34

Встречу с Марком я решаю не оттягивать. Назначаю ее на день среды.

Понятно, что чисто подсознательно хочется потянуть время, но перед смертью, как говорится, не надышишься. Уже лучше сразу узнать о его намерениях и принять соответствующие меры, чем тяготиться неизвестностью еще несколько дней.

Перед встречей с бывшим я довольно долго общаюсь по телефону с Аделиной, моей давней московской подругой, с которой мы в свое время прошли и огонь, и воду, и медные трубы. Она успокаивает меня и убеждает, что я не сделала ничего предосудительно, скрыв от Марка Катюшу. Дескать, ну а кто бы поступил иначе? После того, что он натворил?

В общем, на тет-а-тет с Тарасовым я направляюсь с тотальным ощущением собственной правоты. И непоколебимым намерением дать ему отпор. Чего бы он ни потребовал.

Встретиться договариваемся в недорогом кафе в непосредственной близости от моего офиса. Я покидаю кабинет за пять минут до назначенного времени и прихожу к моменту, когда Тарасов заказывает кофе.

Не забывая при этом обворожительно улыбаться официантке.

Первая мысль при встрече с бывшим мужем спустя много лет разлуки — он постарел. И нет, дело вовсе не в том, что он набрал вес или полысел. Чисто внешне Марк все такой же подтянутый и волосатый. Просто, когда долго не видишь некогда близкого человека, перемены, произошедшие в нем, как-то резко бросаются в глаза.

Наверняка, по мнению Тарасова, я тоже сдала. Хотя, по собственным ощущениям, бодра как никогда прежде.

— Сколько лет, сколько зим! — нараспев тянет Марк, выхватив меня взглядом из толпы посетителей. — Здравствуй, Вера.

– Здравствуй, – сухо роняю я, не разделяя его дружелюбного настроя.

Я не рада этой встрече. И притворяться не собираюсь.

– Ты чудно выглядишь! – он продолжает гнуть свою линию, делая вид, будто мы с ним старые-добрые знакомые. – Прическу сменила?

– Уже давно, – рывком отодвинув стул, сажусь за стол. – Ну а ты, я смотрю, животик начал отращивать?

Это неправда. Никакого животика у Марка нет. Ну или, по крайней мере, не видно. Но я не могу удержаться от соблазна немного побесить бывшего. Пусть и таким вот мелочным способом.

Тарасов опускает взгляд на свой торс и чисто интуитивно одергивает свитер.

Замечательно. Значит, подкоп попал в цель.

– Да вроде нет, – энтузиазма в его голосе становится значительно меньше. – Я по-прежнему спортом занимаюсь…

– Наверное, это возрастное, – бросаю беспечно. – Слышала, что у мужчин предпенсионного возраста такое бывает.

– Какой еще предпенсионный возраст? – он выпучивает глаза. – Мне и пятидесяти нет!

– А, точно. Мы ведь с тобой ровесники.

Тарасов коротко выдыхает через ноздри. Я тем временем подзываю официантку и заказываю облепиховый чай.

– Итак, – начинаю, когда мы вновь остаемся наедине. – Ты хотел обсудить свадьбу нашего сына. Андрей делился с тобой планами?

– Да, мы даже прикинули примерный список гостей. Вышло человек семьдесят.

– Немало. Будем арендовать банкетный зал?

– Скорее всего, да.

– А что родители невесты? Они собираются скидываться на праздник? Или вся затраты лягут на нас с тобой?

– Андрей сказал, что у него есть накопления. Но, думаю, он потратит их на медовый месяц. А что касается родителей Регины, то конкретика появится в ближайшие дни. Молодые ведь сейчас как раз гостят у них в Волгограде.

– Понятно. Нашу часть вложений разделим пополам?

– Кажется, это будет справедливо.

Хмыкаю. На иное я и не рассчитывала.

Будь Марк щедрее, то взял бы расходы на свадьбу сына на себя. Он может это позволить. Но Тарасов широтой души никогда не отличался.

– Ладно. Договорились. На этом все? – выжидательно кошусь на бывшего.

Я-то прекрасно знаю, что не все. Но первой срывать маски не тороплюсь.

– Вообще-то нет, – он сцепляет руки в замок и выдерживает поистине мхатовскую паузу. – Я хотел поднять еще одну немаловажную тему.

– Поднимай, – хладнокровно бросаю я, сжимая волю в кулак.

– Твоя дочь. Ты не упоминала, что у тебя есть еще один ребенок.

– А должна была? – насмешливо вздергиваю бровь.

– Ну, знаешь… Не помешало бы поставить меня в известность, – на лице Тарасова проскальзывает оскорбленное выражение.

– С чего бы это вдруг?

– С того, что мы были женаты, – припечатывает с апломбом.

– Это было сто лет тому назад, – отмахиваюсь.

– А еще с того, – продолжает с нажимом, – что Катя вполне может быть моей дочерью.

Повисает пауза. Мы боремся взглядами, как два разъяренных быка.

– Не выдумывай. Ты не имеешь к моей дочери никого отношения.

– Разве? – выгибает бровь. – Я не дурак, Вер. И прекрасно дружу с арифметикой. Катe четыре года. Ты забеременела как раз в период нашего развода. Ну или до него.

– Или после того, как узнала о твоей измене, – выдаю многозначительно. – И решила отомстить.

Брови бывшего ползут на лоб. И не будь я так напряжена, сочла бы это зрелище комичным.

– Что? – подначиваю насмешливо. – Думаешь, только мужики ходят налево? Женщины тоже вполне способны на это. Особенно если их чувства втоптаны в грязь.

– Ты не могла… – выдавливает на свистящем выдохе, неверяще качая головой.

– Приятно, конечно, что ты столь высокого обо мне мнения, – повожу плечом. – Но все же не стоит. Я ведь тоже человек. И тоже могу поддаться эмоциям.

Снова молчим. Атмосфера незримо накаляется.

– Я не верю тебе, – произносит наконец.

– Не верь, – как можно равнодушней.

– Ты специально выдумываешь всю эту грязь, что усыпить мою бдительность! – его руки сжимаются в кулаки.

– Ты бредишь, Тарасов! Мне нет дела ни до тебя, ни до твоих подозрений!

– Вот, значит, как?! – он сужает веки.

– Да, – вздергиваю подбородок. – Именно так.

– В таком случае я требует тест на отцовство.