Глава 35

Дверь его квартиры приоткрыта. Оглушающее техно сотрясает окна в подъезде. Три пьяных девицы выбежали покурить, нагло отпихнув меня. Денис пританцовывает посреди огромной комнаты с высокими потолками, рядом незнакомые люди, все на драйве – танцы, алкоголь, смех. Вадима не видно. Я с облегчением выдыхаю. Беру со стола бокал крепкого алкоголя, выпиваю, морщусь, подходят Алан и Джикия, обнимают, смотрят странно, что-то говорят, но я не слушаю. Денис уже идет ко мне. Я к нему. Обнимаемся, словно сто лет не виделись, и я окончательно расслабляюсь. А дальше, как по маслу – вино кружит голову, танцы заглушают боль. Он рядом, я постоянно ощущаю его прикосновения. Под потолком мелькает светомузыка, оглушают басы и ритмы, что сливаются с ритмами моего сердца. Да у него тут настоящий клуб, а не квартира. Сразу понятно, здесь он не живет. Гости довольно ликуют, когда я вместе с ним забираюсь на стол и танцую – какие грязные и откровенные у нас движения. Под потолком уже токсичное марево, я просто вдыхает этот туман и лечу в нирвану. Да нет, не в нирвану – а прямо в его руки, что грубо тянут на себя. Глаза – два черных колодца – а я наивная, думала, выбралась на поверхность. - С-с-сука! – прошипел он. Вот это приветствие! А как же люблю, не могу, прости и все такое?! - Это ты сука! – нагло ответила я, отпихивая его. – Пусти! - Успокойся! – он снова с силой притянул меня к себе. – Ты что вытворяешь? - Вадим, отпусти! – я почти закричала, с ужасом понимая, что мне и вправду не хочется, чтобы он меня трогал. И Денис вторит, пытается разжать его пальцы. Я как между двух огней, того и гляди сотлею. Вадим резко отпустил меня, оттолкнул, и я полетела на пол. Подняла голову – руки Вадима уже на груди у Дениса – трясет его за рубашку, шипит в лицо. Слов не разобрать. Я закричала: - Не трогай его! Вадим медленно обернулся. Или это у меня все в замедленном действии? Какие удивленные и злые у него глаза. - А что это вдруг? - Не трогай и всё. Я поднялась, фыркнула как можно безразличней. - Шлюха! Его шепот обжег лицо, заставил протрезветь. Вадим развернулся, пошел прочь, задев меня плечом. Я пошатнулась, Денис придержал за талию. Обернулась – ищу его глазами – сколько здесь народу! Он сел на диван, рядом с друзьями, взял трубку кальяна, что-то сказал Джикии. Денис не отходит ни на шаг, и я с остервенением, отталкиваю его. Он удивленно скользит по мне злым взглядом, спрашивает, пытаясь перекричать музыку: - Снова к нему? Зачем тебе это, хуба-буба? Стоило ему появиться и ты снова с ним?! - Не называй меня так! *** Вадим отвел от нее взгляд, выдохнул. Не виделись столько дней, и как изменилось ее отношение к нему, а самое удивительное к его лучшему другу. - Когда они успели так сдружиться? – спросил он, усмехнувшись, заметил нахмуренный взгляд Алана, кивнул ему: - Что такое? - Ничего. - Не ври. Что знаешь о них ты, и чего не знаю я? Я с этими проблемами в бизнесе и со своей бывшей, совсем потерялся. Говори. - Да ничего такого. – Алан повел плечом. – Общались они все это время. Вадим усмехнулся, провел рукой по голове. - Как общались то? Продолжай. - Да просто как друзья. Он помогал ей с переездом вроде, она от Павла своего ушла. - Ушла? Даже так. – Вадим хмыкнул, снова посмотрел на нее – стоит у окна, курит, что-то доказывает ему – его лучшему другу. – А Денис что? - Ден ничего. – Сказал Джикия. – Лишнего не позволял, насколько нам известно. Жалко ему просто ее. Ну, ты же знаешь его, впечатлительный. - Знаю. – Согласился Вадим, снова поднимая глаза. Денис стоит в метре от нее, смотрит на гостей, а она то и дело касается рукой его плеча, смеется, что-то говорит, говорит... - Так она сама перед ним крутится… Музыка стихла. Денис отправился провожать гостей. Саша следом, на Вадима и не взглянула. Его глаза налились кровью, когда в коридоре хлопнула дверь, все стихло и послышались их голоса – его тихий и ее, довольно смеющийся. - Она специально? – выдохнул Вадим. – Или реально не отдает себе отчет? Саша подошла к дивану и села рядом с ним, Денис что-то сказал ей, и она вновь засмеялась, откинув голову назад. Вадим проскользил взглядом по изгибу ее шеи и с трудом сдержал себя, чтобы не схватить ее за горло. - Саша! – Сказал он вместо этого тихим сапом. Она повернулась – глаза блестят от нескончаемого флирта. - Что? - Ты не заигралась? Она нахмурилась, а в глазах блеск, бросила в рот виноградину, облизнула языком губы – игриво и откровенно вызывающе. Он выдохнул, крыса ревность зашевелила своими лапами по оголенным, как провода, нервам. Бросил взгляд на Дениса, тот не сводил своих глаз с ее губ, и этот момент стал решающим. - Ден, - он выглянул из-за Саши, откинувшись на спинку дивана. – Ну, ты же сам не свой, друг, неужели так сильно хочешь мою женщину? Ден изогнул одну бровь. - А ты? А ты, моя ненасытная Сашенька, хочешь его? Моего лучшего друга? Саша перестала жевать, сказала, задыхаясь от возмущения: - А ты кого больше хочешь – меня или свою пассию? Впрочем, за три недели, что мы не виделись ты, наверное, вдоволь с ней натешился. Трахал ее там ночами, а мне нельзя просто общаться? Звон оплеухи оглушил ее, заставил замолчать. - Вадик! – сразу несколько голосов окликнули его, заставляя остановиться. - Сука! – он потряс рукой, схватил ее за лицо и повернул на себя. – У меня проблемы были по бизнесу! Если бы ты отвечала на мои звонки, то была бы в курсе всех моих дел. Она опустила голову, закусив губы. Слезы все-таки покатились по лицу. - Одевайся. Уходим. *** Денис смотрит прямо в глаза, я знаю, о чем он, молча, молит меня. Но сердцу не прикажешь – я снова его. Встаю, иду к дверям. Слышу, как Вадим прощается и идет следом. Такси как по мановению волшебной палочки уже у парадной. Он садится вперед, я сзади. Не сел ко мней, и не смотрит. Мне становится стыдно. Я снова с ним и как же я счастлива! Галерная. Он снова отдает мне ключи, и я беру их, уже зная, что это мой новый дом. Вадим раздевается, бросает вещи на диван, остается в одних джинсах. Оборачивается. Я стою у окна и не свожу с него своих глаз. - Ну, говори, сучка, была с кем-то? Он подошел, грубо прижал меня к себе. Напряжен, на сильных руках проступают мускулы. Я выдохнула, приходится врать: - Нет. А ты? - Нет. – Его глаза-льдины прокалывают насквозь. – Я-то нет, а вот ты… Я выдохнула и закрыла его рот своими губами. Не хочется ничего слышать, хочется только принадлежать ему. И он берет меня, жадно кусает губы, поднимает на руки, несет в спальню. Его запах пьянит не хуже алкоголя, голос одурманивает, не хуже пряной травы, этот запах преследуют меня повсюду. - Вадим, прости меня. – Прошептала я, помогая ему раздеться, и раздеваюсь сама. Он приподнялся, смотрит, как я оголяю свою грудь, припадает к ней губами. – Простишь? - Есть за что? - За все. - Простил. Уже. За все. Но в последний раз, поняла? - Да. – Простонала я, когда он вошел в меня. Какие грубые его движения, какие сильные и глубокие. Кажется, я вот-вот потеряю сознание от удовольствия. Открываю глаза – его волосы прилипли ко лбу, глаза затуманены. Утром он ушел на работу, я осталась дома. Приготовила ужин – мясо в духовке, получилось неплохо. Надо же, а для Павла и омлет не могла сготовить. Вадим вернулся раньше, с букетом цветов – розы белоснежные, как выпавший за окном снег. Я уткнулась в них носом, втянула цветочный аромат, зажмурилась от счастья. За ужином рассказала о поездке – Вадим удивленно мотнул головой; рассказала о доме в котором жила родная мать, о фотографии старухи, что висела на стене того дома – Вадим нахмурился, вспомнил косматую незнакомку, что твердила о невидимых нитях. И мне уже ничего не страшно. Он рядом, сидит напротив и все остальное меркнет. Страха больше нет. Жизнь – прекрасна!