Глава 17

— Как только я рискнул представиться прорабом, вы сразу же расслабились. Вы перестали пытаться угадать, понравиться мне. Начали спорить со мной, отстаивать свои решения и позиции. Например, сказали, что выбранная мной мебель совершенно не подходит к интерьеру.

— Она действительно не подходит.

— Вот именно. Вы сказали правду! Если бы знали, с кем разговариваете, вероятно, не стали бы спорить, — Волков доволен тем, что говорит.

— Это называется профессиональной вежливостью.

— Нет, Нина. Это не профессиональная вежливость. Я ценю естественность в общении и когда человек настоящий. За годы развития своего бизнеса я наелся лицемерия по самое горло, — Артём на автомате подставляю руку к шее. — И я даже скрывать не буду, когда скажу, что хотел, чтобы вы составили обо мне собственное мнение.

— Очень благородно с вашей стороны, что вы позволили мне думать о вас так, как я хочу, — у меня вырывается короткий недоверчивый смешок.

— Ну какое же это благородство, — он пожимает плечами, словно не соглашаясь с моим мнением. — Согласен: моя ложь может и не очень честна, зато действенна. Поэтому я не стал мешать вам узнать меня таким, какой я есть: в простой одежде, представившись прорабом, за кружкой ароматного чая, споря со мной до хрипоты.

— Значит, я не просто так постоянно чувствовала, что вы наблюдали за моей реакцией на ваши слова и поступки.

— Да, вы не ошиблись. И мне нравилось то, что я видел, — Волков широко улыбается, откинув серьёзность, которая была в нём несколько минут назад.

Наверное, и мне, глядя на него, нужно расслабиться, но я не могу.

— Нина… — Он делает ещё один шаг ко мне, но я сразу отступаю. Артём замечает это и останавливается. — Вы так и не поняли, почему я делал это? Потому что не хотел, чтобы всё закончилось, — тихо говорит он.

— Что именно?

— Наше нормальное общение. Без напряжения и попыток соответствовать ожиданиям.

Я соглашусь с ним. Общение с Волковым мне нравилось. Но я всегда помнила, что оно закончится ровно тогда, когда я доведу этот проект до завершения.

— Нина, я не хотел вас унизить.

— Но именно это и сделали. Кому нравится, когда его водят за нос, — хоть я не хочу быть грубой, последние слова вылетают особенно резко.

Они заставляют Артёма замолчать и больше ничего мне не доказывать.

Теперь он просто смотрит на меня. Долго и внимательно. Вероятно, ждёт моего решения.

— Я думаю, что мы больше не сможем работать вместе, и вам нужно искать другого…

— А вот это бросьте! — отрезает Артём недослушав. — Я не согласен на другого дизайнера. Вы чувствуете мой вкус, и начинать всё заново я не намерен.

— Но вы уже не раз начинали.

— Начинал, потому что понимал, что другие дизайнеры меня не устраивали. В этом нет ничего особенного. Это нормально, когда человек хочет чувствовать, что с ним на одной волне.

— Я могу вести ваш проект дистанционно, — неожиданно готова уступить ему, но не в полной мере.

— Нет. Я хочу вас... Рядом, — словно опомнившись, как двусмысленно звучит эти слова, добавляет последнее «рядом». — Я вас больше не обману.

— Дело не в этом.

— Тогда в чём?

Молчу. Я больше не знаю, что ему сказать.

Артём всё-таки останавливается совсем рядом и берёт мою руку в свою.

— Всё можно исправить.

— Вы во всём так уверены?

— Нет. Но совершенно точно хочу попробовать.

Он перебирает мои пальцы, смотрит прямо в глаза и, кажется, ещё мгновение, он сделает шаг, о котором мы оба пожалеем.

Я не говорю «нет» словами, но качаю головой. Волков прищуривается и принимает мой ответ.

Ему не нравится, но он терпит.

Делаю резкий шаг назад, упираюсь боком в стол и, нащупав свою сумку, тороплюсь к выходу.

Одна ручка сумки выскальзывает из рук, и словно специально, выпадают ключи от дома, расчёска, косметичка.

Присаживаюсь и начинаю быстро собирать свои вещи.

Артём не помогает мне. Вероятно, он всё-таки понял, что если он ещё раз подойдёт ко мне так близко, он сделает только хуже.

— Куда вы собираетесь? — тихо спрашивает меня.

— В офис.

— Мы не проверили плитку.

Я резко поднимаю на него глаза.

— Серьёзно? Вас сейчас беспокоит плитка?

— Конечно. Хотя я опять обманываю вас. Я правда в том, что я не хочу, чтобы вы уходили. А ещё мне надоело «выкать».

— Пока мне лучше всё-таки уйти. Мне нужно подумать, — говорю я, наконец-то собрав последние вещи с грязного пола.

— Не воспринимайте эту историю слишком критично.

— Даже не думала, но для меня эта ситуация крайне неприятна. Мне нужно с ней переспать. Знаете, так в народе говорят, когда не знают, как поступить дальше.

— Я понимаю. Конечно, знаю. Я и сам так часто делаю.

Я прохожу мимо, стараясь не смотреть на него. Уже у двери Артём окликает меня:

— Нина, — рука замирает на дверной ручке. — Я действительно не хотел причинить вам боль.

Я закрываю глаза. Всего на секунду. А потом киваю. Выхожу из дома и быстро спускаюсь по ступеням.

Сев в машину, я не сразу завожу двигатель. Несколько минут просто сижу, вцепившись в руль, и смотрю перед собой.

В окне дома появляется силуэт Артёма. Он не выходит следом и не пытается остановить меня. Просто стоит и смотрит.

Я отвожу глаза и поворачиваю ключ.

Дорога до офиса проходит как в тумане. Я несколько раз ловлю себя на том, что снова прокручиваю в голове наш разговор.

Вспоминаю каждую встречу, каждую улыбку и каждую фразу.

Но теперь рассуждая об этом, я больше думаю не о нём, а о том, кто нас окружал.

А ведь нас окружало куча народа! И наверняка остальные знали, кто он.

Рабочие, курьер, сотрудники компании... Знали и молчали.

И как? Что они думали в этот момент? Издевались? Смеялись за моей спиной? Обсуждали то, какая я дура и ничего не вижу под своим носом.

— Нина, прекрати, — ругаю себя. — Когда тебя интересовало чужое мнение?

Остановившись на развилке, не знаю, куда ехать дальше. Я могла бы поехать домой, но туда совершенно не хочется.

Я недавно продала нашу квартиру с Гурьевым, но к новому месту так и не привыкла.

Поеду на работу. Она всегда успокаивала меня.

Останавливаюсь возле здания и снова остаюсь на несколько минут в машине.

Не понимаю почему, но эта правда неожиданно слишком сильно выбила меня из колеи.

Может быть, потому, что я теперь я не смогу относиться к Артёму как относилась и прежнего общения между нами не будет?

В офисе почти никого нет. Я прохожу в свой кабинет, закрываю дверь и опускаюсь в кресло.

На столе лежат чертежи проекта Волкова. Рядом — папка с договорами и образцами материалов.

Ещё утром это был обычный заказ, а теперь я думаю о том, как мне расторгнуть его без финансовых потерь для организации.

А ведь Баринов говорил мне: не связывайся. Но моё упрямство и профессиональные амбиции оказались сильнее.

И теперь я даже не знаю, смогу ли продолжать работу.

Я открываю договор, нахожу условия расторжения и несколько минут смотрю на строчки, не понимая их смысла.

Телефон на столе коротко вибрирует. Сообщение от Артёма:

«Нина, я не стану вас торопить с решением. Возьмите столько времени, сколько нужно. Но если вы откажетесь работать со мной дальше, пусть это будет обдуманное и взвешенное решение, а не станет попыткой отомстить за обиду».