Глава 26

Глава Гильдии лежал без сознания, но битва ещё не закончилась.

Оливия смотрела на его неподвижное тело и не могла поверить, что всё почти закончилось. Почти. Потому что из коридоров доносились крики, топот ног, звуки магических разрядов — охрана гильдии пыталась прорваться в зал Совета. Маги из группы Веста заняли оборону у дверей, отбивая атаки.

— У нас мало времени, — сказал Вест, тяжело дыша и вытирая кровь с разбитой губы. — Нужно уходить, пока они не вызвали подкрепление. Там, — он кивнул на дверь, — уже не меньше двух десятков боевых магов.

— Уходим, — согласился Стивен, помогая подняться одному из раненых союзников. — Но сначала надо забрать доказательства.

— Где они? — спросил Вест, оглядывая зал.

— В кабинете главы. На третьем этаже. Там должны быть документы, имена, приказы — всё, что нужно для суда.

Вест побледнел.

— Это самоубийство! Там сейчас полно охраны! Весь этаж, наверное, кишит ими!

— Значит, пойдём через крышу.

Они переглянулись. План был безумным, но другого не было. Если они уйдут без доказательств, всё будет напрасно. Глава очнётся, уничтожит улики, и правда снова утонет во лжи.

— Я с тобой, — сказала Оливия, шагнув к Стивену.

— Нет. — Он покачал головой. — Ты остаёшься здесь, с магами.

— Стивен...

— Это не обсуждается. — Он взял её лицо в ладони, заглянул в глаза. В его взгляде было столько боли, нежности и решимости одновременно, что у Оливии перехватило дыхание. — Ты нужна мне живой. Понимаешь? Если со мной что-то случится, ты должна продолжить. Ради Вейна. Ради Элинор. Ради всех, кто не дожил до этого дня. Ты — наша надежда.

— Не говори так! — Глаза её наполнились слезами. — Не смей прощаться! Ты вернёшься!

— Придётся. — Он улыбнулся — той особенной улыбкой, которую она так любила. — Обещать не могу, но постараюсь.

Он поцеловал её — быстро, отчаянно, вкладывая в этот поцелуй всё, что не успел сказать. А потом разорвал объятия и шагнул к двери.

— Я вернусь, — сказал он, не оборачиваясь. — Обещаю.

И ушёл.

Оливия смотрела ему вслед, чувствуя, как сердце разрывается от страха и любви. Каждая клеточка тела кричала: беги за ним, не отпускай! Но она осталась. Потому что он был прав — кто-то должен был продолжать, если...

Она не позволила себе додумать эту мысль.

— Он сильный, — сказал Вест, кладя руку ей на плечо. — Я видел таких. Они не ломаются.

— Я знаю. — Оливия вытерла слёзы. — Но всё равно боюсь.

— Это нормально. Любовь и страх всегда рядом. Если бы ты не боялась, это значило бы, что тебе всё равно.

Она посмотрела на старого мага, и впервые за всё время увидела в его глазах что-то, кроме боли и усталости. Мудрость. И надежду.

— Расскажите мне о ней, — попросила Оливия. — Об Элинор. Какая она была?

Вест улыбнулся — грустно, но светло.

— Она была как солнечный луч. Входила в комнату — и всё озарялось светом. Смеялась звонко, как колокольчик. И верила в добро. Всегда верила, даже когда весь мир говорил ей, что добра не существует.

— Как мастер Вейн?

— Как Артур. Они были созданы друг для друга. Но судьба распорядилась иначе.

— Вы любили её?

Вест помолчал.

— Мы все её любили. По-разному. Артур — как женщину, я — как сестру. Но она любила только его. И этого было достаточно.

Оливия сжала его руку.

— Мы не допустим, чтобы её смерть была напрасной.

— Знаю. Потому и пошёл с вами.

Сзади раздался очередной взрыв — охрана гильдии активизировалась. Маги у дверей едва сдерживали натиск.

— Долго не продержимся, — крикнул один из них. — Нужно отходить!

— Держитесь! — ответил Вест. — Дайте им время!

***

Стивен поднимался по чёрной лестнице, стараясь не шуметь.

Ступени скрипели под ногами, сердце колотилось где-то в горле, но он двигался вперёд, сжимая в руке револьвер. Патронов осталось мало — всего три. Плюс артефактный жезл, почти разряженный после битвы.

«Надо было взять больше, — подумал он. — Но кто ж знал, что придётся штурмовать цитадель в одиночку».

На втором этаже было пусто — видимо, вся охрана стянута к залу Совета. Он миновал коридор, свернул налево, к кабинету главы. Сердце билось ровно, дыхание успокоилось — организм переключился в боевой режим, отключив всё лишнее.

Дверь в кабинет была приоткрыта. Внутри горел свет.

Стивен осторожно заглянул — и увидел то, что искал. Сейф, открытый, с папками документов внутри. Целая стопка — протоколы, приказы, имена. Всё, что нужно для суда.

Но рядом стоял человек.

Высокий, в чёрной мантии, с лицом, скрытым капюшоном. Он медленно повернулся.

— Детектив Дарвидс, — произнёс знакомый голос. — А я думал, вы умнее.

Из-под капюшона показалось лицо Аластара Ашера. Измученное, бледное, с безумным блеском в глазах, но живое.

— Вы? — удивился Стивен, невольно поднимая револьвер.

— А кто же ещё? Думали, я брошу своё дело? Нет, детектив. Я иду до конца.

Ашер взмахнул рукой, и в Стивена полетел магический разряд. Тот едва увернулся, кувыркнувшись в сторону, и ответил выстрелом. Пуля ушла в молоко — Ашер поставил прозрачный щит, от которого она отскочила с жалобным звоном.

— Против мага у вас нет шансов, — усмехнулся он. — Даже такого слабого, как я. Магия всегда побеждает сталь.

— Посмотрим.

Стивен бросился в рукопашную. Он знал, что магия Ашера сильна, но в ближнем бою у него было преимущество — скорость, ярость, отчаяние. И ещё кое-что, чего у Ашера не было.

Ему было что терять.

Он бил, уворачивался, бил снова. Ашер пытался колдовать, но Стивен не давал сосредоточиться — наседал, сокращал дистанцию, не позволял произнести заклинание. Они катались по полу, ломая мебель, разбивая стёкла, оставляя кровавые следы на дорогом паркете.

— Вы не понимаете, — шипел Ашер, отбиваясь от ударов. — Гильдия — это порядок. Без неё наступит хаос! Маги начнут убивать друг друга, обычные люди восстанут, начнётся война!

— Хаос уже наступил! — Стивен нанёс удар в челюсть, голова Ашера мотнулась. — Из-за вас! Из-за вашей жадности и жажды власти!

Ашер отлетел к стене, но тут же вскочил, выбросил руку вперёд — и Стивена отбросило магической волной. Он врезался в книжный шкаф, с грохотом обрушив его на себя. Тома посыпались градом, острые углы впились в спину.

— Глупец, — выдохнул Ашер, поднимаясь и отряхивая мантию. — Вы даже не маг. Простой смертный с револьвером. Что вы можете против силы, которая правит этим миром веками?

Стивен с трудом поднялся из груды книг, вытирая кровь с разбитой губы.

— Любить, — ответил он, глядя Ашеру прямо в глаза. — Это сильнее вашей магии.

Ашер рассмеялся — каркающе, истерично.

— Сентиментальность! Слабость! Любовь — это то, что погубило Элинор, что заставило Вейна лезть в дела, которые его не касались, что привело вас сюда! Любовь — это болезнь, детектив, от которой надо лечить!

— А по-моему, — Стивен шагнул вперёд, — это единственное, что делает нас людьми.

Они сцепились снова.

***

В зале Совета Оливия не находила себе места.

Она мерила шагами пространство у трона главы, то садясь, то вскакивая, то подбегая к двери, откуда доносились звуки битвы. Маги Веста держались из последних сил — двое уже были ранены, один лежал без сознания.

— Я должна идти, — сказала она Весту, который перевязывал раненого. — Чувствую, ему нужна помощь.

— Туда нельзя, — покачал головой старый маг, не отрываясь от дела. — Там опасно. Если с тобой что-то случится, он мне этого не простит.

— Если с ним что-то случится, я себе не прощу!

Она посмотрела на него с такой мольбой, что старый маг сдался.

— Хорошо. Иди. Я прикрою. — Он протянул ей небольшой артефакт — светящийся камень на цепочке. — Возьми. Если будет совсем плохо, раздави его. Он создаст защитный купол на несколько секунд. Этого хватит, чтобы добежать до укрытия.

— Спасибо.

Оливия побежала.

Она поднималась по лестнице, считая ступени, молясь всем богам, каких знала. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание сбивалось, но она бежала. Выше. Ещё выше. Третий этаж.

Коридор был пуст. Странно. Почему здесь нет охраны?

Она влетела в кабинет главы — и замерла.

Стивен и Ашер лежали на полу, оба без движения. Вокруг — разгром, копоть, запах магии. Книги, бумаги, осколки стекла — всё смешалось в кучу.

— Стивен! — закричала она, бросаясь к нему.

Он пошевелился, приоткрыл глаза. Лицо было в крови, рубашка разорвана, но глаза — живые, родные.

— Жива... — прошептал он. — Хорошо.

— Жива. А ты? — Она ощупывала его, ища раны, боясь найти что-то смертельное.

— Кажется, да. — Он попытался улыбнуться. — Потрёпан, но жив.

Она помогла ему сесть, прижалась на секунду, чувствуя, как бешено колотится его сердце. Ашер не двигался — видимо, потерял сознание.

— Доказательства, — напомнил Стивен, кивая на сейф. — Забери папки. Пока они здесь.

Оливия метнулась к сейфу, схватила стопку документов — тяжёлую, плотную, пахнущую старой бумагой и пылью. Победа. Наконец-то победа.

В этот момент дверь распахнулась.

На пороге стоял Глава Гильдии.

Он был страшен — бледный как смерть, с дикими глазами, мантия висела клочьями, из раны на боку сочилась кровь. Но он стоял. Живой.

— Вы думали, я умру так легко? — прохрипел он, опираясь о косяк. — Нет. Я проживу достаточно, чтобы увидеть вашу смерть.

Он поднял руку, и в ней начал собираться магический шар. Не такой, как раньше — огромный, смертоносный, пульсирующий чёрной энергией. Воздух вокруг замерцал, запахло озоном и грозой.

— Оливия! — крикнул Стивен, пытаясь встать.

Но было поздно.

Глава метнул шар прямо в неё.

Время замедлилось.

Стивен видел, как чёрная энергия летит к Оливии, видел её испуганные глаза, видел, как документы выпадают из ослабевших рук. Видел улыбку главы — торжествующую, безумную.

И в этот момент всё остальное перестало существовать.

Была только она.

Его Оливия.

Его любовь.

Он рванул вперёд, закрывая её собой.

Удар пришёлся в спину.

Стивен вскрикнул, обнял Оливию, прижал к себе. Магическая энергия разрывала тело изнутри, жгла, убивала. Каждая клеточка кричала от боли, но он держал её. Не отпускал.

— Стивен! — закричала Оливия. — Нет! Нет!

Она чувствовала, как он обмякает в её руках, как тяжелеет тело, как перестаёт биться сердце.

— Нет! Пожалуйста! Только не ты!

Но вдруг что-то произошло.

Медальон на её шее — миниатюрная копия "Света Элинор", которую она носила не снимая — вспыхнул ярким голубым светом. Таким ярким, что пришлось зажмуриться.

Энергия, предназначенная для убийства, потекла в артефакт, впитываясь, исчезая, перерабатываясь во что-то другое. Тёплое. Живое.

Стивен вздрогнул, выгнулся дугой — и затих.

Но дышал.

Оливия чувствовала, как поднимается и опускается его грудь.

— Живой, — прошептала она. — Живой.

— Невозможно, — прохрипел Глава, глядя на них выпученными глазами. — Это невозможно! Ни один артефакт не способен поглотить столько силы!

— Возможно, — ответила Оливия сквозь слёзы, прижимая к себе Стивена. — Потому что любовь сильнее смерти. Потому что этот артефакт создан великим магом, который отдал за него жизнь. Потому что мы верим.

Она активировала артефакт на полную мощность.

Голубое сияние окутало всё вокруг — стены, пол, потолок, тела поверженных врагов. Глава закричал, пытаясь закрыться щитом, но было поздно — его собственная магия, вырванная артефактом из Стивена, теперь обращалась против него.

Он рухнул на пол, обездвиженный, парализованный, беспомощный.

Тишина.

Настоящая, звенящая тишина.

Оливия склонилась над Стивеном. Слёзы капали на его лицо, смешиваясь с кровью.

— Не смей умирать, — шептала она. — Ты обещал. Ты обещал вернуться. Ты не имеешь права!

Он открыл глаза.

Медленно, с трудом, но открыл.

— Живой, — выдохнул он. — Кажется.

— Дурак. — Она засмеялась сквозь слёзы. — Какой же ты дурак.

— Твой дурак.

Она поцеловала его — долго, нежно, отчаянно. Вкладывая в этот поцелуй всю свою благодарность, всю любовь, весь страх, который только что пережила.

— Навсегда, — прошептала она, отрываясь.

— Навсегда, — согласился он.

В дверях показался Вест с магами. Они добили остатки охраны и теперь стояли, глядя на открывшуюся картину: поверженный Глава, без сознания Ашер, и двое, обнявшись, сидящие среди руин.

— Мы победили? — спросил Вест, всё ещё не веря.

— Мы победили, — ответила Оливия.

Она смотрела на Стивена, на поверженного главу, на Ашера без сознания, на усталые, но счастливые лица магов — и чувствовала, что самое страшное позади.

Впереди была новая жизнь.

Жизнь, где они будут вместе.

Жизнь, ради которой стоило бороться.

***

Они выбрались из здания под утро.

Город просыпался, не зная, что этой ночью в его сердце произошла битва, изменившая всё. Стивен опирался на Оливию и Веста, еле переставляя ноги. Маги несли раненых, документы, артефакты.

— Куда теперь? — спросил кто-то.

— К Эдварду, — ответил Стивен. — Он найдёт, где нас спрятать.

— А потом?

— А потом суд. Гласный, открытый, справедливый.

— Им не понравится.

— Им никогда ничего не нравится. Но теперь у нас есть правда. И есть вы.

Они вышли на рассветную улицу, и первые лучи солнца коснулись их лиц.

— Смотри, — сказала Оливия, показывая на небо. — Новый день.

— Новая жизнь, — ответил Стивен.

Она улыбнулась.

— Вместе.

— Навсегда.

И они пошли в этот новый день — усталые, израненные, но счастливые.

Потому что были вместе.

А вместе они были непобедимы.