Глава 11

— Да! Уверена: профессия тебя прокормит. Я отлично помню, каким дизайнером ты была. Нина, ты же была гением пространства!

Подруга наклоняется ко мне через стол и сжимает мою ладонь. В её глазах столько уверенности, что я невольно расправляю плечи.

Но это совершенно точно не значит, что я с ней согласна.

— Тебе пора снова напомнить об этом не только моему окружению, но и всему миру. — Главное — не сомневаться в себе…

Я отвожу взгляд и начинаю машинально разглаживать бумажную салфетку.

Я не хочу открываться подруге, что я на самом деле очень боюсь делать этот шаг. Я ведь так давно не брала в руки карандаш, не открывала программы.

А сейчас, я уверена, появилось кучу новых, которые мне непременно нужно освоить.

— Мне кажется, ты что-то недоговариваешь, — чувствует меня подруга. Она внимательно вглядывается в моё лицо, замечая каждый момент моего сомнения.

Я тяжело вздыхаю, откидываюсь на спинку стула и, наконец, признаюсь:

— Я слишком давно я не работала…

Лена тут же качает головой, будто не принимает этот аргумент.

— Руки помнят, Нинок. Глаз помнит. Твой дар — это не проект на компьютере, это карандаш и то, как ты чувствуешь мир.

Она решительно поднимается из-за стола, поправляет волосы и направляется в сторону спальни.

Я слышу, как открывается её дверь, затем скрипит дверь гардеробной комнаты.

— Где твои работы? — кричит мне оттуда.

— В самом верху, на дальней полке! — кричу в ответ.

Я не злюсь на подругу за её самоуправство. Напротив, мне становится тепло от её поддержки и веры в меня. Пока Лена возится в кладовке, я подхожу к окну и смотрю на улицу, пытаясь представить, как снова сажусь за рабочий стол, раскладываю карандаши, рисую первые эскизы.

Через несколько минут Лена возвращается с моим старым планшетом и довольно улыбается.

— Твори, подруга! Вся твоя жизнь теперь здесь! — она бросает планшет мне на колени. — Встань, оглянись и работай. Сама не успеешь понять, как вернёшь себе статус лучшего дизайнера!

Киваю, кручу головой по кухне и думаю, с чего начать.

А может с этого дома и начать?

Да, я планировала, что мы продадим. Но можно же сначала обновить интерьер. И обновить так, что этот дом заиграет лучшими красками.

— Кажется, кто-то что-то уже придумал, — отпивает чай подруга и смотрит на меня с усмешкой.

— Я хочу всё переделать. Я снесу эту стену. Здесь должен быть свет. Я хочу глубокий изумрудный, я хочу фактурный бетон и много живой зелени.

Лена замирает, и я не знаю, как понимать её заминку.

— Лен, плохо, да?

— Гениально… — выдыхает она. — Но я придумала другое. У моего друга через два месяца аукцион по новому жилому комплексу. Он как-то между делом обмолвился, что ему нужны дизайнеры. Но я о тебе, если честно, даже не подумала… — признаётся подруга извиняющимся тоном. — Нинок, а давай я попробую с ним поговорить?

Вижу, как у Ленки загораются глаза. Она, кажется, бесконечно довольна своей гениальной идеей. А вот я не очень.

Я, конечно, уверена в себе, но не настолько, чтобы брать в работу целый жилой комплекс.

— Это… это плохая идея, Лена, — кручу головой отрицательно. От страха, что Лена начнёт настаивать даже в горле пересыхает.

— Нет! Отличная! — продолжает спорить со мной и вскакивает из-за стола.

Она сгребает в охапку мои старые работы, нарисованные ещё карандашом, и спешит на выход.

— Куда ты?! Ты даже чай не допила!

— Потом допью! Я к Баринову! Жди!

Подруга уезжает, а я остаюсь один на один со своими мыслями.

Сажусь за стол, снова осматриваюсь по сторонам и тяжело вздыхаю.

Может, Ленка права. Может зря я так боюсь себя проявить?

Хотя, мои страхи не удивительны. Я давно привыкла быть в тени своего бизнесмена мужа, который не раз убеждал меня в том, что только мужчина имеет право на карьерный рост. А у женщины другие задачи.

Сначала мне казалось, что это нормально и я начала думать, что именно так и выглядит настоящая семья: Гурьев строит карьеру, принимает серьёзные решения, добивается успеха, а я поддерживаю его, создаю уют, жду дома.

— Ты же женщина, Нина, — говорил он таким тоном, будто объяснял очевидное. — Тебе не нужно никому ничего доказывать. Твоя задача, чтобы хорошо было мужу и дочери! А остальное — пыль!

И я сдалась. Сначала отказывалась от одного проекта, потом от следующего. А дальше и вовсе перестала брать заказы.

И когда мы скатились в этот патриархат, я даже сама не заметила…

По собственной глупости или слишком большой любви к своему мужу я отдала Гурьеву бразды правления, и в итоге осталась ни с чем.

Точнее — чуть не осталась! И если бы не случайная встреча в торговом центре и не помощь Марка, всё было бы иначе.

Марк… С того дня, как мы попрощались у ресторана, он так больше и не звонил мне.

Не знаю, почему, но где-то глубоко в подсознании я ждала его звонка. И одновременно боялась.

Я снова боялась, что он предложит мне встречу, и одновременно боялась, что должна ему отказать.

— Глупость какая… — ругаю себя вслух и передразниваю Ленину манеру поведения. — Нужно относиться к жизни проще, Нинок. И тогда в жизни всё будет получаться.

Беру в руки телефон и хочу сама набрать ему. Но сделать этого не успеваю.

— Нинок, пока я стою в пробке, я скинула твои работы Леониду. Он сказал, что готов с тобой встретиться. Но есть момент… Если он возьмёт тебя к себе, тебе нужно будет придумать дизайн хотя бы одной квартиры за неделю.

— Ты с ума сошла? За неделю? — я смеюсь, но этот смех какой-то растерянный.

— Да. И не вздумай отказываться! Думай об Андрее.

— А он здесь при чём? — не понимаю логики подруги.

— При том, что тебе нужно утереть ему нос. И начать можно с этого проекта. Нинок, где твои амбиции?

— Я не мстительная. Кроме того, Марк своим присутствием и так вывел его из себя.

— Это мало! Нужно добить его! Пусть твой бывший захлебнётся от зависти. И для этого ты должна быть на коне!