Глава 16 · Тонкости кулинарии

Но в то же время Длиннопалый совершенно прав. Кто знает, как восстановились сосуды после последнего кровотечения, когда я пыталась взять Кайла под контроль и успокоить. Заработать себе кровоизлияние в мозг ох, как не хотелось, поэтому придётся смириться. Прыгать на одной ноге, рискуя свалиться и ещё больше себя переломать, я не решилась. Мне сейчас наоборот нужно было как можно скорее выздороветь. Чем быстрее вернусь «в строй», тем лучше. Особенно в свете последних событий. Кто знает, сколько у меня ещё есть времени до того, как в Совете узнают, что я жива. Конечно, лучше было бы заявить об этом лично, но кто знает…

А всё-таки утро началось относительно неплохо: Кайл дал серьёзную информацию для размышления, а Длиннопалый, наконец-то, снял швы. Ещё бы понять, что с ногой на данный момент… Уже после того, как древянник сказал мне, что перелом плохо срастается, я случайно услышала пару обрывков его разговоров с Энром, что с костью по-прежнему дело обстоит «не очень». Лишиться ноги не хотелось, равно как и сесть в инвалидное кресло. Слишком многое тогда окажется под угрозой, а я сама окажусь совершенно бесполезной. Именно тогда, когда так близка к своей цели…

После мозгового штурма есть хотелось безумно, но, к счастью, вскоре вернулся Длиннопалый с деревянным подносом в руках.

— Забыл спросить: ты грибы ешь?

Я почувствовала, как рот наполняется вязкой слюной, а желудок настойчиво стучится в соседние органы:

— Всё ем! Кушать ужасно хочется!

Длиннопалый улыбнулся:

— В твоём случае это прекрасный признак. Значит, идёшь на поправку.

Древянник сгрузил на стол миску с супом, тарелку с двумя пирожками и чайник, а из-под дна подноса вытащил складные ножки, в результате чего он превратился в столик. Пока Длиннопалый усаживал меня на кровати, в дверь заглянул Кайл:

— Ты на кухне обедать будешь или в столовой?

— Я здесь останусь. Особо есть не хочу, так прихватил с собой небольшой перекус.

— Ну, я тогда тоже здесь останусь. Если не помешаю. Тарку до сих пор где-то носит, Энр опять засел в лаборатории, а одному сидеть скучно.

Стоило упомянуть про луговницу, как она оказалась тут как тут:

— Ой, вот вы где. А я вас ищу-ищу…

Чёрный ураганчик приземлился в кресло, из которого в последний момент Длиннопалый успел убрать мои бумаги. Тарка поправила веночек из мышиного горошка и утащила с тарелки пирожок.

Я посмотрела на стоящую перед собой миску с супом и задумалась, решив обратиться к Длиннопалому:

— Интересно, какой рукой мне теперь есть?

— Можешь правой, но аккуратно.

Медленно перемешав густой ароматный суп, я поднесла ложку ко рту.

— Слушай, а грибы у нас откуда? Вроде не сезон ещё… — поинтересовался Кайл.

— Я собирал. Ещё по осени. А потом засушил. Сегодня размочил и в суп добавил, — Длиннопалый взял оставшийся пирожок с щавелем и откусил половину.

— А, ну тогда ладно, — Кайл снова повернулся к окну и уставился вдаль.

— Ой, и я! И я грибочков добавила. Свеженьких. Красивеньких. А то у вас в воде такие страшненькие да скукоженные плавали…

Кайл переглянулся с Длиннопалым:

— Ты какие красивые грибы знаешь?

— У меня как-то с восприятием прекрасного не очень… Но из сейчас растущих могу назвать лишь лисички. А ещё мухоморы… — древянник с огорчением развёл руками.

Я замерла, так и не донеся ложку до рта.

Кайл с подозрением взглянул на луговницу:

— Тарка, ты, часом, в супчик мухоморов не добавляла?

— Это которые красненькие с белыми пятнышками? Да, красивые… — мечтательно протянула Тарка.

Одно смазанное движение, миска с супом вылетела из моих рук и разбилась вдребезги об стену.

— … но я их не трогала! — закончила свою фразу Тарка и тут же продолжила. — Их же лосики любят? А как я могу оставить лосиков без их любимой вкуснятины? Вот я мухоморчики и не стала трогать.

— Тарка! — хором взвыла я вместе с Длиннопалым и Кайлом.

— Что⁈ — возмущённо захлопала ресницами луговница. — Вы же мне даже договорить не дали!

— Длиннопалый, дай хоть от пирожка откусить. Есть хочется, аж зубы сводит… — попросила я, грустно глядя, как остатки супа стекают по каменной кладке.

Древянник протянул оставшуюся половинку:

— Только он вчерашний…

Я с наслаждением вгрызлась в золотистый бок:

— Да хоть вековой давности! Я бы сейчас даже камни облизала и сгрызла! Кстати, очень вкусная начинка, жаль, больше нет…

— Ну, почему нет. Ещё есть штучек шесть на кухне, — Длиннопалый обернул чайник полотенцем и осторожно начал разливать горячий чай по кружкам.

Тарка радостно подскочила на месте:

— Я принесу, я принесу!

Кайл прислонился спиной к стене и скрестил руки на груди:

— Ты главное по дороге ничего в пирожки не добавляй, хорошо?

Тарка обиженно надулась:

— Так в них ничего и не добавишь. Они же целые. Разве что дырочку проковырять… Дырочку…Тогда можно будет даже варенья внутрь накапать…

Кайл не выдержал и направился к двери:

— Так, всё. Никаких дырочек. Сам принесу. Они где? На верхней полке?

Получив от древянника утвердительный кивок, он покинул комнату.

Тарка грустно вздохнула и подпёрла кулачками «подбородок»:

— А я так помочь хотела…

Один из огоньков в глазнице Длиннопалого на секунду уменьшился, а затем принял свой обычный размер. Со стороны было похоже, будто он подмигнул мне.

Как бы невзначай древянник обмолвился:

— Кстати, Мейрин, ты сказала, что тебе швы сняли?

Не понимая, к чему он клонит, я отрицательно покачала головой:

— Не успела.

Тарка подскочила на кровать и обняла меня за шею, едва не придушив в порыве чувств:

— Поздравляю! Ой, я скоро вернусь! Ты только не засыпай пока!

Проводив недоумённым взглядом луговницу, я решила уточнить:

— И что это было?

Длиннопалый лишь махнул рукой посмеиваясь:

— Потом узнаешь. Не бойся, ничего такого особенного.

Я слегка поперхнулась, пережёвывая остатки пирожка:

— Вот после последней фразы мне стало действительно страшно… Обычно самая жуть начинается после фраз «не бойся», «не страшно», а после словосочетания «больно не будет», моментально понимаешь, что пора терять сознание или впадать в кому. Желательно магическую. Зря смеёшься. Надеюсь, что на этот раз я всё-таки ошибусь в своих предположениях, и ничего этакого действительно не последует. Ты знаешь, мне Тарку искренне жаль: она так старается всегда помочь… Просто у неё своё видение на некоторые вещи, и из-за этого порой возникают курьёзные и нелепые ситуации. И она каждый раз так сильно переживает…

Длиннопалый аккуратно похлопал меня по спине и присел рядом:

— Ты всё правильно заметила. Она просто… такая. И ей действительно очень тяжело. Луговницы же привыкли жить большой общиной. А Тарке здесь одиноко. Ей не хватает того общения, к которому она привыкла с рождения. Даже не представляю, что с ней будет, когда ты уйдёшь. Ты единственная, кто спокойно к ней относится несмотря на её некоторую инфантильность и несуразность, даже не вздрогнула, когда впервые увидела.

— Длиннопалый, я за свою жизнь такого перевидала, что меня достаточно сложно удивить, — отпив немного чая, я старалась хотя бы сейчас не вспоминать, к каким последствиям привело моё последнее чаепитие.

— Не в этом дело, Мейрин. Ты глядишь не на оболочку, а смотришь в душу. И оцениваешь так же.

— Ну, да, дефективный инквизитор. Вместо того чтобы всех здесь спалить, добровольно лишила себя силы. Узнает кто из наших — у виска пальцем покрутит, а потом в специальный отдел сдаст.

— Так, может, и не стоит возвращаться? — Длиннопалый посмотрел, как я задумчиво кручу кружку в руках. — Что-то не так с чаем?

— Нет-нет, с этим всё хорошо. Я люблю с липовым цветом.

— Мейрин, что произошло?

Сделав ещё один глоток и чуть взболтав напиток, я создала тем самым небольшую воронку в центре, наблюдая, как одинокий лепесток устремляется в эпицентр.

— Всё никак не могу отделаться от мысли, что от меня хотел избавиться кто-то из Верховных… Кайл сказал, что яд был в чае, который я пила на совете.

— Мейрин, ты же не…

— Длиннопалый, ты что? И в мыслях не было подозревать, что с твоим чаем что-то не так. Если бы вы хотели меня прикончить, давно бы сделали, не тратя время на лечение, ругань и попытки призвать мою совесть. — я отставила в сторону столик и чуть приобняла древянника.

— О, любовь-морковь! Можно уже начинать расписание дуэлей составлять?

Я даже моргнуть не успела, как рядом на кровать плюхнулся Кайл с пирожками в руках.

Длиннопалый посмотрел на тарелку:

— Не понял, а почему их всего пять?

Кайл провёл тыльной стороной ладони под носом и обиженно шмыгнул:

— Был цинично ограблен выскочившим из лаборатории Энром. Зато удалось спасти оставшиеся пять! Кстати, я проверил: никаких дырочек или иных следов нарушения целостности не обнаружил. Можно есть спокойно. Тарки поблизости тоже не наблюдалось.

Древянник фыркнул:

— Пирожки все защитить не смог, а за девушку решил драться. Ты за Тарку сколько раз уже дуэли устраивал? Раз по десять с каждым?

Вампир пожал плечами:

— Примерно так. Я ж не могу иначе, а то совсем меч в руках держать разучусь. А с одним Энром неинтересно. Он все мои уловки изучил.

Я протянула руку уже ко второму пирожку подряд:

— А Хелвики?

Кайл чуть не подавился яблоком, которое достал из кармана:

— Шутишь? Он всецело предан Старому. И пока тот не разрешит, даже не посмотрит на тебя, как на девушку. А мне без повода устраивать схватки неинтересно.

— Так я и не девушка. Так, боевая единица одного из высших рангов.

— Почему? — искренне поинтересовался вампир.

— Инквизиторам нельзя иметь личную жизнь. Так что, простите, мальчики, но ваша честь останется совершенно нетронутой с моей стороны. Кайл, отменяй дуэли, повод оказался недостаточным.

Кайл изобразил крайнюю досаду на лице:

— А я так надеялся!.. Эх… Мейрин, но ты помнишь, что обещала мне полноценную схватку перед уходом.

— Всенепременно. Я своё слово держу всегда.