Глава 2

Спустя три месяца…Затянуло. - Ох, и странная же ты, Сашка! Я обернулась, услышав позади мужской голос. Гарик Рустамович, стоял, облокотившись о свой черный Мерседес. - Такая дурочка! А вроде взрослая уже. Я фыркнула: - Сам такой! – поправила рукой рыжие волосы, распущенные и спадающие волнами на спину, кончики которых касались моих ягодиц, надула губы бантики: - Я не ждала тебя. Он развел руки в стороны, нахально улыбнулся. Я усмехнулась. Мимолетное воспоминание пролетело перед глазами – он над ней, наглый и самоуверенный, лицо напряжено от старания, нижняя губа закушена от удовольствия, что получает он, снова и снова погружаясь в нее. Их тела покрыты потом. Я мотнула головой, подняла на него глаза, он выжидающе замер. Лениво подошла к нему и поцеловала в щетинистую щеку. В нос ударил его дорогой мужской аромат. - Опять ты не бритый. Исколешь меня всю. Они одновременно усмехнулись. - Пойдем. У меня всего два часа. – Он похлопал меня по бедру, подтолкнул к подъезду. Я недовольно фыркнула: - Как всегда. - Не начинай. – Отозвался Гарик, открыл перед ней дверь. - И не собиралась. – Я вошла в парадную, сморщила нос – кто-то из соседей жарил рыбу. – Ты мечешься между мной и ей, и этим все сказано, верно? - Верно. – Удовлетворенно кивнул Гарик и с удовольствием втянул носом воздух. – Кто-то жарит рыбку. - Вонь стоит. - Да ладно, аппетитно! Кнопка лифта сменила цвет с красного на синий, двери открылись. - Взяла бы хоть раз и пожарила мне рыбку. - Ой! – Я махнула рукой. – Ты меня сейчас отжаришь! Мало тебе? Он довольно усмехнулся. Я же прикоснулась спиной к стене лифта, посмотрела на него из-под полуопущенных ресниц. Волосы мои непослушными прядями легли вдоль лица, заструились вдоль шеи, обрамляя бугорки груди под полосатой майкой. Я засунула руки в карманы коротких джинсовых шорт. Гарик скользнул взглядом по моим загорелым на море ногам, откуда мы вернулись с ним совсем недавно. - Чем тебе не рыба! – закончила свою мысль я и продефилировала мимо него, когда двери лифта открылись. Он в предвкушении облизнулся. Я отлично знала, что такое два часа, которые он выделил для меня, сбегая с работы. Пролетят молниеносно. А потому, я сразу, без лишних слов отправилась в спальню, на ходу сбрасывая одежду. Он вошел следом, с рыком схватил меня и повалил на кровать. - Я скучал! – он оторвался от моих губ, расстегнул рубашку, я помогла ему снять ее. – Иди ко мне, моя ведьмочка. Я выгнулась, подставляя грудь под его поцелуи. Он целовал жадно, с толикой грубости. Я сводила его с ума – мое молодое тело было его бзиком. О нем он мечтал в их минуты расставания, именно мое тело он, сорокалетний мужчина, представлял в редкие ночи близости со своей пассией. Я выдохнула, когда он вошел в меня, как обычно не позаботившись о том, чтобы как следует возбудить. Эгоист. Только о себе думает. За окном стремительно темнело, во дворе зажегся фонарь, отблески света озарили его лицо. Сосредоточенное, с закрытыми от нирваны глазами. Рот, в обрамлении аккуратных усов и бороды приоткрыт. Слышно его дыхание. Он снова не снял с шеи золотую цепь и та, ритмично раскачиваясь, касалась моего лица. Я усмехнулась, попыталась поймать губами его крестик. Не сразу, но поймала, сжала зубами. Он возмутился, одернул цепь рукой. Я выдохнула – хоть что-то интересное – злится. Я снова закусила его крест, он остановился, попытался снять его с шеи, но ничего не вышло. - Не дури, малышка! – его голос прозвучал озлобленно и хрипло. Я засмеялась. Он снова прервал свои движения. - Успокойся, Саша! Отчитывает. Такой несчастный вид. Я не сдержалась, и смех полился наружу. Гарик разозлившись, накрыл мой рот своей рукой, продолжил свое дело. А когда закончил, я не смеялась, а плакала. Все было не так, как мне хотелось и от этого диссонанса реальности и желаний, испортилось настроение. - Депрессивная, ты, Сашка! Гарик открыл окно. Ночной ветер ворвался в душную спальню. Запахло яблоней, что росла под окном и крепким табаком. - Фу, не кури! – Я вскинула руку, села на кровати. Шелковая простынь медленно сползла с тела, оголяя грудь с торчащими сосками и липкий от их близости живот. Я, озаряемая светом луны и фонарем за окном, поднялась и тоненькой ланью прошла к холодильнику. Взяла бутылку белого вина, сделала несколько глотков прямо из горла. Холодные капли упали на шею, медленно поползли к груди. Я содрогнулась, смахнула их рукой, сказала со вздохом: - Удел красивых женщин. - Что? – Гарик обернулся. У его рта замер красный огонек. - Я говорю, все красивые женщины склонны к депрессии. Гарик хмыкнул, затянулся – красный огонек часто-часто замелькал. - Никотин – яд. – Выдохнула я, поставила бутылку дорогого вина на столик, подошла к нему, подставляя лицо под свет фонаря, что, заглядывая, освещал спальню. - Это ты яд, Сашка! – сказал он хрипло, не сводя с меня своих карих глаз. Я усмехнулась, закусила губу. - Посмотри направо. – Сказал он, когда я выглянула в окно. – Посмотри, посмотри. Я повернула голову – у тротуара стоял автомобиль, перевязанный лентой. На крыше красовался огромный бант. - Что это? – обернулась. Гарик уже стоял в джинсах и застегивал на рубашке последнюю пуговицу. - Это мне? - Тебе. – Он усмехнулся. – Кому же еще! Я подошла, обняла его, протянула: - Спасибо. - Что-то ты не особо радуешься. - А что мне прыгать? – я вновь взяла бутылку и сделала глоток вина. - Да хоть бы и так. - Я рада. Правда. - Заелась ты барышня! – Сказал он хмуро. – Смотри, аккуратней. Ремонт сама будешь оплачивать. Все мне пора! - Откупаешься от меня подарочками! – сухо прошептала я, перестав смеяться. – Только и боишься, что к даме твоей приду. Когда ты уже определишься? Замуж не зовёшь ни меня, ни ее. - Хватит! – он направился к двери. – Эту тему мы не обсуждаем, забыла? И к тому же, ты что за меня замуж бы пошла? Я обиженно поджала губы, направляясь следом за ним. - Нет конечно, но тогда бы у меня появилась свобода. Его губы исказила ухмылка. - Так, значит, заговорила? - Ну а что? мы договаривались просто провести приятно время. Я тебе свое общество, а ты мне помощь. В итоге прошло три месяца, а я оказалась в клетке. - Золотой заметь! - Но я не на такое рассчитывала! Ты снял мне эту квартиру роскошную, закрыл долг, помог, да, но я теперь как твоя игрушка! Туда не ходи, сюда не открывай рот! - А что ты хотела? Я кавказский мужчина и у меня все строго! И вообще, что тебе надо еще? – его голос принял поучительный тон. – Квартиру я тебе оплачиваю, денег даю, машину купил. Да ты и сама все можешь, бизнес развивается. Ты молодец! Но без меня ты как была никто, так и станешь! Запомни, и не дури. - Как содержанка! - Заметь, это ты сказала, а не я! – он наклонился, чтобы поцеловать меня, я сморщилась. - На фиг мне это все? Я семью хочу! И свободы. Он замер в сантиметре от моих губ, недовольно чмокнул в лоб и вышел, захлопнув дверь. - Поздно, Саша! Думать раньше надо было!