Глава 23

Едва Артём заканчивает говорить, его взгляд скользит куда-то мне за спину.

Мне не нужно поворачиваться, чтобы понять, кто за мной стоит. Парфюм моего мужа я долгое время выбирала сама, и, вероятно, он так привык к этому запаху, что до сих пор его не сменил.

— Здравствуй, Нина.

От голоса Гурьева по телу пробегают мурашки. Но они совсем не похожи на те, что появляются рядом с Артёмом. Эти холодные, неприятные — словно предупреждение об опасности.

Не проходит и пары секунд, когда на подлокотник моего кресла опускается мужская рука.

Андрей наклоняется чуть ближе, бесцеремонно вторгаясь в моё пространство. Его пиджак почти касается моего плеча.

Не желая делить с ним даже несколько сантиметров общей территории, я быстро поднимаюсь. Кресло с тихим скрипом отодвигается назад, привлекая внимание сидящей неподалёку пары.

— Что ты здесь делаешь?

— Я ужинаю в этом ресторане.

— Ты следишь за мной?

— Нет, — быстрая, словно заготовленная фраза.

— В этом городе сотни ресторанов, — отвечаю я. — Забавное совпадение.

Улыбка на его лице становится шире, но теплее от этого не делается.

Артём, слушая нас, молчит. Он не сводит с нас глаз, внимательно наблюдая за каждым движением Гурьева.

Его поза кажется расслабленной, но я вижу, как пальцы медленно сжимаются на краю стола. Он ждёт, что будет дальше, и пока не вмешивается, позволяя мне самой решить, как поступить.

— Ладно, не буду скрывать, да, я… присматривал за тобой, — произносит Гурьев, но смотрит теперь не на меня, а на Артёма.

Я сжимаю пальцы, стараясь не выдать волнения. А ещё дикого возмущения. Он сказал, что присматривает. Он совсем чокнулся? Кажется, он женат!

— Нина, не представишь нас?

— Не думаю, что в этом есть необходимость.

— А я думаю, есть. Я хочу знать, с кем ты проводишь вечера.

Я не успеваю открыть рот, чтобы возразить, как Гурьев берёт инициативу на себя. Он делает шаг к Артёму и протягивает руку.

— Меня зовут Андрей. Я муж Нины.

— Бывший! — спокойно поправляет Артём и поднимается из-за стола.

— А вы хорошо осведомлены. — На лице Гурьева появляется ехидная улыбка.

— Естественно. Мне всегда интересно, кто присутствует в жизни моей женщины.

Артём говорит это таким тоном, что ни у кого из всех присутствующих за столом не остаётся сомнений: он не шутит и не пытается произвести впечатление. Он просто обозначает факт. А по этому неоспоримому факту я его женщина.

— Вашей женщины? — Андрей прищуривается и переводит взгляд на меня.

Он недоволен. Только я не понимаю его претензии. Он на самом деле просто бывший муж, и никакого другого статуса в моей жизни у него больше быть не может.

— Я что-то непонятно сказал? — невозмутимо спрашивает Артём.

Он выходит из-за стола и становится рядом. Не заслоняет меня, не пытается спрятать за своей спиной, но его ладонь уверенно ложится мне на талию.

От этого простого прикосновения по телу разливается тепло. Я чувствую себя очень уютно, находясь под его защитой.

— Нина больше не связана с вами и вправе сама выбирать мужчину, которого хочет видеть рядом. Свой выбор она уже сделала. Сейчас она со мной.

Улыбка медленно исчезает с лица Гурьева.

— Ясно. Значит, уже новый мужик… Быстро ж ты нашла мне замену, — голос бывшего мужа меняется. Сейчас на его лице ровно те эмоции, что были, когда мы встретились в зале судебного заседания.

Теперь здесь не присутствует ни уважения, ни показной вежливости, с которой он ещё недавно обращался к Артёму. Только злость. Холодная, едва сдерживаемая, но слишком хорошо мне знакомая.

Я вздрагиваю, но Артём лишь чуть сильнее прижимает меня к себе.

— А вы думали, ваша жена будет сидеть и оплакивать мужа – изменщика? Из семьи, насколько я помню, ушли именно вы.

Поднимаю на него удивлённые глаза, но он не поворачивается в мою сторону. Он продолжает сканировать взглядом Гурьева.

Я почти ничего не рассказывала Артёму о своей прошлой жизни. Не вдавалась в подробности брака, не объясняла, какие отношения связывали меня с Гурьевым и почему в итоге всё закончилось именно так.

Конечно, иногда он пытался задавать мне ненавязчивые вопросы о моей прошлой жизни, но никогда не настаивал на ответах. Я была благодарная ему за это и пользовалась этой деликатностью.

Однако сейчас, слушая его, я отчётливо понимаю: Артём знает гораздо больше, чем показывает. Возможно, ему известны даже те подробности, о которых мне самой хотелось бы забыть.

И почему-то это открытие меня не задевает. Я могу его понять.

Вероятно, он вообще никому не доверяет до конца. Он привык проверять каждое слово, искать скрытые мотивы и заранее просчитывать возможные последствия.

Я знаю, что в его мире доверие считается слишком большой роскошью и оно не появляется просто так, из неоткуда.

Уверена, что в мире Артёма любая информация о людях, с которыми он так или иначе имеет дело, тщательно собирается и перепроверяется. И я, разумеется, не стала исключением.

Андрей делает шаг вперёд.

— Нина, пожалуйста... Всего несколько минут...

— Нина, ты хочешь поговорить с этим человеком? — Артём переводит взгляд на меня. Выражение его лица становится жёстче, хотя голос остаётся спокойным.

— Нет.

— Вы слышали? Нина сказала: нет. Этого достаточно, чтобы оставить нас.

— Я хочу поговорить со своей женой, — Гурьев не отступает.

— Бывшей женой. Но она обозначила своё желание. Не заставляйте меня повторять его дважды. — Мой спутник говорит без угрозы, но в его интонации столько уверенности, что даже Андрей на мгновение теряется.

Артём поворачивается ко мне, и выражение его лица сразу смягчается:

— Хочешь остаться или поедем?

Я накрываю ладонью его руку на моей талии и смотрю Андрею прямо в глаза.

— Мы остаёмся. А ты уходишь. Куда угодно: или за свой столик или…

После моих слов на скулах Гурьева проступают желваки. На лице появляются эмоции удивления и плохо сдерживаемой ярости.

Догадываюсь: он, вероятно, не ожидал, что я скажу это при чужом человеке, особенно мужчине. И тем более — так уверенно.

Его взгляд опускается на мою ладонь, всё ещё лежащую поверх руки Артёма. В глазах Андрея вспыхивает что-то тёмное и собственническое.

— Значит, вот как? — Андрей усмехается, но смех выходит коротким и злым. — Ты выставляешь меня ради человека, которого знаешь без году неделю?

— Я тебя вообще не приглашала. Ты сам подошёл к нашему столу.

— Мы всё равно поговорим. Рано или поздно, но поговорим! — Последние слова Гурьев почти выплёвывает.

На этот раз в его голосе больше нет показного спокойствия. Только бешенство мужчины, который внезапно обнаружил, что больше не способен мной управлять.

Да, Гурьев, времени изменились. Той Нины, что смотрела тебе в рот, больше нет.

Я чувствую, что Артём по-прежнему стоит в напряжении, но его ладонь на моей талии остаётся как стальная. Ни дрожи, ни волнения, ни злости.

Он не отступает, но при этом и не вступает в бессмысленную перепалку с оппонентом. Просто смотрит Андрею в глаза.

Вероятно, именно большой бизнес научил его держаться ровно.

От спокойствия Артёма Гурьев бесится ещё сильнее. Он привык, что одного тяжёлого взгляда достаточно, чтобы окружающие замолчали. Но сейчас его давление разбивается о холодную уверенность моего спутника.

Замечаю, как к нашему столику торопится официант. В его руках горячие блюда.

Он несёт его крайне осторожно, и я невооружённым взглядом вижу, как он волнуется.

Я уже поняла, что Артём здесь постоянный клиент, и внимание к его персоне здесь обязательное отношение.

— Ваше горячее, — ставит на стол поднос.

Артём бережно помогает мне снова сесть, устраивается рядом и раскрывает передо мной ладонь.

Я не сразу понимаю, чего он хочет, но всё же вкладываю в неё свою руку.

Его пальцы мягко смыкаются вокруг моих, а в следующее мгновение он подносит мою кисть к губам и оставляет на ней неспешный поцелуй.

Разумеется, этот жест не ускользает от Андрея. Его лицо мгновенно каменеет, а во взгляде вспыхивает неприкрытая ярость.

Сказав что-то сквозь зубы, он разворачивается и направляется к выходу, едва не задевает плечом подошедшего официанта.

Только когда за ним закрывается дверь, я позволяю себе выдохнуть.

— Ты в порядке? — тихо спрашивает Артём.

— Теперь — да.

— Точно хочешь остаться?

— Конечно. Я не собираюсь сбегать из тех мест, где он появляется.

Через несколько часов Артём привозит меня домой.

Заглушив двигатель, он поворачивается ко мне, но не спешит ничего говорить. Мы наговорились в ресторане, а сейчас у нас есть другие желания.

Я уверена, что Артём хочет того же, чего хочу я.

Его ладонь касается моей щеки, пальцы осторожно скользят к затылку, и Артём медленно притягивает меня к себе.

Сначала его губы касаются моих едва ощутимо — нежно, почти невесомо. От этой осторожности у меня перехватывает дыхание.

Я сама подаюсь ему навстречу, и поцелуй тут же становится глубже. В нём всё ещё остаётся нежность, но сквозь неё прорывается сдерживаемая страсть.

Когда мы, наконец, отстраняемся друг от друга, наши лбы всё ещё соприкасаются, а дыхание сбивается в один ритм.

— Я весь вечер хотел это сделать, — хрипло признаётся Артём.

— Почему же не сделал?

Его губы трогает улыбка.

— Думал, возможно, ты не готова.

Вместо ответа я снова целую его. Сама.

— Я готова.

— Тогда, может, ты предложишь подняться к тебе?

— Предложить тебе выпить чашечку кофе? — Смеюсь ему в губы.

Он кивает и тоже улыбается.

— Можно начать с него, — проводить подушечками пальцев по моим губам.

— Артём, может, ты хочешь подняться и выпить чашечку кофе?

— С удовольствием! Ты не представляешь, как я ждал этого предложения.