Глава 23. Когда звучит предложение, от которого нельзя отказаться

Далтер Корн

– Вам удобно? Может, принести ещё подушек? Или хотите чего-нибудь?

Милания крутилась вокруг него с самого утра, с того момента, как Далта привезли домой из госпиталя. Её навязчивое внимание уже давно начало его раздражать, он несколько раз пытался вежливо отослать её куда-нибудь, но она не уходила.

– Нет, Мила, мне ничего не нужно. Только покой, – снова намекнул он.

Но вместо того, чтобы оставить его одного, девушка вдруг села на край его кровати, расправила на коленях подол своего длинного нежно-розового платья с белыми рюшами и, чуть помявшись, взяла его за руку.

Это прикосновение показалось Далту чужим, неправильным. Но ладонь он убирать не стал.

– Целитель сказал, что вам нужно обеспечить постельный режим и не допускать лишних волнений, – участливым тоном проговорила девушка. – Я тут подумала, вы так редко отдыхаете. А в отпуске, кажется, вообще ни разу не были. Может… мы могли бы съездить на побережье? Втроём. Я, вы, Элистер. Не сейчас, а когда вы встанете на ноги. Морской воздух точно пойдёт вам на пользу.

Отдохнуть Далтеру действительно хотелось, и сама идея была вполне интересной. Но вот Милу рядом с собой он в этой поездке никак не видел. Представлялась Далту совсем другая девушка, совершенно на неё не похожая. Точнее, полная её противоположность.

Мила была пышногрудой блондинкой невысокого роста, утончённой и сдержанной, настоящей леди. Она отличалась изысканными манерами, прекрасным воспитанием, лёгким нравом, и со всех сторон хорошо подходила лорду Корну. Но Далт никогда не видел её рядом с собой по-настоящему. Для него она всегда была просто няней Лиса.

Зато Микаэлла, наоборот, не подходила ему совершенно: её происхождение оставляло желать лучшего, от её вспыльчивости можно было взрывать города, а характер уж точно никак не назовёшь покладистым. И всё-таки именно с ней Далтер будто начинал оживать.

Наверное, будь сейчас рядом с ним Мика, он бы не испытывал такого раздражения, совсем наоборот. Если бы она вот так села на край его кровати, взяла бы за руку… он бы извернулся и уложил бы её рядом с собой. Нет, на постельные подвиги Далт сейчас способен не был, но вот просто полежать с ней ему хотелось до умопомрачения. Поговорить о чём-нибудь… всё равно о чём. Ощутить рядом её тепло.

– Далтер, – странно замявшись и смущённо покраснев, проговорила Милания.

Вот странно, ему так нравилось видеть смущение на лице Микаэллы, а похожая эмоция у Милы отчего-то раздражала.

– Я давно хотела поговорить с вами, – продолжила девушка. – Понимаю, что сейчас не самое подходящее время, но… мы уже несколько лет обручены. Возможно… нам стоит совместить поездку на море со свадебным путешествием?

Далт сначала обалдел от её предложения, а потом и вовсе закашлялся. И вдруг осознал, что, кажется, заключая фиктивную помолвку, умудрился выкопать самому себе крайне неприятную яму. Он ведь был уверен, что она принимает их договорённости. И лишь сейчас, глядя ей в глаза, осознал, как сильно ошибался.

– Мила, – проговорил, мягко высвободив свою руку. – Ты помнишь, что мы помолвлены только на бумаге? Помнишь, для чего это было сделано? Я ведь исправно платил тебе за исполнение роли моей невесты.

– Но, если вы на мне так и не женитесь, моя репутация будет разрушена, – ответила девушка, кокетливым жестом поправив белокурый локон.

– Я не женюсь на тебе, – решил он сразу говорить честно и открыто. – Прости, если ввёл тебя в заблуждение. А с репутацией мы что-нибудь придумаем.

– Но вам ведь всё равно нужна жена, – она расправила плечи и посмотрела на него деловым взглядом. – Я отлично подхожу.

– Нужна, не спорю, – ответил Далтер. – А тебе нужен тот, кто способен сделать тебя счастливой.

– Меня полностью устраиваете вы, – заявила она, но с кровати всё же встала. – Другие меня не интересуют. И мне уже двадцать пять лет.

– И всё же… – Далт попытался сесть ровнее. – Милания, я очень благодарен тебе, что все эти годы ты присматривала за Лисом. Но, прости, я никогда не видел в тебе женщину, с которой хочу провести жизнь.

Она недовольно поджала губы. Было ясно, что ей очень хочется высказаться грубо, устроить истерику, но… Мила была настоящей леди, свято чтящей правила и этикет. Та же Микаэлла на её месте скорее всего уже расцарапала бы Далтеру лицо.

От этой мысли ему вдруг захотелось улыбнуться, а на душе стало чуть теплее.

– Я дам в газете объявление о расторжении нашей помолвки, – сказал он, глядя на Милу. – На твоём счету достаточно денег, чтобы купить себе квартиру или небольшой домик. Ты красивая, образованная, утончённая. Тебе давно пора начать жить свою жизнь, а не прятаться за мою спину. И Лис уже достаточно взрослый, чтобы обходиться без няни.

– Вы… выгоняете меня? – она сжала кулаки.

– Нет. Живи здесь, сколько хочешь.

– Нет уж, лучше я как можно скорее уеду! – сказала, дёрнув плечом, и направилась к двери. Но, уже переступив порог, остановилась и всё-таки сказала то, что Далт ожидал: – Вы неблагодарная скотина! Я столько сил потратила на вашего сына… – отвернулась в сторону и вдруг воскликнула: – Ой!

Она застыла и заметно побледнела, а потом начала испуганно пятиться в коридор. Далт даже удивился столь странному поведению. Чего она могла так испугаться?

Но минули мгновения, и в комнату вошли двое.

Их появление здесь было настолько неожиданным, что Далт даже улыбнулся. Конечно, попытался встать, но его остановили.

– Лежи уже, герой, – сказал его величество, проходя вперёд.

Артейн вошёл за ним и, прикрыв за собой дверь, так и остался стоять возле неё.

Эти двое были очень похожими внешне. Оба светловолосые, высокие, крепкого телосложения, с одинаковыми подбородками, носами, формами лица. Вот только его величество выглядел в два раза старше, мощнее и имел куда более суровый и серьёзный вид, да и смотреть мог так, что пробирало до костей. Тейну такому взгляду ещё учиться и учиться.

– Приветствую, ваше величество, – проговорил Корн, сев так прямо, насколько мог.

– Вижу, у тебя разлад с невестой, – подметил Анхельм Вергонский, ища взглядом, куда бы присесть. – Хотя, как мне кажется, мы появились очень вовремя.

Он взял стоящий в стороне стул, поставил его ближе к кровати и расслабленно разместился на нём. Тейн же так и остался на месте.

– Признаться, не ожидал, что почтите меня своим присутствием, – проговорил Далтер.

– Рад, что ты идёшь на поправку, – улыбнулся монарх. – Ну и мне захотелось лично поблагодарить тебя за блестящее выполнение задания. А за то, что прикрыл бойцов от взрывного артефакта, вообще полагается королевский орден. Его ты получишь в более торжественной обстановке. Но знай, я горжусь тобой, Далтер.

– Спасибо, стараюсь, – ответил Далт, уже чуя, что Анхельм явился сюда лично точно не для того, чтобы похвалить и справиться о его самочувствии. Нет, дело явно в чём-то другом.

– Я помню, что обещал освободить тебя от обязанностей по охране Артейна, когда поймаешь тех, кто на него охотился, – продолжил король Вергонии. – Но дело приняло международный масштаб. Кридонцы покусились на моего сына, оставлять это без ответа никак нельзя. Вот только война не нужна ни нам, ни им. В качестве откупа они предлагают нам две свои провинции, крайне интересные в плане экономического и географического расположения. Но отдать их они готовы в виде приданого принцессы Дейрины – средней дочери их короля.

– А жениться на ней должен Артейн, – понимающе кивнул Далт. – Вы не верите им?

– Нет, – подтвердил монарх. – Я готов отказаться, к тому же не желаю принуждать своего сына к браку с сомнительной особой, пусть и королевских кровей. И всё же помолвка состоится. Через месяц сюда прибудет делегация из Кридонии, и я не сомневаюсь, что они сделают всё возможное, чтобы не лишиться своих территорий. А мы, наоборот, должны получить их… без свадьбы.

– И что вы хотите от меня? – спросил Далт, уже чувствуя грядущую подставу.

– Тебе придётся остаться на должности главы охраны кронпринца, и при этом вызнать все секреты и намерения кридонцев, – огорошил Корна его величество. – Именно тебе я могу доверить столь деликатное и важное для страны дело.

Далтер не хотел в это ввязываться. Он ещё и от прошлой великой миссии не оправился, а тут уже новая нарисовалась. Как-то враз заныли кости, загудело в голове и накрыло слабостью. Хотя это не удивительно, ведь он всего лишь позавчера вообще пришёл в себя после пяти дней в целительском сне. Сейчас от него во всех смыслах было мало прока.

Видимо, болезненный вид Корна умудрился задеть глубоко спящую королевскую совесть, и, когда его величество заговорил снова, в его голосе звучала едва различимая вина.

– Далт, я понимаю, что тебе нужно время на восстановление. Даю три недели отпуска. Премия за блестяще выполненное прошлое задание уже на твоём счету. По званию ты и так полковник, выше уже только генерал, а в твоём ведомстве такие не дают, только у военных. Но если есть что-то, чем я ещё могу тебя наградить, только скажи.

От такого предложения у Далтера даже силы появились, пусть и совсем чуть-чуть. А перед мысленным взором встал образ темноволосой зеленоглазой девушки с ироничной, но милой улыбкой.

– Я хочу жениться, – вдруг выдал он, удивив даже самого себя.

– На этой вот особе, что сейчас назвала тебя неблагодарной скотиной? – усмехнулся король.

– Нет, – ответил Корн. – На Микаэлле Фэнской. Дочери Четтера Гайсли и казнённой ведьмы Аделины.

По тому, как с лица монарха спала улыбка, Корн сразу понял – просто не будет. Обычно Анхельм Вергонский мастерски контролировал свои эмоции, показывал только те, что полагалось видеть окружающим. Но сейчас он явно был раздражён и недоволен.

Корну даже стало интересно, какой бы скандал случился, если бы с той же просьбой к королю обратился Артейн. Наверняка всё закончилось бы крайне печально… для Микаэллы.

– Я читал отчёты по расследованию, – взяв себя в руки проговорил Анхельм. – Признаться, для меня стало неприятным сюрпризом, что Тейн в прошлом имел отношения с этой особой. Но ты вовремя влез, хоть и не поставил меня в известность.

– Решил не беспокоить вас, – обтекаемо вывернулся Далт, теперь уже чувствуя себя почти бодрым, хотя даже пальцами шевелил с трудом.

– Почему именно она? – спросил его величество, закинув ногу на ногу. – Сначала Тейн пал под её чарами, теперь ты. Уж очень это подозрительно, не находишь?

– Она мне жизнь спасла, – ответил Далтер.

– Её мать тоже не раз меня спасала. А потом легко воткнула нож в спину, – звеняще ровным тоном парировал его величество. – Её отец был моим другом, мы вместе прошли столько всего, что вспоминать страшно. И всё равно он предал меня. Я не желаю, чтобы их дочь имела хоть какое-то отношение к нашей семье. А ты, Далт, мой двоюродный племянник. У нас одна кровь.

Тейн слушал отца, а черты его лица всё больше заострялись. Далт посматривал на него с опасением, но пока ничего не говорил.

– Нет, Далтер. Такого позволения я тебе не дам, – отрезал Анхельм, вставая со стула.

– Что ж, – вздохнул Корн, взвешивая за и против своего решения. – Тогда вынужден напомнить, что вы обещали отпустить меня, когда найду и поймаю тех, кто устраивал покушения на Тейна. Рапорт напишу, как только смогу нормально держать самописное перо.

Анхельм одарил его холодным взглядом. Король Вергонии ненавидел, когда ему ставили ультиматумы – об этом было известно многим. И Далтер понимал, что после такого заявления ему самому лучше будет покинуть страну и сидеть где-нибудь тише воды ниже травы. Но всё равно не жалел, что рискнул пойти против.

И тут заговорил молчавший до этого Тейн, и его голос звучал небывало серьёзно:

– Папа, без Корна я в твоей авантюре с помолвкой участвовать отказываюсь, – заявил он, скрестив руки на груди.

– Да вы издеваетесь! – рявкнул Анхельм. – Что ещё за капризы?!

– Считай, как хочешь. Можешь даже титула лишить, всё равно уже столько раз мне этим угрожал, – бросил наследник престола. – А что касается Микаэллы, я лично готов за неё поручиться. И мне совсем не важно, кто её родители. Сама она серьёзная девушка с принципами, талантливый артефактор. И Далтера она действительно любит, это видно.

– Или же талантливо изображает любовь, – иронично бросил король и снова посмотрел на Корна, на чьём лице появилась совершенно неуместная глупая улыбка человека, услышавшего безумно приятную новость. – Ты готов поставить на кон карьеру ради девчонки, да ещё и с дурной репутацией?

– Мне кажется, в своей карьере в тайной полиции я достиг серьёзных высот. Может, пришло время заняться чем-то другим? – проговорил Далтер. – К тому же, если вы считаете, что я мог выбрать в супруги неблагонадёжную девушку, значит, мне точно пора в отставку.

Его величество сунул руки в карманы брюк и неспешно подошёл к окну. С улицы доносились запахи садовых цветов, слышались разговоры прохожих, гуляющих по ту сторону каменного забора, а на небе светило ласковое летнее солнышко. Проследив взглядом за небольшим одиноким облачком, монарх снова обернулся: посмотрел сначала на Корна, потом на сына, а, когда заговорил, его голос звучал холодно и сурово:

– Нам предстоит крайне важное дело, а вы вдвоём готовы отказаться от него, ради какой-то… девушки. Не ожидал такого ни от одного из вас. Так уж и быть, я готов пойти у вас на поводу, но не просто так. Ты, Тейн, отыграешь свою роль без капризов и прочих глупостей. Будешь вести себя с Дейриной, как влюблённый по уши. А ты, Корн… – его величество повернулся к сидящему в кровати бледному родственнику, – … перед свадьбой приведёшь свою невесту ко мне. Пусть даст клятву, какую дают все сотрудники твоего ведомства.

– Боюсь, ваше величество, формулировку придётся немного изменить. Она сейчас гражданка Айвирии, училась в Тиронской академии. А там все студенты приносят присягу, тоже магическую.

– Пусть так, – неожиданно смирился монарх. – Вас устраивают мои условия?

– Да, – ответил Далтер.

– Устраивают, – согласился Тейн.

– В таком случае, – раздражённо подытожил Анхельм, – через неделю, Далтер, жду тебя с невестой на аудиенцию. А через три – приступай к работе. Всё.

Он покинул комнату, не прощаясь и не дожидаясь сына. А когда его шаги стихли, Тейн тихо прикрыл дверь и медленно выдохнул.

– Спасибо, – искренне поблагодарил его Корн.

– И тебе, – покивал Тейн. – Не думал я, что его реакция на Мику будет такой…

– А я знал. Но ты представь, что было бы, если бы ему стало известно о вашей связи три года назад, да ещё и на фоне начавшихся покушений. Поверь, Тейн, он не стал бы церемониться, и я бы уже ничего не смог для неё сделать.

– То есть… получается… ты тогда её спас?

– Можно сказать и так. Точнее, вывел из-под удара, – проговорил Корн. – Но сейчас опять поставил под удар. Роль моей жены точно не назовёшь безопасной. К тому же… Мика может мне отказать.

– Так и оставил бы её в покое, – с претензией произнёс принц.

– Не могу. Теперь уже точно не получится. Я или останусь здесь с ней, или на фиг всё брошу и всё равно останусь с ней, – признался Далтер, сам удивляясь своей открытости и решительности. – Знаешь, меня тут недавно почти прикончили. Тогда, будучи подвешенным за руки, истекая кровью, я действительно прощался с жизнью. И в тот момент вдруг понял, что не живу для себя. Вся моя жизнь – бесконечная гонка ради чужих интересов. Нет, мне нравится моя работа… в целом. Но я хочу, чтобы у меня было ещё что-то кроме неё. То, что действительно согревает душу, даёт покой, уют. Нежность. И это всё я ощутил рядом с Микаэллой.

Некоторое время Тейн смотрел на него со смесью сожаления и понимания, но потом всё же улыбнулся.

– Она не откажет тебе. Ты главное сделай всё, как надо, и не ставь её перед фактом, она этого терпеть не может, – сказал он, а потом усмехнулся и добавил: – Но если вдруг всё-таки откажет, то я найду способ вернуть её себе.

– Вот уж нет, – ответил Далт с угрозой в голосе. – И не смей даже смотреть слишком пристально на мою женщину.

Тейн явно хотел ответить дерзко и провокационно, но потом всё же передумал и сказал совсем другое.

– Не буду. Женщина друга для меня просто подруга. А ты, Далтер, несмотря на все наши разногласия, мне всё-таки друг.