Глава 29

Просыпаюсь среди ночи. Мне уютно, тепло, хорошо, но что-то гложет внутри. С ужасом понимаю – я лежу в своей постели, и рядом Демьян.

Демьян!

Тот, кого я считаю убийцей деда.

Лежу, боюсь шелохнуться. Я должна его выгнать. Должна прекратить это всё! Я же просила его убраться, я же требовала, чтобы он оставил меня в покое!

- Что ты, маленькая? – глухой голос заставляет вздрогнуть.

Как она понял, что я не сплю? Почувствовал и проснулся? Или не спал?

- Злата…

Я не хочу с ним говорить. Я не знаю, что сказать. Вспоминаю, что сама просила его остаться. Сама.

И он остался. А если… если всё, что он говорит – правда? Если он готов отказаться от этой женитьбы по расчёту? Если выбрал меня?

Но разве мне есть до этого дело?

Дедушку не вернуть. И он был бы жив, если бы не…

Если бы я не приехала домой. Если бы я не потащилась домой в этом состоянии, совсем не думая о том, как дед отнесется к моему разрыву с Демьяном!

Зачем вообще дедушке было знать о предательстве Демьяна?

Я ведь ничего не сказала. Он понял по лицу. Я могла бы не приходить сразу, переждать. Придумать правдоподобную версию, сказать, что сама решила уйти от Шереметьева.

Бред. Дед бы не поверил.

Да и что теперь говорить? Всё вышло – как вышло.

И если уж справедливо – мы оба с Демьяном виноваты.

- Злата… как же я тебя люблю!

Чувствую, как он зарывается в мои волосы, вдыхает касается губами.

Я не могу его оттолкнуть. Хочу и… не могу!

Если после всего он останется со мной, то…Его отец будет в ярости, да?

Хоть так я отплачу за смерть деда.

Стоп.

Я… я совсем забыла о маленьком! О моём ребёнке, которого я жду!

В конце концов, мой малыш – Шереметьев. И имеет право носить эту фамилию. И быть наследником!

Пусть отец Демьяна какую угодно невесту под него подкладывает. Но первый сын у Шереметьева будет от меня.

Почему же я должна лишать ребёнка отца? Фамилии?

Где-то в глубине души меня гложет мысль, что всё это сейчас – кощунственно. Что дед умер. И причина – Демьян. Происки его семьи. Мне надо держаться от них подальше. Надо.

Но моё тело упорно отказывается отталкивать Демьяна.

Я не делаю попыток быть ближе. Не двигаюсь. Но я и не отталкиваю его. Просто плыву по течению.

И думать не хочу. Спать.

- Злата, девочка моя, прости меня. Если бы ты знала как я… как я жалею о том, что сделал. О каждом слове. Прости. Мне плевать на всё. Хочу, чтобы рядом была только ты. Ты моя женщина. Ты моя жена.

Засыпаю.

Засыпаю, слушая его такие сладкие, такие красивые слова.

Утром завтрак в постель. Его взгляд.

Не заискивающий, не просящий.

Наверное, если бы Демьян стал унижаться, умолять, ползать в ногах – было бы гораздо проще сказать ему – нет. Удалить. Отправить на все четыре стороны.

Приходит Ильдар. Демьян открывает дверь. Ильдар никак не комментирует присутствие моего бывшего жениха. Просто спрашивает о самочувствии, интересуется, не нужно ли чего. Я благодарю за всё, что он для меня сделал. Обещаю деньги вернуть, у деда на карте было, я вижу, что Ильдар не тратил, хотя карту я ему дала.

- Это мелочи, сестрёнка, держись. Если что нужно – телефон знаешь, и адрес.

Он вызывает Демьяна на разговор. Вижу. Просто глазами показывает, мол, выйдем.

Я не вмешиваюсь. Знаю, что драки не будет. Ильдар просто хочет дать понять, что за меня впишется. Если что.

Хорошо быть красивой. Когда есть мужчина, готовый за тебя порвать.

Плохо быть красивой. Слишком много проблем от красоты, особенно когда большие мальчики пытаются тебя делить.

Не знаю, о чем они говорят. Ильдар уходит. Демьян какое-то время стоит у окна на кухне. Молчит.

Он не уходит, остаётся у меня на весь день.

Заказывает продукты. Еду из ресторана. Сам готовит мясо с овощами. Кормит меня.

Кусок не лезет в горло. Я молчу.

Отказываюсь от вина.

Хорошо, что Демьян знает, я равнодушна к спиртному, иначе задал бы пару вопросов.

Думаю о том, что нужно будет записаться к доктору, сдать анализы, встать на учёт – кажется, это так называется.

С Демьяном я не разговариваю. Кажется, его это устраивает.

Вечером к нему приезжает помощник с сумкой вещей и какими-то документами. Вижу, что Шереметьев напряжён.

Он принимает душ. Переодевается.

Наглеет.

Может, прогнать его?

Но я не гоню. Мы ужинаем молча. Я демонстративно стелю ему в гостиной. Он ложится там.

Но ночью я просыпаюсь от собственного крика и меня обнимают такие родные, знакомые руки.

- Тише, любимая, я с тобой. Никому тебя не отдам.

Я и не хочу, чтобы отдавал.

И с ним не хочу.

И без него не хочу.

Мне нужно время.

Много времени, я думаю.

Посмотрим, хватит ли у Демьяна терпения.

Дни идут. Два. Три. Я молчу. Он рядом. Уезжает куда-то днём, объясняя, что это по работе. Я спокойна. Мне не всё равно, но… я спокойна.

Думаю, что скоро уже будет девять дней деду. Нужно ехать на кладбище. Справлюсь ли я?

Должна.

Что делать дальше с Демьяном?

Я слышала вчера ему звонил отец. Звонил несколько раз видимо – Демьян не брал трубку. Потом всё-таки вышел на кухню, ответил. Я не расслышала слов, только суровые, злые интонации его голоса.

Сегодня я решила сама выйти на улицу. Надо возвращаться к жизни. Надо.

Тем более, что скоро придётся идти в женскую консультацию.

Выхожу, чтобы дойти до магазина. С утра почувствовала тошноту, вспомнила, что помогает вроде бы имбирь, лимон, еще советуют сухарики, или сушки натощак.

Иду к магазину, когда меня останавливает жёсткий, властный голос.

- Злата Романовна? Одну минуту.

Демьян. Только… лет на двадцать пять старше.

Отец.

У меня холодеют руки. И ноги становятся ватными. Мутит.

Молчу. Здороваться с этим человеком не желаю. И не знаю, что ему нужно. Мы стоим в небольшом скверике недалеко от дома, тут пешеходная дорожка, которая ведёт к магазину. Люди ходят, но не очень часто. Сейчас не вижу даже тех, кто гулял бы с собакой. Как-то странно тихо вокруг. Словно нарочно все вымерли.

- Нам надо поговорить, Злата. Уверен, вы понимаете о чём. И вы меня поймете. Даже мой неразумный сын, кажется, понял.

Кажется понял? А я вот кажется, не понимаю.

- Вы ломаете его судьбу. Он же правильно указал вам ваше место? Зачем же вы добиваетесь большего? Неужели, правда, не понимаете? Мой сын предложил вам максимум! Свою любовь. И место рядом с ним. А вам нужен штамп в паспорте? Понимаете, что за этот штамп его могут убить?

Убить? Меня шатает. Что он такое говорит?

- К счастью, Демьян одумался вовремя. Он не женится на вас. Но он по-прежнему готов дать вам всё остальное. Всё, что вы захотите, кроме брака. Я хочу вас спросить, а что вы хотите, Злата? Что хотите за то, чтобы отказаться от моего сына навсегда?