Глава 25 · Грот Золотых Теней

Я погасила фонарь. На мгновение нас окружила абсолютная темнота, но через секунду пространство начало медленно наливаться светом. Грот был огромен. С высокого свода свисали острые сосульки сталактитов из блестящего черного камня, а пол был усеян острыми кристалликами. Но главное — золоте свечение. Тысячи тончайших жил в стенах пульсировали в такт нашему дыханию, заливая пещеру мягким, медовым сиянием.

Звуки капель здесь превращались в музыку, гулкую и торжественную. Пахло свежестью и чем-то древним, как сама магия.

— Потрясающе… — негромко произнёс Даррант. Его голос в этой акустике обрел бархатистую глубину. — Блэкстоун здесь словно живой.

— Говорят, это сердце копий, — я подошла к самому крупному кристаллу, выступающему из стены. — Здесь камень самый чистый. Шахтеры боятся сюда заходить, думают, что в гроте живет дух горы.

Даррант подошел сзади. Я видела его тень на стене — огромную, крылатую, пугающую. Он положил ладони на мои плечи, и я ощутила, как по спине пробежала волна мурашек.

— Дух горы? — прошептал он, склонившись к моему уху. — Или они просто чувствуют, что это место создано для того, чтобы терять голову?

Его пальцы медленно скользнули по моей шее вверх, к подбородку. Я застыла, глядя, как золото на стенах вспыхивает ярче, отвечая на каждое его прикосновение. Камни реагировали на повелителя — драконья кровь заставляла шахту сиять так, будто мы оказались внутри солнца.

— Твой муж — идиот, Амелия, — голос Дарранта стал хриплым, мужчина зарылся носом в мои волосы и шумно втянул носом воздух. Не успела я возмутиться, как повелитель продолжил: — Он владеет сокровищем и даже не догадывается, какая мощь в нем скрыта. И я сейчас говорю не о шахтах.

— Себастьян не владеет мной, — я попыталась обернуться, но Даррант удержал меня, заставляя смотреть на светящиеся стены.

— Знаю. Теперь ты принадлежишь только себе. Ну, и немного — нашей сделке, — я услышала смешок. Не видела лица повелителя в этот момент, но уловила в этой усмешке собственническую нотку. — Скажи, Огонёк, ты ведь помнишь ту игру в академии? Тот прыжок?

Сердце пропустило удар. Я вспомнила пыль на плацу, азарт и то, как адепт смотрел на меня после моего падения — не с жалостью, как другие, а с восхищением.

— Я… я плохо помню тот день, — солгала я, чувствуя, как предательски дрожат колени.

— Ложь, — выдохнул он, и его губы мягко коснулись мочки моего уха. — Ты помнишь всё. Так же, как помнишь наш поцелуй наверху. Твое тело отзывается на мои прикосновения, Амелия. Как этот камень на тепло.

Он медленно развернул меня к себе. В золотистом полумраке его лицо казалось отлитым из бронзы, а глаза горели расплавленным янтарем. Даррант медленно взял мою руку и прижал к своей груди. Ладонью я почувствовала сумасшедший, мощный ритм его сердца.

— Слышишь? Это не магия. Это ты.

Я хотела что-то ответить, съязвить, защититься привычной холодностью, но грот вокруг нас вдруг вспыхнул ослепительно-ярким золотом, будто отвечая на наши чувства. В этот миг я поняла: повелитель знает. Знает, кто я. И, кажется, он не собирается меня отпускать даже после того, как сделка будет завершена.

— Нам пора возвращаться, — выдохнула я, пытаясь отстраниться, пока не совершила новую глупость. — Себастьян и сестра скоро начнут что-то подозревать, если мы задержимся в шахтах слишком долго.

— Пусть подозревают, — Даррант хищно улыбнулся, обнажая заострённые клыки. — Мне не терпится увидеть лицо твоего мужа, когда он поймет, что его «скромная жена» за его спиной сговорилась с драконом.

Он отпустил меня. Но прежде чем я успела отступить, вдруг щелкнул меня по носу, возвращая в реальность.

— Идем, графиня. Твой капкан для изменников сам себя не расставит. Но помни: приз за гонку я получил еще не полностью.