Глава 4

– Василинушка, ты успокойся, – попыталась я утихомирить несчастную потенциальную невесту с… нестандартной фигурой. Фигура была настолько нестандартной, что могла посрамить нестандартность Володьки. Сравнить на натуре я, конечно, не могла, учитывая, что демон схоронился на задах, дабы не смущать деревенскую красу и не дать мне побыть в роли свахи. Но что-то мне подсказывало, что, реши я снарядить демона в сарафан, то смело могла бы одолжить его у девицы. Володьке бы он был явно на вырост. – Василина, ну что же ты так убиваешься? – запричитала я, глядя на то, как вместо успокоительного рыдающая девица решила поглощать все, что я неосторожно приготовила для обеда и оставила на столе и в пределах ее досягаемости. Нет, не следовало ее в дом вести, совсем не следовало! Хотя во дворе куры и несколько ульев все еще с медом… Нет, мне так за живность спокойнее.

– Как же мне не печалиться? – пробасила дева, интенсивно работая челюстями, отчего, кажется, дергалась даже мощная спина, по охвату плеч не уступающая Володькиному. Я попыталась незаметно убрать со стола хотя бы горбушку хлеба с ополовиненной одним укусом луковицей, но дева горестно взвыла: – Уже семнадцатый год, а я все в девках хожу-у-у! – вытягивала она одну ноту, отчего я услышала вторящий ей из лесу вопросительный волчий вой. Кажется, местный вожак сейчас сильно недоумевал, кто и зачем бросил ему вызов. В окне мелькнула испуганная морда Велеса с выпученными глазами, словно я его снова за хвост тянула, как в тот день на реке.

Дабы прекратить вой, вернула на место хлеб и лук, что подействовало моментально, и вместо воя помещение наполнилось интенсивным чавканьем.

– Ты же еще такая молодая, – попыталась я приободрить девицу, которая к своим годам умудрилась вырасти как ввысь, возвышаясь надо мной на голову, так и вширь. Причем, вширь получилось даже слегка больше. Подозреваю, в этом ей сильно поспособствовали родители, которые очень любили единственную дочку и не скупились на выпечку и сладости. – Куда тебе торопиться? – проводила я взглядом завалявшийся на столе сухарь, который перемололи в труху за считанные секунды.

– Ага! – гаркнула она угрюмо, утирая распухший нос и мокрые румяные щеки. – Всех моих ровесниц посватали ужО! А я так и сижу не сватанная-а-а-а! – затянула она вновь, икая и рыдая. Хотя, я подозревала, ее еще больше расстраивало, что лук закончился, и сейчас дева косилась на горшок с остатками щей.

– Как думаешь, с чем это связано? – попыталась я аккуратно намекнуть девице, что пора бы уже прекращать истреблять мои запасы. Мне еще демона, волка, кур и русалок кормить. Еще одного нахлебника не потяну. Особенно, когда он ест за всех вышеперечисленных.

– Да кабы знать! – возмутилась красна девица. Нет, серьезно, красная. Видать, нервы сдавали. Ну или мой маринованный хрен, от одного запаха которого глаза слезились, а я использовала для лечения насморка в качестве ингаляций, который она по незнанию видимо приняла за что-то иное и более съестное, так подействовал. Смущало меня то, что, помимо красноты, на деве это никак не отразилось. Поставила пустой и облизанный горшочек на место и забегала взглядом по помещению в поисках нового успокоительного.

Сделала шаг в сторону и закрыла спиной сироп из сахарной свеклы, из которого я делала микстуры от кашля. Взрастить свеклу, а после выпарить из нее сахар было делом непростым, потому мне было легче отдать девице на растерзание Володьку с подарочным бантиком между рогов, чем распрощаться с котелком густой сладости. Очень редкой, должна заметить!

– И красивая, и умная, и статная, и хозяйственная… – принялась перечислять безусловно красивая, умная, статная и хозяйственная килограмм пятьдесят назад, но не скромная, с трудом загибая пухлые, холеные и не знающие труда пальчики, пока я пыталась незаметно дотянуться до занавески, что скрыла бы засолку и консервацию на полках буфета, стоящего вдоль одной из стен. Эх, как знала, что следовало сразу отнести все заготовки в подпол, так нет же, поленилась, решила, что, раз Володю кормить, то и бегать постоянно не требуется. Но открыто занавесить не выходило, а спрятанными за спину руками, в которых отнесла подальше от гостьи котелок с сиропом – и подавно.

Тут почувствовала теплый пушистый бок, а после мне в пальцы попала ткань, которую своим движением подтолкнула Липа, чтобы тут же скрыться за печкой, с немым любопытством и толикой тревоги посматривая на нашу гостью из-за угла.

Обычно моя черная кошка очень любит ластиться, особенно к детям и женщинам всех возрастов, кроме некоторых исключений, но, видимо, с Василиной еще не определилась, к кому отнести до сих пор что-то пережевывающую девушку, как и я недавно, пока ворота не открыла.

– Я не понимаю, чего всем не хватает! – печально вздохнула красна девица и повела носом в поисках нового «успокоительного».

– Милая, но что же ты от меня хочешь? – вздохнула я, с тоской подумывая о том, что придется готовить вновь, если не хочу, чтобы мой крепостной демон голодал.

– Приворот! – заметила Василина с таким видом, словно это само собой разумелось.

– Чего? – от неожиданности едва не присела я. – Какой еще приворот?

– Сильный, – просветили меня и потянулись в карман сарафана. Мой табурет жалобно заскрипел, а мельком показавшийся в окне за спиной красавицы демон с затаенной грустью и отчаянием следил за несчастной мебелью, которая по-прежнему служила ему альтернативой спальному месту. – Вот, – деловито выложила она на предусмотрительно очищенный ею от еды стол свернутую тряпицу.

– Что это? – с тревогой уточнила я.

– Так это, на выбор! – потрясла она ладошкой важно, а после развернула тряпицу, в которой я с некоторой опаской обнаружила срезанные клоки волос, разного цвета и густоты. По моим скромным прикидкам волосы принадлежали четырем людям. Надеюсь, людям.

– Василинушка, тут какая-то ошибка… – попыталась я вразумить девицу. – Я не занимаюсь приворотами.

– Нетушки никакой ошибки! – мотнула она головой. – Всем в деревне известно, что с какой бедой, к тебе идти надобно. У меня беда. Я замуж хочу!

– По привороту?! – опешила я. – Тебе не стыдно лишать воли четверых мужчин? – вознегодовала я, но больше рассчитывала, что достучусь до сознательности девы.

– Почему четырех? – вдруг нахмурилась гостья. – Мне хотя бы одного надобно. Но лучше Ванюшку, – оповестили меня голосом сладким, как патока, от которого бедный и неизвестный мне Ванюшка где-то нервно и тревожно икнул – не иначе.

– А что же это за волосы? – растерялась я.

– Так, ведомо, что мои! – посмотрели на меня с заметной жалостью и снисхождением, что сразу не догадалась, точно я по одной реснице могу рассказать всю судьбу владельца, начиная с самого рождения человека и заканчивая мастью его домашней скотины.

– А почему разноцветные? – вконец смешалась я, причинным местом ощущая, что ответ мне не понравится, а разность оттенков – совершенно не следствие экспериментов девушки с внешностью.

– Ну… – уклончиво начала Василинушка, кажется, даже, смутившись, а после указала пальчиком в одну из прядок. – Вот эти из косы, вот эти… – перевела она пальцем на те, что темнее, а я замахала руками и воскликнула:

– Остановись! Хватит! Я поняла, – покивала я, ощутив устойчивое желание составить демону компанию и схорониться на задах. Глядишь, Василинушка все подъест и уйдет добровольно. Однажды с забредшим медведем так и получилось. Правда, мне пришлось почти полдня сидеть на печи, наблюдая, как косолапый разоряет мой ледник, пока Велес не вернулся к ночи и не договорился с сытым зверем.

– Я не знала, какие именно волосы нужны, чтобы эффект от приворота был посильнее, потому подготовилась, – оправдалась охочая до любви и свадьбы девушка.

– Да не делаю я приворотов! – в последней попытке решила я отбрехаться от впечатлительной и чрезмерно суеверной девицы.

Однако, то ли тон я взяла неверный, то ли девица решила, что ее нагло дурят. Вот только сказанное ею твердым и непоколебимым голосом заставило меня смиренно опустить плечи, сдерживая слезы безысходности:

– Я не уйду отсюда без мужа или приворота, – бескомпромиссно оповестили меня и плотнее уселись на вновь заскрипевшем табурете. Демон и Велес в окне, отчего-то с испуганно курлыкнувшим петухом и даже Липа на печи решили, что эта угроза посерьезнее всяких Леших и Лих, с чем я была согласна. С теми можно договориться. С этой – вряд ли. А подвинуть и подавно не получится.

Вновь посмотрела на Володьку, прикидывая, что лучше – лишиться временного рабочего, от которого все равно избавляться через неделю, или запасов, которые должны меня кормить до весны?

Кажется, размышления на тему, где взять подарочный бант, были слишком явными и очевидными, потому демон в окне как-то резко побледнел и сглотнул. В морде Велеса почудилось понимание, а после чисто мужская солидарность и скорбь. Петух просто вспорхнул с подоконника, так как понял, что его проблема не коснется и отдуваться другим.

Помолчала еще какое-то время, пока Василина, высказавшись, таки добралась до щей и сейчас хлебала прямо из керамического горшка, слегка подкопченного по бокам после томления в печи.

Воспользовавшись заминкой, вновь встретилась взглядом с любопытствующим демоном, во глазах которого уже были и тоска, и отчаяние из-за видений, где он, минуя стадию сватовства у родителей невесты, связанный самой счастливой брачующейся, на ее же могучем и широком плече направляется во Мрак, дабы обрадовать и родных брачующегося. Свиту из родителей и родственников нашей Василины не забываем. И вот со всей этой кодлой сторона невесты пойдет знакомиться с потенциальными родственниками и смотреть условия содержания нежной и невинной новобрачной. Как именно наши деревенские, особенно озабоченные судьбой единственной и любимой дочери родители, могут требовать гарантий будущего достатка от Володьки – мне даже страшно представить, но демонов во всем Мраке заранее жаль.

Судя по виду Володьки, он оценивал степень вменяемости остальных людей из деревни, на основе общения со мной и негласным знакомством с возможной невестой. Переводя взгляд с возрастающим ужасом с меня на Василину, полагаю, к выводам демон пришел далеко не радостным. В этом я с ним даже спорить не стану. Деревня, рядом лес, кишащий разным всяким, зачастую плотоядным. Жители, хоть и темные, но закаленные разным и всегда при топоре.

Тем временем, моя фантазия продолжала бушевать и прикидывать, примут ли родственники Тварей Мрака за домашнюю скотину? Где-то слышала, что разнообразная нечисть, что водится в нашем мире, некогда вышла именно из Мрака. Ну а что? Болотник – чем не скотина? Не корова, конечно, но с характером Василины, она его клюкву и бузину заставит собирать на раз-два. Не удивлюсь, если после знакомства с новой хозяйкой, он и крестиком научится вышивать, лишь бы Василина не задалась целью все же подоить несчастную нечисть. Остальной нечисти тоже не поздоров… не получится отлынивать. Не смотрите, что Василина у нас девушка, труда не знающая. Ее папочка – бывший вояка. Так что строить окружающих хорошо поставленным басом девица научилась еще года в три, на радость родителей и удивление зашуганных соседей.

Володьке остается только уповать, что хозяйство в его обители потенциальным родственникам не понравится.

Посмотрела на все еще жующую девицу и с прискорбием поняла, что Володьку не спасет даже если он гол как сокол и за душой не имеет даже пещеры. Пусть бы общего пользования. Василина у нас не только одинокая, но и непритязательная. Ей, судя по всему, важны именно чувства, а не достаток или внешность избранника (кроме какого-то Ванечки). А родители очень любят дочурку, так что, думаю, поселится наш Волозар под боком у тестя с тещей и навсегда мимикрирует под Володьку – деревенского жителя, пусть и с экзотичными рогами. А хвост еще никогда лишним не был. И по хозяйству, и в личном, глядишь, при…

Так, что-то я не туда.

Хвост вдруг стало до жадного жалко. И даже его обладателя немного…

Интересно, а кого выберут подружкой и другом жениха и невесты? Я могу считать себя свахой и на особых правах напроситься в первые ряды поздравляющих? А Володя? Позовет кого-то знакомого из Мрака, или за неимением Велеса возьмет?

Тогда такую свадьбу однозначно запомнят надолго: счастливая невеста, ровно противоположно «счастливый» жених, уже с ярко выраженными атрибутами печального опыта с женской половиной на голове, рядом местная ведьма (то есть, я) и веселый Магический Волк, который, уверена, будет громче всех голосить «Горько», поражая всех местных своими умениями говорить и даже петь неприличные частушки. Если еще родственники жениха подключатся, то я не удивлюсь появлению и Лесных за застольем. Главное, чтобы местные успели в достаточной степени выпить на пресловутое «Горько». И местного батюшку выпроводить с застолья вовремя. А то, как бы и без того неординарная свадьба не наполнилась еще и внеплановым аутодафе. На свадьбах, конечно, предусмотрены игры и конкурсы, но я бы от такого тамады, как гневный священник, с его конкурсами держалась подальше.

Кстати о церкви.

А вот интересно, а Володька во время венчания задымится уже во время входа в церковь или вытерпит до того момента, когда его окрестят? Все же, если ради дела сменит внешность на человеческую, может, и батюшка не заметит ничего странного?

Но это все неважно, учитывая, что Володьку через неделю с небольшим возвращать во Мрак. Я, конечно, могу ненадолго откупиться им, сохраняя запасы на зиму от расстроенной и одинокой, но крыша от этого не починится, а это на данный момент – моя основная проблема, не считая еще списка дел попроще. Володька-то, как только закончится контракт, вернется к себе, если предприимчивая и одинокая девица в лице Василины не заключит с ним новый контрактик. Ну или успеет все же и женить на себе по законам нашего мира. Тогда есть шанс, что Володька останется здесь надолго, связанный узами брака.

С другой стороны, может, осчастливленные родственники сподобятся помочь новоиспеченной свахе и согласятся поработать хотя бы за плату?

Хотя… хочу ли я вообще видеть живущего и явно винящего меня во всех смертных грехах демона в непосредственной близости от себя? Тем более, контракт скоро истечет и защиты более давать от гнева рогатого не будет…

Я натурально сглотнула и затравленно посмотрела на мрачного и напряженного Володьку.

Да и жаль его. И без того настрадался и сколько еще придется! Он же даже не знает, что крыша у меня по типу дранки сделанная, а Володьке еще строгать планки из дерева для того, чтобы ее заделывать…

Тут, конечно, вопрос спорный, что предпочтет сам демон: недельное сватовство с возможной угрозой насильственной женитьбы, или моя дранка с еще незнакомым демону рубанком.

Щи закончились, время на раздумья вышло, а я пришла к однозначному выводу и повернулась к девице с радушным и заботливым выражением на лице.

– Ну конечно же, я тебе помогу, Василинушка! Считай, жених у тебя уже на пороге!

– Правда? – воодушевилась девица.

– Зуб даю, – кивнула уверенно, мысленно держа в уме, разумеется, не свой.

– Значится, хочу красивущего, высоченного, умного, щедрого. И чтоб любил меня до безумию! – с вдохновленным видом принялась загибать пухлые пальчики уже «почти» завидная невеста. – Но если не получится, так и быть, можно сына нашевского кузнеца – Ванюшку, – смилостивилась девица, пока мои брови уверенно ползли вверх. А как же согласие даже на рогатого и с хвостом?Хотя, взять Володю, так всем требованиям вполне соответствует. К тому же невеста по незнанию и на такие незначительные минусы, как рога и хвост согласилась. Но это так, мыслишки.

От собственных мыслей, где я вдруг окончательно уверилась, что демоны – образчики женских мечт, вдруг стало досадно. Особенно то, что в случае с Володей – даже я бы подписалась, будь голосование на главного молодца округи.

Василина так разошлась, что на фоне уже выдуманных возможностей моих мнимых магических сил, вдруг определила некоего Ванюшку не таким уж и хорошим, как казалось прежде: лицо недостаточно светлое, глаза не такие голубые, мог бы и плечи сделать более широкими (ага, у сына кузнеца-то. Куда уж больше?). Мол, раз гулять, так по полной.

– Василина, ты не торопись, – подала я голос, перебивая рассуждающую о плюсах и минусах некоего Ивана. – Это не так работает, – покачала я головой, сделав вид суровый и загадочный. Судя по выражению морды Велеса, я сейчас больше смахивала на жертву режима номер пять. Рогатый хлопчик как-то руки о скатерть вытер и попытался схорониться, надеясь, что я не примечу. Приметила и нашла нерадивого вот с таким же лицом, как должно быть сейчас у меня. Для демона врал он так жутко, что мне его стало почти жалко. Но стирать я его все же приучила, как и мыть грязные руки, а не вытирать обо все подряд! Кто их там во Мраке воспитывает вообще?

Я-то тогда жертве не поверила, так как опыт с льстецами и лжецами уже имела, а вот Василина неожиданно прониклась!

– Кровь нужна? – выразительно округлив глаза, поинтересовалась на все готовая ради личного счастья девица. Даже крови и пота своего не жалея, судя по тому, как она потянулась к своей сумке. Там что-то звякнуло. Звякало несколько склянок. Я так понимаю, кровь тоже в ассортименте?

– Нет, мне твоя кровь не поможет… – покачала я головой, но девицу это не смутило.

– А чья нужна? – с живейшим интересом задала та вопрос и вновь пошарилась в сумке, из которой достала небольшой такой ножичек. Небольшой, но острый! И вид у Василины был такой предприимчивый, что я настороженно от девушки отстранилась. – Ты скажи, я добуду, – заверили меня с совершенно невозмутимым и готовым видом, а после, вслед за ножом, вытащила из сумки объемный куль. Небольшой, но довольно объемный.

Заметив, что куль немного сочится красноватой жидкостью, ощутила, как мне поплохело.

– Н-не надо никакой крови, – ответила я, но вдруг поймала себя на том, что голос испуганно дрогнул, и получилось скорее просящее.

– Да ты не смущайся, – тряхнула она рукой и задорно улыбнулась, ловко, несмотря на полные пальцы, заиграв ножичком, и принялась этот куль развязывать. – Ведьмино дело, оно, знамо, темное… опасное… жертв требует…

– Не надо жертв на моем столе! – не выдержала я и повысила голос, слегка удивив девицу,что все же развернула куль, где оказался заботливо упакованный свиной окорок, с которого сочился розоватый сок. Дух я перевела, но осадочек, как говорится, остался.

Видимо, справившись с удивлением, а может, напротив, поддавшись ему, девица стала отрезать ломоть мяса размером, которым я обычно отрезаю хлеб демону.

– Я, правда, не занимаюсь приворотами, – попыталась я улыбнуться.

– Как же ты мне тогда поможешь? – завозилась она, доставая из сумки и завернутый в ткань хлеб. Хлеб дева отрезала вдвое толще, чем мясо. И вид имела уже менее воодушевленный. Даже подозрительный. А нож в ее руке меня прямо сильно волновал.

Пока я боролась с двумя навязчивыми мыслями.Первая – о том, как она собирается это есть, если не обладает способностями разевать пасть как змея. И вторая – что родители девы явно не бедствуют. Это и хорошо, и плохо. Приданое есть – хорошо. Плохо, что охочие до денег уже давно бы посватались, невзирая на «незначительные» недостатки невесты. Но не сватаются, значит, все печальнее, чем ожидалось. Характер самой невесты или родственники, где тесть – бывший солдат и умеет убивать, где ж их разберешь!

Ну ничего, проблемы укрепляют характер!

– А я могу сделать заговор на то, чтобы все в тебя влюблялись! – щедро пообещала я, отчего голубой взор на круглом лице наполнился предвкушением и восторгом, а вот две пары глаз за окном, что все еще нагло подглядывали, с недоумением переглянулись и вопросительно уставились на меня. Даже единственный петух изумленно высунул голову и заглянул в дом через пыльное окно. Надо бы помыть его, кстати. Окно, то есть. – Но ты должна понимать, что дело это не быстрое. Эффект появится не сразу, и нужно строго следовать ритуалу, который необходимо выполнять каждый день. Это долгий, опасный и изнурительный ритуал. Но, поверь мне, эффект будет того стоить!

– Я готовая! – закивала дивчина, пока я ощущала некий момент триумфа. Все же, опыт общения с демонами даром не прошел. Врать с важным видом я все-таки научилась. – Что от меня надо?

– Ну, не знаю, – вздохнула я, придирчиво посмотрев на девушку. – Это очень сложно. Далеко не все, лишь единицы смогли пройти все испытания…

– Я справлюсь! – выпятила она внушительную грудь.

– Уверена? – старательно нагнетала я момент. – Знай, что, если сорвешься, весь эффект пропадет. И все только заново начинать, – увещевала я.

– Все сделаю, – твердо произнесла девица, давая понять, что сомневаться не приходится.

– Ну смотри. Выбор твой, красавица, – вздохнула я, снимая с себя всю ответственность.

***

– Это обязательно? Может, лучше жертву какую принести? – тоскливо поинтересовалась Василина, со скорбным вздохом коряво и с большим количеством ошибок карябая на бумаге инструкцию по достижению совершенства… в смысле, ритуал. – Я достану, – пообещали мне, в чем я уже даже не сомневалась, оттого и решила обойтись полумерами без посторонних жертв.

– Точно необходимо, – покивала я, расхаживая из стороны в сторону и диктуя свои мысли. – Альтернатива еще страшнее. Ты же не хочешь оказаться в полнолуние на кладбище, чтобы сорвать с могилы девственницы цветок папоротника? – прищурила я глаза и понизила голос, напуская больше страху. И малому дитю понятно, что ночью даже во двор лучше не выходить, не то, что за границы деревни. А кладбище и вовсе рядом с границей леса расположено, потому там всякого встретить можно малоприятного, прожорливого и опасного… Потому, лучше сразу указать, что альтернативы две: пройти испытание или самой стать ужином упыря. Про то, что папоротник, несмотря на расхожие домыслы, не цветет, я тактично умолчала. В данный момент суеверие деревенских мне на руку. – Тут видишь, какая взаимосвязь? Ритуал действительно требует жертвы. Это своеобразное испытание, проверка стойкости духа и выдержки воли. Если пройдешь, волшба будет к тебе благосклонна и станет постепенно влиять на твою внешность, – вещала я вдохновенно и со значением, отчего впечатлительная дивчина завороженно и уважительно приоткрыла ротик. Сделала мысленную пометку, что и манерами ее неплохо бы заняться. Благо, почву я подготовила и теперь могу задвигать любые свои требования, прикрываясь многозначительным словом «ритуал». – Вот только жертвовать нужно собственными усилиями и потом. Потому, нужно постараться. На чем мы остановились? А, вспомнила! Диета. Строгая. Лишения – тоже своеобразная жертва, – быстро добавила я, видя начинающийся протест в понуром и уже заранее голодном взгляде.

– А… – подняла она палец с большой надеждой и косым взглядом на краюшку хлеба, что осталась от ее недавнего бутерброда.

– Особенно мучное. Хлеб есть можно, но дозировано. И никакой сдобы! – строго подвела я черту. – Ешь побольше овощей: тушеные, вареные, но лучше – свежие. Про фрукты не забывай. Мясо можно, но не жирное. Лучше птицу. Крупы тоже будут очень полезны, особенно овсянка на воде, – перечисляла я неторопливо то, что выучила, пока жила у родственников, что держали аптеку и немного практиковали с врачеванием. – Больше физических усилий. Переймешь половину обязанностей матери, станешь помогать отцу. Чем больше стараешься – тем лучше и быстрее волшба подействует.

– А это-то зачем? – вознегодовала избалованная дева, которая наверняка не знает даже, как держать в руках кочергу. Ничего! Я даже рогатых изнеженных демонов приучала к труду. После отработки у меня, они наверняка и у себя во Мраке построить себе жилище вполне способны, взамен своих пещер. Что мне какая-то девица?

– Волшба – дело тонкое. Труд облагораж… в смысле, тоже испытание, – быстро добавила я с досадой от того, что едва не проговорилась, и прочистила горло, давая понять, что перечень не закончен. – Ты записывай. Я предупреждала, что испытание будет сложным, – высокомерно добавила я. – Если не нравится – я не держу и не заставляю, – гордо и бескомпромиссно указала я на дверь.

– Нет-нет, – тут же сдала на попятую девица, с прилежным видом выводя очередные каракули на бумаге. Подошла, заглянула девице через плечо и хмыкнула. По городским меркам – все печально. По деревенским – девица очень образованная! Писать и считать до ста точно умеет. Но этого мало. Все еще свежо в памяти, как она меня своей жертв… ветчиной испугала и пожрала сегодняшний обед и ужин, который вновь готовить. А у меня еще демон некормленый!

– Книги читать будешь, – весомо добавила я. – По одной в месяц – минимум. Учти, что проверю!

На лице девицы отразился скепсис и глубокая задумчивость. Голубой взгляд метнулся к моим книжным полкам, в основном по травоведению и медицинским справочникам, что остались у меня после обучения. Но мамины фолианты также разбавляли мой ассортимент и притягивали взгляд потертыми и объемными корешками.

– Начни с церкви, – вздохнула я. Не хватало, чтобы она еще подумала, что я и из нее ведьму сделать собираюсь. Не дай Бог, еще у нее найдут одну из моих книг. Тогда мне точно несдобровать. – У них должны быть. Тебя же ваш батюшка грамоте учил?

Девица кивнула.

– Ну вот. Также практикуй…

– Чего?

– В смысле, чаще упражняйся в чистописании, – исправилась я и попыталась припомнить, насколько понятно говорила до этого. А то, в силу вдохновения, вполне могло и занести, а несчастная и слов-то таких не знает. – Про счет тоже не забывай. Считать по порядку умеешь – хорошо. Нужно учиться складывать и вычитать. Не знаешь как, проси батюшку. Откажет батюшка – придешь ко мне, – зачастила я, с досадой размышляя, что батюшка такие разительные перемены может и не одобрить в девушке. Еще, как бы не посчитал, что бес попутал. И вообще, считать и читать, по мнению церкви – не женское дело. В целом, оно, конечно. Деревенские мужики едва ли по достоинству оценят ученую жену. Но все во мне взбунтовалось. Вот поучится немного, потом сама решит, нужно ей оно или нет. Развиваться, так разносторонне! – Рукоделием занимаешься?

Василина слегка смущенно пожала плечами, как бы намекая, что из всех увлечений, она только бутерброды строгает и их же употребляет.

– А готовить умеешь?

– Ну-у-у, – уклончиво протянула явно любительница вкусно покушать.

– Ясно. Итак, пиши дальше. Учишься готовке у матери. Возможно, еще понравится, – улыбнулась я своим мыслям. Раз любит вкусно покушать, следовательно, вкус у нее должен быть чутким. Для вполне сносной готовки порой этого достаточно.

– Может, можно как-то без этого? – вздохнула девушка, с тоской и скрытой ненавистью посматривая на список перед собой. – Я думала, дашь мне зелье какое, и я похорошею…

– Точно! – подпрыгнула я, испугав девушку. Я побежала к своим припасам настоек, стала звякать склянками, выискивая нужный состав, пока Василина на мгновение наполнилась надеждой избежать «ритуала» и отделаться легким испугом в виде непонятной жижи моего производства. – Нашла! – улыбнулась я и достала косушку из мутноватого стекла. – Вот.

– Это зелье? – осторожно и с надеждой уточнила девица. – Работать не надо?

– Как это не надо? – возмутилась я, поставив небольшой бутыль на столешницу и щедро пододвинув жертве моего эксперимента. Педагогического, аль медицинского, а может и вовсе социального. Там время покажет. – Еще как надо! Будешь пить рюмку настойки раз в неделю, для закрепления успеха.

– А что оно делает? – подозрительно и тревожно поинтересовались у меня.

– Помыслы плохие отгоняет, голову и мысли прочищает,– с трудом нашлась я с ответом, смущенно отведя взгляд. Ну, может и не помыслы, но кишечник – точно! Разгрузочные дни – они такие, зато организм прочистится! – Только это, побочное действие может быть, – решилась я предупредить. – Ты когда это выпьешь, старайся подгадать время, чтобы нужник был поблизости и в полной доступности, – посоветовала я. – Пить не больше рюмки – ясно?

Угрюмый кивок.

– Отлично. Для начала – достаточно. Через неделю придешь снова. Посмотрим, как ты… испытание проходить станешь и не струсишь ли.

– А долго это испытание длиться будет? – тяжело вздохнув, поковырялась она в своей сумке и с сожалением отвернулась от остатков ветчины.

Я помедлила, прикидывая возможности. Сейчас октябрь, уже заготовки на зиму, после не менее тяжелая зима, весной поля и огороды, про скотину, опять же, не забывать…

– К лету будешь краше многих! – улыбнулась я, встретив неуверенную, но, все же, улыбку.

Прорвемся!

***

– Все, ушла, – прислушавшись, негромко оповестил нас Велес, спустя минуту, как Василина вышла за ворота. – Ну, Даринка! – усмехнулся Велес. – Ну, выдумщица! Я даже в какой-то момент подумал, что ты действительно демона в откуп этой стры… дивчине отдашь, – поправился он под моим взглядом, зная, как я не люблю любые проявления неуважения к чужим.

– Да, мне тоже, – мрачно добавил Володя, посматривая на меня еще более хмуро, отчего вдруг стало слегка совестно. После вспомнила, что ничего худого не сделала: демона сохранила, от дивчины благополучно избавилась, да еще и подтолкнула ту на путь перевоспитания и здорового образа жизни! Я – молодчинка!

Потому плечи расправила, подбородок задрала и стала слушать хвалебные речи своего верного друга. Параллельно гладила лоснящийся черный бочок Липы, что не заставила себя ждать и запрыгнула мне на руки сразу же, как из дома вышла Василина. Словно в качестве одобрения, моя любимая кошечка стала ластиться и даже лизнула меня в щеку.

– Как думаешь, план сработает? – задумчиво посмотрел магический зверь в сторону ворот.

– Честно – не знаю, – пожала я плечами, аккуратно спуская черную кошку с рук на тропинку возле моего крыльца, на котором мы все и расположились, а после выпрямляясь и поправляя передник. Предстоит новая готовка, так как демон по-прежнему некормленый. Да и мне что-то от недавних переживаний голодно стало. – Но, если не сработает, то я мало что потеряю. Девице я уже сказала, что выход только один. Справится она или нет, теперь только ее дело, – вздохнула я тяжело, ощущая скорые заморозки в воздухе. В этом году зима будет ранней и холодной. Еще один тяжелый год, каких было много за последние шесть лет. Но эта зима грозит стать одной из самых суровых. Следует всесторонне подготовиться. – Но если вдруг девица выкажет упрямство, жизнь ее, наверняка, изменится, – несмело и слабо улыбнулась я. Как минимум – избежит жировой болезни и облегчит жизнь и без того не молодеющим родителям. Как максимум – найдет свое счастье. А уж в чем именно оно будет заключаться – мне неведомо. Может, найдет талант в каком-нибудь мастерстве, или все же обзаведется вожделенной семьей и мужем. А может, все вместе. Это уже меня касаться не будет.

Если бы и мои проблемы могли решиться так просто: всего лишь сменой питания и физическими нагрузками…

От невеселых мыслей не смогла сдержать лицо, что заметил демон.

– Что не так? – посмотрел он пристально на меня, отчего я смутилась.

– Ничего, – натужно улыбнулась я неискренней улыбкой, отчего фыркнул уже Велес.

– Готовить заново не хочется? – хохотнул друг.

– Верно, – кивнула я, уже искренне и благодарно растянув губы за неожиданную подсказку, так как под взглядом янтарных глаз думать было сложно, а раскрываться перед демоном мне по-прежнему не хотелось. Тем паче в свете недавнего разговора с моим магическим другом. – Боюсь, наша нежданная гостья оставила нас без обеда и немного без ужина, – почесала я в затылке озадаченно, пытаясь припомнить, что можно сготовить сытно, вкусно, но, главное, быстро. Уже ужин скоро, а мы так и не пообедали.

– Так заставь готовить рогатого. А то пользы никакой, только калечится, да ест за троих, – подначил Велес демона. Впрочем, беззлобно.

– Напомни, блохастый, какая с тебя польза, помимо твоего словоблудия и запаха псины? – приподнял демон бровь, но огрызнулся лениво, лишь отвечая на изначальную остроту волка. Что ни говори, а эти двое все же понемногу притираются друг к другу, и ругаются скорее для порядка.

– То, что я могу прикусить тебе хвост, в случае чего? – оскалил Велес свои внушительные клыки, демонстрируя инструмент по откусыванию. Я бы на месте Володьки задумалась, но демон лишь презрительно хмыкнул.

– У нас во Мраке с такими клыками, как у тебя, новорожденные адские псы родятся. Ты бы им на разовый прикорм пошел. Так что не пугай, блохастый.

– А ты, я смотрю, к этим псам в свое время в загон упал. На полноценную закуску не пошел, зато посмоктали, наверняка, знатно. Это объясняет, куда у тебя мозги девались, дубина рогатая, – оскорбился Велес, так как своими клыками всегда гордился. А демон бездушно, да по живому! Вон как зверь магический взвился.

– Так, ну-ка тихо, – решила я вступиться, вставая между парочкой. – Разошлись. Оба! – строго зыркнула я по очереди на каждого. – Дел вам, что ли, мало? – нахмурила я брови. – Володь…

– Волозар, – скорее по привычке буркнул демон, так как замечание было тихим и ворчливым. Я бы даже не услышала, если бы не прочла по губам.

–… ты все гвозди выпрямил? – уперла я руки в бока.

– Да сдались тебе эти гвозди?! – тут же возмутился демон, начиная раздраженно водить хвостом и бить им по своим сапогам.

– Мне, может, и не сдались, а вот тебе они пригодятся, когда дранку перебирать начнешь, – проворчала я и тоскливо покосилась на уже частично перебранную крышу, в которой, как мне было известно, теперь красовалась внушительная дырка, криво прикрытая ельником. А меж тем, погода портилась, и по небу гуляли тучи. Того и смотри, ливень зарядит! – Потому давай, не куксись и продолжай дело. С крышей необходимо закончить в первую очередь и как можно скорее. Если нас затопит, тебя это тоже коснется, так как ты спишь как раз под дыркой в крыше, – напомнила я. Демон призадумался, понял, что я не вру, и досадливо поджал губы, смиренно опуская плечи. – А ты, – повернулась я к Велесу, который не ожидал от меня недовольства. – И впрямь, зачастил, дружище. Забыл, что если местные тебя у меня во дворе увидят, нас обоих на вилы поднимут? – шмыгнула я носом и вздохнула, смотря на пристыженного волка. – Мы сегодня чуть не попались. Нам повезло, что Василина была больше увлечена моими щами, чем обстановкой вокруг, а так непременно бы заметила демона и магического Волка за моим окном! Официального подтверждения того, что я ведьма и вожусь с жителями Мрака, только и не хватает нашему батюшке, чтобы от меня избавиться раз и навсегда. У меня другого дома нет. Мне убегать некуда. Куда мне податься в зиму? К Лешему, или к себе в волчью нору пригласишь? – нахмурилась я, но быстро перевела дух. Обижать и стыдить друзей я не хотела, просто надеялась перевести внимание на более важные темы. – Вам двоим придется потерпеть друг друга еще чуть больше недели. Я не откажусь от друга, но и без помощи Володи не обойдусь. Если для того, чтобы вы не цапались, как кошка с собакой, мне придется заставить вас держаться друг от друга подальше, я сделаю это. Вы вдвоем создаете много шума. Привлекать внимание никак нельзя, особенно теперь, когда в деревне может вскоре объявиться охотник на нечисть. Как думаете, он станет разбираться, что Волк магический, а не оборотень, а демон крепостной, а не вольный? Порешит всех, и меня в том числе, окрестив ведьмой, несмотря на то, что волшебных сил и умений у меня ровно на то, чтобы демона призвать.

– Думаю, мне нужно догулять до Лешего, – немного сконфуженно и глухо проворчал Велес. – Он наверняка знает, появился этот охотник или нет… – посмотрел он на меня и, дождавшись от меня слабой улыбки и кивка, развернулся, отходя от крыльца. Ловко перемахнув через забор, скрылся со двора, бесшумно растворяясь в лесной чаще.

– А у меня там еще несколько десятков гвоздей… – прочистил горло Володя, кашлянув в кулак. – Я это… могу в готовке помочь, – вдруг предложил он, заставив меня удивленно поднять брови. Не подозревала в демоне пристрастий к готовке и с трудом представляю его в переднике.

– Спасибо, не стоит, – улыбнулась я с благодарностью. – С готовкой я управлюсь, ты не переживай.

– Ну, я тогда пошел, – указал он рогатой головой в сторону своего пенечка, за которым недавно отстукивал Велесу по нервам и по гвоздям молотком.

– У меня есть к тебе просьба, – все же решилась я выговорить, посмотрев на демона виновато. Все же я слишком много от него требую. С уже имеющимся списком рогатый мужик едва справляется, а уж требовать сверх того…

Моя совесть вновь зашевелилась где-то в груди, так и не дождавшись весенней оттепели.

– Да? – с некоторой иронией поинтересовались у меня, вероятно, уже приготовившись к чему-то пакостному. Ну, может быть, в какой-то степени…

– Василина, сама того не подозревая, указала мне на то, что к зиме стоит подготовиться более основательно. Неизвестно, смогу ли я выбраться из леса зимой, после заносов, или нет. Нашу чащобу даже на снегоступах не всегда можно перейти, – смущенно пожала я плечами.

– И? – поторопил меня Володя, точно заподозрив подвох.

– Нужно сходить в деревню. Закупиться впрок всем необходимым: мясо, крупы, молоко, овощи и вещи. В общем, я боюсь, что не смогу унести все сама. Ты мог бы сопроводить меня?

– Ты просишь? – кажется, удивился Володя и посмотрел на меня внимательнее, даже со здоровым недоверием.

– Я не хочу требовать с тебя сверх меры. Веришь или нет, но я и сама не рада, что приходится пользоваться вашими, демонскими, услугами для таких банальных вещей, как содержание моего дома. Потому да, прошу, – опустила я взгляд. – Я могла бы нанять возницу, но, честно скажу, хотелось бы обойтись без этого.

– Так же, как могла бы нанять людей для помощи по дому, но не желаешь? – задал он вопрос, от которого я вновь ощутила озноб. Вопрос был вполне уместным, но от того более приятным лично для меня не стал. Но деваться некуда, потому кивнула, охватив себя руками за плечи. Тулупчик не по погоде накинула на плечи. Зябко. – Хорошо, – услышала я и постаралась незаметно выдохнуть с облегчением. – Полагаю, в таком случае, мне придется менять внешность?

– Да, – не стала я скрывать и вновь кивнула, закусив губу и помня, что демоны примерять человеческое обличье не любят.

– Такая подойдет? – спросил мужчина, заставив меня поднять взгляд и изумленно уставиться на доброго молодца в одежде демона, которая была ему большевата, но не критично. Под моим немигающим вытаращенным взглядом Володя повел плечами, привыкаяк новым размерам, которые не сильно-то изменились.

Внешность у молодца… богатыря была необычной, явно иноземной, что темные длинные волосы, что, пусть и не гладко, но выбритое смуглое лицо в русской деревне – редкость, как и по-прежнему янтарные глаза. За человека Володька сойдет, но точно не за местного.

Клыки тоже исчезли, что я заметила, когда Володя в ответ на мой ступор слабо улыбнулся. Стал демон ниже ростом, не только из-за отсутствия неизменных рогов на голове, но и судя по одежде. И все равно я не доходила ему даже до плеча макушкой. Косая сажень в плечах никуда не делась, и была по-прежнему внушительной, но уже привычной по богатырским меркам и не пугающей.

Моргнув, постаралась отойти от впечатления и посмотреть критичнее. В целом поняла, что внешность демона не стала кардинально другой. Это был все тот же Володька, только… человечный.

И такой красивый…

В демонском обличье он едва ли уступал в красоте, особенно для такой, как я, которая привыкла к рогатым гостям из Мрака. Но сейчас, когда от рогов и хвоста не осталось и следа, что-то в животе у меня ухнуло и скрутило, навевая какие-то неприятные ассоциации и тоску о чем-то светлом и женском.

Это и отразилось у меня на лице, потому что Володька с сомнением уточнил:

– Если совсем не годится, могу взять другую внешность.

– Нет… нет, все здорово, – быстро нашлась я, тряхнув головой, боясь, что он вдруг поймет все иначе. То есть, узнает истинную причину моего ступора. Уж пусть лучше считает, что мне он кажется несуразным. – Такая внешность вполне подойдет, если тебя самого она устраивает, – отвела я лицо и взгляд, пытаясь скрыть непонятно отчего подкативший румянец.

Так, Дарина, помни, Володька – мужчина. Хуже! Он – демон. Еще и не Володька, а Волозар! Что тем, что другим – веры никакой. А уж если совместно, то и подавно! Нельзя, совсем нельзя поддаваться на всякие разные… лица красивые и забывать о разуме!

Эти мысли помогли, и жар стал отступать, а я куда смелее улыбнулась и обернулась на демона, что уже вернул себе обычную рогатую внешность, отчего-то показавшись мне более привычным и… родным.

Не дай Бог кто узнает, что мне демоны роднее становятся! Аж самой страшно от этой мысли. Скоро и впрямь в лесу одичаю!

– Значит, договорились? Завтра утром отправимся в деревню, а ближе к вечеру растопим баню.

– Баню?

– А то! А скажи мне, касатик, бывал ли ты когда-либо в деревенской русской бане?

– Нет, – подумав, покачал он головой.

– Ух, ну завтра наверстаем, – задорно подмигнула я и похлопала мужчину по плечу.

– В смысле, ты со мной туда пойдешь? – то ли удивился, то ли обрадовался, а то и вовсе испугался демон.

– И не только пойду, но и послужу тебе банщиком. Мои веники дубовые лучшие во всей деревне! Я такую запарку для них готовлю, никогда не забудешь, точно! – пообещала я все еще растерянному моим поведением Володьке. Я же категорично решила, что никакие соблазны на меня не подействуют. И завтра я докажу это всем.

А особенно – себе.

***