Глава 41. Железная логика

Артем

— Нет, — с запалом выдает Арина, как только я озвучиваю свое решение. — Мы с Мишей к тебе не переедем!

Сказала как отрезала.

Хорошо хоть, она вручила сыну свой телефон и тот поглощен просмотром какого-то мультика, не обращая на ее повышенный тон никакого внимания.

Я останавливаюсь на светофоре, перевожу на Арину недоумевающий взгляд, а там столько эмоций на лице… И главная — возмущение со смесью недоумения. Даже руки на груди скрестила.

Ну что за женщина, а? Где логика?

Я ей тут только что все объяснил. Простым, понятным языком.

Так будет лучше. Безопаснее. Мне вот, например, это кристально ясно. Почему ей не ясно? К тому же в моем доме места хватит всем. И участок большой, Мише будет где развернуться.

Хотелось бы понять мотивы Арины, потому что как по мне, это просто ничем не обоснованное упрямство.

Или ей претит мое общество? Даже если так, сейчас не время упорствовать — речь о нашем сыне. Арина буквально час назад сходила с ума от беспокойства. Что изменилось? Я забрал Мишу у Егора, и она успокоилась? Не поверю.

— Почему? Объясни, — свожу брови к переносице и стартую, когда загорается зеленый сигнал светофора.

— По-моему, это очевидно, — бурчит она, отвернувшись к окну.

— Если бы было очевидно, — хмыкаю, — я бы не спрашивал. Ну так?

— Я не могу жить с тобой, — нервно цокает Арина.

И что я должен понять из этой многозначительной фразы, а? Уголок губ изгибается в нервной усмешке.

Арина тем временем оборачивается к сыну и видит, что он все так же продолжает смотреть мультик.

Тогда она насупливается и мрачно выдает:

— И вообще, очень странно слышать от тебя такое предложение!

— Это еще почему? — искренне недоумеваю я.

— По кочану, — фыркает Арина и добавляет обвинительным тоном: — Ты женат, если не забыл! Сабине ведь обязательно донесут, я не сомневаюсь. Она примчится с разборками. А если в это время Миша будет дома? И вообще, я не собираюсь жить с женатым мужчиной под одной крышей. Это, знаешь ли, не в моих принципах. Даже если этот мужчина — оте…

Она не договаривает, снова опасливо косится на Мишу.

— Короче, — подытоживает, — я полностью с тобой согласна: защита лишней не будет. Можно приставить охрану, например, но переехать к тебе… Извини, нет.

А мне наконец-то все становится понятно. Так вот в чем дело.

Ну да, я не говорил ей, что уже разведен — надобности не было. Зато есть теперь.

— Я разведен, Арина, — сообщаю.

Она так скептично хмыкает, что я засовываю руку в скрытый карман пиджака, достаю паспорт и протягиваю ей.

— Вот, смотри. Листай до семейного положения.

Она несмело берет документ из моих рук, изучает и поднимает на меня растерянный взгляд.

— Ты не говорил…

— А что бы это изменило?

— Ну… да, ты прав. — Арина отдает паспорт, снова отворачивается к окну и глухо шепчет: — Ничего.

На минуту между нами виснет гнетущее молчание, разрушаемое лишь звуками веселой песенки, что льется из динамиков телефона в руках сына.

— Все, больше причин для отказа у тебя нет? — усмехаюсь я в конце концов.

Молчание — знак согласия.

— Тогда пакуй чемоданы. Вы переезжаете ко мне сегодня.

— Как сегодня? — ахает Арина.

— Чего тянуть? Возьмешь самое необходимое, остальное привезут завтра.

— Но я...

— Так, все, вопрос решен, — ставлю точку я. — Тебе хватит часа собраться?

Арина поджимает губы, медлит с ответом, но в итоге кивает:

— Хватит.

Вот и славно. Через полчаса я паркуюсь под подъездом Лены и жду ее с сыном. Пока она собирает вещи, звоню экономке и прошу подготовить комнаты к приему важных гостей, а еще через полтора часа въезжаю на участок, освещенный фонарями.

— Ух ты, — восхищенно вертит головой по сторонам Миша. — Дядя Алтем, это ваш дом?

— Да, — улыбаюсь сыну в зеркало заднего дома. — Добро пожаловать.

— Клуто! Мам, мы плавда будем тут жить?

— Правда, сынок.

Следующие минут пятнадцать занимает быстрая экскурсия по дому. Я не успеваю даже закончить, как вдруг замечаю, что сын отчаянно зевает, и его восторженные восклицания становятся все глуше.

— Мы пойдем спать, ладно? — поворачивается ко мне Арина.

— Если что понадобится, я в кабинете на первом этаже, — киваю я.

Арина с Мишей идут по коридору, и, когда за ними закрывается дверь, спускаюсь вниз.

Когда поднимаю глаза от ноутбука, часы показывают полночь. И желудок отчаянно намекает, что я давно не ел.

Я двигаюсь на кухню, а когда захожу, застаю там Арину. Она замирает со стаканом молока в руках, хлопая ресницами.

— Я Мише налила, — кивает на молоко. — Он проснулся и не может уснуть.

— Хорошо, — невпопад отвечаю я.

Мое внимание привлек совсем не стакан. Арина в одной ночнушке из шелковистого материала. Сразу отмечаю, что ноги у нее все такие же стройные, как раньше. И грудь стала еще аппетитнее, хотя куда уж больше…

Одна из тоненьких лямок ее ночнушки упрямо ползет вниз, оголяя верх груди. Вот за этим действом я и наблюдаю. Пристально.

— Ой, — спохватывается Арина, густо краснеет, с громким стуком ставит стакан на стол и поправляет лямку.

Затем снова хватает молоко и проносится мимо меня ураганом.

— Спокойной ночи, — слышу я за спиной ее звонкий напряженный голосок.

На автомате подхожу к холодильнику, обвожу взглядом полки и захлопываю дверцу.

Мне решительно расхотелось есть.

Нет, аппетит-то проснулся, чего уж там.

Но совсем другого рода.