Глава 7

- Со мной все в порядке, - отозвались с той стороны и цепкие клещи страха отпустили мое сердце. Его голос звучал как-то странно, но все-таки звучал.

Тут же, как по команде, зажглось приглушенное дополнительное освещение темно-желтого цвета.

- Самсара, ты должна мне помочь.

- Что нужно делать? – я прильнула к валунам, чтобы лучше слышать его. Толчки землетрясения понемногу стихали, и новых обвалов не предвиделось.

- Осторожно разбирай камни… Со своей стороны. Выбирай те, что помельче и лежат сверху. Я… сам отодвину большие. Не выдергивай… Из середины, чтобы не спровоцировать новый обвал.

Голос маршала прерывался и звучал странно, но я не предала этому особого значения. Лишь отозвалась согласием и начала разгребать завал, как он и сказал. С его стороны тоже слышался шум разгребаемых камней, и я лишь подивилась тому, как глубоко нас похоронило. Думать о том, что происходило за пределами комнатки совершенно не хотелось.

Спустя целую вечность с начала нашей работы, я наконец, увидела кусочек лица Зейна и взвизгнула от восторга. Он был усталым и бледным, но все-таки я еще никогда не была так рада маршалу. Похоже, он подумал о том же самом, потому что его губы скривила усмешка.

Мое платье и лоб взмокли, а воздуха отчаянно не хватало. Я тяжело дышала, и он произнес:

- Не беспокойся, вентиляция хоть и слабо, но работает. В противном случае мы уже были бы мертвы.

Это, в общем, обнадежило.

Наконец, хода сверху хватило для того, чтобы его мощное тело смогло пролезть сквозь камни. Я отошла, с непонятным трепетом наблюдая за тем, как Зейн, прикрывая глаза, проникает в мою комнату. И когда он выпрямился передо мной, я ахнула, понимая его осипший голос и бледное лицо.

На широком плече ткань черного пиджака была продрана и подозрительно переливалась. Я приблизилась, хмуря лицо и выставляя руку вперед, но он перехватил мое запястье:

- Пустяки.

- Ты истекаешь кровью, - нахмурилась я, видя, как он перемещается вперед к панели управления.

- Размышления об этом не помогут нам спастись, - отозвался он, стоя ко мне спиной и лихорадочно оглядывая кнопки. Наконец, он нажал одну из них и произнес:

- На связи маршал Зейн Мора. Если вы слышите, то я нахожусь в аппаратной. Завал перекрыл весь тоннель, и мы не можем выбраться самостоятельно.

Он повторил это еще несколько раз, пока я терпеливо ждала сзади.

- Вот и все, - отчеканил он, поворачиваясь ко мне и прикрывая глаза. – Теперь осталось только ждать.

- Сколько?

- Я не знаю, - устало ответил он, опускаясь на старый деревянный стул. – Если связь работает хотя бы в одну сторону, то они услышат нас и наладят ее.

Я вновь приблизилась, и он мгновенно открыл глаза, подозрительно глядя на меня:

- Что тебе нужно?

- Позволь мне тебе помочь.

- Мне не нужна твоя помощь, - отчеканил он, сжав зубы, но увидев удивление на моем лице, добавил чуть мягче, - здесь нет ничего, что могло бы промыть рану.

Мои глаза лихорадочно заметались по комнате.

Зейн, кажется, задремал от изнеможения и потери крови, а я обыскивала каждый уголок аппаратной, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы помочь ему.

Вскоре мной были обнаружены: ворох бумаг, упаковка какого-то печенья, кипятильник, разномастная посуда, какая-то жестяная лохань и ручеек воды, пробившей себе ход сквозь трещину в стене. Я воткнула провод в отверстие в стене и с облегчением поняла, что электричество работает.

Время здесь тянулось бесконечно, и я понятия не имела, сколько заняло наполнение жестяного таза водой и последующее кипячение.

У меня все еще не было бинтов.

Быстро пораскинув мозгами, я оглянулась на измотанного Зейна, убедившись, что он спит, и скинула с себя платье.

Теперь уже я радовалась сложности нарядов на Харваде. Белая шелковая сорочка под платьем сейчас могла сослужить действительно полезную службу. Я сняла ее, оставшись в одних трусах, и тут же почувствовала чужой взгляд, сверлящий область между лопаток. Наполняясь недобрым предчувствием, я повернулась вполоборота, прикрывая грудь, и встретилась с потемневшим взглядом маршала. Его грудь тяжело вздымалась, а лицо было хмуро. Я не могла отвести от него взгляд, а просто стояла, загипнотизированная.

- Я придумала, как тебе помочь, - пролепетала я.

- Интересный способ, - хмыкнул он, и я выпала из забытья. Резким движением надела синее платье прямо на голое тело.

Сорочка была нещадно порвала и разделена на кусочки. Их я поместила в кипящую воду.

- Это тебе, - я поставила перед ним стакан кипячёной воды и он жадно осушил его. – А теперь, давай снимем с тебя камзол. Я промою раны.

Я чувствовала его пристальный взгляд на моем лице, пока я стягивала с него одежду. Когда мы дошли до рукава с раненой рукой, его губы чуть заметно дрогнули.

- Больно? – испугалась я.

- Я тебе не мальчик из сахара, иномирянка. Продолжай.

А вот это обидно. Я поджала губы и сдернула с него пиджак чуть грубее, чем нужно было. Затем помогла стащить белую рубашку, насквозь пропитанную кровью, и едва не охнула, увидев его плечо. Рана была глубокой, тянущейся до ключицы.

- Помимо клаустрофобии у тебя еще и боязнь крови? – хмыкнул Зейн.

- Справлюсь, - ответила я, зашагав к тазу со стерильными бинтами. Я выловила один и вернулась к Зейну, встала позади, начав промывать рану по краям. Он не дернулся, но стал еще бледнее, а мышцы на могучей спине напряглись. Я честно старалась не изучать его оголенный торс с чётко очерченными мышцам, но сердце забилось сильнее, когда я коснулась пальцами его разгоряченной кожи, покрытой шрамами.

- Ты не такая уж бесполезная, иномирянка, не так ли? – внезапно произнес он, и я заскрежетала зубами. Маршал больше не проронил ни слова, пока я промывала его рану.

Позже, я взяла остатки сорочки и вернулась к нему, не понимая, с какого края подступиться. Присела на колени перед ним, но оказалась слишком мала, и тогда он сгреб меня руками, усаживая к себе на колени. Я было дернулась, упираясь рукой ему в грудь, но он удержал меня.

Так, это просто для удобства. Мне только нужно осторожно перебинтовать его рану. Его глаза внимательно следили за каждым моим движением, а дыхание ожигало кожу на шее.

- Не вертись, - хрипло произнес он, и я замерла, понимая, что слишком усердно двигалась, переместившись на область паха. Руки Зейна крепче сжали мою талию, не давая встать, когда я завершила свою работу аккуратным узелком возле сердца.

- Зейн, - настороженно протянула я.

- Ничего не говори, - перебил он, притягивая меня теснее к себе, так что мы соприкоснулись кончиками носов.

Губы заныли от его близости. Пальцы упирались в оголенную смуглую грудь и между нами был только барьер из моего лёгкого платья.

- Твоя рана будет кровоточить, - пробормотала я, когда он провел костяшками пальцев по моей щеке.

- Царапина, - отозвался Зейн, ослабляя шнуровку на моем платье сзади, лихорадочно ее дергая. Платье спустилось до талии, и я охнула, прикрывая грудь рукой. Но он тут же убрал их, даже не прилагая силы, и притянул ближе, соприкосая нас телами. Я обвила его шею руками, скорее, чтобы скрыть наготу от его жадных глаз, и низ живота налился болью от того, как соски прижимались к его разгорячённой груди.

- Я невеста твоего брата, - прохрипела я из последних сил, чувствуя, как глаза подергивает дымка от его прикосновений к нежной коже на позвоночнике.

- Не надо ставить передо мной барьеры, которые я с легкостью сломаю, - прорычал Зейн, темнея лицом. – К тому же, мы здесь, и возможно погребены навсегда. Какая разница, что будет сейчас, если завтра не наступит?

Именно эта безысходная тоска владела и мной. Здесь, под землей, прошлого и будущего словно не существовало. Мы будто были единственными выжившими, и уже не имело никакого смысла, буду ли я касаться пальцами его мягких волос или отпряну, свернувшись комочком в уголке. Вот только мне отчаянно хотелось первого.

Зейн, словно зная мои мысли, внимательно следил за сменой реакций на моем лице. И поняв, что я медленно проигрываю сама себе в доводах рассудка, дернулся вперед.

Его рука накрыла мой затылок, притягивая к себе и он впился в мои губы, остервенело их прикусывая и вторгаясь в рот языком. Я застонала, чувствуя, как ослабевает тело, и он тихонько засмеялся, перемещая губы на шею, провоцируя волны мурашек. Его рука лихорадочно задирала мое платье, и когда я попыталась выразить слабый протест, он просто развернул меня, сажая на себя и упираясь мощью груди в спину. Теперь одна его рука свободно ласкала мою грудь, рот прикусывал кожу на плече, а вторая проникла под платье, поглаживая внутреннюю поверхность бедра.

Я явно лишилась разума, потому что закинула руки назад, обнимая его шею, изгибаясь под давлением его ласк. Его стальная мощная грудь, прижимавшаяся ко мне сзади, была такой огромной, что я чувствовала себя песчинкой в его руках.

Пальцы Зейна скользнули между ног, и я широко распахнула глаза, сжимая бедра, в попытке остановить его. Но он лишь нагнулся вперед, прогибая меня, заставляя развести ноги, и я тут же почувствовала его касание к самому интимному участку тела. Тому, где себя до этого трогала лишь я сама.

- Зейн, я прошу тебя, - губы пересохли, а тело не способно с ним бороться, я лишь положила пальцы на его запястья, стараясь остановить, но мое сопротивление ни к чему не привело. Он посасывал мочку моего уха, продолжая делать пальцами вращательные движения. Вторая придерживала грудь и большой палец дразнил затвердевший сосок.

- Твоя кожа, - прохрипел он, прикусывая мое плечо, - такая мягкая. Она сводит меня с ума. – Зейн провел пальцами по моему позвоночнику, выгибая его и отстраняясь от меня. Я застыла, не понимая, что происходит, пока не услышала, как он расстегивает молнию на брюках.

И тут меня накрыла паника.

Я в полной мере осознала, что сижу на коленях брата своего жениха, выгнутая задницей поудобнее, чтобы он овладел мной.

- Хватит! – панически выкрикнула я, пытаясь подняться, но он удержал меня, вцепившись в талию.

- Зачем играть из себя невинность, если все уже почти произошло? – прохрипел Зейн на ухо. Он приподнял меня, приближая к себе, и я почувствовала, как ствол его члена прошел между влажных складочек. Вскрикнула от почти болезненного удовольствия, пытаясь вновь отстраниться, но Зейн зарычал, удерживая стальной хваткой, не давая мне этого сделать.

Тянущая боль внизу живота кричала о том, чтобы я впустила его в себя и почувствовала облегчение. Почему-то мне казалось, что именно он спасет меня от нарастающей агонии внутри. Зейн продолжал двигаться, скользя между, только приближая меня к капитуляции. Его пальцы вновь накрыли грудь, а губы и язык ласкали кожу между лопаток. Теперь я была на грани безумия, чувствуя его везде на своем теле.

- Если мы выберемся отсюда, ты не останешься без защиты. Я сделаю тебя своей наложницей, - прохрипел он, - я хочу тебя, Самсара. До боли хочу. Как ни одну другую женщину.

Новое слово царапнуло мое отошедшее сознание, и я вскочила, отлетая к противоположной стене. Трясущимися руками начала натягивать на себя платье. Я была пьяна им и обстоятельствами, но я человек, прежде всего, и должна была хотя бы попытаться контролировать свои эмоции. И никакой всплеск адреналина или страх скорой смерти не могли оправдать моей капитуляции перед маршалом.

- Твою мать, что тебе вообще нужно? – зарычал Зейн, поднимаясь и шагая ко мне.

Пальцы сомкнулись на моей шее, и я зажмурилась, чувствуя его горячее дыхание на своей щеке.

- Это… Это было ошибкой, - пробормотала я, понимая, как жалко это звучит.

- Ошибкой, значит? – прорычал Зейн, все еще держа меня в руках. – Ты можешь врать мне, но то, как твое тело горит в моих руках, говорит более красноречиво, иномирянка.

И здесь я окончательно пришла в себя.

Уже не страшась его взгляда, я повернулась, смотря на него в упор. Его лицо было искажено бешенством вперемешку со страстью. Разгоряченная грудь тяжело вздымалась, а мои самодельные бинты пропитались кровью. От наших «упражнений» рана вновь открылась.

- Вам лучше присесть, маршал, - отчеканила я. – Не то рискуете вновь начать истекать кровью.

Он напрягся, явно пытаясь понять, что могло спровоцировать такую резкую перемену в моем настроении.

Зейн уже было открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут до нас донеслись обрывчатые звуки из коммутатора.

Маршал тут же освободил меня, приводя брюки в порядок, а потом переместился к панели связи.

Сначала неразборчивый, но становившийся все более четким, голос человека по другую сторону произносил:

- Нам удалось наладить связь. Маршал, вы слышите меня? Это полковник Листат.

- Теперь отчетливо, мой друг, - отозвался Зейн, нажимая кнопку связи.

- Мы вызволим вас через несколько часов. Вам повезло, тоннель в котором вы застряли пострадал от взрыва меньше всего.

Я дернулась, услышав о том, что причиной всему было не простое землетрясение, как я думала до этого. Лицо Зейна тоже потемнело, но он никак на это не отреагировал.

- Мы ждем вас, полковник Листат, - произнес Зейн и отключился.

Он не смотрел на меня, натягивая на себя окровавленную рубашку. А потом и вовсе повернул стул в другую сторону, и устроился на нем, откинув голову. Зейн прикрыл глаза, явно давая мне понять, что беседы с ним я не достойна.

Решив, что слова сейчас и правда неуместны, я сжалась в комок возле стены, чувствуя ужасную ломоту во всем теле. И впервые в полной мере осознавая то, что действовала все это время лишь на голом адреналине.