Глава 27. Ответы на идиотские вопросы

Проводить влажными пальцами по губам и подбородку, покрытому щетиной, для Виту было отдельным удовольствием, а Кастер чуть не задохнулся от такой наглости, особенно когда другой рукой ему надавили на поясницу, укусив коротко за ключицу, а потом снова потянули назад.

– Блять, ты мне яйца натрешь, – возмутился негромко Кастер, чтобы не застонать от удовольствия при таких-то нехитрых движениях.

– Не говори, что тебе это не нравится, – прошептал Виту ему на ухо и провел пальцем между его ягодиц. – Ты мне лучше скажи, когда ты в последний раз опустошал свой кишечник?

– Блять, что за тупые вопросы? – рыкнул Кастер, окончательно краснея и уворачиваясь от рук у своего лица. – Иди ты нахер.

– Это очень простой практичный вопрос, – невыносимым, хриплым шепотом сказал Виту и медленно погладил чувствительную кожу у тут же испуганно сжавшегося ануса.

Кастер просто сжался, чувствуя даже легкое прикосновение совсем сухого пальца.

– Я не слышу ответа.

– Да иди ты нахер с такими вопросами!

– Ну, не стесняйся, – прошептал Виту и прикусил мочку уха.

– Перед сном, мать твою, на рассвете, иначе я бы не сразу сюда пошел, а… блять, не беси меня.

– Буду бесить, потому что ты мне нравишься, – ответил ему Виту и пробежал пальцами вверх по спине Кастера, заставляя прогибаться.

– Чего ты вообще цедишься, раз такой умный, – продолжал ругаться Кастер. – Еби давай, я тебе не котенок, чтобы меня гладить.

– Да ты что? – с насмешкой в голосе спросил Виту. – Твое тело явно думает иначе.

Нет, Виту не гладил Кастера, это были совсем другие прикосновения – сильные, жесткие, мнущие напряженные мышцы, заставляющие их растекаться жаром, а потом вздрагивать от коротких поцелуев.

– Блять, нахера ты это делаешь? – ругался Кастер, понимая, что дыхание зло и предательски сбивается, а член наливается кровью от чужого дыхания на коже.

«Я не барышня, блять», – ворчал мысленно Кастер, дергая плечом.

– Чтобы ты расслабился уже, – спокойно ответил Виту, целуя его в это самое плечо и тут же прикусывая кожу, резко проводя пальцами по спине, почти царапая ее.

– Черт, – охнул Кастер.

– Тебе же это нравится, так зачем притворяться?

– Я не неженка, – сказал Кастер и, пытаясь сбежать от руки, попробовал прижаться к спинке, да только Виту не позволил.

Он дернул его на себя, буквально ударяя его бедрами по собственным штанам, вминая член напряженными ягодицами и до боли сжимая вредное тело.

– Думаешь, я считаю тебя неженкой? Может, ты еще и меня неженкой назовешь? Или, по-твоему, секс между мужчинами может быть только грубой еблей…

– Я другого не знаю, – сбивчивым тоном признался Кастер.

– Ну да. Я потому и сказал, что трахаться ты не умеешь, – уже мягче сказал Виту. – Доверься мне.

– Бля, да куда еще больше доверяться-то, – пробормотал Кастер, кусая собственный кулак, чтобы не дрожать от возбуждения, смущения и страха.

– Есть куда, – в самое ухо прошептал Виту и стал спускаться вниз, оставляя дорожку поцелуев на выступающих косточках позвонков.

– Что ты… ох…

Кастер сбился, понимая, что его просто укусили за ягодицу. Это было так внезапно, что он даже вздрогнул, попытался ускользнуть, но сильные руки вцепились в его бедра, не позволяя шевелиться.

– Молчать! И не ерзать, а то буду кусать еще больше, – пригрозил Виту, усаживаясь на пол, и без предупреждения провел языком между ягодиц Кастера.

Тот охнул от неожиданности и выругался. В прикосновении, волнующем кровь самим своим существованием, была еще и легкая щекотка лески.

– Блять, ты ебанутый! – рычал он, уже кусая себя за руку, готовый вцепиться в спинку кресла зубами, только бы как-нибудь спастись от странных ощущений.

– Ну, вот не правда, – протянул Виту, облизываясь и сжимая обе ягодицы сильно, с нажимом, но тут же ласково дразня колечко ануса, что от прикосновений испуганно сжималось, вздрагивало, а сам Кастер дергался назад и почти выл. Виту заставлял его выгибать спину в пояснице, и каждая попытка пошевелиться заставляла тереться и яйцами, и членом по жесткому сидению. Это было почти больно, но пробирало до самой поясницы.

– Не ерзай! – в очередной раз велел Виту, но на этот раз не обошелся уговорами, а шлепнул Кастера по заду, оставляя на лишенной загара ягодице ярко-красный след ладони.

Кастер только охнул возбужденно. Этот шлепок неожиданно окатил еще большим возбуждением, а уж поцелуй по нему сверху и касание прохладного языка заставили перестать дышать.

– Хрена ты балуешься? – возмутился Кастер. – Это же…

– Приятно? – за него спросил Виту, сжав ту самую покрасневшую и зацелованную ягодицу.

– Блять, – почти со стоном ответил Кастер.

– Да, именно так, – с усмешкой ответил Виту и не лизнул, а прямо поцеловал его в задницу, как в губы. Вот тут уже Кастер не выдержал, замычал, давясь стоном, попытался уползти, но его крепко держали, мяли ему зад, заставляя хвататься за дурацкое кресло, отстраняться от спинки и глухо материться сквозь рычание. Чокнутый Виту запихнул ему в задницу язык и блуждал там, словно игрался, а потом добавлял еще и палец, вращал им, пробирался внутрь и находил какую-то точку и нажимал на нее, почти царапал ее. Кастер чуть не задохнулся от странного острого ощущения.

– Блять, хватит уже, а? – простонал Кастер. – Пожалуйста.

– Рано, – уверенно ответил Виту и отстранился, только чтобы хорошенько облизать два пальца и тут же резко загнать их в почти расслабленное тело.

Кастер охнул, сжался и тут же выдохнул, когда, встав на ноги, Виту впился губами в основание шеи.

– Ты долбанутый, – стонал Кастер, не в силах не постанывать от резких движений пальцев, нагло дразнящих все внутри, а потом замиравших и расходящихся в сторону, растягивая его еще больше, пока жадные губы кусали шею и плечи.

Кастер даже отпустил идиотское кресло, чтобы вцепиться Виту в волосы и потянуть его на себя. Забывая о швах и обо всем на свете, рыча и проклиная тот миг, когда он связался с этим ненормальным, Кастер поцеловал Виту в губы, а тот забылся окончательно, только теперь расстегивая штаны и позволяя вспухшему от желания члену ударить по пояснице Кастера.

– Бля, трахни меня уже, – буквально взмолился Кастер, разрывая поцелуй и краснея от неожиданного взгляда прямо в глаза.

– Ну, если ты просишь, – протянул Виту, словно собирался делать что-то другое, и тут же, вцепившись в плечо Кастера, сплюнул в собственную ладонь, размазал слюну по головке собственного члена и уже не церемонился, просто вогнал его на половину длины, заставляя охнуть, вжал его грудью в кресло. Кастер все равно сжимался, хотя ничего, кроме желания и волнения, не испытывал, только бесился от того, что движения были осторожными. Ему до боли сжимали плечи, но член загоняли дальше, медленно раскачивая бедрами, почти дразнясь.

– Да не жалей ты меня, блять, – рычал он, задыхаясь.

– Сказал тот, кто явно больше года члена в заднице не видел, – фыркнул Виту. – Заткнись!

Он буквально приказал это и явно в наказание укусил Кастера за ухо, оттянул его, заставляя шипеть от боли и на миг забыть про задницу, а потом охнуть от того, что член проник в него почти целиком.

Забывая о собственном обещании, Виту провел рукой по груди Кастера, едва его не царапая, спустился по животу и, вцепившись в член рукой, стал его неспешно поглаживать, набирая темп движений.

– Сука, – выл Кастер, все еще не веря, что без порнухи может так снести крышу.

– Сегодня сука тут ты, – отвечал ему на это Виту и, хватая через его плечо спинку кресла, наваливался на него всем своим весом, начиная яростно трахать.

Вот тут Кастер не выдержал. Он уже не матерился. Он кусал губы, стонал, хрипел, мысленно проклинал блондина, ненавидел его руку на собственном члене, ненавидел удовольствие, которое перекатывалось от задницы к члену и обратно. Он едва не заплакал от обиды, осознав, что кончил первый, прямо в жадный грубый кулак, в то время как в заднице еще хозяйничал чужой член.

Виту понадобилось еще три или четыре рывка, – никто их не считал – чтобы окончательно расслабиться, вызывая внутри Кастера странную вторую волну удовольствия. Он поежился, когда Виту поцеловал его снова в шею – там, где он оставил целую россыпь багровых засосов.

– Меня зовут Витур, – неожиданно сказал он. – Я хочу, чтобы ты называл меня настоящим именем.

– Внезапно, – выдохнул Кастер, прикрывая глаза. – Что ж, Витур, хрен с тобой. Я действительно не умею трахаться.