Глава 48

Я откликнулась на звонок моего бывшего свёкра. Я примчалась к нему, чтобы просто побыть с ним рядом и поговорить. Одинокий мужчина потерял всё в один миг и я прониклась его состоянием.

Я хотела помочь ему. Хотела подарить частичку тепла. Хотела, что бы он почувствовал доброту и заботу.

Я непременно бы приезжала к нему в больницу. Возможно, мы наладили бы с ним общение в повседневной жизни.

Мне так стало больно за него. Мне не хотелось бросать его на произвол судьбы. У каждого должна быть надежда.

Но я не успела ему её дать.

Я ничего не успела.

От печальной новости слёзы катятся по щекам.

Выхожу на улицу.

За мной выходит медсестра.

— Вы займётесь всем нужным? Кроме вас у Смирнова есть родственники?

Я смотрю на неё, опустившись на лавку, и не знаю ответа на этот вопрос.

— У него была жена… И сын был, — произношу, едва сдерживая дрожащие губы.

— Почему же были?

— Он ушёл от них. Я не думаю, что они смогут заняться решением таких вопросов.

— Мне нет до этого никакого дела, — резко выдыхает она. — Вы. Вы займётесь?

— Да.

***

После нужных процедур я решаюсь позвонить Нине Руслановне. Нахожу в заблокированных номерах её номер и снимаю запрет.

Немного думаю прежде чем позвонить ей. Не знаю с чего начать разговор.

Нажимаю на вызов. Протяжно выдыхаю.

— Нина Руслановна, здравствуйте, — произношу мягко.

— Надо же. Объявилась, — зло усмехается она мне в ответ.

— Василий Фёдорович не перенёс болезнь. Его больше нет. Сможете ли вы заняться решением возникших вопросов? — стараюсь быть как можно мягче.

— Как это нет? Откуда тебе известно об этом? — в её голосе слышится настороженность и недоверие к моим словам.

— Он звонил мне. Он рассказал мне обо всём, что случилось между вами. Рассказал о болезни. Я поехала к нему и не успела…

— Мне нет никакого дела до этого, милочка, — с напором говорит она мне. — Он ушёл от нас. Он бросил нас в трудную минуту. Нам жить было не на что с Лёнечкой. Я не стану ничего решать.

— Как же так? — пытаюсь возразить ей. — Вы столько лет были с ним вместе. Неужели вы не хотите проститься с ним по-человечески. Не хотите проводить его в последний путь, как полагается это сделать? — хочу пристыдить её.

— Он не думал обо мне о живой. Я не буду думать о нём сейчас. Мне нет никакого дела до него. Что хочешь, то и делай.

— Это ваше окончательное решение? — уточняю у неё, почувствовав озноб во всём моём теле. — Вы не будете принимать участие в решении проблемы?

— Не буду. Сколько раз тебе можно повторять, — говорит слова со злостью, словно выплёвывает каждое.

— И прощаться не придёте? — дополняю всё же свой вопрос.

— Нет. Никогда. И не звони мне больше. Нахалка.

Она сбрасывает звонок от меня.

Я зажимаю телефон между ладонями.

Телефон звонит снова.

Принимаю звонок.

— Да, Вить, — отвечаю ему по-родному.

— Я приехал. Стою у твоей работы. Можешь выходить.

— Я не на работе, — выдыхаю и чуть ли не плачу. Липкий ком прочно застрял в моём раздражённом горле.

— Ты где? Что случилось?

Диктую адрес.

— Дождись меня, — говорит он. — Я скоро.

Когда Виктор приезжает, то сразу же отводит меня к себе в машину. Помогает мне сесть на заднее сиденье и садится рядом.

Я рассказываю о произошедшем.

— Бывает, Марина. К сожалению, наша жизнь коротка. Нужно это принять. Нужно вспоминать о нём и продолжать жить своей жизнью.

— Я понимаю, Вить, — соглашаюсь с ним. — Только почему-то больно в груди.

На глазах наворачиваются слёзы.

— Иди ко мне, — обнимает он меня и прижимает плотно к себе. Вытирает кончиком указательного пальца слёзы с моего лица. — Я с тобой. Вместе мы со всем справимся.

Опускаю голову ему на плечо. Тихо всхлипываю.

— Ему совершенно некому помочь, — произношу я жалобно.

— Я понял, Мариш, — подтверждает он и гладит мои волосы рукой.

— Я не хочу в ресторан, — вдруг вспоминаю, о чём мы договаривались с ним. — Отвези меня лучше домой.

— Хорошо. Поехали. Только я не оставлю тебя одну в таком состоянии.

— Нормальное у меня состояние. Просто Василия Фёдоровича жаль. И обидно за него. Всю жизнь свою посвятил своей семье. А они даже проститься с ним не хотят. Мне не понять такого. Никогда не понять.

— Тогда я спокоен за тебя. Но ночевать я останусь сегодня с тобой в доме.