Глава 29

Я очень боялась, что Тёма начнет приставать с поцелуями сразу же, как выйдем из машины. Не то, чтобы стеснялась посторонних: с помощью этой компании стесняться почти уже разучилась. Но с него бы стало сделать это назло Виктору. Чисто для демонстрации, что вот, мол, он тут все места уже занял, а остальные смотрите и завидуйте! Но Артему хватило ума и сообразительности не накалять обстановку. Виктору, между прочим, тоже чего-то там хватило: явившись минут через пять после нас, он вел себя, как ни в чем не бывало. Улыбался, даже о чем-то шутил с Данилой. Правда, всячески избегал взглядов в мою сторону. То ли ему так противно стало, то ли чересчур обидно. Но я не рискнула выяснять. Вот как-то не хватило смелости. Хотя какие-то гадкие мыслишки ползали, на тему, что надо бы разобраться… Я ж ему ничего плохого не делала? Нет. Что-то обещала? Не помню такого. Сам себе придумал, сам себе обиделся. Вот пускай и живет себе злобным Буратиной. На важных переговорах с серьезными товарищами сидела тише воды, ниже травы. Пыталась казаться умной, хотя даже половины слов не понимала. Прав был Данила, говоря, что поставленный потолок у меня крайне низкий, и никакого образования не хватит, если не будешь вариться в бизнесе. Ну, меня так нормально обварили. Сырую и холодную макнули в кипяток без всякой подготовки. Хорошо еще, что никто не требовал ничего говорить. Мое дело было маленькое: внимательно слушать, делать умный вид, иногда кивать для приличия. В тех местах, когда все кивали, и можно было не бояться показаться слегка пришибленной. Даже проявила инициативу: выудила из сумочки записную книжку, ручку и… Ну, понятно, я не секретарь. И протоколы встреч никогда не вела. Зато отлично писала лекции под диктовку, да так, что потом половина курса просила их скопировать… – Виктория… – Чуть не прикусила язык, высунутый от усердия. Ко мне обратился самый главный дядечка из будущих партнеров Данилы. – Вы так качественно все фиксируете… Можно будет мне тоже получить экземпляр ваших записей? Знал бы дяденька, что половина моих каракулей – сплошные вопросики и закорючки… Это я так себе помечала, что надо будет уточнить момент. – Если Даниил Сергеевич не будет против… – Вика здесь для того и находится, чтобы обеспечить нам полноценный обмен информацией, Владимир Федорович. Вы будете часто с ней видеться и общаться. Но вы должны понимать, что все ее действия – только с моего согласия.  Все просьбы и пожелания – только через меня. – Хорошо. Часто видеться будем, говорите? – Дяденька радостно улыбнулся. Так приятно, как волк улыбается теленку перед ужином. Или перед телочкой, если быть точнее. – Это просто замечательно. Давно не общался с такими привлекательными девушками! Артем как-то очень подозрительно повел шеей. Аж суставы хрустнули. В моем воображении с таким же звуком осыпалась перспектива будущей интересной работы… Поймала взгляд Виктора, очень говорящий и почти торжествующий. Что-то типа: «Вот тебе, получи, фашист, гранату! Сам напоролся, сам теперь и страдай!» И только Даня был спокоен как удав. Ему даже нравилось происходящее. – Виктория у нас – без пяти минут замужняя девушка, Владимир Федорович. Вполне возможно, к подписанию контракта будет уже и окольцована. – Очень жаль… – Этот индюк даже не постеснялся, что у него на безымянном пальце блестит колечко. – Ничего страшного. Зато я уверен, что Вика к вам не переметнется. Мы же с вами за честные отношения? – Эх… Только размечтаешься, а тут облом… Это прозвучало так искренне и простодушно, что невозможно было не улыбнуться. Все именно так и среагировали, кроме Артёма. Того, кажется, подмывало на новые приключения, но он до последнего держался… Встреча закончилась, вроде бы, положительно. Во всяком случае, никто никого не убил, все улыбались, пожимали руки друг другу и обещали обменяться документами уже в конце  недели. Я фиксировала все на бумаге, мысленно обещая себе разобраться с каждым термином. Похоже, мне предстояло еще много бессонных ночей в обнимку с учебниками, это плюсом к подготовке к экзаменам и диплому. Такая веселая перспектива чуть отвлекла от наблюдения за Тёмой. Так задумалась, что забыла проследить, как он там давит ладонь Владимира Федоровича, и не сломал ли ее, ненароком. А мог, судя по многообещающим взглядам… – Ну, что, вас можно поздравить? – Мы вышли на парковку перед клубом, который вот-вот должен был сменить свою вывеску и получить такое же название, как у сети Данилы, остановились перед автомобилями. Виктор не спешил уезжать, хотя уже и не о чем было разговаривать. Вроде бы, все и так пятьдесят раз обсудили. – Да, можешь. – Ответила, не задумываясь. Артем только рот открыл, а я уже выскочила. Обещала повыделываться, вроде… А получилось, что сразу все карты и сдала. – Поздравляю. – Радостью лицо Пальмовского не лучилось, притворщик из него вышел так себе. Но и на людей не кидался, хоть на том спасибо… – На свадьбу к нам придешь? – Это уже Тёма опомнился, решил вмешаться. – Ты меня еще в свидетели позови, для полноты фарса… – Виктор даже улыбнулся. Не очень радостно, но все же. У меня даже проснулось к нему уважение: умеет держать лицо человек. Вот совсем недавно его послали, тут же продемонстрировали, что выбрали другого мужчину, и даже сообщили о будущем замужестве, а он ведет себя, как будто все нормально. – Нет, свидетелем я Даньку возьму. Пойдешь, кстати? – Артем начал потихоньку приходить в себя: осознал, что никакие дяденьки в костюмах на меня не претендуют, что Витя тоже не тянет руки, то есть опасности миновали. – Вот пускай Даниил вам и дарит подарки. А без моих уж как-нибудь обойдетесь… – А жаль… Я на твои деньги планировал сделать первый взнос в ипотеку. Чтобы Викина мечта сбылась. – Тёма оказался еще той злобной занозой, я и не ожидала. – Ну, вот теперь она поймет, с каким неудачником связалась, и еще успеет передумать. – Стоп, товарищи. Я вам не мешаю? Может, как-то без меня помоете кости? – Не выдержала, вмешалась. – Ладно, ребята, я поеду. Еще пару клиентов присмотрел, нужно успеть окучить до возвращения. – Пальмовский снова переключился на деловую ноту, начал хлопать по карманам в поисках ключа от машины. – Видишь, не зря смотался сюда. Невесту умыкнули, зато контрактов наберешь… – Данька не забывал, что ему нужно удержать в колее обоих партнеров, старался подсластить пилюлю. – А у тебя не умыкнули никого? Вообще нисколько не расстраиваешься? – Она сама от меня сбежала несколько лет назад, Витек. Тогда расстроился, и очень сильно. А теперь-то о чем жалеть? – Тогда зачем было городить огороды, увозить от меня девушку, прятать в своем доме? Нафиг ты полез? – Я по ней соскучился. Хотел побыть вместе… – А Воронов – тот еще тролль, похлеще… Стоп! – Артем, а какая у тебя фамилия? – До меня, наконец, дошло, что я не знаю самое важное о своем будущем муже. – Соколовский. А что? – Ух, ты! Соколовская Виктория – это звучит круто! Мне нравится! – а ведь уже успела напрячься. Понятно, что главное –  человек. Но быть всю жизнь какой-нибудь Пыжиковой или Копейкиной – грустная перспектива. – Пальмовская Виктория – тоже красиво. Может, еще передумаешь, Вик? – Данька никак не мог обуздать своего тролля. – Сокол – это птичка. А Пальма – всего лишь дерево. Не агитируй, Дань. А ты, Вить, иди уже. Боюсь, эти двое до чего-нибудь еще договорятся. – Спасибо, Вика. Ты умеешь отвесить щедрый комплимент напоследок… – Могу подсказать тебе еще пару адресов магазинов, где работают хорошие девочки. Сходи к ним на проверку, может, повезет? – Хорошая идея. Возьму у Макса список и пойду по всем в поисках счастья… На этом он попрощался и уехал. Я так и не смогла понять по выражению лица – всерьез он собрался шерстить все наши магазины, или просто отшутился, как умел… – Я бы не отказался пообедать. Как вы, составите компанию? – Даниил проводил партнера взглядом, и тут же про него забыл. Война войной, а еда – по расписанию. – В гости звать не буду, даже не смотри такими жалобными глазами… – Почему же? Ты ведь у меня была… – Попадешься в лапы девчонкам, они не отстанут. А мне уже хватило того, как они Артема охмуряли своими познаниями в Камасутре. Пожалей мои бедные нервы. – Тогда веди в ближайший ресторан. Будем отмечать помолвку вашу, что ли… Отмечали томатным и апельсиновым соком. Тема был за рулем, я не хотела дышать парами алкоголя на девочек среди бела дня, а Данька решил не выпендриваться. – Если вы и на свадьбе будете так же экономить, то я туда тоже не пойду. Так и знайте! – И не приходи. Мы ее все равно играть не будем. Сбежим на Бали, правда, Вика? И там вдвоем оторвемся, чтобы не мешали… всякие… – у Артема мечтательно заблестели глаза. Я даже представила, как именно он планирует отрываться. Только непонятно, зачем ради этого куда-то улетать? Можно просто закрыться в квартире, а ключи в окно выкинуть. А через две недели, когда кончится еда, вода и силы, попросить, чтобы кто-нибудь вызволил… На крайний случай – дверь взломал, если ключики не найдутся. – На Бали еще успеете. Но нам с тобой сегодня нужно уехать, помнишь, Тём? Я все понимаю, но мы клиентов можем растерять, если будем постоянно ломать графики. А на твое имя почти половина идет, сейчас профукаешь – потом ничего не останется. Сок апельсиновый резко начал горчить, мясо показалось жестким, а салат – пересоленным. Я, конечно, знала, что придется расстаться на время, но  надеялась, что чуть позже. Хотя бы через пару дней… – Мне совсем не нравится, что придется оставлять Вику здесь. Может, найдем для этой работы кого-нибудь другого, Дань? Какие-то скользкие эти типчики, сразу начали к ней подкатывать… – А потом ты запрешь ее под замок и не пустишь ни на какую другую работу? Типчики есть везде, не только здесь. Не придумывай и  не обижай Вику. – Артем, мне никто не нужен, кроме тебя. Успокойся. Ни Витя, ни Даня, ни эти дяденьки, ни кто-то еще другой. После этой фразы воцарилось молчание. Гробовое. Потом Данька хмыкнул, встал и отошел, сославшись на очень важный и срочный звонок. – А что случилось-то? Я опять ляпнула что-то не то? – Ну, ты сначала согласилась выйти замуж, и только потом сказала, что я тебе нужен, в принципе. Мда… Мы оказались очень оригинальной парой. А главное – гармоничной! В чем-то Соколовский оказался прав. Мне, кстати, очень понравилось думать о нем по фамилии. И примерять ее к себе, конечно. Хотела еще сказать ему, что ради Артема согласилась бы стать и Пыжиковой, вот серьезно! Ведь фамилии Даньки и Виктора я даже не пыталась склонять вместе со своим именем… Но решила, что хватит с него на один раз откровений, а то расслабится, что-нибудь этакое о себе возомнит… – К маме твоей поедем? Тёма устал наблюдать меня – задумчивую и рассеянную, осознал, что последняя фраза была совершенно лишней, раз так выбила меня из колеи, и привычно вернул в нормальное состояние: вышиб клин клином. – Зачем? Что ты там забыл? – Вставать перед тобой на колени, дарить цветы, кольца, вот это вот все. – А тебе обязательно нужны свидетели? Считаешь, если я соглашусь без наблюдения, то могу потом передумать? – Вика, у меня времени в обрез. Некогда спорить, серьезно. Если еще немного затянем, Данька меня убьет. – Он вздохнул, глядя покаянно. – И потом, у меня клиенты, действительно, идут на репутацию и имя, и клиенты центра приходят по той же причине. Если я начну филонить и кидать людей, они нас тоже бросят. И будем мы с тобой влачить жалкое существование в какой-нибудь жалкой конуре. И даже ипотеку взять не сможем – просто не дадут. – Это к чему сейчас был такой длинный монолог, Тем? Я на середине подвисла и перестала понимать… Чуть-чуть слукавила, конечно. Самую малость. Все я прекрасно поняла, просто время оттягивала. Мне нужно было морально подготовиться к встрече с мамой, а не ломиться к ней вот так – с бухты-барахты. – Зубы тебе заговаривал. Доедай, собирайся и поедем. Нам еще нужно успеть заскочить в магазин за кольцами, цветами, тортом… – Мама не любит сладкое. Ей лучше колбасы копченой. Торт на голову не наденет, но ты получишь большой жирный минус в ее рейтинге. – Колбасу тоже возьмем. А торт я врачам дарить собирался, чтобы разрешили навестить больную. – Ты всегда такой прошаренный и продуманный? – А как с тобой иначе? Девушка, которая на первом свидании выдает план на всю совместную жизнь, заставляет соответствовать… – Зато мне проще: носи с собой справку, что не болеешь, и можно больше ни о чем не париться… Выбор колец меня утомил. А Артем утомил еще больше. Он никак не мог согласиться с тем, что я выбрала такое недорогое колечко. «Ты меня за нищего держишь? Это точно золото, ты уверена? Я видел на витрине в три раза дороже!» Я подумала, что он совсем ошалел от радости, но спорить не стала. Согласилась добавить в комплект еще пару красивых сережек. Ну, если человеку так хочется деньги спустить на меня, разве я могу его расстраивать?! По дороге внезапно решила, что серьги будут лучшим презентом для будущей тещи. Артем опять глянул странно, но спорить не стал. Так и вручил ей при встрече: цветы, колбасу, пакет с фруктами, и футляр с сережками. Прямо с ходу, как только поздоровались. Мама явно о чем-то догадалась. Вот как только сырокопчёнку в своих руках ощутила, так сразу все и просекла. Я только не смогла расшифровать по взгляду, счастлива она или не очень. – Мам, ты присядь на диванчик, пожалуйста. – В палату нас не пустили, зато маме разрешили спуститься в фойе. Она уже намного лучше себя чувствовала, и в постельном режиме не нуждалась. Подозреваю, что продумывала планы побега, как и во все прошлые разы. – Привет, доченька. Дай, хоть обниму тебя! – Сердце зашлось от радости, когда  ощутила на себе такие родные руки. И глаза моментально намокли, и мне ни капельки не было стыдно за это. – Так, молодой человек, подержите-ка! Пакет и сережки она вернула Темычу, а колбасу отдать не смогла. Слишком сильна ее страсть к этому чудесному продукту. Мы долго стояли в обнимку молча, мне было одновременно сладко  и горько: я была здесь уже два дня, а маму увидела только благодаря Артему. В принципе, из-за него же я так редко о ней вспоминала. Стыдно до ужаса, радостно до боли. Дала себе зарок: как только Тема свинтит в свои дальние дали, я от мамы совсем не вылезу. Буду уходить только вечером к девчонкам. – Людмила Ивановна, я пришел сюда, чтобы просить руки вашей дочери! – Тёмыч взял быка за рога, как только мы с мамой отлипли друг от друга. Снова всучил ей цветы и коробочку. – А зачем ты мне кольцо-то пихаешь? Я же не сотрудник ЗАГСа, чтобы вам их подавать… – Мамуля в своем репертуаре. Лучшая защита – нападение. Особенно, когда знаешь, что противник априори слабее и не имеет особого права выделываться. – Это не кольцо. Это подарок вам. А коробочка для Вики – вот она. – И он, реально, встал передо мной на одно колено, открывая бархатную шкатулочку. Я почти упала в обморок от удивления, так это было внезапно. А еще показалось странным, что один его глаз как-то странно мигает и косит. Видимо, перенервничал… Тут же успокоила себя мыслью, что мы находимся в отделении невралгии: если что, быстро вылечат… Оказалось, что это он торопил Даню, который к нам мчался еще с одним букетом наперевес. – Ой, ну, надо же… Цветы от тебя, как мило… – В этом Соколовский точно отставал от Виктора – букеты он мне еще не дарил… – Вика, выходи за меня замуж. Пожалуйста. Людмила Ивановна, вы не против? Я у кого-то видела из девочек в соцсетях, как им предложения делали. Красивые рестораны, свечи, музыка… Пламенные речи на полчаса… Я их проматывала обычно – надоедало смотреть. Мое предложение явно обыгрывало все остальные. Ну, кому еще аплодировало стоя такое количество нервнобольных? Никому, уверена. И съемку уже вели добрые люди. И медсестры притормаживали заинтересованно. Искали среди нас дополнительных пациентов… – А чего ты ко мне-то приперся, мил человек? – Только мама себя ощущала в своей тарелке. Конечно, ей эти стены почти родные… – Если Вика не захочет, я ничего не смогу поделать. И даже твои презенты не помогут. – Мама, я согласна. Просто скажи, что ты тоже. – Ну, хорошо. Благословляю вас. – Она взмахнула несчастной колбасой, как жезлом. Эпично выглядело. Я заозиралась, чтобы запомнить, кто там снимает… Нужно успеть поймать человека и попросить, чтобы мне тоже запись скинул. В Инстаграмм такое не выложишь, конечно… Хотя… Довести идею до конца не успела: кто-то из не очень здоровых рявкнул «Горько!», остальные его поддержали. И всем было пофигу, что это, вообще-то, еще далеко не свадьба. Пришлось прятаться за букетом и целоваться. Мы больше ржали друг другу в губы, но это никого не волновало. – Так, все, дорогой будущий зять. Свободен. У меня время посещения скоро закончится. Нам нужно с Викой еще поговорить! Маме быстро надоел этот фарс, она деликатно тронула Артема за плечо, а потом повернула в сторону выхода. Как обычно, не церемонясь. – Спасибо, Людмила Ивановна! Я счастлив с вами познакомиться! – Это тебе пока так кажется, потом еще тысячу раз пожалеешь. – И никто, кроме меня, не заметил, что она очень взволнована, а ворчит больше для отвода глаз. – До свидания! Я скоро еще приеду! – Иди, иди уже! Цветы таскать не надо, их ставить некуда, все остальное можешь продублировать! Она проводила глазами уходящего Тему, Данька шел чуть впереди, раздвигая ряды любопытных, словно телохранитель. – Доченька, ты его хоть любишь? – Налет стервозной тетки исчез, осталась лишь моя взволнованная, переживающая мама. – Люблю, конечно. – Еще один первый раз: про любовь к Артему я вслух не говорила никому, даже себе. – Давно его знаешь? – Хмм… – Я пыталась вспомнить точную дату, но каша в голове не позволяла. – Недели две, наверное. Может, три. Про три уже сознательно приукрасила. Все-таки, двадцать один день знакомства – это не какие-то четырнадцать. Это уже серьезно совсем. – А не торопитесь? – Нет. Я точно уверена, что это мой человек. – Смотри, не наделай ошибок! Молодость потом назад не отмотаешь! – А кто сказал, что я с Артемом сразу же состарюсь? – Детей не спеши рожать! Не повторяй мои глупости! – Мама. Мы – взрослые, ответственные люди! Живем в двадцать первом веке. Уж как-нибудь справимся! – Я даже задохнулась от возмущения! От кого угодно такое ждала, только не от мамы! – Все так говорят, Вика. А потом удивляются… – Мы – не удивимся, обещаю!