Глава 25

*Артем*

Гурьев пытается встретиться со мной уже третью неделю.

Сначала он явился в мой офис, однако охрана отказалась его пропустить.

После этого он принялся названивать с неизвестных номеров. А не добившись ответа, Гурьев передал через охранника записку, в которой сообщил, что разговор не терпит отлагательств и напрямую касается Нины.

Но как бы он не лез из кожи вон, я по-прежнему не соглашаюсь на встречу.

Нет, я не боюсь её. Просто, наблюдая за тем, как он вёл себя в том ресторане, я понял, что Гурьев мужичонка мелкий, и, скорее всего, эта встреча нужна ему, чтобы осквернить имя своей бывшей жены.

Но сегодня ему всё же удаётся меня перехватить.

Погружённый в свои мысли, я выхожу из офиса и замечаю Гурьева.

Он стоит неподалёку, засунув руки в карманы дорогого пальто и ждёт.

Судя по его виду, ждать ему пришлось долго и замёрзнуть он успел основательно.

Надо признать, настойчивости этому человеку не занимать.

Погода дрянь, дождь моросит не переставая, но даже это не заставляет его сесть в машину.

— Артём, мы можем поговорить? — шагает в мою сторону.

Охранник пытается остановить его, однако тот отчаянно рвётся вперёд, едва не затевая с ним драку.

— Рома, всё нормально, отпусти его.

Охранник отпускает его заломанную руку, и Гурьев чуть ли прыжком отскакивает от него.

— Зачем такие крайности? Я хочу всего лишь поговорить.

— Говори, — вздыхаю.

— У меня начались проблемы в бизнесе. Признайтесь, ваших рук дело?

— Что? — не могу скрыть, насколько я удивлён такими претензиями. — Нет, конечно. Я даже не знаю, чем вы занимаетесь.

Я не вру ему. Мне до его бизнеса даже дела нет. Всё, что меня волнует — собственный бизнес и отношения с моей женщиной. А остальное лишь фон.

Гурьев кивает, делая вид, что верит мне.

— Дождь, — поднимает он голову к небу. — Мы можем где-нибудь присесть? Выбирайте место. Хотите, пойдёмте к вам в кабинет.

— Говорите здесь. У вас одна минута, — показывая свои намерения потратить на него не больше обозначенного времени, демонстративно смотрю на часы.

Его лицо меняется. На секунду в глазах вспыхивает почти детская обида, но он быстро берёт себя в руки.

— Моя бывшая жена что-нибудь говорила тебе о наших отношениях?

— А с чего вдруг мы перешли на ты?

— Моя бывшая жена что-нибудь говорила вам о наших отношениях? — быстро поправляется.

— А какое это имеет значение?

— Ну как… Если она жаловалась на урода бывшего, вы, имея такую власть и влияние, могли бы мне отомстить.

— Я же сказал: если у вас проблемы в бизнесе, это не моих рук дело. Кроме того, вы переоцениваете своё значение в нашей с Ниной жизнях. Она о вас не говорит от слова «совсем». А если бы заговорила, вряд ли я стал слушать. Меня не интересуют отношения моих женщин с бывшими мужьями.

— Ясно. Ну Нинок, ну хитра. Овечку, значит, бедную из себя корчит… — зло выплёвывает слова. — Конечно. Это на неё похоже. Это она умеет!

— Я не очень понимаю смысла в этой встрече. Вы ради этого ждали меня? Хотели пожаловаться, что бывшая жена вас не вспоминает?

Понимая, что разговор о Нине не будет продолжен, я делаю шаг вперёд, но Гурьев выставляет руку.

— Подождите! Я ждал вас, чтобы предупредить!

— О чём? — усмехаюсь.

— Вы не знаете, с кем связались. Что вы видите в Нине?

— Красоту и ум.

— Да, всё так. Вы видите красивую, ранимую, несчастную женщину. Наверняка она вам рассказала, как мучилась со мной столько лет...

— Такое ощущение, что мы говорим о разных женщинах. Я ни разу не видел её ранимой или несчастной. Она всегда собрана и весела. Гурьев, тебе самому-то не противно? — теперь уже и я сам, не замечая, перехожу на «ты». Теперь мне кажется, что обращения «вы» точно не для такого мужичонки как он. — Ты пытаешься унизить женщину, которая родила тебе ребёнка и жила твоими интересами столько лет. Нина из профессии из-за тебя ушла, а ты теперь поливаешь её грязью перед человеком, которого видишь второй раз в жизни.

— Это она тебе сказала? Что пожертвовала карьерой ради меня? — Видишь, всё-таки жаловалась!

— Я видел её работы. Кроме того, я знаю, что сейчас она востребованный специалист. Ей не нужно ничего доказывать. По крайней мере, мне точно.

— Кстати! Между прочим, когда она подала на развод, у неё уже был другой! Об этом она тебе тоже наверняка не рассказала! — Последние слова он произносит с торжеством, будто, наконец, выкладывает на стол свой главный козырь.

— И кто же это? — вероятно, он хочет меня удивить её дружескими отношениями с Марком.

Но и здесь его ждёт провал. Марка я знаю давно, и когда Нина поняла это, мы долго хохотали над тем, как тесен мир.

— Банкир. Богатый, женатый, — начинает врать о его семейном положении. Вероятно, чтобы усугубит её вину. — Она спала с ним и использовала эу связь, чтобы надавить и забрать у меня деньги. А теперь, вероятно, использует тебя.

Я опускаю голову, пряча усмешку. Какой же всё-таки идиот.

Но спорить не спешу. Просто молчу, позволяя ему говорить дальше.

— Ты правда думаешь, она с тобой потому, что любит? Нина ничего не делает просто так.

— Хорошо. Марка она использовала, что забрать у тебя деньги. Которые, кстати, ты утаил от неё. А со мной она зачем? Мы с тобой не партнёры по бизнесу. Нам с тобой делить нечего.

— Всё просто! Ей нужно доказать мне, что она кому-то нужна. Найти мужчину богача, чтобы я увидел это и пожалел о разлуке.

— То есть её отношения со мной, чтобы насолить тебе, незаменимому, — всё-таки не сдерживаюсь и начинаю смеяться в голос.

— Естественно! Ты слишком мало её знаешь. А я хочу предостеречь тебя от моей бывшей.

— Я всё понял. Благодарю за совет. Я тебя выслушал, теперь твоя очередь слушать, — ледяным тоном говорю я. Недавнее веселье исчезает так же внезапно, как и появилось. — О своей женщине я знаю всё: как она жила с тобой и что ты собой представлял, когда она согласилась стать твоей женой. Знаю и о том, что, пока она сидела дома, заботилась о тебе и готовила ужины, ты развлекался с какой-то вертихвосткой. И семью бросила не она — это ты от неё ушёл. О Марке мне тоже известно. А когда я узнал, как ловко она обвела тебя вокруг пальца при разводе, то был искренне восхищён её умом.

Пока я чеканю каждое слово, телефон в моём кармане начинает вибрировать.

Достаю его и вижу имя любимой. Сбрасываю звонок.

— Предупреждаю тебя один единственный раз: ещё раз ты позволишь себе приблизиться к ней или сказать о Нине плохо, поверь, я вмешаюсь. И вот тогда от твоего бизнеса камня на камне не останется. Я выброшу тебя за борт, и ты уже не выплывешь. Выбирай, что тебе дороже: распускать слухи о бывшей или спасать то, что пока можно спасти, — медленно проговариваю сквозь зубы.

Я мог бы ещё многое ему сказать. Я умею ставить на место таких вот ублюдков. Но я не намерен больше тратить на него время и вести с ним никаких бесед. У меня есть кому посвятить своё время.

Охранник, понимая, что разговор закончен, чуть отталкивает его в сторону, освобождая мне дорогу к машине.

Садясь в салон, я чувствую, как Гурьев прожигает меня взглядом.

Даже когда захлопываю дверцу, его присутствие не исчезает.

Достаю телефон и сразу же набираю Нине.

— Прости, не мог ответить.

— Всё нормально? — настороженно спрашивает она.

— Да.

— Ты скоро приедешь?

— А мне нужно поторопиться? Что-то случилось?

— Нет. Просто моя дочь приехала. Я хотела познакомить тебя с ней. Если ты, конечно, не против.

От такой новости у меня перехватывает дыхание.

— Конечно, не против, — отвечаю я сразу.

Нина может не говорить мне ничего, но я знаю, что для неё это знакомство значит очень много.

Как-то в разговоре она обмолвилась, что Лика — самое ценное в её жизни, и она не хочет впускать в её жизнь посторонних людей.

Вероятно, Нина начала доверять мне настолько, что решилась на это знакомство.

— Еду. Буду у вас через несколько минут. Нина, какие цветы она любит?

— Любые! — В трубке раздаётся тихий смешок. — Это настолько неважно…

— Понял! — отвечаю я улыбаясь. — Тогда выберу сам.

— Только не розы, — слышу, как на заднем фоне добавляет Лика. — Это слишком официально.

— Понял. Учту, — заканчиваю разговор и прошу водителя свернуть к цветочному магазину.