Глава 26. Когда утро приносит неожиданные сюрпризы

Всю ночь мне снилось что-то приятное, такое восхитительно нежное и сладкое, что проснулась я просто в замечательном настроении. Хотелось улыбаться, петь или даже обнять весь мир, и это чувство оказалось настолько всепоглощающим, что им просто безумно захотелось поделиться с окружающими.

Но лишь стоило зрению сфокусироваться на жемчужно-серых тяжёлых шторах, и проснувшееся сознание мигом заподозрило неладное. Это была совсем не моя привычная комната, более того, я точно видела её впервые.

Так, помню, днём ко мне явился один из агентов Далтера с письмом, а потом…

Услужливая память быстро прокрутила перед глазами все произошедшие вчера события. Я вспомнила и своё нервное состояние, и решительный настрой, который хитрый Корн умело перевернул в нужном ему русле. А потом и вовсе самым наглым образом меня усыпил.

То есть проснулась я в его кровати. Но… одна.

И где, спрашивается, с самого утра носит этого… пациента?

Дверь в спальню с тихим шорохом открылась, давая ответ на только что заданный вопрос. Далт вошёл, опираясь на трость. Он шагал медленно, а хромать стал намного сильнее, чем раньше. Я бы даже сказала, теперь он вообще еле передвигался, и при этом снова был бледен, но зато зачем-то вырядился в строгий тёмно-серый костюм и держал в свободной руке большой букет из белоснежных роз.

– Доброе утро, Микаэлла, – проговорил он, улыбнувшись мне.

– Ты рехнулся?! – выпалила, вскочив на ноги.

Но тут сообразила, что на мне из одежды нет совсем ничего, и поспешно обмотала вокруг себя одеяло.

Далтер наблюдал за мной с живым интересом, но его глаза блестели не только от моего обнажённого вида, но и от явно поднявшегося жара, а на лбу выступила испарина.

– Далт, немедленно ложись в постель! – скомандовала, отбирая у него букет.

Посмотрела по сторонам, нашла небольшой туалетный столик и опустила цветы на него, сама же снова вернулась к Далтеру, который устало опустился на край кровати.

– Зачем встал, да ещё и ходил куда-то? Далт, ты совсем с головой не дружишь? – я села рядом и приложила ладонь к его лбу. – Горячий. Вот и куда тебя носило?

Он стянул с себя пиджак, развязал широкий галстук, расстегнул верхние пуговицы рубашки и устало упал на подушку.

– Что-то переоценил я свои силы, – сказал с лёгким сожалением. – Полежи со мной немного.

– Чтобы ты снова меня усыпил? – выпалила возмущённо. – Зачем вчера это сделал?

– Перестраховался, – ответил он. Потом поймал мою руку, переплёл наши пальцы и только потом прикрыл глаза. – Хотел поговорить утром, когда мне станет лучше. Но…

– Я вызову доктора или лучше сразу целителя, – я попыталась встать.

– Нет. Он и сам придёт в десять. Каждый день в это время приходит.

– Тогда мне нужно хотя бы одеться, – сказала, оглядываясь в поисках собственного платья.

– Подожди. Давай я всё-таки сделаю то, что собирался. Зря что ли всё это задумывал?

Он повернулся набок, вытащил из кармана бархатный мешочек и попытался сесть. Я подложила ему под спину подушку, сама забралась на кровать и разместилась с другой стороны. Далт тем временем высыпал из мешочка на ладонь какую-то драгоценность… оказавшуюся при ближайшем рассмотрениями парными брачными браслетами, коими обменивались молодожёны в вергонских храмах Девы-заступницы и Отца-защитника. Я много раз видела похожие на женатых парах, но все те украшения были тоньше, проще, эти же по виду напоминали широкое золотое кружево.

– Посмотри на своё запястье, – проговорил Далт, перевернув мою руку ладонью вверх.

Там красовался чёрно-бело-золотистый узор из тех самых символов, что когда-то рисовал на нас Далт, – знаков ритуала хаити. На следующий день после нанесения они пропали, а вот сейчас появились, и выглядели так, будто являлись татуировкой.

– Наша вчерашняя связь закрепила ритуал? – озвучила я свои выводы.

– Именно так, – кивнул Далтер, который уже не казался таким бледным, лишь чуточку настороженным и немного напряжённым.

– Но так выглядят брачные татуировки у айвов, – вспомнила я. – Только без белого.

– Иногда они тёмно-медные, иногда чёрно-золотистые. Всё зависит от вида и уровня магии супругов, – кивнул Далт. – У нас вот такие получились.

Я смотрела на него и пыталась понять, что происходит. То ли мир сошёл с ума, то ли я? То ли мы вместе с Далтером? Информация о значении знаков на наших запястьях не желала укладываться в голове. Никак! Будто я пыталась впихнуть куб в круглую форму. Это было невозможно, неправильно, противоестественно. Даже странно, в конце концов!

– Мы женаты, Мика, – огорошил меня правдой сидящий рядом интриган. – Да, лишь по айвирским традициям, но в Вергонии этот брак тоже будет считаться законным. Признаюсь, чтобы ты не злилась: я не знал, что всё будет именно так. Но не жалею. И я действительно хотел сделать тебя моей… на законных основаниях.

– А за браслетами ты решил отправиться до или после того, как увидел отметки на руках? – спросила, забрав у него свою руку.

Быстро слезла с кровати, снова попыталась найти взглядом свои вещи, но так ничего и не увидела.

– Где моя одежда? – рявкнула раздражённо.

– Твоя сумка в гардеробной, – он указал на неприметную дверь справа.

Я тут же отправилась туда, а уже через минуту вышла одетая и ещё более разозлённая.

– Как ты это вообще допустил? Ты ведь всё и всегда просчитываешь наперёд, – выпалила, остановившись у изножья кровати. – Наверняка же знал, что последствия ритуала могут оказаться вот такими!

– Предполагал, – ответил он уклончиво.

– И что это значит? – я сжала кулаки. – Зачем же пошёл на такой риск? Айвирские брачные связи нельзя разрушить!

Он ничего не ответил, но при этом продолжал прямо встречать мой злой взгляд. А я вдруг с удивлением поняла, что прекрасно знаю, что именно он в действительности сейчас чувствует. Его одолевала обида, которую он мастерски старался спрятать за уверенностью. Ему было больно понимать, что я не принимаю наш союз. А ещё за всем этим ощущался страх… страх того, что я сейчас развернусь и уйду, и никакие брачные связи меня тут не удержат. При этом Далт злился на себя, но явно не за ритуал… а за то, что просто физически не сможет сейчас никак меня удержать.

Этот калейдоскоп чужих эмоций ударил по мне, словно где-то прорвало плотину. Я стояла будто оглушённая и не отрываясь смотрела на Далтера. Он выглядел собранным, уверенным и… закрытым, впрочем, как всегда. Но до сего момента я даже представить не могла, сколько за всеми этими масками прячется настоящих чувств.

В дверь постучали.

– Лорд Корн, к вам целитель Иванс, – прозвучал из соседней комнаты приглушённый женский голос.

– Пусть заходит, – ответил Далт, только теперь отвернувшись от меня.

И на мгновение в его глазах я увидела всё то, что умудрилась до этого уловить. Значит, это правда? Значит… мне не показалось?

– Мика, подожди, пожалуйста, в гостиной. Там как раз должны были подать завтрак. Потом мы продолжим наш разговор.

Всё это он говорил, глядя в сторону окна. И это был вообще первый раз, когда Далт во время беседы вот так от меня отвернулся. И если бы я не чувствовала сейчас его эмоций, то приняла бы его действия за презрение. Но в действительности ему было стыдно за собственную немощь.

Дверь открылась, и в спальню вошли двое. Если первый – высокий светловолосый мужчина лет пятидесяти явно был тем самым целителем, то скользнувшись за ним в комнату темноволосый мальчик-подросток точно отношения к медицине не имел.

Он окинул меня заинтересованным любопытным взглядом, чуть прищурил знакомые серые глаза и улыбнулся точно так же, как иногда улыбался Далтер.

– Привет, я Лис, – сказал он, протягивая ей руку. – А ты Мика, да? Идём завтракать. Папа к нам потом присоединится.

Я обескураженно пожала его удивительно сильную руку и всё-таки вышла вслед за ним в  соседнюю комнату. Там обнаружился стол, накрытый на три персоны, а мне вдруг стало ясно, что хитрюга Корн изначально планировал вот так познакомить меня с сыном. Да и этого самого сына предупредил обо мне, потому что мальчик точно не выглядел удивлённым, скорее, заинтригованным.

Всё ещё пребывая в некоторой растерянности, я заняла кресло за столом, Лис сел напротив и снова посмотрел на меня с открытой улыбкой. Он действительно был похож на Далта, отличал их разве что возраст и цвет шевелюры. Элистер даже одет был так же – в тёмно-серый классический костюм, который сидел на нём удивительно ладно.

– У нас сегодня каша, омлет, пирог с малиной, блинчики, – принялся рассматривать он блюда. – Дарлена расстаралась. Обычно она нас так не балует. Вот бы с твоим появлением так всегда теперь было.

– Лис, а что отец рассказал тебе про меня? – спросила я, пока не притрагиваясь к еде.

– Очень попросил быть милым, приветливым, постараться тебе понравиться, – честно ответил мальчик. – Я стараюсь. Надеюсь, получается?

– И ты всегда такой послушный сын? – мне всё ещё чудилась если не подстава, то какая-то интрига, которую я пока не могла разгадать.

– Конечно, – тут он точно соврал, это было видно по забегавшему взгляду. – Настоящий пай-мальчик.

Даже стало смешно, а на душе странным образом полегчало настолько, что я всё же смогла приступить к еде. Кстати, каша оказалась выше всяких похвал, а пирог и вовсе почти примирил меня со столь удивительной реальностью. Лис же с удовольствием отвечал на мои вопросы.

Оказалось, он учится в школе рядом с домом, а недавно у него начал раскрываться колдовской дар, и отец нанял для него наставника. Иногда, когда было время, учил сам, и об этом Элистер рассказывал с настоящим восторгом. Было видно, что Далтера он обожает, считая настоящим героем.

– А ещё он обещал мне, что расскажет подробности последнего дела, ради которого ездил в Айвирию. Но ты же была там с ним, так, может, ты расскажешь? – попросил парнишка и смотрел с такой надеждой, что я едва не сдалась.

– И часто он тебе о своей работе рассказывает? – спросила я.

– Часто. Это же так интересно! Когда мне исполнится пятнадцать, я тоже отправлюсь в школу разведки, как папа. А потом пойду работать в тайную полицию.

– И не страшно тебе? – вырвался у меня вопрос.

– Страшно, но ведь это так захватывающе! И точно не скучно. Но ты ведь тоже участвовала в поимке злодеев. Скажи, разве это не интересно?

Он смотрел на меня, а его глаза блестели восторгом.

– Иногда я очень боялась, – призналась ему.

– Но ведь папа всегда был рядом? Он бы точно не дал тебя в обиду, – сказал мальчик, нисколько не сомневаясь в своих словах.

И я вдруг поняла, что это действительно так. В опасные моменты Далт всегда оказывался рядом. Если я и рисковала, то только с ним, с его поддержкой. И ритуал хаити ведь нужен был в первую очередь мне, опять же для моей защиты. Так почему я теперь обвиняю в последствиях только его?

Да и так ли ужасны эти последствия? Я ведь сама признала, что умудрилась влюбиться в него. И пусть потом отчаянно пыталась задушить в себе эти ненужные чувства, вот только прошлая ночь наглядно показала, что ничего у меня не получилось.

Теперь мы женаты, да, пока только на уровне магии и внутренних энергетических связей, но назад уже ничего не отмотаешь, не перепишешь, не сыграешь по-новому. Хотя… а на самом ли деле я хотела бы всё поменять?

И этот вопрос оказался для меня настоящим прозрением. Точнее, даже не вопрос, а тот ответ, что первым появился в сознании.

– Лис, твой отец меня замуж позвал, – сказала я мальчику, который уже лакомился пирогом. – Что ты об этом думаешь?

– Он сообщил мне, – ответил мальчик, ничуть не удивившись. – Сказал, что это его выбор, и он очень надеется, что мы с тобой подружимся. Ты не думай, я не стану называть тебя мамой, да и взрослый я уже. Но буду рад, если ты станешь моей подругой.

Он говорил весело и задорно, но потом вдруг будто что-то вспомнив, заметно стушевался и добавил:

– И… только… ты не обижай папу. Ты такая злая была, когда мы с целителем вошли, я даже поначалу побоялся к тебе подходить. Сразу видно, что ты боевая девушка.

– Да я вообще самая спокойная и рассудительная, – возразила ему. – Это твой папа каждый раз умудряется превращать меня в фурию, да такую, что мне самой от себя противно становится.

– Ещё ты красивая, и глаза у тебя добрые… когда не злишься, – улыбнулся мне Лис.

Я смутилась, а мальчик, видя мою реакцию, улыбнулся шире. Потом глянул на часы и вдруг изменился в лице.

– Прости, Мика, у меня занятия с наставником. И если я просижу с тобой ещё хотя бы пару минут, то опоздаю. Не обидишься, если уйду? – его будто бы действительно волновал этот вопрос.

– Иди, – махнула я рукой.

– Но только ты не уходи, – попросил он взволнованно. – Обещай, что не уйдёшь?

Я медленно выдохнула и сказала:

– Обещаю.