Глава 6

- Ой, да мне что-то и вправду не очень… Я почти на ощупь – в глазах потемнело, коснулась чьей-то руки. Рука оказалась теплой и сильной, потому как с легкостью поставила меня, обессиленную, на ноги. Я мотнула головой – немного прояснилось. - Вот, возьми, воды. – Сказал парень и в мою ладонь вложили небольшую бутылку. Перешел на «ты» - занудно мелькнуло в голове, но воду я взяла и даже сделала несколько жадных глотков. - Лучше? - Да. – Мне и вправду полегчало, а потому я высвободилась из его объятий. – У меня давление низкое. Такое бывает. Ничего страшного. Да и проблем много. Я подняла глаза, снова сощурилась – солнце нещадно слепило. И видела я лишь его силуэт – высокий, светловолосый, над головой порхают мушки из моего ослепленного сознания. - Что? – засмеялся он и силуэт пошатнулся. – Смотришь, как на привидение. - Если бы. Я еще не прозрела. И не прозрею, пока не отойду в тень. Я нахально отпихнула его в сторону и прошла мимо к стене серого здания. Встала под козырек антикварного салона и обернулась. Парень оказался молоденьким – мой ровесник или чуть старше, кареглазым, с пушистыми длинными черными ресницами, весьма симпатичным. Черный спортивный костюм с нашивками в виде боксерских перчаток подчеркивал его подтянутое тело. - Спортсмен? – улыбнулась я. - Спортсмен. – Кивнул парень. – Боксер. - Классно. – Я снова улыбнулась, отчего-то ощутив себя рядом с ним совсем юной. Парень в ответ довольно ухмыльнулся, поправил на плече спортивную сумку. - Тебе точно стало лучше? Я неоднозначно пожала плечами. - Вроде бы да, не знаю, надолго ли – с утра ничего не ела, отсюда и слабость. - Может пообедаем? Я усмехнулась, он добавил, окидывая меня оценивающим взглядом: - Ну, идем? Он вновь поправил по виду тяжелую сумку и пошел вперед, я, поджав губы, пошла следом. Шла и смотрела ему в коротко стриженый затылок, на широкую спину, на длинные спортивные ноги, на ягодицы, что обтягивали штаны при движении. - Ты чего там? Уснула? – он обернулся. - В смысле? – замешкалась я, впадая в ступор. – Я вроде иду. - Так рядом иди, чего сзади плетешься? Я удивленно заморгала от его прямолинейности, сделала шаг навстречу и поравнялась с ним. - Так пойдет? - Пойдет. - Куда идем? - Да тут рядом. Хинкальная. Он довольно засмеялся и вдруг взял меня за руку. - Вот и отлично. Идем. - Это не обязательно. – Я кивнула на руку, но он лишь нахально покачал головой. - Не парься, все нормально, а то вдруг опять упадешь? Я сдалась, а он добавил: - Да мы и пришли уже. В заведении кроме нас – никого. - Садись, чего встала? - Такой простой. – Я села, посмотрела на стоявшее посреди стола меню – картонный уголок с названиями блюд. - Как два рубля. - Чего? – Я хмуро взглянула на него, он улыбнулся, и я тоже усмехнулась. - Простой, говорю я, простой. А разве это плохо? - Не знаю, мне все равно. Угощай, давай. Парень засмеялся, кивнул девушке за барной стойкой. И пока та шла к нам, посмотрел на меня пронзительным взглядом карих глаз. Уголки его губ дрогнули и на щеках заиграли ямочки от улыбки. Блеск же в глазах откровенно кричал о симпатии. Я отвела взгляд – только его мне не хватало для полной коллекции проблемных отношений. Специально игнорируя его, я повернулась к телевизору. Он же, усмехнувшись, сделал заказ, ответил кому-то по зазвонившему у него телефону, не сводя с меня своих глаз – я кожей ощущала его взгляд, и только когда на столе появилось горячее блюдо, сказал: - Давай ешь, принцесса! Хватит выделываться. Я выгнула бровь, хотела возмутиться, но он снова улыбнулся, и я вдруг расслабилась. - Вкусно. – Сказала, улыбнувшись, отправляя в рот второй кусок горячего пельменя. – Мне нравится. - Вот. Я же говорил. – Он улыбнулся, и я скользнула взглядом по его губам, красиво очерченным и блестящим от растаявшего в блюде масла. – Знакомиться будем? А то я почти все съел, а расставаться с прекрасной незнакомкой не хочется. Прогуляемся? Я перестала жевать, сделала глоток растворимого кофе. И вдруг кивнула. - Саша. - Паша. *** - Ты дура, Саш?! – спросила Ритка. – Провести весь день и весь вечер с незнакомым мужиком! Пойти к нему домой?! Я засмеялась, растянувшись посреди кровати. - Да нормально все было! Он оказался очень милым и таким простым что ли, добрым. Без выкрутасов и понтов, от которых тошнит уже. - Но домой то зачем идти? - Устали. – Я засмеялась, прикусывая кончик одеяла. Ритка уже пыхтела в трубку, требуя подробностей рандеву, но я специально вернулась к началу рассказа. – Мы так вкусно покушали, кстати, реально вкусно! Хочешь, вместе туда сходим? - Вот еще! Дальше то что? - Поели, поехали гулять по Васильевскому острову. Просто гуляли и разговаривали, погода еще такая хорошая была. Он спортсмен, физкультурный институт закончил, тренером в спортивной школе работает, деток учит драться. Детдомовский. Меня это зацепило. И на гитаре играет. – Я замолчала, Ритка засопела пуще прежнего. – А потом, оказалось, что мы ненароком до его дома дошли, он живет на Шестой линии Васильевского. - Конечно, ненароком. Специально тебя привел. - Нет. Не специально. Он меня и к себе-то не звал, я сама напросилась. - Дура! - Она самая! Квартирка так себе, но жить можно. Чай пили, про детдом много рассказывал, душевно, в общем поговорили. Я о себе зачем-то все рассказала. Про мужиков своих, что бросить хочу Гарика, про дом, в котором столько лет не была, а потом фильм смотрели на компьютере. Лежали рядом. Сначала просто, потом обнялись. - И что? – тихо спросила подруга. - Что? – тихо отозвалась я, пытаясь не рассмеяться. - Как там? - Где? – Непонимающе прошептала я и закатилась в истерике, когда Рита недовольно засопела. – Ой, любопытная, ты Ритка, любопытная! Все тебе надо знать! - Говори уже, раз начала! Спала с ним что ли? - А должна была? - Саша! - Что? – я села на кровати, только сейчас заметив, что скомкала под собой всю простынь. – Я, по-твоему, совсем без тормозов? С первым встречным поперечным могу, да? Ритка замолчала. - А чего ты молчишь? Так и думаешь про меня что ли? - Ой, нет. – Недовольно проворчала подруга, и чуть замешкавшись, добавила: - Он же бедный, ты б ему не дала. Теперь смехом разразилась Рита. Я ухмыльнулась и отключила связь. Пусть посмеется, потом поговорим. Я вздрогнула, когда сквозь сон услышала, как хлопнула входная дверь. Открыла глаза, и сон слетел с меня зыбкой тенью, растворившись в тумане реальности. Гарик стоял надо мной и взгляд его не сулил ничего хорошего. - Гарик? Я села, натянув на свое обнаженное тело одеяло. - Открыл своими ключами. – Сказал он невозмутимо. Я с ужасом подумала о том, что и не знала, что у него есть ключи. - Не знала, что у тебя есть ключи. – Сказала я, поднимаясь и проходя мимо него на кухню. Стараясь сохранять спокойствие, включила чайник, прислушалась к его шагам. Он ходил по комнате в туфлях прямо по своему любимому дизайнерскому паласу. - Кофе? - Нет. – Он улыбнулся. Не той улыбкой, что одаривал меня раньше, и это насторожило еще больше. – Я на минуту – забрать ноутбук и документы. Он открыл сейф ключом, который всегда находился только у него. Как всегда, закрывая собой обзор, сложил содержимое в портфель, обернулся. - Ты не передумала? Я замерла. - Уйти от меня, не передумала? - Нет. – Прошептала тихо. Он кивнул, окидывая меня с ног до головы взглядом. - Хорошо. – Сказал Гарик, и голос его прозвучал удивительно спокойно. – Я обдумал твои слова, и я понимаю тебя. Тебе хочется женского счастья: дом, семья, дети, любимый муж. А я, мы оба это знаем, не могу тебе этого дать, а тебе пора выходить замуж, рожать детей. Ты уже готова к семье. Я удивленно распахнула глаза. Из уст Гарика услышать такие слова – фантастика. - Ты серьезно? – уточнила она, все еще не веря своим ушам. Он кивнул: - Да. Я отпускаю тебя в свободное плаванье, моя рыбка. - Спасибо. – Выдавила я, сильней затянула пояс на халате. Гарик скользнул взглядом по моим рукам, шее, остановил взгляд на губах. Я торопливо сказала: - Когда мне съезжать? Он вздрогнул. - А тебе есть, где жить? Я мотнула головой. - Нет еще, но я в поиске. - Можешь оставаться здесь до конца месяца, квартира все равно оплачена. Потом отдашь ключи риэлтору, он придет, я скажу ему. Свои вещи я заберу позже. Я посмотрела на палас под его ногами, подумав, что кроме этой нелепой вещицы ему здесь больше ничего не принадлежит. И я больше не его вещь. - Хорошо, спасибо. Гарик покачал головой, обвел взглядом комнату. - Вроде все забрал, а это тебе. – В его руках появился подарочный пакет. – Вот возьми, это мой прощальный подарок для тебя. - Что это? – Я изогнула бровь. - Не ключи, конечно, от новой машины, - он засмеялся – немного нервно и истерично. – Так, косметика из Франции. - Хорошо. – Я взяла пакет. – Спасибо. - Крем для лица, пудра. – Сказал он тихо. – Пусть твоя красота никогда не угаснет. Я усмехнулась. - Ох, сколько ты еще сердец разобьешь, чертовка! – Он подошел совсем близко, так, что я уловила и его запах, и дыхание, дотронулся пальцем до моей щеки, слегка сжав ее. - Но твое же сердце цело? - Мое цело. – Согласно кивнул он. – Его невозможно разбить. Прощай. - Прощай. – Прошептала я, когда он стремительно направился к двери. Стук закрывшейся двери и я медленно осела на пол. Тело пробила дрожь. Так легко и быстро он отказался от меня? Это странно… Пакет с подарком я бросила на диван. Выпив кофе и приняв душ, позвонила Ритке, хотелось услышать родной голос, а кроме ее голоса, назвать родным и близком – некого. - Он просто взял и ушел. – Сказала я и только сейчас, когда она произнесла это вслух, до меня окончательно дошло. – Представляешь? Так легко отказался от меня! - Без скандала? – спросила Рита, и я представила, как она хмурится. - Да. Даже намека на ссору не было. А на днях говорил, убьет, если еще раз заикнусь об этом. - Может, понял, что ты не его собственность. – Голос подруги прозвучал неуверенно, видимо, тоже не ожидала такого поворота. - Может и так. – Сказала я, покосившись на бутылку вина на барной стойке. – Сказать честно – если бы он настоял, то никуда бы я не делась. Продолжила бы принадлежать ему. Но он… В общем, я ничего не понимаю. Неужели я для него совсем ничего не значила? Ритка хотела что-то сказать, но замолчала, лишь сопя в трубку. - Что? Ну, говори, Рит. - Слушай, да твое молодое тело ему нужно было и только, сама ведь знаешь. Только не обижайся на мои слова. Нашел другую молодушку, что ему – богатый, девки сами липнут. Я недовольно поморщилась, но подруга права – так оно, скорее всего, и есть. - Да. – Выдохнула я, покосилась на красный подарочный пакет, что алым кровавым пятном горел на белоснежной коже дивана. - Подарок мне подарил на прощание. – Сказала вяло. - Да? – оживилась Рита. – Что там? - Да так, дрянь какая-то. Косметика. - Тоже мне дрянь. – Хмыкнула подруга. – Гарик дряни тебе никогда не дарил, по-любому дорогая и хорошая. Тебе не надо, можешь мне передарить. Я не побрезгую. - Надо посмотреть. – Сказала я, усаживаясь на пуфик перед зеркалом. Раскрыла пакет – крем для лица и рук дорогой французской марки, лосьоны, тоники. – Тебе отдам. Не хочу ничего, а косметика, ты права очень хорошая. - Класс! – выдохнула Ритка. - Вот только, пожалуй, крем для лица себе возьму. – Сказала, хмурясь. – Я говорила про этот крем Гарику, когда мы были в Париже, надо же запомнил. Я посмотрела в зеркало, провела пальцами по влажным, немного спутанным волосам, дотронулась до губ кончиками пальцев. Захотелось опробовать крем, нанести его на чистую кожу под макияж. - Паша в кино звал. – Сказала, как бы, между прочим. - С ума сошла? – вскрикнула Рита. – С этими разберись, зачем тебе этот Паша? - Да ладно. – Нахмурилась я, разглядывая в зеркало свое лицо, скривилась – не прибавилось ли у меня мимических морщин. – А так я со скуки помру или депресняк опять меня съест. Ты этого хочешь? - Нет. Но с тобой сегодня вместо твоего Паши сходить не смогу. Извини. - Ну и вот. Значит, сама судьба. Да он вообще не в моем вкусе. – Я распаковала крем, коснулась кончиком указательного пальца его нежной прохлады, нанесла тонким слоем на лоб, зачерпнула чуть больше для бледных щек, но пальцы вдруг защипало. Банка с кремом запенилась и зашипела. Я истошно закричала, отбрасывая в сторону телефон, хватая с трюмо мокрое полотенце и накидывая на лицо. Лоб уже нестерпимо горел, а на подушечке указательного пальца кожа покраснела и сморщилась. - Кислота?! – прокричала я истошно. – Ритка! Он что-то добавил мне в крем! А потом скорая. И новости по всем канала и пабликам. Мой магазин сгорел. Дотла, а вместе с ним все платья, эскизы, ткани и швейные машинки. Гарик поджег? Больше некому… *** - Это подсудное дело! – сказала Рита, когда врач вышел из кабинета. Я устало закрыла глаза, откинувшись на спинку стула. – Да он хотел убить тебя! А что, если бы ты сразу все лицо намазала? Я скривилась, прошептала, с трудом шевеля губами от потрясения: - Не убить, а изуродовать. – Я хмыкнула, вспоминая наш последний разговор. – Не зря восторгался, гад, на прощание, моей красотой. Вот тебе и пожалуйста. - Ой, кошмар. – Ритка грузно уселась на соседнее кресло. – Надо написать на него заявление в полицию. - С ума не сходи. – Я поднялась, засунула руки в карманы спортивных штанов, подошла к окну – с той стороны лил дождь, и в дрожащих на тонком стекле каплях я попыталась разглядеть себя. На бледном не накрашенном лице – испуганные несчастные глаза цвета непорочного неба и яркая красная полоска от ожога на лбу. - Вот возьмите рецепт. – Я вздрогнула, обернулась. Врач протягивал мне листок с синей печатью, сочувствующе кивал головой. – Мазь обильно наносите, не растирайте сильно, а то пойдут волдыри, и если даже появятся, то не пытайтесь от них избавиться, не протыкайте и не давите, а то и такие умники бывают. Мазь вам поможет. Я подняла вверх указательный палец – на подушечке облезлый волдырь, кожу ощутимо покалывало. - С пальцем все тоже самое. И постарайтесь не травмировать его излишними движениями. А вообще, вы очень легко отделались, ожоги легкие, первой степени. Как говорится, до свадьбы заживет. Вы вон, какая красавица! Я натянуто улыбнулась. - Да. Спасибо.