ведь не дикие звери. Многие из них достаточно разумны, чтобы использовать тактику. – Выйти не проблема, хорошо, – произнес Кевин, разглядывая темный коридор, который начинался за камином и уходил вниз. – А куда дальше? – У меня есть одно тайное место, – призналась девушка. – Оно недалеко, через пару домов. Погреб на опушке леса. Сначала я пряталась там, но это было неудобно. Мы проводили Ванессу в ее тайное место. Вернувшись в дом, раздобыли еды, воды, зелий, и, убедившись, что девушка нормально себя чувствует, ушли, оставив Ванессе переговорник Кевина. И даже успели изобразить удивление перед куратором. – Это опасная преступница, – сказал магистр Келлер, выслушав нашу историю. Я ущипнула Кевина за бок, едва почувствовала, что парень собирается возмутиться. – Мы правда не думали, что она убежит, – выдавил он неестественным голосом, кажется, я все же несколько перестаралась с физическим воздействием. – Она же была при смерти! – Вот именно… – задумчиво произнес магистр Келлер. – Ладно, я вас ни в чем не виню. Сейчас придут полицмейстеры. Не высовывайтесь, я сам все улажу. Не хватает нам еще проблем с укрыванием преступницы. Лучше, чтобы вас никто не увидел – А Мар? – спросила я. – Что с Маром? Завтра с утра казнь! Получилось ее отстрочить? – Мэр обещал посодействовать, – вздохнул магистр. – Но взамен я обещал ему нашу пленницу. Это воровка, которая промышляет в городе уже не один месяц. Травит молодых мужчин и выносит ценности. Ее почти поймали, но она сбежала. И от нас, как видите, тоже. Куратор нахмурился и ушел, а мы с Кевином остались стоять в коридоре. – Ну нет! – возмущенно выдал он. – Это бред! Ванесса точно не воровка! – А вдруг?.. – с сомнением начала я. – Нет! И мэр не собирается помогать в освобождении Мара. Утром уже будет поздно что-либо делать! – Я не знаю! Я уже ничего не знаю! – всхлипнула я. – Пойду попытаюсь снова связаться с папой. Но боюсь, он уже ничем не поможет. – А я – к Михаэлю. – Зачем? – Неужели ты не понимаешь? Если мы не попробуем вытащить Мара, его казнят. – Не знаю, что ты задумал, но я с тобой! Подожди, только переоденусь и все же еще раз переговорю с отцом. Когда зашла в ванную, на раковине сидел и лупал глазами васиус, про которого, к своему стыду, я успела забыть. Впервые мне не захотелось прихлопнуть паука тапком, потому что он напомнил мне Мара. – Что, скучаешь, тваринка? – грустно спросила я. Паук, к счастью, не ответил. Если бы он со мной вдруг заговорил, боюсь, моя психика такого не выдержала бы. Я даже прогонять его не стала, пошла воплощать в жизнь задуманное. Но удалось мне не все. Брюки у себя в шкафу я, конечно, нашла, но вот связаться с папой не вышло. Переговорник молчал. Я попробовала несколько раз и сдалась лишь тогда, когда раздался тихий стук в дверь. В коридоре меня поджидали не только Кевин и Михаэль, но и неразлучные подружки Лина и Рейя. – Вы собираетесь идти такой толпой? – почему-то шепотом спросила я и пропустила друзей в комнату, в которой стало как-то слишком мало места. – Мы вас просто подстрахуем, – сказали девушки хором. Одеты они были как на светский раут, а не на тайную вылазку. – А как мы вообще поймем, где он? – спросила я, растерянно разглядывая подружек при параде и парней в костюмах-миражах, позволяющих слиться с окружающим пространством даже без заклинания невидимости. Сама я выбрала такую же униформу. – Вот за этим мы и нужны! – Лина хищно улыбнулась и поправила светлую вьющуюся прядь. Она обладала миловидной внешностью, что совсем не вязалось с характером почти дипломированной ведьмы. – Мы с Линой попробуем узнать! Кроме мэра, который козел, и кроме этого главного упертого мужика, который увел Мара, есть ведь и другие полицмейстеры, попроще. Вот их можно попробовать разговорить. Идея показалась мне сомнительной, но другой у нас не было, а сидеть на месте и не предпринимать ничего было еще глупее. Едва мы вышли из коридора и двинулись к лестнице, во входную дверь особняка постучали. Я была настолько напряжена, что от резкого звука подпрыгнула и выругалась, так как сердце неприятно бухнуло в груди. – Полицмейстеры! – сказала я и шарахнулась в сторону, пытаясь рефлекторно раствориться за каким-то гобеленом. – Наверное, нам лучше уйти, – поддержал Кевин, и мы ломанулись в противоположную сторону, едва не сбив с ног ничего не понимающих девчонок. – Да почему? – удивилась Лина. – Зачем они вообще сюда явились? Может, решили освободить Мара? – Поверь, нет. И их визит не имеет отношения к Мару, но объяснять слишком долго, – отмахнулся друг, из чего я сделала вывод: он ничего не рассказал девчонкам и Михаэлю про Ванессу. Это было правильное решение. Чем меньше про нее знают, тем лучше. – А как мы тогда выберемся? – спросил Михаэль. Он осторожно подошел к лестнице и, вытянув шею, как жираф, попытался разглядеть, что происходит внизу. Открывать дверь никто не спешил, и настойчивый стук повторился. – Как выбрались мы с Маром, потайным ходом, – предложила я. – Лучше не так, – сказал Кевин и очень выразительно посмотрел на меня. Точно ведь! Если явились полицмейстеры, они ищут Ванессу. И первое место, куда отведет их куратор, – та комната в подземельях. Нам действительно, не стоит соваться в потайные ходы. – А что же делать? – расстроенно спросила я. – Почему вы не хотите выбраться через черный ход? – уточнила Рейя. – Отличный же вариант. – А-а-а… – проблеяла я, пытаясь придумать, чего бы соврать. Но меня опередил Кевин, у которого вменяемая версия случившегося родилась сразу же. – Куратор с той стороны замок повесил, когда понял, что через ход можно сбежать в лес за территорию особняка. Вы же знаете, как он не любит, когда вверенные ему студенты мотаются непонятно где. – А-а-а… – протянула Рейя. – Ну ладно, значит, нашим путем пойдем. – Каким? – Да тут есть еще один выход через служебные помещения, – поддержала подругу Лина. – Попадаешь прямиком в бурьян на заднем дворе. Там крапива по пятую точку, но точно никто не заметит. Пока мы выясняли, как выйти из дома незамеченными, полицмейстеров все же кто-то впустил. Незнакомые голоса были хорошо слышны. – Сейчас я позову куратора, – прогнусавила Истона с первого этажа, и мы рванули прочь, пока она не поднялась на второй этаж. Хорошо хоть, дом был достаточно большим, и кроме центральной лестницы, ведущей в холл, была еще одна узкая. По ней мы сначала спустились на кухню, а потом через кладовку попали в заваленный хламом коридор и на задний двор. Но выдохнуть с облегчением смогли только тогда, когда за поворотом показалась центральная площадь с серым зданием полицейского управления. – Фух! – выдохнула Лина. – Подождите, дайте я отдышусь, прежде чем идти добывать сведения. А то я произвожу странно впечатление. Словно зачет по физической подготовке сдавала. А нужно быть расслабленной и томной. Мужики на загнанных куриц не ведутся. – Я и на зачете так быстро не бегала, – простонала ее подруга. Я же просто молча прислонилась спиной к стволу дерева. Шутить что-то совсем не хотелось. Я слабо верила в успех нашей задумки, но других вариантов не было. Поэтому я могла только пожелать Лине удачи. Если у кого и получится узнать, где держат Мара, то у нее. Лина появилась через полчаса. Торопливо сбежала по ступенькам, поправляя прическу, и, скомандовав: «Быстрее!» – сиганула за ближайший угол. Как она умудрялась так шустро передвигаться на высоченных шпильках, для меня осталось загадкой. Спросить, что произошло, я не успела. Догадалась сама. Из дверей полицейского управления торопливо выскочил невысокий кругленький мужчина, вцепившийся в грязно-желтую неновую чашку с отколотым краем. Из чашки шел парок. Подозреваю, незадачливый полицмейстер пал жертвой очарования Лины. Он замер на последней ступени, растерянно огляделся по сторонам и, понурив голову, отправился обратно. Даже стало его немного жалко. Не знаю, что ему сказала Лина, но он, видимо, ждал, что девушка останется, а не сбежит. Лина тормознула в небольшом сквере и, шумно выдохнув, плюхнулась на лавку. От изящной утонченности не осталось и следа. Подумав, она стащила туфли и размяла затекшие ноги. – Короче, слушайте, что мне удалось узнать, – начала она, пристроив многострадальные туфли рядом с собой на лавку и зажмурившись от удовольствия. – Сегодня не получится пробраться к Мару. Ну, я так думаю. А вот завтра… – Завтра же казнь! – Да, и она будет, как вы догадываетесь, не в камере, а в другом месте. К счастью, не публично. – Лина поежилась. – От такой жести тут отказались. Правда, со слов полицмейстера, не так давно, лет десять назад. К семи утра Мара доставят из камеры, где его содержат, в местную мертвецкую, чтобы тело с места на место не таскать. – А камера разве не здесь же? – спросила я, стараясь пропустить мимо ушей замечание Лины по поводу тела. – Это для хулиганов, нарушителей и пьяниц. Здесь почти нет защиты. А тюрьма находится за городом, и туда так просто не попадешь. Старинная крепость, раньше там содержали выходцев с той стороны. А вот сопровождать Мара будут всего несколько охранников. Подозреваю, что магии у них – кот наплакал. Меньше, чем у нас. И если подловить процессию в лесу… – У нас может получиться, – закончил за Лину Кевин. – Целую ночь еще ждать! – печально вздохнула я, но вынуждена была признать: если что и сработает, то только этот прямой как палка и рисковый план. Если не сможем доказать невиновность Мара, заработаем неприятности. И будет нам не диплом, а тюремное заключение вдали от дома. Вместо выпускного – суд, а вместо престижной должности – обязательная отработка. Но я была готова рискнуть. Потому что если мы не вмешаемся, у Мара вообще не будет никакой жизни. Обсудив все детали, мы завернули на местный рынок, купили у бабулек лукошко спелой земляники и отправились домой. На вопрос куратора: «Ну и где вас носило?» честно протянули ему ягоды и сказали: – Ну вы же сами просили не светиться? Вот мы и решили сходить в лес, заодно ягодок собрали. Попробуйте, вкусные. Протянутое лукошко магистр проигнорировал и обвел нас пристальным взглядом. – И Лина собирала? – подозрительно фыркнул он. – В таком-то виде? – Ну а что? – надулась она. – Кто сказал, что в лес нельзя на шпильках? Я, может быть, соскучилась по приличной одежде! Я же не виновата, что мы тут застряли. Что, кстати, говорят про портал? Он не собирается там заработать? Мы домой хотим. – С Маром, – мрачно добавил Михаэль. Куратор нахмурился и буркнул: – Ждем утра и вестей от мэра. – А если их не будет? – сглотнув, уточнила я. – Будут… – Магистр упрямо сжал зубы, но я видела на его лице тоску и безысходность. Он сам не верил в сказанное, но пытался поддерживать уверенность хотя бы в нас. Ночью не спалось. Покрутившись с боку на бок часа три, я вышла через черный ход и направилась оговоренное место раньше, чем было нужно. Каким же было мое удивление, когда на поляне, недалеко от пня, вокруг которого меня гонял Мар в образе кота, я увидела сидящих возле костерка Кевина и Михаэля! – Тоже не можешь уснуть? – спросил Михаэль. Я присела к костру. Светало. Вчера вечером в доме царило упадническое настроение. Девчонки рыдали, парни просто молчали и таращились на стену. Меня в тонусе держало только понимание, что сегодня, возможно, получится все изменить. Думать о том, что будет, если мы проиграем, не хотелось. Минут через пятнадцать к нам присоединились Лина и Рейя. Плана как такового у нас не было. Собирались просто напасть на конвой, когда экипаж приблизится к городу. Отбить Мара, по возможности никого не убив и не покалечив, и сбежать. Затаиться где-то в лесу. О своих планах я уведомила единственного человека. Отца. Просто понимала, что только он может как-то помочь. И при неудаче, и при успешном завершении дела. Он до сих пор не отвечал, но я знала: мое сообщение он рано или поздно прочтет. Время тянулось очень медленно, а темы для разговора иссякли. Мы думали об одном и вместе хотели, чтобы все как можно быстрее разрешилось. Ожидание было мучительным. Туман, залегающий в оврагах, рассеивался, а сквозь плотные облака местами начало проглядывать солнышко, совсем неуместное в этот день. Руки дрожали от адреналина, кровь стучала в висках, и мы все были наготове. Выдвинулись раньше, чем планировали. Просто потому, что сил сидеть и бездействовать и дальше не было. Больше всего я переживала, что сведения, которые добыла Лина, недостоверны. Ведь могло же случиться так, что полицмейстер ей наврал? От этого предположения в желудке образовался холодный комок, но у нас не было возможности проверить. Только ждать и надеяться на удачу. Очень скоро выяснилось, что Линин источник не наврал. Экипаж со знаком полицейского управления, лениво переваливаясь на колдобинах, полз в нашу сторону. Только на полчаса раньше. Отступать было некуда. Мы плотнее накинули маскирующее заклятие и кинулись на охранников. Первого парализовали, второго несильно приложили вихрем. У нас почти вышло. И вышло бы, если бы охранников было двое, а четверо. К тому же Мара в экипаже не оказалось. Зато там сидел чертовски злой полицмейстер с двумя подручными. Тот, который сначала поймал нас с Маром, а потом забрал его. – Да, что же вам неймется! Маги проклятущие! Сидели бы себе спокойно! – недовольно буркнул он и огрел нас заклятием. Кто тут проклятущий маг, еще можно было поспорить! Я вырубилась почти сразу. Рядом вскрикнула Лина, ей на помощь кинулся Михаэль, а дальше я отключилась. Пришла в себя связанная в карете. Рядом со мной на лавочке сидели Михаэль и Лина, из чего я сделала вывод, что Рейе и Кевину удалось сбежать. Я была рада за них. Раз уж нас постигла неудача, пусть пострадают хотя бы не все. – Ну и какого вы на рожон лезете? – рявкнул полицмейстер, увидев, что мы пришли в себя. – Потому что Мар не виноват! – в сердцах воскликнула я. – А вы его казнить хотите! – Я никого казнить не хочу, но преступников – обязан. И то не я. Этим занимается специально обученный человек. – Мар – не преступник. Он не виноват! Я маг крови и все видела! – Все улики против него, – устало пояснил полицмейстер. – Он был на той поляне. Чтобы это понять, хватило даже моих сил. А маг крови… Ну не можем мы проверить твои слова. Не можем. А вам за вашу самодеятельность знаете, что грозит? – Неважно, – буркнул Михаэль. – Просто вы молодые, глупые и импульсивные, вот вам и кажется, что неважно. Но это не так. Важно! – припечатал полицмейстер. – Будем считать, что вы устроили пикет на пути следования экипажа полицейского управления, а не нападение. Малолетние идиоты. – Мар – наш друг! И он не виноват, – всхлипнула я, понимая, что у нас не осталось ни единого шанса вытащить парня. – Я уже слышал эту историю. Но других подозреваемых у меня нет. А вы посидите в камере до вечера. Все ясно? Ему вы не поможете, а свою жизнь испортите непременно! Не делайте глупостей и позвольте взрослым разобраться с этим делом. – С этим словами полицмейстер вышел из экипажа. Нас выводили уже совсем другие люди. Моих слов «Вы уже разобрались…», конечно же, никто не расслышал. Нас, со связанными за спиной руками, словно преступников повели к заданию полицейского управления. Хотя почему «словно»? Нападение на экипаж полицмейстеров – серьезное правонарушение. И то, что нам пообещали закрыть на это глаза, должно было вызывать восторг и благодарность. Но не вызывало. Я до сих пор сожалела лишь о том, что мы не смогли учесть все нюансы. И по-прежнему не знали, где Мар. А значит, и спасти его не могли. – Что случилось? Вот только этого не хватало! Я поморщилась. От дверей управления к нам спешил встревоженный куратор. Он тоже не оставил Мара. Только действовал своими, законными и правильными методами. Впрочем, какая разница? Я уверена: и они не дали никакого результата. – Чего-чего?! – недовольно буркнул тащивший меня полицмейстер. – Не следите вы за своими студентами! А потом одних ждет увлекательный день в камере, а другого – «вечный сон». А все, потому что позволяете им слишком много. Вот в наше время… – Что вы натворили? – Магистр дослушивать не интересующую его информацию не стал, обратился сразу ко мне. – К сожалению, ничего, – отозвался Михаэль и отвернулся. – Но мы хотя бы пытались. – Думаете, я не пытался? Я же не просто так тут с самого утра стою! – И много выстояли? – спросила Лина от самой двери в полицейское управление, потому что конвоиры не сочли нужным остановиться и дать нам пообщаться с куратором – тащили дальше. Магистр помрачнел, а конвоир, который сопровождал Михаэля, раздраженно буркнул: – Ну, хватит уже трепаться! Завтра вас выпустят, и наговоритесь еще. Успеете. Ненавижу! Как же я всех ненавижу! Я готова была разрыдаться от бессильной ярости и злости. И в этот момент прямо за нашими спинами на площади полыхнуло марево белого света. Горожане шарахнулись в стороны, куратор инстинктивно кинулся к нам, пытаясь прикрыть, а мы, как учили в академии, резво легли на мостовую, увлекая за собой конвоиров. Мягко упасть, прикрывая голову руками, не вышло, потому что они были скованы за спиной. Следом за мной рухнул и конвоир. Отдышавшись и подняв голову, я увидела в центре площади (к которой, торопливо переваливаясь с боку на бок, бежали полицмейстеры), открывшийся портал. Не такой, к которым мы привыкли, а обычную дыру в пространстве. Сначала оттуда сделали шаг на площадь несколько человек в синих мантиях королевских дознавателей (помощники; не маги крови, а охрана и личная армия), а за ними показался красный плащ, и у меня перехватило дыхание. Неужели папа пожаловал собственной персоной? Или я принимаю желаемое за действительное? – В-вашество… – проблеял полицмейстер, который подбежал одним из первых и попятился. – А что вы?.. А вы как?.. Мы тут совсем не ждали таких высоких гостей! – До меня дошли слухи, что у вас неисправен портал, – сурово заметил отец, сейчас я могла без сомнений сказать, что нам на помощь явился именно он. – Очень интересно, почему вы не удосужились подать прошение на его ремонт? Я тут вам специалистов привел. Заодно решил лично проконтролировать, как обстоят дела на границе. – Так это… не в моей компетенции, – выкрутился полицмейстер. – Но вы же доставите мне того, в чьей это компетенции? Думаю, нас ожидает очень интересный разговор. А то у вас тут группа студентов застряла. Все как один – носители уважаемых фамилий. Родители волнуются, у ребят диплом на носу. Их должности ждут почетные, а вы их задерживаете… В голосе королевского дознавателя сквозил неприкрытый намек. Полицмейстеры засуетились, словно тараканы среди ночи на кухне, когда резко вспыхнул свет. Дальше все закрутилось очень быстро. Про нас, кажется, все забыли. И не вспомнили бы, если бы главный королевский дознаватель не осведомился холодным и безэмоциональным голосом: – А никто не скажет, почему моя дочь в наручниках? Мне кажется, ей не очень удобно лежать. Вокруг нас установилась гнетущая тишина, и только громко и трагично сглотнул мой конвоир. Я его прекрасно понимала. Живешь себе в своем мирке, чувствуешь свободу и местами безнаказанность, а тут – хоба! – и к тебе в окно стучится совсем иная, несколько пугающая действительность.