Глава 9. Когда слухи оказываются не совсем слухами

– Парни зовут в «Пианиста», хотят отметить победу в соревнованиях боевиков, – проговорила Лили, подойдя к моему письменному столу.

Я быстро дописала хвостик формулы, сделала пометку, на какой части схемы остановилась, и только теперь повернулась к подруге.

– Что ты там говорила? – у меня в голове сохранились лишь обрывки её фразы. Просто когда я сосредоточена на работе, то могу вообще не замечать ничего вокруг.

– Собирайся, Элли, мы всей командой идём в «Пианиста», – Лилианна вскинула подбородок и с упрямым видом скрестила руки на груди. – И только попробуй отказаться, я тогда ребят попрошу, чтобы подержали тебя, пока переодену, а потом отнесли в клуб. Ты уже пять часов сидишь над своими расчётами. На слова не реагируешь, от летящих в тебя предметов отмахиваешься, даже на упоминание Артейна Вергонского не обратила внимания.

Я растерянно вздохнула, поражаясь собственной увлечённости.

– Тут просто очень интересный артефакт получается, – попыталась объяснить подруге. – Ты же знаешь, как я люблю сложные задачи.

Лили хмуро усмехнулась.

– Собирайся, у тебя пятнадцать минут, – сказала она упрямо.

– Мне нужно готовиться к соревнованию артефакторов, – заявила я в ответ.

Но Лилианна была непреклонна.

– Они только послезавтра. Успеешь. Тем более, никто до сих пор не знает, каким станет ваше задание. Твоя подготовка – пустая трата времени.

– Нет, – я отрицательно замотала головой. – Это важный артефакт. Он очень мне нужен. И как можно скорее.

– Если ты переутомишься перед испытанием, то в ответственный момент просто не сможешь нормально соображать. Так что вставай, Элли, одевайся и идём танцевать.

– Не пойду! – бросила я раздражённо. – Не имею ни малейшего желания.

– Пойдёшь, – с нажимом возразила Лили.

– Нет. И не выдумывай про парней. Никуда они меня насильно не потащат.

Я снова посмотрела на свои расчёты, восстанавливая в мыслях цепочку вычисления.

– Ну и ладно, – заявила Лилианна. – А я тогда не расскажу тебе последние сплетни про твоего Тейна.

– Вот ещё я сплетни не слушала, – пробурчала в ответ.

– Так они и тебя затрагивают. Причём, напрямую. И, знаешь, им многие верят. А касаются они вашего с Тейном общего прошлого.

Я напряжённо уставилась на цифры, которые теперь стали казаться просто бессмысленными закорючками. Всё вдохновение на работу как ветром сдуло, но желания развлекаться тоже не было. Вот только сидеть в комнате и мучиться любопытством совсем не хотелось. А упрямая Лили ничего рассказывать не станет, если не пойду.

– Из «Пианиста» уйдём в одиннадцать и вместе с тобой, – выставила я встречный ультиматум.

– Согласна, – кивнула подруга и, наконец, отошла от моего стола, да ещё и улыбнулась так, будто победила в сложном спарринге. – Собирайся, Элли. Парни, конечно, заняли столик, но нам всё равно лучше поторопиться. Там сегодня должно быть особенно весело, а я не хочу ничего пропустить.

Оделась я быстро, выбрав первое попавшееся платье с юбкой приличной длины. Волосы просто распустила, и теперь они мелкими волнами от кос спускались до самой талии. Подкрашивать глаза не стала, на ноги нацепила сандалии и была готова всего через пять минут.

Лилианна оценила мой внешний вид, как удовлетворительный, но вот выражение лица оставить без комментариев не смогла:

– У тебя такой взгляд, будто ты не в кафе собралась, а на битву, – со смешком произнесла подруга. – Кстати, драться тебе нельзя, а то ещё повредишь свои драгоценные пальцы, и не сможешь в день испытания накладывать плетения на артефакты.

– Хорошо, мамочка. Я буду послушной девочкой, мамочка. Не полезу в драку, мамочка, ведь ты меня защитишь, – передразнила её.

Я часто отвечала ей так, когда она пыталась учить меня очевидным вещам. Но только сейчас эти глупые фразы вдруг показались мне по-настоящему кощунственными. Ведь раньше, говоря их, я просто шутила, а теперь, встретившись со своей мамой, вдруг стала воспринимать их совсем иначе.

Вот только хоть умом я и понимала, что у меня есть мама, что она жива, и даже мой дар признал её роднёй, но что-то в глубине души будто сопротивлялось этому. Мне было стыдно за собственные сомнения, за это непонятное непринятие. Я пыталась убедить себя, что должна радоваться внезапно обретённой матери, но от этих убеждений сомнения лишь усиливались.

Потому для меня стало так важно получить материалы дела моих родителей, чтобы или окончательно поверить маме, или найти объяснение своему чувству непринятия. И для этого мне очень нужно как можно скорее сделать Корну артефакт.

– Так и что там за слухи? – спросила я, когда мы с Лили вышли из полупустого здания общежития.

Сейчас, когда большая часть студентов отправилась на каникулы, эти корпуса стали казаться пустынными, брошенными, хоть в них и поддерживалась чистота. Я почему-то даже испытывала странную жалость к тихим коридорам, огромному холлу, где все диваны для посиделок были свободны; к большим цветам в кадках, мимо которых почти никто теперь не ходил. Даже стенам будто не хватало людей, голосов, кипучей студенческой энергии.

Возможно, это лишь мои фантазии, а может – ведьмино чутьё. Ведь ведьмы, в отличие от магов, воспринимали мир иначе, как целостное энергетическое пространство, а потоков глазами не видели. Собственно, этим я от них и отличалась – имея слабый ведический дар, отчётливо различала и потоки, и плетения, и, по сути, мои способности куда больше напоминали те, какими обладали колдуны.

– Слухи… интересные, – задумчиво ответила на мой вопрос Лили. – Я успела выяснить, что пошли они от кого-то из вергонской команды. По секрету расползлись по всем общежитиям и даже добрались до преподавателей.

– Так и что говорят? – мне действительно стало интересно.

– А то, что ты встречалась с Артейном, потом изменила ему с каким-то однокурсником, причём сам Тейн застал вас при крайне пикантном занятии в твоей постели, – весёлым тоном продолжила Лилианна. – Говорят, после этого тебя с позором выгнали из академии, а ты в отместку рассказала всем, что за личиной твоего парня Тейна Сорта прячется не кто иной, как сам наследник вергонского престола. Как тебе сплетня?

Я настолько опешила от такой наглой лжи, что сначала растерянно остановилась, а потом с моих губ сорвался смешок.

– Нет, я знала, что люди горазды выдумывать всякое, но тут явно у кого-то случился перебор с фантазией, – мне действительно было смешно от столь наглой лжи. – Представляешь, что придумали! Даже не знаю, смеяться или плакать.

– Забить, – отмахнулась Лилианна. – Я вот не поверила и нашим парням сразу сказала, что это всё бред. Но они тебя сегодня сами всё равно спросят, так что придумай заранее, какую правду будешь им отвечать. А остальные пусть думают, что хотят.

– Так я по версии сплетников вообще настоящая стерва. Не просто изменила, но ещё и выболтала всем серьёзную тайну. Ну настоящая предательница!

И лишь произнеся это слово вслух, вдруг поняла, что слышала его совсем недавно от Тейна, ведь он назвал меня именно так. Но мог ли он поверить этим грязным слухам? А если они появились не сейчас, а три года назад? Может, именно поэтому он меня не искал?

Веселиться расхотелось окончательно, а вот желание задать Артейну несколько важных вопросов, наоборот, усилилось в разы. Видимо, эти мысли красноречиво отразились в моём взгляде, потому что Лили ободряюще взяла меня под руку и мягко сообщила:

– Я слышала, вергонцы сегодня всей командой собирались в «Пианиста».

Ну что ж, значит, там и встретимся. Я кисло усмехнулась и сама потянула подругу вперёд.

– Отлично, – сказала ей, решительно шагая по тротуару. – С этого надо было начинать. Вот там у старых знакомых и спрошу, кто пустил такие странные слухи, и что по этому поводу думает Артейн. Ведь его в этих сплетнях выставили несчастной жертвой. Интересно, как ему такая роль?

Лили прыснула и тут же прикрыла рот рукой и попыталась принять серьёзный вид. Правда, её глаза при этом откровенно смеялись. Мне же весело не было, зато грозный настрой с каждой минутой становился всё сильнее. Эх, надеюсь, никто не попадётся под горячую руку. Я хоть и артефактор, но боевых плетений знаю немало. Не зря же живу с Лилианной, а она частенько по вечерам отрабатывала практические задания со мной в паре. Так что мне пришлось научиться многому. Нападать и защищаться я умела очень даже неплохо.

* * *

Когда мы переступили порог «Слепого пианиста», там уже было очень людно, шумно и весело. Наши ребята в этот раз заняли столик у самой сцены – хорошее место, но разговаривать там было бессмысленно из-за громкой музыки.

Нас с Лили сразу поймал Гарс Лундер, и судя по широченной улыбке и чуть затуманенному взгляду, он уже принял немало вина.

– Любимые мои девочки, – сладким голоском проговорил он, обнимая нас за талии. – Идёмте скорее, вы же ещё не выпили за нашу победу!

– Гарс, так Ростер на втором месте, а ты – на четвёртом – напомнила ему.

– Да, а в общекомандном зачёте всё равно победила Айвирия. Так что девочки, празднуем!

На соревнованиях этот момент я как-то умудрилась пропустить, но теперь была искренне рада за наших ребят.

Гарс быстро нашёл нам место за большим столом, сам сел между нами и налил по полному стакану вина. Я отпила совсем немного, надеясь сохранить разум ясным, а мои мысли снова вернулись к насущному вопросу со сплетнями. И чем больше я об этом думала, тем сильнее во мне разгоралось раздражение.

На площадке перед сценой уже танцевали парни и девушки. К собственному удивлению, я заметила среди них Фарису с подругой, и даже почти решила спросить о сплетнях её, но тут увидела Тейна. Он сидел за столом вергонцев на противоположной стороне зала и смотрел прямо на меня.

Что ж, это отличный шанс.

Изобразив жестами, что хочу поговорить с ним, я кивнула в сторону выхода. Артейн нашёл взглядом Фарису, потом посмотрел куда-то в дальний угол и только после этого кивнул мне и направился к двери на улицу.

Но когда я уже собралась встать и пойти за ним, меня остановила Лилианна.

– Ты куда? – спросила она.

– С Артейном побеседую, спрошу про слухи, – ответила ей. – Не теряй.

– Возвращайся. Помнишь, мы договорились в одиннадцать пойти домой вместе. Я без тебя не уйду.

– Скоро вернусь, – ответила почему-то даже не сомневаясь, что разговор с Тейном закончится быстро и неприятно.

Сквозь толпу танцующих я пробиралась так решительно, что парни и девушки расступались от одного моего грозного вида. Тейна увидела на крыльце, но подходить не стала – прошла мимо и свернула в сторону соседнего здания. Там рядом со входом росли два больших дерева с массивными стволами, за одним из которых я и решила его дождаться.

Артейн пришёл спустя полминуты. Остановился в шаге от меня, с неожиданной нежностью посмотрел в глаза и даже протянул руку, будто желал коснуться моей руки, но всё-таки себя остановил.

На улице царили густые сумерки, но рядом с деревьями горел высокий горбатый фонарь, потому я отлично видела своего собеседника. А вот о том, что и для других людей мы в круге света, как на сцене, решила не думать.

– Ты слышал, какие о нас ходят слухи? – начала я с главного. – О том, что я уехала из Вергонии после скандала. Что изменила тебе и потом раскрыла твою тайну.

– Конечно, слышал, – его взгляд стал отстранённым. Он сунул руки в карманы брюк и даже сделал полшага назад, словно пытался так от меня отгородиться.

– А вот я узнала о них сегодня. Мне очень интересно, кто распускает эту грязную ложь и почему ты это не пресечёшь, – в моём голосе звучали претензия и возмущение.

И, что самое странное, даже близость ко мне Тейна сейчас почти не будоражила. Видимо, все другие эмоции сегодня перекрывала всё больше нарастающая злость.

Тейн отвёл взгляд и чуть поджал губы. А вот отвечать не спешил, чем озадачил меня ещё больше.

– Или тебе нравится слышать о себе такую дичь? – я всё ещё старалась держать эмоции под контролем.

– Не нравится, – ответил он, так и продолжая смотреть в сторону. – Но, когда эта информация разлетелась по академии, я был слишком подавлен, чтобы затыкать другим рты.

– Потому просто позволил им превратить меня в падшую женщину и редкую тварь?! – выпалила, сжав кулаки.

Артейн плохо переносил, когда кто-то пытался повышать на него голос. Думаю, с ним вообще мало кто решался говорить в таком тоне, но сейчас мне было всё равно, что он принц Вергонии, – я видела перед собой просто своего бывшего возлюбленного.

Тейн с шумом втянул носом воздух, а когда заговорил, поверг меня в шок.

– Тебя в постели с тем козлом видели многие, – в его голосе звучала злая ирония. – Пока в тот вечер я стучал в твою дверь, пока выбивал её, волнуясь, что с тобой что-то случилось, рядом собралось немало народу. Конечно, они заглянули внутрь… и увидели… как тебя имеет твой однокурсник. Кажется, Хонс.

– Чего?! – воскликнула, не веря собственному слуху. – Что за бред? Не было такого!

– Но я видел своими глазами. И другие тоже. Потому для них это не придуманные кем-то сплетни, а чистая правда.

– Да как такое вообще может быть?! – я всплеснула руками и принялась нервно ходить туда-сюда перед деревом. – Нет. Я бы подобного никогда не допустила. Я любила тебя, Тейн! Никого кроме тебя не видела! Что за глупости ты сейчас мне рассказываешь?!

Он ничего не ответил. Так и стоял на месте, сунув руки в карманы, а на его напряжённом лице играли желваки.

– Так ты действительно веришь в эту чушь? – вдруг осознала я. – У тебя даже мысли не возникло, что это может быть обманом? Иллюзией? Или… да кто-то в конце концов мог использовать оборотное зелье, хоть это и запрещено законом!

– Да, я поверил, – вдруг прорычал Артейн и только теперь снова посмотрел мне в глаза. – Думал, прикончу вас обоих. Чтобы никого не убил, Фари использовала на мне чары, отвела в мою комнату и просто отключила. А на следующий день, когда я решил поговорить с тобой на чистоту, тебя уже не было. Ты сбежала с тем самым Хонсом!

– Не было такого! Меня вынудил уехать Корн! – выкрикнула я в ответ.

– Вот именно, Корн всё это и организовал! – рявкнул Артейн. А, увидев, что я озадаченно стушевалась, добавил: – Да, Мика, это всё он устроил. Но я узнал об этом только вчера. А до этого был уверен, что ты меня бросила, что никогда не любила. Ведь после твоего исчезновения всем стало известно, что я прячусь за чужой личиной. Представляешь, что началось?! Да я вмиг стал звездой академии. Девушки липли ко мне, как к мужчине своей мечты. Парни набивались в друзья. Преподаватели начали ставить оценки просто так. Из общежития пришлось съехать, от приятелей отказаться. Да мне всю жизнь перекраивать пришлось!

– Бедненький! – протянула я со злой иронией. – Несчастный принц. А мне знаешь, как сладко было? Сначала пришлось узнать, что мои родители государственные преступники. Потом уехать из страны. А после понять, что тот, кому я отдала сердце и из-за кого пострадала, даже обо мне не вспоминает и спокойно гуляет по чужим постелям!

– А что я должен был делать?! Пуститься на поиски той, что меня предала?! – выкрикнул он и, шагнув ко мне, схватил за плечи.

– Хотя бы попытаться проверить, правда ли это! – прорычала я ему в лицо и тут же оттолкнула от себя. – Выяснить правду! Узнать, куда я делась? А вдруг меня убили? Или арестовали? Или ещё что-то? Но ты был слишком обижен. А знаешь, Тейн, это ведь доказывает то, во что я так долго отказывалась верить. Ты просто никогда меня по-настоящему не любил. Я была для тебя удобным интересным развлечением и не больше.

– Глупости, – он снова попытался меня коснуться, но я отшатнулась. – Я любил тебя. И люблю до сих пор.

Его признание должно было стать для меня чем-то волшебным. Я должна была почувствовать себя счастливейшей из девушек, ощутить, будто окунаюсь в облако концентрированного счастья. Но вместо этого… только горько усмехнулась.

Наверное, найди он меня три года назад, я бы растаяла. Да даже если бы эти слова Тейн сказал хотя бы в день открытия Игр, я бы кинулась в его объятия, утонула бы в поцелуе. Но сейчас… ощутила, будто стою на пепелище.

Артейн ждал ответа, смотрел на меня с надеждой. Не знаю, что именно он увидел в моих глазах, но вдруг его губы сжались в тонкую линию, а на пальцах проступило свечение сырой зеленовато-красной энергии.

– Это всё Корн. Он придумал, как нас разлучить. Решил, что делает нам обоим добро. Ведь если бы о нашей связи узнал мой отец, всё могло бы закончиться хуже…

– Стоп, подожди, – я выставила перед собой ладонь, а от осознания сказанных Тейном слов даже рот приоткрыла. – Хочешь сказать, что его величество не знал?

– Нет, – Артейн всё же взял меня за руку, а я была настолько ошарашена, что даже не стала освобождаться. – Это всё Далт придумал и воплотил в жизнь. Отправил тебя из столицы, а для меня организовал спектакль, в котором ты мне изменяешь. Он сыграл на твоей любви к отцу и на моей гордости. Мика, он виноват во всём. Не я.

От места соприкосновения наших рук по телу расходилось приятное тепло. И поначалу я приняла это за простое ощущение рядом любимого, но вдруг с кристальной ясностью осознала, что ошибаюсь.

– Ты воздействуешь на меня? – спросила и теперь уже сама обхватила ладонь Тейна. Посмотрела на наши сцепленные руки и лишь удостоверилась в своей догадке.

– Прости. Ты была слишком зла, и я решил…

Я резко высвободила руку, отпрянула от Артейна и даже обрадовалась, ощутив, как ко мне возвращается моя настоящая злость, не задушенная никакими заклинаниями. И вдруг поняла, что не могу больше ни мгновения оставаться здесь, не желаю продолжать этот разговор, слышать чужие оправдания. Потому, развернувшись, просто пошла вперёд по тёмной улице.

– Мика! Ты куда?! – возмутился Тейн. – Мы не закончили.

– Я услышала достаточно, – бросила, не оборачиваясь. – Оставь меня, пожалуйста, одну. Мне нужно подумать.

– Нет, – заявил Артейн и, судя по звуку шагов, пошёл за мной.

Сначала очень хотелось развернуться, накричать на него, потребовать оставить меня в покое. Но я промолчала. И так уже наговорила много всего принцу соседней страны, так что лучше не добавлять масла в огонь. Хочет идти за мной, пусть идёт.

Я была настолько подавлена свалившейся на голову правдой, что просто не придавала значения тому, куда иду. Шагала вперёд, лишь краем глаза отмечая знакомые дома, улицы, тротуары. И как ни странно, постепенно мне становилось легче, а стальные обручи, которые по ощущениям крепко сдавили душу, начали потихоньку ослабевать.

В какой-то момент я поняла, что почти готова объясниться с Тейном. Возможно, принять случившееся три года назад, попытаться наладить общение. Даже представила, что могу его поцеловать. И вдруг…

Воздух вокруг странным образом сгустился и возникло ощущение, будто я попала в огромный мыльный пузырь. Идти стало слишком сложно, ноги вроде и двигалась, но с огромным трудом. Я остановилась. Пытаясь понять, что происходит, попробовала обернуться к Тейну, и поняла, что не могу пошевелиться.

Я чувствовала себя мухой, влипшей в чашку с мёдом, и с каждым мгновением увязала в нём всё сильнее. За спиной уже слышались чужие шаги, лязг оружия и треск магии, а у меня даже вдохнуть теперь не получалось. Перед глазами начали расплываться цветные круги, голова закружилась, накатила паника…

А потом всё изменилось. Миг – и пузырь магической ловушки лопнул. Тело снова получило подвижность, в глазах прояснилось, по слуху ударили чужие голоса, звук боя, а меня резко оттеснило в сторону чужой незнакомой силой. Я упала на тротуар, больно ударилась плечом о стену дома, но зато теперь хотя бы смогла сделать вдох.

«Не лезь, – услышала в своей голове голос мамы. – Твой Тейн справится, а я помогу».

Не знаю, как она умудрилась донести до меня свои слова, но её вмешательство одновременно и обрадовало, и напугало. Кое-как отдышавшись, я постаралась вернуть себе самообладание и всё-таки оценить обстановку.

На Артейна нападали двое мужчин в масках: один бил магией, второй пытался достать клинком. Но Тейн умудрялся давать отпор обоим. А вот мамы нигде видно не было, хотя, полагаю, именно она сумела разбить ту магическую ловушку, в которую мы угодили, но по понятным причинам предпочла остаться в стороне.

Да, она сказала мне не лезть, но я не собиралась оставаться безучастной. Кое-как поднялась на ноги, создала в руке боевое плетение… и тут на улице появились трое мужчин в чёрном и сам Далтер Корн.

Не удивительно, что бой закончился почти сразу, а моё вмешательство просто не потребовалось. Прошло меньше минуты, а злоумышленники уже лежали лицом в мостовую, удерживаемые магическими путами и наручниками за спиной.

– Долго вы в этот раз, – обвинительным тоном бросил Тейн, хмуро глядя на Корна.

– Хотели дать тебе спокойно пообщаться с Микаэллой, – ровным тоном ответил глава охраны принца и бросил на меня ледяной подозрительный взгляд.

– Спасибо, конечно, – чуть растерянно ответил Артейн. – Но…

– Но больше такой глупости не повторю, – перебил его Далтер. – А теперь уходи, Тейн, Фолнер проводит тебя до общежития. Мы тут сами разберёмся. Сейчас здесь появятся местные стражи, сбегутся зеваки, и лучше, чтобы тебя с этим инцидентом никто не связал. Иначе будет международный скандал.

– Тогда и Мика пусть идёт со мной, – потребовал принц.

– Нет, она нужна нам в качестве пострадавшей. Придётся Микаэлле дать показания и пообщаться со следователем. Но ты не переживай, я за всем прослежу, и до академии она доберётся в целости и сохранности. Тебя же здесь через десять секунд быть не должно. Используй артефакт, чтобы уйти незамеченным.

– Я останусь тут. Никто меня не увидит, – в голосе Тейна звучало упрямство, которое сейчас напоминало каприз.

– Уходи, – с нажимом произнёс Корн. – Или я тебя сейчас усыплю, а парни унесут.

И Тейн ему явно поверил. Раздражённо насупился, бросил на меня полный вины взгляд и, взяв за запястье стоящего рядом высокого черноволосого охранника, исчез вместе с ним.

Не успела я осознать, что он меня тут бросил, хоть и не по своей воле, как из-за угла выехали две чёрные машины с эмблемами городской стражи Тирона, и нас почти сразу окружили мужчины в тёмно-серой форме. Честно говоря, я даже испугалась, ведь никогда раньше не оказывалась в подобных ситуациях. Вдруг меня обвинят в нападении? Или выставят всё так, что именно я спровоцировала честных горожан, а потом устроила магическую драку? От Корна можно было ожидать чего угодно, ведь один раз он меня уже подставил, да ещё как.

– Доброго вечера, – проговорил подошедший к нему рослый мужчина с бородой и протянул руку в приветственном жесте. – Опять?

– Как видишь, – ответил Далтер, пожав его ладонь, будто они не просто давние приятели, а друзья, которые понимают друг друга с полуслова.

– И ты всё равно будешь утверждать, что тебе не нужна помощь? – бросил старший страж со скепсисом.

– У меня всё под контролем, Рист, – заверил его Корн. – Давай оформим этих бедолаг по всем правилам, а уж с остальным я справлюсь сам.

Бородатый смерил его странным взглядом, покачал головой, после чего дал своим подчинённым знак уводить преступников. И только видя, как поверженных злоумышленников сажают в машину, я вздохнула чуточку свободнее и немного расслабилась, ведь меня стражи, кажется, вообще ни о чём спрашивать не собирались.

Но стоило это осознать, и вместо сковывающего тело и мысли напряжения пришло кристальное понимание того факта, что на нас с Тейном снова напали далеко не ради ограбления или развлечения. И если бы не мама и охрана принца, всё могло бы закончиться намного хуже. Артейна, возможно, просто похитили бы… а вот со мной вряд ли кто-то вообще стал бы церемониться. Бросили бы в канаву, и дело с концом.

Лишь стоило об этом подумать, как спину прошиб холодный пот, плечи задрожали, а дыхание сбилось. Я ведь в самом деле не ожидала нападения, не сразу сообразила, что нужно защищаться, да я и магическую ловушку заметила только тогда, когда она вошла в полную силу.

Но откуда здесь взялась мама? Следила за мной? Хотела защитить? Или же просто знала, что нападение случится?

Великие Стихии, столько вопросов, и ни одного ответа! И что мне теперь со всем этим делать?