Глава 6

Рассвет застал полигон «Гром» в непривычной тишине. Не было слышно ни рева машин, ни привычного грохота на стрельбище. Бойцы, зная о скором отъезде «Бати» и особиста, напряжённо ждали, словно предчувствуя надвигающуюся бурю.

У штабного «Уазика», на котором приехала Коваль, суетился водитель. Волков, одетый в чёрную водолазку и кожаную куртку, выглядел чужаком среди бойцов в камуфляже. Он курил и коротко бросал указания старлею Семёнову, который сжимал в руках планшет.

— Ключи от сейфа у тебя, график патрулей — как обсуждали. Любой подозрительный звук — сразу передавай по резервному каналу. Понял меня?

— Понял, Батя, — хмуро ответил Семёнов. — Вы… точно вернётесь?

Волков взглянул на него, и в его глазах мелькнула тень, похожая на усталость или нежность.

— План у нас есть. Придерживайся его. И держи Щупа рядом с КПП. Ему там делать нечего, пусть следит за обстановкой. Он беду чует за версту.

В этот момент из казармы вышла Евгения. Не капитан Коваль, а обычная женщина. В тёмных джинсах, чёрном свитере и с простой сумкой через плечо, она выглядела хрупкой и растерянной. Её волосы, обычно собранные в тугой узел, были распущены — это была её уступка легенде, которая давила на неё сильнее, чем смена одежды. Евгения избегала смотреть на бойцов, её взгляд был прикован к земле.

Щуп, который всегда стоял в тени, увидев её, вздрогнул. Его лицо дрогнуло, как будто он увидел что-то знакомое и тревожное. Для него она была символом закона и порядка, а теперь выглядела как заложница. Он сделал шаг вперёд, но Волков поймал его взгляд.

— Всё в порядке, Щуп, — тихо сказал Волков, чтобы слышали оба. — Капитан заканчивает свою проверку. Я её подвезу. Ты здесь главный по тишине.

Глаза сапёра встретились с глазами командира. В них читался немой вопрос и предупреждение. Береги её. Волков едва заметно кивнул. Берегу.

— Садись, — приказал Волков, открывая заднюю дверь «Уазика». Сам он сел на пассажирское сиденье рядом с водителем, демонстративно отгородившись от Евгении. Она молча скользнула на заднее сиденье, прижав сумку к себе.

Двигатель заурчал. Машина тронулась, оставляя за собой клубы пыли и притихших бойцов. Волков видел в зеркале, как Щуп стоял неподвижно, пока машина не скрылась за поворотом.

Первые пятнадцать минут ехали молча. Затем Волков, не оборачиваясь, сказал водителю:

— Остановись у развилки. Дальше я сам.

— Есть, товарищ ма… — водитель запнулся, глядя на гражданскую одежду Волкова. — Артём Иваныч.

Машина остановилась на пустынной дороге. Водитель вышел, закурил. Волков обернулся к Евгении. Его лицо в полумраке салона было непроницаемым.

— С этого момента ты не выглядишь как пленница. Смотри на меня со смесью страха и ненависти. Ты моя сообщница, но презираешь меня. Боишься, что я тебя брошу или сдам. Попробуй сыграть эту роль.

Она подняла на него взгляд, пытаясь вложить в него то, что он просил. Получилось скованно и наигранно.

— Слабовато, — заметил Волков. — Представь, что я тот самый полковник Гуров, который отправил тебя сюда, зная о проблемах, а потом открестился от твоих доказательств. Он, возможно, сам в этом замешан. Теперь ты в моих руках, и от меня зависит, вернешься ли ты к своей карьере или тебя уволят с позором. Ненавидишь его?

В её глазах вспыхнуло настоящее пламя. Да, она ненавидела Гурова в этот момент. И этот человек перед ней был частью той же системы, хоть и играл свою роль.

— Лучше, — одобрил Волков. — Держи этот взгляд. Теперь нам нужно обсудить легенду. Наши личные детали. Чтобы не ошибиться.

— Какие детали? — спросила она, не отводя взгляда.

— Как мы познакомились. Где и когда. Почему ты, особист, связалась со мной. Нам нужна простая и правдоподобная история.

Он достал сигарету, прикурил. Дым медленно наполнил салон.

— Предлагаю так: ты расследовала дело о хищениях на армейском складе около трёх лет назад. Я там был как специалист по безопасности. Мы случайно пересеклись. Я помог тебе выйти на след — не из добрых побуждений, а потому что эта мерзавец, которую ты искала, перешёл мне дорогу. Ты была жесткой и принципиальной, и к тому же красивой. Мне это запомнилось. Когда у меня начались проблемы, я вышел на тебя. Напомнил о старой истории — мол, ты тогда подправила некоторые протоколы, чтобы дело замяли. А теперь или помогай мне уйти с деньгами, или я всё раскрою.

История была грязной и циничной, но идеально подходила к образу.

— И я согласилась? — с сомнением спросила Евгения.

— Не сразу. Я тебя убедил. — Он посмотрел на неё так, что она внутренне сжалась. — Для окружающих это могло означать угрозу или насилие. Для нас с тобой это просто слово. Но другие должны видеть следы этого убеждения. Ты должна иногда вздрагивать, когда я резко двигаюсь, и отводить взгляд. Это добавит правдоподобия.

Она молча кивнула, стараясь скрыть ком в горле. Это было хуже, чем она думала.

— Почему мы вместе? Почему ты не просто забрал информацию и не ушёл?

Волков затянулся, выпустил дым в потолок.

— Потому что я не дурак. Ты — мой пропуск. Особист в кармане вызывает доверие. Кроме того, — он наклонился ближе, и она почувствовала запах табака, кожи и чего-то мужского, — ты мне нравишься. В этой легенде ты презираешь, боишься, но вынуждена быть рядом. Это добавляет правдоподобия. Одинокий волк находит спутницу. Не по любви, а по необходимости и влечению.

Последнее слово он произнёс тихо, и оно повисло в воздухе.

— Я должна это изображать? — её голос звучал сдавленно.

— Ты должна в это поверить, хотя бы на время. Для них. — Он откинулся назад. — Первый контакт сегодня вечером. В баре «Гараж» на окраине города. Там нас встретит человек по кличке «Барс» — мелкая сошка из «Ковчега». Это разведка боем. Твоя задача — молчать, смотреть и оценивать обстановку. Если что-то пойдёт не так, один сигнал — я ложусь на пол, ты ко мне спиной и стреляем на выход. У тебя есть пистолет?

— Да, — коротко ответила она. Оружие было её единственной опорой в этом безумии.

— Спрячь его получше. И забудь, что ты отличный стрелок. Ты запуганная бюрократка, которая впервые оказалась в такой ситуации. Понятно?

— Понятно, — прошептала она.

Он кивнул и бросил окурок в пепельницу.

— Тогда поехали. Водитель! — крикнул он, постучав по стеклу.

Машина тронулась. Евгения отвернулась к окну, но не просто смотрела на мелькающие деревья. Она репетировала роль женщины по имени Женя, которая боится и ненавидит мужчину по имени Артём. Она пыталась вжиться в образ той, кем никогда не была, и с ужасом понимала, что это у неё получается. Слишком хорошо.

Волков смотрел на дорогу, его профиль был жестким и неподвижным. Он тоже играл. Играл самого себя, но немного сдвинутого в сторону тени. Он думал о Щупе, который остался охранять их тылы. Думал о мине с «почерком». Думал о том, что, возможно, он везёт на заклание не только себя, но и эту женщину с умными и холодными глазами, которая теперь смотрела на него со страхом.

«Хороший солдат, — подумал он с горькой усмешкой. — Берёт любую задачу».

А город, серый и неприветливый, уже маячил вдалеке, затянутый дымкой. Первая точка входа в легенду. Первая проверка на прочность.

Им обоим было ясно: назад дороги нет. Только вперёд. В темноту, где их ждал «Барс», «Ковчег» и невидимый «инженер», создающий мины по индивидуальным меркам.

Игра началась.