ГЛАВА 6. Опасный свидетель
«Я верю только тем свидетелям, которые дали перерезать себе глотку».
Блез Паскаль
Бристольский отель Харбор в Старом городе располагался неподалеку от Королевского госпиталя, где находился агент Ллойд: всего полчаса пешком. Чёрные автомобили шефа разведывательной службы доставили их на место за пять минут.
Выходя из машины, Маргарет невольно обернулась, хотя, разумеется, не могла отсюда увидеть ни профессора Зборовского, оставшегося в госпитале, ни Сэма Гравано, который упрямо прилип к дверям в реанимационную палату и отказался уходить даже тогда, когда МИ-6 приставили своих агентов.
Шеф Кеннингем не терял времени даром и изъявил желание присутствовать на допросе, отложив для этого все лондонские дела. Исключений Джерри не сделал даже для доктора Вольфа, которого вместе с Чарли и Маргарет забрали из госпиталя.
– Вас никто не подозревает, доктор, – каркнул Кеннингем, обдавая невозмутимого магэксперта непередаваемыми ароматами нечищеных зубов и застарелого пота. – Но вы могли видеть что-то важное для следствия…
– Я бы сказал.
– И ещё скажете, – то ли пригрозил, то ли понадеялся Кеннингем. – Кроме того, сразу после допроса я попрошу вас осмотреть место падения. Если бомба магическая, мы должны об этом знать! С вами отправится агент Морган: она здесь за старшую до тех пор, пока мы не прищучим мерзавца.
На душе потеплело: всё-таки Джерри не списал её со счетов, несмотря на проваленную миссию.
Администрация отеля оказалась весьма услужливой, как только шеф Кеннингем блеснул жетоном. Для допроса им мигом выделили уютный зал для переговоров с мягкими креслами, бархатными шторами, лакированными панелями и тяжёлым дубовым столом по центру.
Гостей – подозреваемыми их не называли из вежливости – рассадили у стенки, а единственный выход преграждали двое рослых агентов МИ-6, прибывших с шефом.
– Я надеюсь, вы доверяете своему телохранителю, Медичи, – каркнул Джерри невозмутимому итальянцу. – Этот остолоп остался в госпитале, несмотря на важность этого допроса и наши настоятельные требования!
Маргарет добавила бы «угрозы и шантаж», но «настоятельные требования», пожалуй, частично покрывали то и другое.
– Диана проверила Сэма – с его разрешения, разумеется, – отозвался итальянец, присаживаясь рядом с бледной Эвелин Ллойд. – Гравано не прочь публичной демонстрации того, что творилось у него в голове в момент посадки, однако вам придётся его проверять в госпитале. Я настаиваю, чтобы Сэм не покидал поста у реанимационной палаты.
– Не доверяете моим агентам, Медичи? – сузил глаза Кеннингем.
Джанфранко легко выдержал злобный взгляд.
– А вы, шеф Кеннингем? Вы доверяете своим людям?
Маргарет подавила вздох: Джерри не доверял даже себе, перепроверяя собственные записи каждое утро. А уж разнос, который шеф устроил им с Чарли в госпитале, и который прекрасно слышал тот же Гравано…
– Всё готово, – позвала она, прежде чем конфликт не перешёл из словесного в тактильный. – Миссис Медичи?..
Основная проблема заключалась в том, что Диана Медичи не могла показывать картины чужого сознания Джерому Кеннингему. Шеф МИ-6, будучи менталистом, полагался на Маргарет в столь тонком вопросе, и ожидаемо расстроился от подобного казуса.
– Проклятая защита менталистов! – не сдержал бурного разочарования Джерри. – За каким дьяволом она вообще нужна?!
Дальнейшие непечатные выражения шеф Кеннингем успешно замаскировал под злобный кашель, так что Маргарет почти гордилась своим начальником.
До первого допроса.
– Стивенсон! – мстительно позвал Джерри, усаживаясь напротив Дианы Медичи. – Ты первый!
Маргарет, присевшая по левую руку миссис Медичи, вопросительно глянула на начальника. Разумнее было бы проверить вначале второго пилота Найлза и борт-инженера Дэвиса, как единственный техперсонал, кто имел доступ к самолёту до и во время полёта, однако Джерри рассудил иначе.
– Кое-кто из присутствующих не доверяет моим людям, – выразительно глянув в сторону невозмутимого Медичи, рявкнул Кеннингем. – Я готов публично продемонстрировать, что среди агентов МИ-6 нет случайных людей! Каждый на вес золота! Даже внештатные протиратели штанов вроде Стивенсона.
Чарли закатил глаза и присел по правую руку от Дианы Медичи, облокачиваясь о стол.
– Проверяйте, миссис Медичи, – вздохнул медбрат. – Только про то, как я по нужде перед вылетом ходил, не показывайте Мэгги, пожалуйста. После такого конфуза на служебном романе с мисс Морган можно ставить окончательный крест…
– Крест тебе на могилу влепят, Стивенсон! – пригрозил со своего места шеф Кеннингем. – Сразу, как оконфунзишься!
Мэгги окинула быстрым взглядом присутствующих, надеясь, что румянец на щеках её не слишком выдал. Чарли решил, видимо, идти ва-банк и заявить о романтических намерениях при свидетелях, ничуть не опасаясь начальственного гнева. Место столбил, что ли? Метил территорию?
К счастью, никто на такие тонкости внимания не обратил. Второй пилот Найлз нервничал, не вслушиваясь в происходящее в зале, хмурый борт-инженер Дэвис вертел в руках сигарету, Джанфранко Медичи сжимал белые пальцы Эвелин Ллойд, что-то успокаивающе нашёптывая ей на ухо, а доктор Вольф разглядывал тяжёлые портьеры, явно пребывая мыслями так далеко от зала допроса, как только позволяло воображение и запертые двери.
Единственной, кто ухмыльнулся в ответ на заявление Стивенсона, оказалась Валери. Подруга подмигнула, как только их взгляды встретились, и подняла большой палец вверх, давая благословение на отношения, свадьбу, брак, детей и счастливую старость.
– Поскорее, миссис Медичи, – натянуто-вежливо поторопил шеф Кеннингем. – Нам ещё посылать за миссис Вольф и этим… Гравано.
Доктор Вольф при столь непрозрачном напоминании вырвался из мира грёз и взглянул на Джерри с лёгким удивлением отшельника, которого обвинили в разгульной жизни. Мэйовин Вольф осталась с детьми вместе с горничной, ожидая, пока её сменит сестра. По мнению Маргарет – нервная супруга Константина меньше всего подходила на роль коварной бомбистки, но, если они не найдут виновного среди присутствующих – копать придётся повсюду. Включая аэродром Сторхэма: самолёт перед вылетом осматривали местные техники.
Беда состояла в том, что Маргарет лично проверяла салон и уборную перед тем, как разрешить посадку гостей. Бомбы в туалете не было.
– Вернёмся на сутки назад, – мягко предложила Диана Медичи, протягивая руку к Чарли. – Прикройте глаза, мистер Стивенсон. Так будет легче…
Медбрат послушно опустил веки, и лицо его, хмурое и напряжённое, застыло, превращаясь в причудливую маску. Мэгги увидела, как Диана Медичи легко касается кончиками пальцев виска Чарли – а потом протягивает вторую руку к ней. Мелькнула несуразная мысль о том, что и на её лице застынет столь же глупое выражение, на радость коллегам из МИ-6 – а затем виска её коснулись прохладные пальцы, и Маргарет улетела.
Полёт оказался липким и неприятным: её затянуло в чужие воспоминания, будто в склизкую воронку. Лицо…
Лицо Маргарет Морган – как произведение искусства. Вовсе не изнеженное и не прелестно-миловидное, как у большинства девушек, нет! Волевое, скуластое, с широкой линией подбородка, выразительными губами и всегда идеальным макияжем. И глаза. Не карие, как равнодушно указано в досье, – медовые. Почти золотистые, когда Маргарет смотрела на свет. Или когда в них зажигались искры магии огня… В такие моменты он даже переживал о тёмно-каштановых кудрях, оттенявших фарфоровую кожу. Словно и те могли вспыхнуть так же легко, как пылало сердце уникальной стихийницы, владевшей всеми четырьмя стихиями…
Проклятье, он снова увлёкся. Но наблюдать за Мэгги в работе доставляло ему несравненное удовольствие. Эта сосредоточенность и полная отдача… Эта преданность и твёрдость. Эта скрытая сила в крови…
Он даже со старым тараканом Джерри примирится, только бы оставаться в паре с агентом Морган подольше. К слову, почему Морган? Это же уэлльская фамилия, а Мэгги из Эдинбурга…
– Стивенсон! – насмешливо позвали со стороны. – Тебя не для массовки пригласили! Может, соизволишь помочь?
– Соизволю, – он тут же включается в игру. – За отдельную плату!
Валери фыркает, сбрасывая ему в руки тяжёлый ящик.
– Неси на борт, – благословила агент Стоун. – Поставишь на бортовой кухне, это рядом с уборной, не промахнёшься. Счёт за услуги Кеннингему выставишь. Только меня вначале позови, обожаю развлекательные шоу.
– К слову, мне надо в уборную, – оживился он. – Прикроешь меня перед Мэгги? Сбегаю в здание аэродрома.
– Ящик занесёшь и свободен, – милостиво разрешила Валери.
– Господь всемилостивый, что ты туда утрамбовала? – поразился он, перехватывая ящик поудобнее. – Всё нажитое за жизнь добро?
– Лёгкий перекус и наставления любимого шефа, – усмехнулась агент Стоун. – Наставления, как понимаешь, занимают большую часть.
– Нашла, что с собой брать, – делано возмутился он, уже поднимаясь по короткому трапу в салон. – Это добро нас само найдёт. И, к слову, я – медицинский сотрудник! Мои руки – уникальный рабочий инструмент, а ты убиваешь их непосильной ношей…
– Ты – боевой медик, Стивенсон, а не нейрохирург, – отмахнулась Валери. – Ничего твоему уникальному рабочему инструменту не случится. Ступай уже, гости заждались. Пора всех рассадить и…
Остаток фразы он не расслышал, потому что уже шагнул под сень фюзеляжа. Покрутился у входа, примериваясь с ящиком, и засунул его под вмонтированный столик бортовой кухни. Дверца в уборную находилась тут же. Он на пробу дёрнул ручку, но та оказалась заперта. В салоне ходила Мэгги, заглядывая под каждое сидение, но он не стал её отвлекать. Надо ещё в уборную сбегать…
Он сбегает по ступеням трапа и, не сбавляя скорости, бежит в здание аэродрома. Короткие коридоры, сонные техники, провожавшие его хмурыми взглядами… дверь мужской уборной…
– Благодарю, мистер Стивенсон.
Мэгги открыла глаза, когда Диана Медичи мягко отняла пальцы от её виска, и тут же прижала ладони к пылающим щекам. Напротив медленно открыл глаза Чарли, встречаясь с ней взглядом. Против обыкновения, медбрат не улыбался, и это внезапно сказало ей больше, чем все шуточки и невинные заигрывания, которые не оказывали на неё ровным счётом никакого впечатления.
Чарльз Стивенсон, душа компании и покоритель девичьих сердец, похоже, впервые столкнулся с серьёзным чувством. И как назло, именно это сердце ему пока не покорялось.
– Ну?! – нетерпеливо каркнул Джерри, врываясь в мир чужих воспоминаний из неизбежной реальности. – Что там?
Маргарет выдохнула и почти виновато глянула на Валери. Подруга выглядела спокойной, но такой же она оставалась и под дулом револьвера.
– Агент Стоун, – мягко обратилась к ней Диана Медичи, уловив сомнения со стороны Мэгги, – что было в ящике, который вы попросили мистера Стивенсона доставить на борт?
Шеф Кеннингем чуть не подпрыгнул от столь безобидного вопроса. Обернулся к Валери всем корпусом, буравя её тяжёлым взглядом.
Агент Стоун выдержала всеобщее внимание, не дрогнув.
– Могу сказать, чего не было, – пожала она плечами. – Наставлений любимого шефа и бомбы. Я так понимаю, теперь моя очередь?
Чарли оторвал наконец взгляд от Мэгги и легко вскочил, уступая место Валери. Агент Стоун тряхнула небрежно скрученными в пучок светлыми локонами, усаживаясь рядом с Дианой Медичи, и удобно облокотилась о столешницу.
– Проверяйте, – разрешила Валери, кольнув Маргарет взглядом. – Заодно полюбуетесь на расхождение финансирования и поставок. По списку среди закусок числилась чуть ли не красная икра, а на деле…
Диана Медичи только вымучено улыбнулась, протягивая руку. Маргарет обратила внимание, как резко побледнела сестра агента Ллойда, но задать вопрос не успела. Её виска коснулись сухие пальцы миссис Медичи – и её утянуло в уже знакомый водоворот. Дождь и крики…
Крики детей сводят с ума. Малышне невдомёк, что родители потащили их в опасный путь не скуки ради, а потому капризничали и требовали каждый своего: кто пить, кто кушать, кто спать, кто поорать от души. Разумеется, их желания не сходились, так что дорога к аэродрому Сторхэма показалась агенту Стоун вечностью.
И ведь эти женщины, холёные, красивые, пошли на эти адовы муки добровольно! Что Эвелин Ллойд, что Диана Медичи… По поводу Мэйовин Вольф Валери не была уверена, но и ей дуло к виску наверняка не приставляли. А в результате мучились все, включая Валери, хотя она-то к их проблемам каким боком? Только по служебной необходимости…
Хоть бы её скорее отправили на фронт, что ли.
Автомобили паркуются на стоянке, и Валери первой выскакивает наружу, в объятия ледяного дождя и ветра. Хорошо-то как!
– Я в самолёт, – коротко информирует Маргарет, хлопая дверцей своего автомобиля. – Приму отчёт техников и проверю салон. Оставайтесь с гостями. Я быстро.
Мэгги направляется к самолёту, уверенная, спокойная, и Стивенсон провожает её долгим взглядом. Да не светит тебе здесь ничего, Чарли, закати губу…
– Прошу прощения, мисс? Э-э… агент? Капитан велел доставить на борт, – обратился к ней рабочий, указывая на ящик. – Согласно новому уставу, припасы для бортовой кухни.
– Лететь всего пару часов, – скривилась Валери. – Что внутри?
– Вот, – рабочий тут же обрадованно сунул список ей под нос. – Тут чай, бисквиты…
Валери поморщилась и присела на корточки, вскрывая крышку. Дешёвый чай, убогие бисквиты, плитки шоколада, бережно обернутые в шуршащую бумагу, сушёные фрукты и несколько галлонов питьевой воды. А по списку ещё буженина и багеты, которые, видимо, потерялись где-то в сложных логистических путях.
– Что за новый устав? – поинтересовалась Валери, откручивая крышку одной из бутылок и принюхиваясь.
– Так… не знаю, мисс… агент, – тут же поправился рабочий. – Капитан сказал, новое распоряжение… у него спросите.
– Спросим, – захлопывая крышку, пообещала агент Стоун. – Стивенсон! Эй! Стивенсон! Тебя не для массовки пригласили! Может, соизволишь помочь?..
В этот раз Маргарет вышвырнуло из чужого сознания почти пинком, даже в висках заломило. Диана Медичи сдавленно выдохнула, обхватив лоб обеими ладонями, и низко склонила голову над столешницей. Ментальная магия так выматывает?..
– Что там? – снова потребовал Джерри, хмурясь и поглядывая то на Валери, то на Маргарет. – Ну? Нашли бомбистку?
– Увы, шеф, – вздохнула Валери, откидываясь на спинку кресла. – И хотела бы порадовать вас чистосердечным признанием, и сэкономить всем время, но…
– Капитан распорядился, чтобы на борт доставили припасы, сказал, что это новое распоряжение, – вклинилась Маргарет. – В ящике действительно были продукты и вода. Валери ничего туда не подкладывала, проверила по списку и передала Чарли.
– А капитана мы допросить не можем, – скрипнул зубами Джерри, нервно вскакивая с места. – Что за новое распоряжение?
– Я свяжусь с аэродромом Сторхэма и уточню, – пообещала Маргарет. – Однако ничего предосудительного я здесь не вижу: на борту действительно желателен запас воды и пищи. Даже на короткие перелёты.
– Но вероятность того, что капитан и есть самоубийца-подрыватель, достаточно высока, – негромко вставила Валери, то и дело поглядывая на Диану Медичи. – Надо поднять его личное дело…
– Пока действуем по плану, – прервала Мэгги. – Сейчас миссис Медичи проверит меня, а затем…
– Логичнее было бы посмотреть на мистера Найлза и мистера Дэвиса, – поднимаясь, возразила Валери. – Может, эти господа знают, о каком распоряжении шла речь? Или что творилось на борту до нашего прибытия?
– Переполох творился! – подал голос молодой пилот Найлз, вскакивая со своего места. Его тотчас потянул за рукав вниз хмурый Дэвис, но коллега не обратил внимания. – Капитан гонял нас, как сусликов! Мы все системы по три раза перепроверили! Капитан лично с техниками в крестный ход вокруг борта ходил! А мне сказал с места не двигаться, чтоб он потом меня не искал… Я и не двигался! Ещё до прибытия гостей мы как сели в кабине, так и не выходили оттуда до самой посадки!
– Могу подтвердить слова мистера Найлза, – сдержанно проговорил борт-инженер, утянув-таки второго пилота обратно в кресло. – Мы действительно не отлучались из кабины, а к уборной и бортовой кухне вообще не подходили – что нам там делать? Капитан туда ходил, но он вообще каждый дюйм в салоне обнюхал, а потом ещё фюзеляж облобызал. Разумеется, леди Диана… то есть, миссис Медичи пусть проверит, мы не возражаем… Так ведь, Найлз?
Разгоряченный Найлз не успел ответить.
Диана Медичи вдруг резко поднялась из-за стола, тихо выдохнула и так же тихо осела на пол.
Мэгги подхватила её в последний момент, чтобы она не ударилась головой, и так и опустилась с ней на колени, удерживая миссис Медичи за хрупкие плечи.
– Воды! – гаркнул Джерри, сориентировавшись первым. – Что за дьявол?!
– Она без сознания, шеф, – бегло глянув на бледную Диану, отозвалась Валери. – Не глотнёт. Вы её утопить хотите?
– Врача! – тут же сменил приказ Кеннингем. – Доктор Вольф!..
Мэгги бесцеремонно отодвинули прочь. Подняв голову, агент Морган заметила перекошенное лицо Джанфранко Медичи, поднявшего жену на руки.
– Не спеши, – одёрнул его доктор Вольф, как только итальянец уложил супругу прямо на стол переговоров. Склонился над ней, трогая синеватое веко. – Зрачки сужены…
– Это плохо? – уточнил из-за спины нервный Джерри.
– Это значит, что это не простое недомогание или усталость, – посерьёзнел доктор Вольф, придерживая запястье Дианы. – Пульс низкий… кожа холодная… Похоже на отравление…
– В госпиталь, – коротко и зло бросил Медичи, подхватывая супругу на руки. – Эвелин!..
– Я к детям, – побелела супруга агента Ллойда. – Константин!..
– Вернусь в госпиталь к Джону и прослежу за Дианой, – так же без слов понял магэксперт.
Шеф Кеннингем ругался уже совсем безбожно, так что Маргарет была только счастлива, когда начальник велел им с Чарли сопроводить доктора Вольфа в госпиталь, а затем, если помощь магэксперта там больше не понадобится – к месту крушения.
Место водителя заняла сама Маргарет, на соседнее место забрался Чарли, а доктор Вольф и встревоженный Медичи с бесчувственной супругой устроились на заднем сидении.
– Служебный автомобиль в твоем распоряжении, Морган, – буркнул на прощание Джерри. – Я дожму пилота с инженером, раз миссис Медичи… кхм… уже не может…
К счастью, машин на улицах Бристоля оказалось не так много, как в вечернем Лондоне, так что Маргарет закрыла глаза на скудные правила дорожного движения и выжала максимум из взревевшего двигателя. С заднего сидения не доносилось ни звука, и всё же напряженность, ярость и страх Маргарет чувствовала спиной. Лишь притормозив у главного входа госпиталя, Мэгги услышала приглушенный шёпот на итальянском, рваный, словно итальянцу не хватало воздуха, и наполненный таким страхом, что проняло даже Маргарет. Если доктор Вольф прав, и это отравление…
Значит, убийца всё ещё среди них. И методично добивает выживших менталистов.
К счастью, профессор Зборовский взял под контроль едва ли не весь реанимационный блок, так что как только Диану Медичи, бледную, неподвижную и совершенно безвольную, увезли на каталке, Маргарет немного расслабилась. Профессор Зборовский и доктор Вольф сделают всё возможное, чтобы…
– Молитесь, если умеете, агент Морган, – низко и очень страшно проговорил итальянец, глядя на закрытые двери реанимационного блока. – Потому что если моя жена… если Диана не выживет… Я утоплю в крови весь ваш бесполезный отдел, а с вас начну. Клянусь небом…
Мэгги взглянула на Джанфранко Медичи, впитывая густую, чистую ярость, исходившую от всей фигуры итальянца, от каждой черты заострившегося, чеканного профиля. Бывший мафиози держал руки за спиной, но Мэгги не сомневалась – держал лишь затем, чтобы не пустить их в ход. Пока ещё держал.
Прав был всё-таки Джерри, когда говорил, что бывших преступников не бывает.
– Уверяю, наш бесполезный отдел делает всё возможное, чтобы…
– Уничтожить семью Ллойд? – резко обернулся к ней Медичи. – Потому что у вас хорошо получается, агент Морган!
Маргарет не выдержала и дрогнула под неожиданным напором. Они стояли в коротком коридоре у дверей реанимационного блока. Чарли вошёл внутрь с доктором Вольфом, профессор Зборовский находился внутри, а верный Гравано, верно, протирал штаны где-нибудь у палаты агента Ллойда.
Вздумай обезумевший итальянец пустить ей пулю в лоб, ему никто не помешает.
– Не так уж и хорошо, раз и агент Ллойд, и леди Диана всё ещё живы, – попыталась разрядить обстановку Мэгги. – И мы сделаем всё, что в наших силах…
– Вы сделали достаточно! – отрезал итальянец. – Я бы предпочёл, чтобы вы теперь держались подальше и от моей жены, и от моего шурина. Довольно несчастных случаев под вашим руководством, агент Морган!
– Вы обвиняете меня, мистер Медичи? – холодно уточнила Маргарет. – И, разумеется, у вас есть для этого веский довод, подкрепляющий пустые домыслы? Ни за что не поверю, будто уважаемый бизнесмен и благодетель Джанфранко Медичи способен на эмоциональные упрёки, не имея для того достаточных оснований.
Лицо итальянца побелело от ярости, но отозвался он не сразу – видимо, считал до десяти. Мэгги позволила себе дерзость лишь затем, чтобы вытравить из супруга Дианы всё, чем он никогда не поделился бы, будь в трезвом рассудке. Зато теперь всё, что на самом деле думал бывший мафиози, он вываливал на неё сам. И ментального воздействия не потребовалось.
– Вы и представить себе не можете, – склонившись к ней, низко и страшно вытолкнул итальянец, – на что способен Джанфранко Медичи. И я настоятельно не рекомендую вам проверять, агент Морган. Уверяю, если бы уважаемый бизнесмен обладал хоть каким-то основанием, он бы с вами даже говорить не стал. А теперь, будьте любезны, помолчите. Если в вас ещё теплится инстинкт самосохранения – вы не станете проверять глубину моего терпения, агент Морган. В отношении вашего отдела и лично вас оно крайне поверхностно.
Маргарет последовала совету, потому что узнала всё, что хотела. Во-первых, мистер Медичи и впрямь предан семье Ллойд, и совершенно точно не стал бы им вредить. Во-вторых, Джерри был прав, и от законопослушного гражданина до кровавого мясника один шаг. В-третьих, этот гражданин никогда его не сделает, пока не трогают его семью. В-четвертых, они рискуют получить настоящего врага в лице бывшего итальянского мафиози, если не исправят ситуацию. И в-пятых, Медичи практически бросил обвинения ей в лицо. К сожалению, Мэгги не нашлось, чем крыть.
Она отвечала за операцию. И она её провалила.
Следующие пару часов прошли в мучительном ожидании. Мэгги отстранённо размышляла о том, что Валери вновь досталась ненавистная роль защиты слабых и малолетних, если только разнервированная Эвелин подпустила её к детям. Теперь, когда брат и сестра Ллойд оказались в госпитале и на волоске от смерти, следующими в списке убийцы наверняка числились близнецы, юные Томми и Джонни, а также ещё более юный Алессандро Медичи. Сын итальянца не обладал магическим даром, но вполне мог попасть под жернова неумолимого истребителя ментальной крови.
А затем мысли Маргарет потекли быстрее и тревожнее. Помимо детей, в Бристоле невольно оказались и другие менталисты. Доктор Вольф едва ли числился в приоритете ввиду слабого дара, но вот профессор Зборовский…
Как там говорил Рихтер?..
«Когда вы будете гадать, кто истребляет вашу элиту одного за другим, вспомните меня, профессор… Ведь вас я уничтожу последним…».
Сердце застучало быстрее, бросая краску в лицо. Проклятый румянец всё ещё раскрашивал её скулы, когда двери реанимационного блока наконец распахнулись, и в дверях показался Ян Зборовский.
– Она вне опасности, – сказал он прежде, чем шагнувший к нему Медичи вытряс бы из него самое главное. – Отравление клофелином. Мы вымыли отраву из организма, насколько это возможно, теперь только ждать. Уверяю, Диане ничего не грозит, – добавил Ян, верно истолковав встревоженный взгляд итальянца. – Полагаю, через сутки, при должном уходе, ей станет гораздо легче. Слабость, потеря памяти – это останется, но со временем пройдет. Отравитель, кем бы ни был, не сумел ей подмешать достаточно яда, чтобы убить наверняка. К счастью.
– То есть, она выпила яд? – быстро спросила Маргарет. – Значит, я узнаю, кто прислуживал в номерах…
– Клофелин действует в течение часа, – подсказал Ян, снимая очки и протирая их платком, – это сузит круг поисков, Мэгги.
Маргарет благодарно улыбнулась профессору – не за подсказку, за поддержку. И за это мягкое, почти домашнее «Мэгги», каким Зборовский, не стесняясь Медичи, обратился к ней.
На душе потеплело.
– Я могу её увидеть? – выпалил итальянец.
– Недолго, – разрешил профессор. – Я никуда не уйду из госпиталя. Не оставлю ни Диану, ни Джона. А вы нужны детям. И миссис Ллойд, полагаю. Проследите, чтобы она не натворила глупостей. Достаточно, что мистер Гравано не отходит от палаты Джона…
– Мой приказ, – нахмурился Медичи, уже взявшись за ручку двери. – Но если вы полагаете, что это нецелесообразно…
Зборовский покачал головой.
– Аура Джона нестабильна, – напомнил профессор. – За несколько минут до вашего приезда он вдребезги разнёс стакан рядом с собой. Тот попросту взорвался десятком осколков. Поэтому ухаживать за ним следует только менталистам – им он не навредит. Но Сэм Гравано…
– Я никуда не уйду, док, – хрипло предупредили со спины.
Маргарет обернулась, меряя телохранителя Медичи коротким взглядом. Судя по угрюмому и упрямому виду, и впрямь не уйдёт. Даже если сам Медичи прикажет.
– Разве вы не понимаете, док? – мрачно продолжил телохранитель, скрещивая руки на груди. – Лорд Ллойд спас наши шкуры на том проклятом самолёте. Он спас и мою жизнь. Я вижу это так, док, что он имеет полное право забрать её обратно. Словом, я не повернусь к нему спиной лишь потому, что он сломал свой хребет, защищая наши. Я остаюсь рядом с ним. А теперь – и с леди Дианой. Попробуйте оттащить меня, если желаете.
Джанфранко Медичи прерывисто выдохнул и благодарно кивнул телохранителю. Затем открыл дверь в реанимационный блок и, поколебавшись, повернулся к Маргарет.
– Простите, агент Морган. Возможно, я поторопился с обвинениями. И всё же подумайте: кому потребовалось так срочно, путаясь в дозировках, травить Диану? Уж не тому ли, кому было, что скрывать на допросе?..