Глава 23

Всё было не так уж и плохо. Всё было ещё хуже. Запасов было катастрофически мало даже для того, чтобы прокормить трёх хозяек и их старых слуг. О том, чтобы содержать гостей, не могло быть и речи.

Судя по тёмным пятнам на полу, из амбара уже вынесли много ящиков и мешков. Алкид не церемонился с жителями обветшавшего замка и не беспокоился об их будущем. И это злило, а ещё настораживало.

Пришло время поговорить со стариком и выяснить его истинные намерения.

Но когда мы отошли от амбара, то нос к носу столкнулись с воинами Алкида. Не так давно они уже пытались напасть, но Коэн нас защитил. Сейчас же рассчитывать было не на кого. Дракон не вернулся, мой страж тоже где-то застрял, а окно, из которого ранее наблюдал за нами повелитель, было закрыто.

– Что вам нужно? – выступив вперёд, я закрыла собой девочек.

– Следуйте за нами, госпожа, – отчеканил один и, окинув меня липким взглядом, ухмыльнулся. – Князь желает видеть супругу немедленно.

Октавий решил поиграть в супругов? Или его имя использует мерзкий старикашка, чтобы остаться со мной наедине и использовать проклятый артефакт?

– Как же быть? – вздохнула с сожалением и указала на окно, из которого ранее выглядывал дракон. – Повелитель приказал мне прогуляться. Я не могу ослушаться, ведь это разгневает важного гостя, и мой дорогой супруг может пострадать.

Воины мрачно переглянулись, но решимости отвести меня силой, увы, не утратили. Впрочем, это была лишь первая часть моего выступления.

– Передайте князю, что я приглашаю его на променад. Мужу будет полезно подышать свежим воздухом!

Воин несколько ударов сердца буравил меня злым взглядом, но всё же отступил. Кивнул второму:

– Возьми кота. Господин искал его.

– Это мой… – дёрнулась Шэкет, но я удержала девочку и осторожно покачала головой.

Мужчина схватил Табаки за шкирку, и кот обречённо повис, обменявшись взглядом с полупрозрачной медузой, похожей на Волластона. У меня возникло ощущение, что эти двое мысленно общаются. Жаль, что дар речи проявился лишь у Табаки.

Поведение кота было странным и, хотя малышка Шэкет неожиданно прониклась к нему тёплыми чувствами, я не спешила доверять питомцу Алкида. А вот существо, похожее на маленькую медузу, действительно тронуло моё сердце. Хрупкое, слабое, оно вызывало сочувствие.

– Можно подержать? – спросила у Талилии, и она согласилась.

– Интересно, – принимая жителя амбара, пробормотала я.

– Леди Горан, – услышала голос стража и обернулась. Одэн приблизился едва не бегом и, оглянувшись на следующих за ним воинов, которых возглавлял Октавий, тихо заговорил: – Леди в ваших покоях никак не просыпаются. Ремона, ваша камеристка, пробовала их будить. А старая повариха заявила, что нашла на кухне сильные зелья.

– Поняла, спасибо, – наблюдая за приближающимся мужем, прошептала я. – Присмотри за девочками. Отойдите в сторону, но так, чтобы я вас видела.

И направилась навстречу Октавию. Судя по злобной гримасе, разговор меня ждал не из приятных. Впрочем, после кинжала в груди, я не ждала от этого человека ничего, кроме подлости.

Мужчина выглядел неважно, был бледен и, судя по сверкающим глазам, чертовски зол. Но при этом двигался вальяжно и манерно проводил кончиками пальцев по волосам, убирая пряди, которые упали на лицо. Цветик и есть!

«Пора вживаться в роль, Зоя».

– Доброе утро, дорогой, – ласково проворковала я и улыбнулась. – Как спалось?

Октавий стиснул зубы так сильно, что шевельнулись желваки, и сузил глаза. Разумеется, я догадывалась, что информация, где молодая супруга провела эту ночь, не прошла мимо его ушей. Так и было задумано, так что зря мужчина гневно пыхтит и ждёт от меня смиренного самоуничижения.

Воспользовавшись тем, что супруг молчит, явно сдерживая бранные слова, которые сейчас бегущей строкой видны на его напряжённой физиономии, я невинно взмахнула ресничками и неторопливо двинулась вперёд прогулочным шагом.

То, что меня не пытались утащить силой, свидетельствовало о неохотном уважении статуса любовницы дракона. Одержав эту маленькую, но такую значимую победу, я собиралась продолжить борьбу.

Октавий двинулся за мной, как привязанный телёнок, а его люди отстали на несколько шагов, чтобы не мешать беседе господ.

– Как долго вы планируете гостить у нас? – спросила в лоб, не дожидаясь, когда супруг заговорит. И сообщила без обиняков: – Продуктов почти не осталось, кормить вас нечем. Свадебный пир разорил запасы.

– У «нас»? – вспылил мужчина. – Это моё княжество и мой замок! Сколько хочу, столько и гощу!

Я с трудом сдержала усмешку – Октавий выдал себя. Он жаждал стать князем, но чувствовал себя здесь гостем. Его сомнения были мне на руку, ведь я собиралась исподволь выяснить планы Алкида. Изобразив смущение, тихо напомнила:

– Но священной ночи ещё не было.

– Будет, – передёрнувшись, с угрозой пообещал он.

Эк его перекосило! Может, с будущим князем проведена разъяснительная беседа, и теперь молодой мужчина готовился наступить себе на горло, но довести дело до конца? Нет, невооружённым глазом было видно, как ему претит одна мысль прикоснуться к моему «грязному» телу.

– Как только повелитель драконов вернётся в Арлер, – заложив руки за спину, негромко добавил он.

Я едва не потёрла ладони. Так-так-так! Пока Кахин в Ранкине, можно не беспокоиться о поползновениях Цветочка. Остановившись, посмотрела в глаза мужчине и осторожно заметила:

– Обязанности князя вы тоже примите после отбытия драконов или займётесь делами сейчас? Как я уже сказала, кормить гостей нечем. Нужно закупить продуктов. Кстати, вы заплатили слугам, которых наняли? А ещё замок требует ремонта. В библиотеке покосилась дверь, а лестница…

Продолжила перечисление, на ходу изобретая, что требует немедленного ремонта. Коснулась необходимости закупки посуды, которой не хватило на пиру. И мебели, упомянув, что дорогие гости вынуждены спать на полу.

– Мне нет до этого дела! – раздражённо отмахивался Октавий. – Что за ерунда?

Да он совсем простак? Даже сдался без боя!

– То есть вы оставляете все эти хлопоты на меня? – вкрадчиво поинтересовалась я.

– Да, – с явным облегчением согласился он.

– Тогда мне потребуется официальное разрешение, которое я могла бы показывать, принимая решения по бытовым вопросам. Вы же подпишите для меня такую бумагу?

Тут он насторожился:

– Это действительно необходимо?

– Конечно, – я притворно вздохнула. – Кто же станет слушать слабую женщину? Я буду действовать от вашего имени, дорогой супруг, чтобы раздобыть всё необходимое. Например, ночные горшки. Их нужно не меньше дюжины!

Ох, какое брезгливое выражение у него отобразилось на лице. Залюбуешься!

– Можно мне получить бумагу прямо сейчас?

Я уже ощущала вкус победы, но тут в глазах Октавия мелькнул страх, и мужчина торопливо огляделся, будто желал убедиться, что нас не подслушивают.

– В обмен на услугу, – торопливо шепнул мужчина.

– Какую именно? – изобразила растерянность и для верности хлопнула ресницами.

– Обещайте солгать.

Что же беспокоит Октавия? Уязвлённая гордость? Попросит сообщить, что священная ночь между нами уже случилась? На такие уступки идти нельзя, одним словом я уничтожу всё, чего достигла, и подарю Цветику шанс стать богатым вдовцом.

Но всё оказалось проще.

– Если лорд Алкид спросит, скажете, что это я заставил вас заниматься бытовыми вопросами.

Я облегчённо выдохнула. Какой же Октавий недалёкий и трусливый. Мне повезло с мужем! С этого момента начало казаться, что моя затея выгорит, и мы с сестричками отстоим свою независимость.

Да, меня будут считать падшей женщиной. И пусть! Отличное отворотное зелье для таких вот Цветиков. Я собиралась сделать всё, чтобы отвадить Октавия и счастливо растить сестричек. Второй шанс и новую жизнь потрачу на воспитание милых крошек. Когда вырастут, выдам замуж по любви, а не против воли, как принято в этом мире. Никому не дам в обиду!

Конечно, хотелось и самой вновь испытать все прелести любви и, как следствие, материнства, но только не с этим хлюпиком. И других таких же не надо! В идеале, устроила бы настоящая ночь с драконом. И даже не одна…

– Эдана! – повысил голос Октавий.

– А? – очнулась я и посмотрела на его взволнованное лицо. – Да-да, конечно, дорогой супруг. Сделаю, как вы хотите.

– Что именно вы сделаете? – раздался вкрадчивый голос.

Мы с Октавием невольно вздрогнули, и муж развернулся. За его спиной стоял Алкид. В тёмных одеждах, опираясь на трость и опустив голову, он напоминал старого ворона, который примеривался к загнанным в угол мышам. Гадал, с какой начинать трапезу, и от хищного взгляда, признаться, даже у меня мурашки побежали по телу.

Память отозвалась фантомной болью во всём теле, вдруг захотелось опуститься на колени и сжаться от ужаса, который испытывала бедняжка Эдана, когда её пытал злобный старик. А перед глазами мелькнули бумаги, на которых девушка, содрогаясь от рыданий, ставила подписи.

«Бумаги?! – вздрогнула я. – Плохо. Очень плохо! Что же несчастная девочка подписала? Ох, уж этот мерзкий старик!»

Злость помогла справиться с фантомной болью, что накрыла душным облаком, и я посмотрела на Алкида. Как бы ни хотелось придушить этого человека или хотя бы вытрясти из него правду, придётся сделать вид, что поддаюсь на его угрозы, а потом подгадать момент и узнать, что Эдана подписала. По моему опыту в прошлой жизни, крохотный клочок бумаги может перевернуть жизнь целого приюта. Рисковать не следовало.

– Дорогой супруг распорядился, чтобы я решила некоторые бытовые вопросы, – старательно пролепетала я. – Господин…

Мой голос подрагивал от гнева, и я не скрывала, надеясь, что этот самодовольный тиран решит, что я дрожу от страха. Так и вышло. Алкид ухмыльнулся и отечески похлопал Октавия по плечу, молча выражая одобрение. Будто правильное запугивание молодых девушек гарантировало тому медаль за мужественность.

– Признаться, я не о том подумал, когда услышал, что Эдана долгое время провела в амбаре, – вальяжно проговорил он. – Но теперь всё понятно. Рад, что между супругами налаживаются нормальные отношения, невзирая на некоторые неприятности.

Скривившись, он бросил взгляд, полный неприязни и опаски, на окно, в котором недавно я видела повелителя дракона. А потом снова посмотрел на Октавия и снисходительно хмыкнул. Заложив руки за спину, направился прочь, буркнув:

– Табаки, за мной.

Я удивлённо огляделась, так как не видела кота, но питомец Алкида неохотно выбрался из дырявого корыта и, нервно дёргая сломанным хвостом, посеменил за хозяином. Когда животное проходило мимо нас с Октавием, я прикусила нижнюю губу, чтобы не хихикнуть. Настолько забавно виноватой была морда Табаки.

«Неужели проникся к нам симпатией?» – прищурилась я.

Возможно, удастся уговорить кота помочь? Тогда я точно доберусь до бумаг, которые так неосмотрительно подписала старшая из дочерей почившего князя.