Глава 13

- Дура! – в сотый раз повторила Ритка, когда выслушала пересказ прожитых мной дней, а точнее, недель. Две недели прошло с того момента, как Паша позвал меня замуж. - Ну он любит меня! Хороший он парень! - Пашка твой, такой окрыленный. – Сказала тихо Рита. Я разлила по кружкам зеленый чай, села на стул напротив подруги, с комнаты донесся возглас – Костя и Паша смотрели футбол. – Уютная у вас кухня. – Рита взяла с тарелки печенье. - Уютная. – Кивнула я. – Только мне не по себе от всего этого. Я перешла на шепот: - Вчера опять бабку встретила, когда из метро выходила. И что она делала в центре, так далеко от своего блошиного рынка? Схватила меня за руку, снова про свои сказки-страшилки заговорила, про нити какие-то. И знаешь, что самое удивительное? Она и Вадима окучивает! - Как это? – подруга закашлялась, давясь печеньем. - Он мне сам сказал про нее. Я к нему в кабинет на подписание пришла, руками коснулись друг друга и ток у обоих по телу, я аж вскрикнула, а он – бабка эта виновата, каждое утро встречает и говорит про сакральную связь со мной. Это он уже такой вывод сделал. Не верит, конечно, поржал. Но! Оказывается, перед тем, как нам встретиться, она предупреждала его, что я появлюсь на горизонте. А у нас и вправду с Вадимом что-то странное иногда бывает, то скотчем друг к другу приклеимся, то током бьемся. - Ой, - Ритка выдохнула с открытым ртом. – Это просто совпадение! Ты дура наивная, а он изголодавшийся без своей девки мужик! Где там, его невеста? В Америке? Не первый месяц уже там, вот он и липнет к тебе. - Думаешь? – Я сжала печенье пальцами, то с хрустом раскрошилось. – Да хоть даже и так. Невестушка сама виновата, не фиг мужика одного настолько оставлять. - А чего она там сидит? - У нее двойное гражданство, работает фотомоделью для модного глянца, своя студия по дизайну чего-то там. Скоро вернется, а потом он с ней полетит. Вроде так. Да не знаю точно и не хочу даже думать. - Моделью? – Ритка засмеялась, присвистнула. – Представляю, что там за красотка. - Видимо да. – Я невесело усмехнулась. На кухню вернулись парни, заголосили наперебой. И разговор потерял смысл. Павел весь вечер смеялся, обнимал меня, как сокровище, пылинки сдувал, носился как курица с яйцом, а я натянуто улыбалась. Ритка крутила пальцем у виска, закатывала глаза, щипала за бок, но я не могла с собой ничего поделать. А ведь именно такой любви я и хотела, чтобы все для меня, вокруг меня, по-настоящему, искренне. Получила то, что хотела. А мне уже не надо, оказывается. Желания плоти сильнее желаний души. *** На работу, как на праздник, чуть ли не девиз становится. И вставать в такую рань теперь мне легко, ведь есть для чего и ради кого. Не ради Вадима, ради себя. С девяти до шести – я жива и счастлива! Весь день я его не видела. Искала встречи, поднималась к нему на этаж, но на месте его не было. Зато Алан Юрьевич, едва заприметив меня в коридоре, не стесняясь других, обнял за плечи, засмеялся, разговаривая по-дружески, а не как с подчиненной. Коллеги смутились, подозрительно зашептались, когда я вернулась на свое рабочее место. Вот и слухи сейчас поползут. Да не о том вы, товарищи, думаете! Шесть вечера, а домой не хочется. За окном накрапывает дождик. Я подкрасила губы, взяла из шкафа фирменный зонт, вышла в коридор и столкнулась с Вадимом нос к носу. - О, Вадим, привет. – Задержавшаяся коллега удивленно вскинула голову, я добавила: - Вадим Сергеевич, у вас на столе документы на подписание, вы видели? Он усмехнулся, кивнул сотруднице, что поспешила на выход, и схватил меня за руку, как только хлопнула дверь. - Не называй меня так при всех. – Голос тихий, вкрадчивый, пугающий. Руку не отпускает. – Мне десять человек сказали, что ты весь день ко мне на этаж бегала. Давай, Сашка, как-то поскромнее? - Не Сашка! – я отдернула руку. Нижняя губа чуть надулась, как всякий раз, когда обида щипала нос. Он нахально усмехнулся. - Не нравится? Заглянул в лицо, я отвернулась к окну. - Нет. - Извини, Александра. Медленно и тягуче произнес мое имя. Я услышала, как он сглотнул слюну. Повернулась – свитер, коньячного цвета очень идет его глазам. Сегодня в джинсах, значит, не работал, а приехал только что. - Там дождь. – Сказал он, выпрямившись, смотря на меня свысока. – Тебя подвезти? Я замерла – внутри снова запорхала развратная бабочка, пробуждая только одно желание – делать все, что он пожелает. - Если хочешь. – Я как можно безразличней пожала плечами. Вышло не очень убедительно. Вадим засмеялся. - Тогда, пошли. – Сказал он, вздохнув. Что так тяжело находиться со мной рядом? Я пошла вперед, медленно, ковыляя. Тело, словно сахарная вата, отказывалось повиноваться, а мысли липким сиропом смешивались друг с другом. Мы сели в машину, и он спросил мой адрес, а я замешкалась – да не хочу я домой! Вадим чуть наклонился в мою сторону, спросил тихо: - Немного прокатимся? Что тебе дома делать… Я закусила губы, кивнула. Он скользнул по мне таким взглядом, что стало нечем дышать. Он тоже не хочет расставаться этим вечером? Или мне показалось? А разве может такое показаться? Я ведь не маленькая, желание в глазах мужчины могу разглядеть. Проехав часть центра и отстояв в пробке десять минут, Вадим припарковал машину в первом свободном месте. Сказал, выдохнув: - В такой час пик не покатаешься. Пройдемся? Он наклонился, нагло облокотившись локтем о мою ногу, открыл бардачок и достал бутылку шампанского. - Будешь? – глаза улыбаются, рука на моей ноге, там, где заканчивается короткая юбка. - Буду. – Голос сел – ему это нравится – снова улыбка. Мы вышли, пошли по мокрой от мороси улице. Вдоль Фонтанки. Он в одном свитере, голова и плечи уже влажные, я в плаще. Волосы развиваются на ветру, хорошо хоть сегодня ветер не сильный. - Ты не замерз? Давай куда-нибудь зайдем? – спросила взволнованно. - Не бойся, меня любовь греет. – Хмыкнул. – Но давай зайдем за мороженым и шоколадкой! Прозвучало ужасно. Про любовь! Я поморщилась, а он громко засмеялся. Потешается над ней, радуется, как ребенок, а ведь взрослый мужик. - Понятно. – Я закусила губы. - Да не дуйся, Сашуля! – шепот на ухо, и я замерла, прирастая к земле. А он берет меня за руку и ведет как теленка на привязи, за собой. В подвале дома магазин, пахнет пыльными овощами и пивом. Вадим взял пломбир и горький шоколад, два пластиковых стаканчика. Вышли на улицу, свернули во двор, мимо парадных, двор-колодец и вышли аккурат к Юсуповскому саду. Там лавочки у воды – пруд как с картинки. - Ох, Сашка! – со вздохом воскликнул он, делая глоток шампанского. – И на какой черт ты объявилась опять? Смотри, что ты со мной делаешь! Я улыбнулась, скользя глазами по его высокой шее. Красивая, так хочется скользить по ней губами. И чтобы запах его вдыхать… - А что я сделала? Вадим поднял на меня глаза. Не улыбается. Серьезный. - Словно в прошлое меня вернула. Несерьезный я с тобой. - По-моему ты всегда несерьезный, постоянно шутишь, смеешься. – Я взяла из его рук стаканчик пломбира, сверху подтаял, слизнула губами. Он проследил за движением языка, остановил взгляд на губах, и я облизнулась снова. Медленно. Специально. - Нет. Ты появилась, и все стало иначе. – Он усмехнулся. – Сам не пойму ничего. Друзья так вообще в шоке. - Думаешь, я в это поверю? Для чего красивые слова? М?