Глава 43

От звука его голоса я невольно вздрогнула и едва не расплескала чай на плед.

Но, понадеявшись, что он этого не заметил, постаралась сделать вид, будто он не застал меня врасплох своим неожиданным появлением.

Барханов вышел у меня из-за спины, одной рукой подхватил второе плетёное кресло, стоявшее по другую сторону от стола, и поставил его напротив моего.

Я настороженно следила за его действиями.

Он действительно настроен на продолжение разговора?

И, кажется, недоумение довольно явно отразилось у меня на лице, потому что Барханов при взгляде на меня поднял глаза к усеянному курчавыми облачками небу.

— Только не нужно смотреть на меня так, будто я с тобой на китайском заговорил.

Я отставила чашку с недопитым чаем от греха подальше.

— Ощущение такое, будто заговорил.

— Что я такого сказал?

Чистой воды лукавство. Он ведь понимал, что ведёт себя не совсем как обычно. Не совсем как обычно по отношению ко мне. О том, как он вёл себя с остальными, я понятия не имела. Слишком долго мы с ним не виделись, чтобы сравнивать Барханова из настоящего с Бархановым из прошлого.

— Ты и сам понимаешь.

Он положил ногу за ногу, не предпринимая никаких попыток пойти на компромисс.

Я вздохнула.

— Барханов, ты не приказываешь. Не ставишь меня перед фактом. Ты предлагаешь. То есть даёшь мне выбор.

— Оказывается, тебя очень легко впечатлить.

Но вот что касалось извечного желания уколоть, тут всё, кажется, было по-старому.

— Я не верю в то, что люди способны меняться.

— А менять поведение?

— Один чёрт.

— Как ты себя чувствуешь? — ошарашил он меня новым вопросом.

— Что?..

— Я и на подобное права, наверное, не имею? — усмехнулся он. — Наверное, должен стараться держаться в рамках того образа, который ты нарисовала у себя в голове.

Несмотря на то, что в последнее время (и я не могла этого отрицать) ненависть между нами слегка поутихла, я была слишком уж далека от мысли, что между нами воцарилось полноценное перемирие. Поэтому оставить его последнюю фразу без ответа я не могла.

— Нарисовала у себя в голове? Барханов, да ты все усилия приложил к тому, чтобы у меня в голове этот образ взрастить! Сына забрать грозишься, насильно переселяешь нас в свои хоромы, а теперь…

— Варвара, ты думаешь, я настолько на голову отбитый, что не понимаю? Не понимаю, что всё это, — он махнул в мою сторону рукой, — стряслось из-за меня? Из-за моего предложения тебе остаться здесь с сыном? Из-за того, что я недооценил степень угрозы и какого-то чёрта предположил, что Ирина сможет смириться?

— Так это муки совести? Ты действительно на такое способен?

— Я не чудовище, — процедил Барханов. — Каким бы открытием это для тебя ни оказалось. Я не монстр, Варвара. Я человек.

— Порой мне в это сложно поверить, — пробормотала я.

— Ну а ты постарайся, — он сложил руки в замок на колене и выдохнул, будто пытался стряхнуть с себя лишнюю агрессию. — Потому что я действительно готов продолжить наш диалог.

Мне пришлось подавить рефлекторное стремление забрать свои слова обратно. Всё казалось, что такие перемены в его поведении обязательно чем-нибудь вызваны. Раз сам предлагает продолжить беседу, тут что-то нечисто.

Господи, какой же я в последнее время подозрительной стала…

Впрочем, могла ли я себя за это винить?

— Я всего лишь хотела узнать… кхм… хотела узнать, как ты уладил вопрос со своей невестой.

Я опустила взгляд на свои укрытые пледом колени.

И почему я чувствовала себя так неловко? Вполне ведь резонный вопрос.

— Ирина мне не невеста и никогда официально невестой мне не была.

Вот такого ответа я совершенно не ожидала. Мой взгляд невольно приковался к лицу бывшего мужа, выискивая на нём признаки лжи.

Но Барханов смотрел на меня спокойно, открыто, даже с намёком на усмешку, будто понимал, что я пыталась раскусить его «обман».

— Как это… не была? Она же сама говорила…

— Была устная договорённость. Была вероятность. Этот брак мог стать продолжением взаимовыгодного сотрудничества. Никаких конкретных планов не существовало. Но ей хотелось так думать. Я не препятствовал.

Неожиданно, если честно…

Сейчас я бы и не припомнила, что об этом писала бульварная пресса. Да, имя моего бывшего мужа за последние годы не раз и не два всплывало рядом с именами каких-нибудь светских львиц и знаменитостей, но помимо разнообразных слухов, ничего конкретного припомнить я не могла. Всё же, если твой бывший муж женится снова, хочешь-не хочешь, а такую информацию хоть как-то запомнишь.

— Что ж… Спасибо за разъяснения, — я решила не зацикливаться на этом вопросе. — Но как ты уладил вопрос?

Барханов ответил мне пристальным взглядом:

— Больше она здесь не появится. Не будет досаждать ни тебе, ни Данилу.

— Ты уверен? — вырвалось у меня.

— Ты сомневаешься?

Я не знала. Я честно не знала. Ирина сейчас виделась мне одержимой маньячкой, но у мужа было полным-полно средств и способов справиться и не с такими.

— Послушай, Варвара… — отвлёк он меня от тягостных размышлений. — Я верю всему, что ты сказала. И запустил процедуру расторжения всех наших контрактных обязательств с её семейством. Они об этом пока не знают. Собираюсь явиться в суд во всеоружии. А суда определённо стоит ждать — Аверины не из тех, кто не попытается выжать из нарушения договорных отношений хоть что-нибудь. И адвокаты у них агрессивные. Но…

И этим «но» он заставил меня превратиться в слух.

— Но меня это мало тревожит. И если ты вдруг решишь предать случившееся огласке и подать на Аверину в суд, я твоё начинание поддержу.