Глава 13. Когда игра перестаёт быть игрой

В гостиной было пусто и тихо, но Корн не таился, шагал открыто, как вёл бы себя Тейн. В спальню он вошёл, делая вид, что точно не ожидает встретить там никого постороннего.

Но когда увидел Микаэллу… давно огрубевшее и чёрствое сердце неожиданно пропустило удар, а потом мгновенно ускорило свой бег, застучало так быстро, что в груди кольнуло болью.

Девушка сидела на кровати, и из одежды на ней красовался только тонкий плед, который она обмотала вокруг себя, подобно платью, открывающему плечи. А как только Мика увидела хозяина комнаты, медленно поднялась на ноги… и сбросила с себя мешающую ткань.

Корн сглотнул. Его взгляд, как привязанный, опустился с лица взволнованной Микаэллы на полную обнажённую грудь, скользнул на плоский подтянутый живот, переместился ниже, где в излучине ног не нашлось ни единого волоска… и мысленно отвесил себе подзатыльник. Микаэлла была красива, он давно это отметил. Но сейчас её красота будто ударила его под дых.

Зелёные глаза Мики сияли колдовским огнём, тёмные локоны струящимся водопадом опускались до самой талии, а, когда девушка чуть закусила губу, самообладание Далтера начало трещать по швам.

– Микаэлла… что ты здесь делаешь? – сказал он голосом Тейна, и это немного отрезвило.

Ведь Мика пришла не к нему, а к принцу, и разделась она сейчас именно для Артейна. Скорее всего, это приказали ей те, кто напоил зельем подчинения. А значит, прикасаться к ней Корн просто не имеет права.

– Тейн, – выдохнула она и направилась к нему.

Её руки обвили его шею, острые соски прижались к ткани рубашки, но Корн не позволил себе даже шелохнуться.

– Я весь день сегодня не находила себе места, думала о нас, – томным мягким голоском проговорила Микаэлла и потёрлась носом о его шею. – Я поняла, что всё ещё люблю тебя.

Её губы коснулись его подбородка, а у Корна по позвоночнику пробежали мурашки. В штанах уже давно стало тесно, а теперь желание обострилось до максимума. Наверное, если бы не вчерашний поцелуй, который он им обоим по глупости позволил, сейчас ему было бы проще сопротивляться этой демонически красивой обнажённой нимфе. Но Далтер слишком хорошо помнил вкус её губ, сладость дыхания, заглушённые, но такие честные стоны.

– Я понимаю, что нам вряд ли позволят быть вместе, но… – продолжила Микаэлла, – пожалуйста, подари мне хотя бы эту ночь. Я очень по тебе соскучилась.

Она потянулась к его губам, и Далт ответил. Решил, что разрешит себе только один поцелуй, подыграет ей немного, а потом остановится. Ведь не могли злоумышленники не предусмотреть вариант, в котором Тейн откажется с ней спать. Вероятно, это соблазнение они задумали, чтобы усыпить его бдительность и сильнее посадить на крючок привязанности к Мике.

Корн всё-таки обнял её, прижал к себе ещё крепче, запустил руку в тёмный водопад волос на затылке и поцеловал: мягко, нежно, чтобы не спугнуть. Но девушке было мало прикосновения губ, она сама коснулась языком кончика его языка, и Далтер ответил на её ласку с не меньшей страстью.

Но вдруг ощутил странный привкус… и резко отстранился. Растерянная Мика уставилась на него пьяными от желания глазам и снова потянулась к его губам, но Далтер остановил, придержав её за плечи.

По нёбу растекался вкус зелья – судя по всему, Микаэлла держала во рту шарик, наполненный этой гадостью, а в момент поцелуя, раскусила. И теперь они оба глотнули неизвестной гадости. Но что это? Яд? Вряд ли. Но если прямо сейчас выпить универсальный нейтрализатор, который Корн всегда носил с собой, то и оборотное зелье действовать перестанет, и игра пойдёт коту под хвост.

– Чем ты меня угостила, признавайся? – строго и холодно проговорил он, глядя девушке в глаза.

– Не понимаю, о чём ты… – прошептала она растерянно, снова потянулась к нему и с искренностью попросила: – Поцелуй меня. Пожалуйста…

В её глазах всё сильнее разгорался голод, пальцы начали немного дрожать, а дыхание участилось. Корна и самого вдруг бросило в жар, а рука сама собой переместилась с плеча Микаэллы на её правую грудь.

Сознание будто заволокло туманом, а желание прямо сейчас взять эту девушку стало поистине нестерпимым.

– Демоновы твари! – выругался Корн, прижимая к себе такую податливую и на всё согласную Микаэллу.

Он понял, чем именно его напоили, да и её заодно – зельем возбуждения, да в такой безумной концентрации, что сопротивляться просто невозможно. Тот, кто отправил Мику сюда, явно хотел, чтобы Тейн точно с ней переспал, чтобы у него не осталось ни единой возможности отказаться. И кем будет Корн, если сделает это? Но как удержаться, когда всё его существо тянется к Микаэлле? Желает её, мечтает о ней, хочет её.

Пока он пытался совладать с собой, Мика принялась расстёгивать пуговицы на его рубашке. А когда ткань разошлась в стороны, наклонилась к его груди и провела языком по соску. Корн вздрогнул от пронзившего тело острого желания, но всё ещё старался найти в себе силы удержаться, но и отодвинуть от себя девушку уже не мог.

А Мика целовала его, перемещаясь всё ниже, а когда, опустившись на колени, покрыла поцелуями его живот и принялась расстёгивать брюки, у Далтера потемнело в глазах. В этот самый момент он понял, что пора хоть как-то брать ситуацию под контроль.

Корн поднял Микаэллу на руки и уложил на кровать. Она не сопротивлялась, наоборот, с явным удовольствием обняла его и потянулась к губам. Но Далт не ответил на её поцелуй, у него и так голова шла кругом. Ему нужно было время, чтобы решить, как выйти из этой ситуации с наименьшими потерями. Какой именно Мике отдали приказ? Соблазнить? Переспать? Постараться забеременеть?

Далтер завёл руки Микаэллы за голову и прижал к подушке, чтобы минимизировать её прикосновения к его телу. Целовал девичью шею, медленно спускался к груди, а сам старался сосредоточиться на главном. Увы, обнажённое женское тело никак не настраивало на рабочий лад, а возбуждающее зелье продолжало растекаться по организму.

И что хуже, какой-то голосок внутри навязчиво шептал: «Поддайся, возьми её, она ведь всё равно завтра ничего не вспомнит. Никто из тех, кого поили подчиняющим зельем, не помнил прошедший день, и с ней будет так же. А ты получишь ту, кого хочешь… и в голове прояснится»

Но Корн заставлял себя вспоминать, что Мика пришла не к нему, а к Тейну, и сейчас она уверена, что её целует принц, потому собирался сделать всё возможное, чтобы дальше ласк дело не зашло. А она извивалась под его поцелуями, сладко стонала, её соски так призывно торчали вверх, что у Корна кровь закипала в венах, а штаны в районе паха трещали по швам.

Рука своевольно скользнула на живот девушки, потом перебралась ниже и накрыла гладкий бугорок между её чуть разведённых ног. Пальцы Корна погладили нежные влажные складочки, нырнули дальше… Мика застонала громче, а у него от переизбытка ощущений из горла вырвался настоящий рык.

Демонова девчонка! Демоновы твари! Демонов Тейн!

– Пожалуйста… – шептала она, подавшись бёдрами навстречу его пальцам. – Прошу тебя, не останавливайся…

Корн и сам желал продолжения, и куда больше ему хотелось заменить пальцы кое-чем другим, отчаянно желающим оказаться в этой девушке. Но остаткам здравого смысла пока удавалось удерживать это желание в узде.

И тут он понял, что если прямо сейчас не сунет голову под холодную воду, то точно натворит глупостей. Хотя…

Подхватив Микаэллу на руки, он решительно направился в гостиную, а оттуда в ванную – благо, апартаменты в этой академии строили по одному принципу. Поставив Мику на пол душевой, Далтер крутанул кран, и сверху на них ливнем полилась ледяная вода.

– Ты что творишь?! – прошипела Микаэлла и попыталась выскочить из-под холодных струй, но Далт удержал.

Правда, немного перестарался, руки сами прижали Мику к его телу… и дальше план по отрезвлению дал сбой. Горячая грудь девушки коснулась его обнажённого торса, резко контрастируя с температурой падающей сверху воды, а её пальцы проворно расстегнули пуговицы на его брюках, нырнули ниже и решительно обхватили горячий пульсирующий орган.

Корн замер, просто потерявшись в накрывших его ощущениях, а Микаэлла и не думала останавливаться, лизнула его мокрую от воды шею, и начала ритмично двигать рукой.

– Демонова девчонка, – прорычал Корн вслух, наслаждаясь её острой лаской. – Что ты со мной делаешь…

Он не стал её останавливать, наоборот, увидел в этом хоть какой-то относительно безопасный выход из ситуации. Пусть лучше так, чем полноценный секс. Легче определённо стать должно, может, и получится обойтись только такими ласками.

Далтер поцеловал её в губы, спустил штаны чуть ниже, чтобы ей было удобнее, и накрыл рукой бугорок между её ног. Он гладил её там, постепенно погружаясь пальцами всё глубже, а девушка стонала ему в губы, с явным удовольствием принимала такую ласку и всё быстрее водила рукой по его напряжённой плоти.

Это было чистое безумие, приправленное жгучим желанием и ощущением странной правильности. Нет, умом Далт понимал, что происходящее между ним и Микой – обман, причём с обеих сторон. Но и не наслаждаться этим не мог. Он целовал Микаэллу с полной отдачей, с искренним удовольствием, очень хотел довести её до пика. И лишь когда она вдруг укусила его за губу, а её мышцы начали сокращаться вокруг его пальцев, Далт отпустил себя.

Её ручка продолжала двигаться по его стволу, доводя до вершин наслаждения, и Корн разрешил себе это, отдался накатившему наслаждению, излился на обнажённое мягкое бедро очаровательной красавицы Микаэллы. А после… решительно отодвинул её от себя на расстояние вытянутых рук.

Теперь холодная вода стала ощущаться совершенно ледяной, но зато в глазах мокрой дрожащей Микаэллы появился проблеск адекватности. Она даже обхватила себя руками, стараясь то ли согреться, то ли прикрыться. И,  видя такие перемены в её поведении, Далтер вздохнул чуть спокойнее.

Убедившись, что больше Мика набрасываться на него с поцелуями не собирается, он сделал воду теплее и, сняв со стены душевую лейку, принялся смывать с девушки следы своей страсти. Она не двигалась, смотрела в пол и выглядела теперь небывало смущённой и растерянной. Что ж, значит, начался откат от зелья возбуждения, а это очень хороший знак.

Микаэлла продолжала молчать, и когда Корн вывел её из душа, и когда закутал в большое полотенце. А стоило Мике увидеть свою одежду, лежащую на диване в гостиной, и она тут же ринулась в спальню одеваться.

Такое поведение той, что совсем недавно встретила его абсолютно голой, вызвало на лице Корна улыбку. Но он быстро вернул себе серьёзный вид, ведь расслабляться рано, и игра точно ещё не закончена.

– Тейн… – проговорила, вернувшаяся в гостиную Микаэлла, кстати, полностью одетая и даже с сухими волосами. – Я хотела поговорить.

Она прятала глаза, выглядела смущённой и ещё в её голосе и поведении так и сквозила неправильность. Будто всё в Мике сопротивлялось тому, что она делала. А ведь во время поцелуев Корн ничего такого не чувствовал, будто тогда она была искренней.

– Я поняла, что хочу быть с тобой и только с тобой. Люблю тебя, – сказала она, но смотрела почему-то себе под ноги. – Прошу, давай сбежим ото всех, хотя бы на день. У моей подруги есть домик в часе езды от столицы. Мы прямо сейчас найдём машину, поедем туда. Проведём время вместе…

– Конечно, любимая. Я согласен, – поспешил ответить Далтер. – Я уже много дней мечтаю сбежать с тобой. Спрятаться от вездесущего надзора Корна.

И что странно, как только он произнёс собственную фамилию, Микаэлла сначала сжалась, а потом подняла голову. В её взгляде будто появилась осмысленность и непонятная надежда. Но минуло мгновение, и их снова заволокло показной влюблённостью.

– Поедем завтра? После твоего испытания? – спросил он.

– Нет. Лучше прямо сейчас, – заявила Микаэлла. – Плевать на испытание и на Игры. Для меня важен только ты.

«Вот оно!» – понял Корн и ухмыльнулся.

Эти слова Мики доказывали, что она под полным подчинением, потому что, находясь в адекватном состоянии, ни за что не сказала бы, что отказывается от Игр. Ведь они слишком важны для её будущего.

– Хорошо, идём сейчас.

Он быстро оделся, благо, в шкафу Тейна хватало чистых вещей. На минуту забежал в ванну, активировал переговорный артефакт и сообщил команде, чтобы были готовы и скрытно вели их с Микой, куда бы они ни пошли. И только после этого вывел девушку в коридор.

Она попросила его активировать артефакт сокрытия, чему он ни капли не удивился. Теперь их с Микаэллой не могли видеть посторонние, но агенты чувствовали его через активированное устройство связи и держались поблизости.

К слову, его ребята тоже прятались за такими же артефактами, сделанными по типу первого, придуманного Микой. Да, с какой-то стороны это являлось нарушением прав её авторства, но Корн и тут давно подстраховался, оформив на изобретение патент на имя Микаэллы, и даже отчислял на её счёт в Банке Вергонии приличную сумму за каждую изготовленную копию. Так что со стороны закона он даже здесь оставался чист.

Микаэлла повела его к северным воротам академии, а там показала место, где можно было незаметно для магической защиты перемахнуть через забор. Дальше они обогнули академию, направляясь к центральным улицам, где можно было найти машину с водителем. И, когда Мика настойчиво предложила сократить путь через сквер, Корн сразу согласился. Он даже сделал вид, что не заметил, как она сняла активацию с артефакта сокрытия, сделав их видимыми для окружающих. Наоборот, этот её выверт дал ему возможность подготовиться к тому, что должно было произойти дальше.

На них напали трое. Просто использовали такую же ловушку, в какую Мика с Тейном угодили в прошлый раз. Далтер даже посопротивлялся для вида, но потом сделал вид, что пропустил оглушающее плетение и потерял сознание.

Один из нападавших связал ему руки и ноги, надел на шею блокирующий магию ошейник, закинул на плечо и понёс к выходу из сквера по пустынной тёмной аллее. Во время короткой битвы Микаэлла покорной и неподвижной куклой стояла в стороне, а когда всё закончилось, сама пошла вслед за остальными. И в машину тоже села сама, не удостоив бессознательного возлюбленного даже взглядом.

Его усадили на заднее видение между Микой и тем верзилой, что его нёс. Корн отметил, что двое злоумышленников ведут себя похожим образом – словно куклы. А вот один, тот кто сейчас сидел за рулём, точно не под подчинением. Более того, Далтер распознал в нём мага, попытался изучить ауру и внешность, хотя тот, скорее всего, прикрывался личиной.

Вообще Корн прямо сейчас смог бы обезвредить всех и даже со связанными руками. Но у него была другая цель – найти организатора. А пока его окружали лишь пешки.

Машина ехала около часа. Корн иногда чуть приоткрывал глаза, надеясь увидеть местность в окне, но из-за темноты разглядеть что-то важное не получалось. И всё же он заметил, когда они переехали большой мост на выезде из столицы, и понял, что везут его за город.

Когда водитель, наконец, остановил транспорт, Далтера вытащили из салона и занесли в небольшой дом. Волокли, особо не церемонясь, он даже дважды ударился головой о дверные косяки, и пришлось призвать все свои актёрские способности, чтобы продолжать изображать отключку.

Он не увидел, куда делась Мика, сначала она шла за ними, но потом куда-то пропала. А вот его самого спустили в подвал и там заперли. Зато, наконец, оставили одного.

Страха не было, даже наоборот – Далтера переполняло предвкушение развязки расследования, которое продолжалось уже больше трёх лет. Он был готов терпеть многое, включая подвал и возможные побои, чтобы только поймать, наконец, тех, кто открыл охоту на вергонского принца.

* * *

 Прошло ещё около двух часов, прежде чем в комнате над подвалом кто-то появился. Едва различив звук шагов, Корн притворился спящим, но при этом даже дышать старался потише, чтобы точно расслышать, что там происходит.

– Вытаскивай его. Нужно ехать, пока сюда не нагрянули вергонские агенты вместе с местными стражами, – прозвучал приглушённый женский голос, доносящийся из-за закрытого люка в потолке.

– До утра его не хватятся, – ответил тот мужчина, что вёл машину. – Предлагаю сделать всё сейчас. Прямо здесь. Не теряя времени.

– Он не переживёт ритуал, а Мика, возможно, не беременна, – ответила женщина. – Нет, предлагаю, увезти их обоих. Ещё пару дней попоим зельем, чтобы он наверняка сделал ей ребёнка, а после этого уже проведём ритуал. И сразу подготовим второй.

– Это лишний риск, – возразил мужик. – Найдут.

– А наследника королевской крови ты заполучить не хочешь? – начала раздражаться женщина. – Я считаю, что он нам нужен даже больше, чем драконья сущность. К тому же, он тоже, скорее всего, будет драконом.

– Так чего сама с ним не переспишь? Ему под зельем вообще плевать, кого трахать, – зло процедил мужчина.

– На колдунов такое зелье, действует только если они сами хотят конкретную девушку. Оно усиливает симпатию. Со мной такой номер не пройдёт.

– Оборотное зелье? – предложил её собеседник.

– Почувствует. Говорю же, с колдунами не получится. Нам повезло, что он влюблён в Микаэллу.

– Тогда пусти её к нему сейчас. Пусть часок развлекутся, потом проведём ритуал.

Некоторое время было тихо, но потом опять послышался шорох шагов, и женщина сказала:

– Это риск. Но мы соберём его семя, я смогу сделать так, чтобы Микаэлла забеременела, даже если в этот раз не получится. Готовь ритуал, я приведу к нему девчонку.

Женщина явно была ведьмой – Корн и раньше чувствовал отголоски её ауры, а слова это только подтвердили.

– Он в отключке, – бросил мужик.

– Уверена, она сумеет его растормошить.

Судя по звукам, оба собеседника ушли из комнаты над подвалом. Корн сел, попробовал активировать переговорный артефакт, но тот не сработал. Неприятно, но ожидаемо. Вероятнее всего, на доме защита, которая не позволяет связаться с кем-то вне его стен. Но на такой случай у его подчинённых тоже имелась инструкции. И Далт не сомневался, что ребята сработают, как надо.

Вскоре снова послышались шаги, крышка подвала открылась, а вниз спустилась Микаэлла, в этот раз хотя бы одетая. Вот только её глаза казались горящими от желания и, едва оказавшись внизу, она сразу бросилась к Далтеру, обняла его, прижалась губами к губам. Наверняка хотела провернуть тот же трюк с зельем, что и в прошлый раз. Но Далт не собирался снова попадать в эти сети.

– Мика, – позвал он шёпотом и встряхнул её за плечи. – Выплюнь то, что у тебя во рту. Сейчас же.

Она испуганно округлила глаза и затрясла головой.

– Давай. Или мне придётся это вытащить самому.

Он смотрел на неё пристально, строго, и девушка всё-таки подчинилась.

Проводив взглядом небольшой шарик с зельем, Далт раздавил его ногой и снова посмотрел в глаза Микаэлле. Затем вытащил из закреплённого на ноге скрытого футляра иглу и быстро оцарапал ею шею Мики. Девушка сразу же закатила глаза и обмякла в его руках, а он уложил её на земляной пол и начал ощупывать себя.

Часть артефактов с него сняли, но те, что были скрыты от посторонних глаз, до сих пор оставались при нём. Ошейник, конечно, глушил способности, но в случае с колдунами – не все. Да и годы полевой работы и тренировок не прошли для Корна даром. Потому не удивительно, что вскоре он уже избавился и от пут, и от ошейника, а потом без лишнего шума вскрыл крышку подвала.

Первым делом подал условный сигнал свои ребятам, что пора действовать. Если они следили за машиной, в чём Далтер не сомневался, значит, дом давно окружён. И осталось только досмотреть представление до конца.

Корн вытащил спящую девушку наверх, уложил на диван и уже хотел отправиться на поиски ведьмы и мага, даже дошёл до двери… но вдруг остановился и обернулся на Мику. Она крепко спала, и под действием сонного зелья точно должна была проспать до утра. Но и оставить её тут одну Далтер почему-то не мог. Понимал, что должен… а ноги отказывались от неё уходить.

И дело было не в привороте, не в зелье возбуждения… просто Корн вдруг понял, что очень за неё боится и просто не может здесь бросить. Вот только и своих ребят он оставить на произвол судьбы не имел права. В итоге Далт создал вокруг Мики защитный кокон, влив в него огромное количество своей силы, и только после этого отправился на поиски злоумышленников.

Те нашлись на кухне, и уже не представляли никакой опасности. Маг был воткнут лицом в пол, скованный наручниками и ошейником, но даже в таком положении пытался сопротивляться. А вот лежащая справа от большого стола черноволосая ведьма не подавала признаков жизни.

– Шеф, мы её не трогали. Она сама, – взволнованно выдал Лорай, глядя на Далтера с испугом. – Просто рухнула, как подкошенная, когда мы вошли.

Корн подошёл ближе, присел на корточки и внимательно осмотрел тело ведьмы. И всё в открывшейся картине было понятно, но какой-то червячок сомнения всё же назойливо жужжал в сознании. Тогда Далтер коснулся плеча ведьмы, но не рукой, а совсем лёгким импульсом разрушения. Если она жива и искусно притворяется, то вздрогнет или как-то ещё проявит свою ложь.

Но в момент, когда энергия заклинания коснулась ведьмы, та вдруг растворилась, а на её весте осталось металлическое устройство с прикреплённым к нему часовым механизмом.

– Разрывной артефакт, мать его! – выплюнул Лорай. – Минута, Шеф…

– Берите мага и бегите прочь. Я за вами, – скомандовал Корн и понёсся обратно в комнату, где оставил Микаэллу.

Подхватив на руки спящую девушку, он вынес импульсом окно вместе с частью стены и побежал через двор к забору. Про себя при этом продолжал сосредоточенно отсчитывать оставшееся время.

Пятнадцать…

Четырнадцать…

На восьмой секунде он залетел на заднее сидение машины, где его ждали Филт и Мишер.

– Лорай и остальные уже уехали, – сообщил сидящий за рулём Филт.

– Газуй! – скомандовал Корн.

И машина сорвалась с места.

Раздавшийся за спиной взрыв на несколько мгновений оглушил, а догнавшая их волна пламени окутала машину, словно поймала в сети. И если бы не стоящая на служебном транспорте магическая защита, они все бы не пережили эту вспышку. К счастью, артефакты сработали как надо.

Но Филт всё же не сразу смог вернуться в сознание, поэтому несколько долгих секунд машина ехала сама по себе, свернув с дороги в кусты. И хорошо, что на её пути оказался небольшой пруд, в который она благополучно влетела. Зато хотя бы не в дерево.

– Шеф, прости. Ты как? – спросил с водительского места Филт.

– Нормально, – сказал Корн, медленно выдохнув. – Мы живы, это главное. Давай вытаскивать колымагу и поехали дальше. Мага надо допросить, пока с ним тоже что-нибудь не случилось.

– А ведьма, тварь, сбежала. Но я не представляю, как ей удалось, – расстроенно выпалил Филт.

– Выясним, – ответил Далтер и только сейчас заметил, что очень крепко прижимает к себе Микаэллу, защищая даже сейчас.

Повезло ей, что проспала взрыв.

А ещё повезло, что завтра она не вспомнит ничего, что сегодня случилось, будет жить себе дальше, будто ничего не произошло.

Зато Далт от своих воспоминаний точно не стал бы отказываться, даже если бы мог. И пусть изначально всё было игрой, но Мику он целовал искренне, хоть она и пребывала под подчинением и думала, что с ней Артейн.

Можно сказать, что Далтер украл у принца этот вечер в Микаэллой, но зато сохранил ему свободу. И жалеть он ни о чём не собирался, это вообще было не в его правилах.

Погладив спящую девушку по волосам, Далт вдруг поймал себя на мысли, что испытывает странную незнакомую нежность. Он смотрел на Мику, касался кончиками пальцев её щеки, и в его душе будто накатывали огромные тёплые волны. Они согревали и наполняли светом или даже самой жизнью, а сердце окутывало спокойствием.

Пришлось напомнить себе, что у них с Микаэллой крайне натянутые отношения, и она вряд ли ещё хоть когда-то позволит ему её поцеловать. Да и вообще, о какой личной жизни можно думать, когда ведьма, открывшая на Тейна охоту, всё ещё на свободе?

А значит, нужно выкинуть из головы бредовые мысли и сосредоточиться на деле.