Глава 25

Джулиан

– Я закончил, – произносит доктор Миллер, снимая перчатки и выбрасывая в урну. – Ты легко отделался, Джулиан.

Опускаю взгляд на свое плечо и смотрю на красующийся квадратный пластырь.

– Просто пуля предназначалась не мне, – переглядываюсь со стоящим у окна в моем кабинете Киллом.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Потому что не все раны я могу залатать вне больницы. И я больше не хочу рисковать своей врачебной лицензией.

– Не волнуйтесь. У вас не будет никаких проблем.

– Очень хочется верить. Береги себя, Джулиан. Доброй ночи, – забирает свой кейс и выходит из кабинета.

Подношу стакан с виски к губам и осушаю остатки, даже не поморщившись. Это уже вторая порция, и мои рецепторы успели немного притупиться.

– Я поднял всех своих людей на уши, – нарушает тишину голос Килла. – Территорию поместья прочесывают. Просматривают камеры видеонаблюдения. Но что-то мне подсказывает, что там вряд ли что-то будет.

– Я звонил отцу перед твоим приходом. Он сказал, что ему поступали угрозы от кого-то. Но он не знает кто это может быть.

– Сомневаюсь, что твой отец не знает, кому перешел дорогу. Или он так надеется, что Бурас станет его защитником? У него самого врагов на каждом шагу.

– Я не знаю, Килл. Меня лишь волнует то, что на жизнь моей жены покушались. Я не понимаю, при чем здесь она. Неужели они решили, что смогут запугать Леонарда Пенхази, убив его невестку. Даже не меня.

– Думаю дело в другом, Джул. Айрис та, от кого ваша семья может продолжиться. Она будущая мать наследника. А кто-то очень не заинтересован, чтобы ваш род продолжался. Так что опасность грозит и тебе в том числе. Тебе нужно удвоить охрану. И не выпускать Айрис из дома, пока все не разрешиться. Желательно самому какое-то время работать из дома.

– Это невозможно. Я должен появляться в офисе. Отец и так перекинул почти все дела на меня. К тому же скоро открытие ресторана.

– Ресторан я возьму на себя. Чейз занимается клубом. Так что сократи выезды из дома до минимума.

– Не могу ничего обещать, Килл.

– Придется пообещать, Джул. Я не хочу хоронить лучшего друга.

– Не будешь. Не переживай, – поднимаюсь с дивана, зарываясь рукой в волосы и сразу кривлюсь из-за режущей боли в плече.

– Тебе нужно отдохнуть, приятель. Уже почти рассвет. Ты паршиво выглядишь.

– Сон мне только снился. Вот такой вот каламбур получается.

– Рано или поздно усталость все равно возьмет свое. Мне пора. Еще предстоит разгребать кучу дерьма из-за тебя, – направляется на выход из кабинета.

– Ну прости, что прервал твою жаркую ночь с мулаткой.

– Я тебе это еще припомню, – выходит, закрывая дверь за собой.

Наступает гнетущая тишина, и на душе совсем неспокойно. Проблем и так хватало, а теперь они удвоились. А к ним еще добавился страх за Русалку. Я не из пугливых, но не на шутку перепугался за нее. Я даже не думал о себе в тот момент. Инстинкт уберечь ее сработал мгновенно. Если с первым выстрелом ее спасло какое-то чудо, когда она оступилась, то еще бы секунда и вторая пуля уже бы точно достигла цели. Меня передергивает от мысли, что сегодня я мог потерять ее.

Забираю оставленную на диване дырявую, окровавленную сорочку и выхожу из кабинета. Поднявшись на второй этаж, вхожу в комнату, стараясь не шуметь. Кидаю сорочку на пол, и на доли секунды теряюсь, увидев Русалку сидящей у изголовья кровати, прижав согнутые колени к груди.

Она все еще в платье. Вот только собранные ранее в прическу светлые волосы растрепаны. Наши взгляды встречаются, и сердце болезненно сжимается в груди, когда на меня устремляются большие, покрасневшие от слез голубые глаза, полные страха.

– Почему не спишь, Русалка? – подхожу к кровати и сажусь рядом с ней.

Ее висок был обработан Миллером и заклеен пластырем. На месте ранения осталась глубокая ссадина. И видно, как-то место припухло. Она не отвечает, посмотрев на мое плечо. Я вижу, как начинают подрагивать ее губы.

– Тебе очень больно?

– Мне не больно. Так почему ты не спишь? – подношу руку к красивому лицу и касаюсь пальцами нежной кожи щеки.

Она накрывает мою руку своей, и сама прижимается к ладони.

– Ты спас мне жизнь… – шепчет, тихо всхлипывая.

– Тшшш…иди ко мне, малышка, – тяну ее к себе, и она садится на мои бедра, обхватив стройными ногами.

Русалку сотрясает мелкая дрожь. Она льнет ко мне, обнимая за шею. Цепляется, словно боится сорваться в пропасть. Но я никогда не отпущу ее. Не дам упасть.

Все перевернулось с ног на голову. То, что когда-то казалось таким простым, усложнилось чертовыми разрывающими нутро чувствами.

– Посмотри на меня, Русалка, – беру ее лицо в ладони, заглядывая в заплаканные глаза и сразу утопая в них.

Она смотрит на меня, шмыгая маленьким носиком, и выглядит сейчас такой невероятно беззащитной.

– Ты очень напугала меня сегодня, строптивая, – блуждаю взглядом по лицу.

– Прости… – шепчет опухшими губами.

Самыми сладкими во всем мире.

– Поцелуй меня, Джулиан. Прошу, – буквально умоляет.

Не став медлить, припадаю к мягким соленым губам и целую ее так бешено. Вкладывая в этот поцелуй, все то, что пережил сегодня. А еще благодарю ее за то, как она вела себя с моей матерью. Я не видел в голубых глазах ни капли осуждения или отвращения. Только горечь и печаль.

Жена начинает тихо постанывать и ерзать на мне теплой промежностью. Волна возбуждения накрывает сразу, и кровь приливает к члену. Рычу ей прямо в рот и углубляю поцелуй, сплетая наши языки. От нее просто невозможно оторваться. Она вся как наркотик. Афродизиак. Зависимость. Моя слабость. И мое безумие.

Подношу руку к завязкам на шее и развязываю их, освобождая полную грудь. Она прижимается упругими полушариями к моей груди и начинает тереться возбужденными сосками, заводя еще больше.

– Ммм…хочу тебя безумно… – рычу, прикусывая ее нижнюю губу.

– И я… – малышка приподнимается и начинает судорожно расстегивать ширинку моих брюк.

Достает налившийся ствол из боксеров. Сдвигает свои трусики в сторону и насаживается на меня сразу до самого упора. Член мгновенно захватывает во влажные, горячие тиски, и голова идет кругом от ощущений.

– Ох…дааа… – выдыхает вместе с моим глухим стоном.

Она начинает двигаться на мне без промедления. Берет инициативу в свои руки, и сегодня я готов отдать ей первенство. Жена буквально трахает меня, и я любуюсь подпрыгивающей перед моим лицом грудью.

Не выдержав, сжимаю оба полушария в ладонях и захватываю губами, начиная всасывать каждый розовый комок по очереди. Облизываю по кругу, кайфуя от звуков жалобных стонов скачущей на мне богини.

Эмоции зашкаливают. Сегодня все на пределе, и я очень скоро ощущаю приближение оргазма.

– Черт…я сейчас кончу, Русалка!

– Я т-тоже. Я уже…Аах!

Нас одновременно накрывает интенсивный оргазм, и это похоже на какое-то безумие. Несмотря на пульсирующую боль в плече, я прижимаю ее сотрясающееся тело к себе как можно ближе. Чтобы даже воздуха между нами не осталось. Зажмуриваюсь, хватая ртом воздух, ощущая, как пульсирующий член сильно сжимают упругие стенки.

Разве может быть так хорошо с одной женщиной?

Все еще находясь в ней, глажу жену по спине, кайфуя от нежности кожи. Русалка прижимается мокрым лбом к моему и пытается выровнять дыхание.

– Я люблю тебя, мой Дьявол, – хрипло шепчет.

В груди одновременно взрываются миллионы фейерверков, и я весь покрываюсь мурашками. По телу распространяется что-то необъяснимое и безумно трепетное.

– И я…люблю… – неосознанно вырывается из меня в ответ.

Наверно это и есть любовь, когда ты не можешь нормально дышать, смотря на человека. Когда не можешь не касаться его, если он рядом. Когда теряешь контроль от одного его запаха.

Я так тщательно избегал этого чувства. Не позволял себе даже думать об этом. Я жил в своей эмоциональной клетке, в которую самовольно посадил себя еще подростком и считал, что так правильно. Но судьба жестко ударила меня о землю в роли этой маленькой строптивой бестии, вывернувшей мое сердце наизнанку.

Не знаю, сколько времени проходит, пока мы так сидим. Я совсем не хочу ее отпускать. Но как назло, боль в плече начинает усиливаться.

– Русалка…ты могла бы…ммм…черт… – кривлюсь, сжав челюсть.

Не хочется показаться слабаком, но это и правда чертовски больно. Действие анестезии и так было мизерным. Я чувствовал буквально каждый стежок на своей коже.

– Что? – она резко отстраняется, беспокойно захлопав глазами. – Ой…прости, – поднимается с меня, поправляя белье и окончательно смявшуюся юбку платья. – Давай я помогу тебе раздеться и лечь в кровать.

– Я сам, – встаю и меня пошатывает.

Русалка сразу подлетает ко мне, пытаясь удержать мое огромное по сравнению с ее тело, и это выглядит так нелепо. Я вешу в два раза больше, если не в три.

Аккуратно убираю ее руки от себя, пытаясь снять штаны, чуть не завалившись на пол.

– Джулиан, брось геройствовать. Ты ранен, и я хочу помочь. Тем более это произошло из-за меня.

– Ладно. Валяй, Русалка, – сажусь на кровать, ощущая полнейший упадок сил.

Женя стягивает с меня штаны вместе боксерами и помогает лечь на подушку, накрыв одеялом. Глаза сами собой начинают слипаться, и веки становятся тяжелыми.

– Я принесу тебе таблетку обезболивающего, – слышу удаляющиеся шаги.

– Не нужно… – последнее, что произношу, перед тем как отрубиться.

***

Айрис

Четыре дня проходят с момента покушения, и все это время я безвылазно сижу дома, поскольку Джулиан поставил все мои выезды под полный запрет. Он так толком и не сказал мне, почему стрелок целился именно в меня, сказав лишь то, что я невестка Пенхази и, возможно, причина в этом. Джулиан тоже больше времени проводит дома, а если и выезжает, то делает это с целой толпой охраны. Каждый раз, когда он уезжает, я со страхом жду его дома, не находя себе места.

Сегодня, к счастью, он никуда не выезжал, но слишком долго засиделся в своем кабинете. Устав сидеть в комнате за обработкой фотографий, спускаюсь вниз и без стука вхожу, увидев мужа за рабочим столом, что-то сосредоточенно печатающего на клавиатуре ноутбука. Темно-русые брови нахмурены, чувственные губы сжаты в тонкую линию, холодный взгляд направлен на дисплей. Он никак не реагирует на мое появление и даже немного обидно. Он будто забыл про мое существование. Только ночью, когда он приходит в комнату, он становится по-настоящему моим Джулианом. Дарящим мне столько страсти и чувственности, от которых можно сгореть дотла. И именно это и происходит в моменты нашей близости. Мы сгораем в объятиях друг друга, как два обезумевших. Иногда кажется, что даже воздух вокруг нас воспламеняется, и я подумать не могла, что может быть так умопомрачительно с человеком. Даже не представляла, что я так сильно смогу кого-то полюбить. С Джулианом очень непросто, и я уже это поняла. Он пережил слишком много всего, и теперь я стала по-другому относится к некоторым его поступкам и действиям. Но я люблю его даже со всеми недостатками. Я готова пойти за ним на край света. Дышать с ним одним воздухом. И я уже совсем не уверена, что смогу учиться вдали от него.

Прохожу дальше в кабинет и подойдя к его столу, нагло закрываю крышку ноутбука.

– Какого хрена, Русалка? – заявляет, переведя на меня уставший взгляд.

– Такого, что тебе пора отдохнуть, и я соскучилась, – забираюсь к нему на колени, обняв за шею.

– Я отдохну, когда сделаю всю работу. Что касается второго варианта, ничем не могу помочь, – он произносит это с непроницаемой маской на лице, но обнимает меня в ответ, поглаживая большой теплой ладонью мое бедро.

– А кто же мне поможет, как не ты?

– Не знаю. Позвони подруге. Пусть она приедет и развлекает тебя.

– Не хочу. Я хочу провести время со своим мужем.

– У меня много дел, Русалка, – закатывает глаза.

– Отложи на потом.

– Нет, – внезапно поднимает меня и ставит на пол, скривившись из-за боли во все еще заживающем плече.

– Какой же ты брюзга! – не выдерживаю и не только из-за его упрямости, но и из-за того, что он будто намеренно причиняет себе боль.

– Новое слово в твоем лексиконе ругательств в мою сторону? – снова открывает ноутбук, чем еще больше злит меня.

– Неужели нельзя быть нормальным человеком? – из меня так и рвутся возмущения, но он сам виноват.

– Не пытайся идеализировать меня, Русалка. Чтобы потом слишком сильно не разочаровываться, – выдает обидные слова, от которых грудь сдавливает и на глаза наворачиваются непрошенные слезы.

Это все проклятый ПМС!

– Да пошел ты! – выкрикиваю, и развернувшись на пятках, направляюсь из кабинета.

Не успеваю открыть дверь, как меня резко разворачивают и припечатывают к двери.

– Какая сраная муха тебя сегодня укусила, Русалка? – испепеляет ледяным взглядом.

– Никакая. Отпусти меня, – шмыгаю носом, посмотрев на него сквозь пелену слез.

Закатывает глаза к потолку и звучно выдохнув, снова возвращает на меня заметно изменившийся взгляд.

– Что ты хотела? – даже голос звучит мягче.

– Провести с тобой время.

– Я не самый лучший собеседник. Ты же знаешь.

– Я и не прошу со мной разговаривать. Давай посмотрим какой-нибудь фильм в гостиной. Закажем пиццу и поджарим попкорн.

– Может, я просто трахну тебя разок, и ты сразу успокоишься? – опускает руку на мою промежность, надавив на чувствительный бугорок.

– Нет! У меня месячные, – пытаюсь убрать его руку, но он не дает мне этого сделать.

– Считаешь, меня может это остановить? Я не брезгливый, Русалка, – нагло ухмыляется, начиная массировать меня, и наклоняется для поцелуя.

– Нет, Джулиан, – уворачиваюсь от его губ, как бы ни хотела. – Мы и так все время занимаемся сексом. Сегодня я хочу просто провести время вместе.

– Лааадно, – убирает руку и отходит от меня.

– Отлично, – не могу сдержать улыбки, и он качает головой.

Быстро делаю заказ пиццы по телефону, который привозят через пятнадцать минут. В запасах кухни нахожу пакет с попкорном и разогреваю его в микроволновке. Джулиан помогает принести в гостиную пепси и тарелки.

Размещаемся на большом диване, и я включаю телевизор, начиная искать, какой фильм посмотреть.

– Может, у тебя есть варианты? – обращаюсь к мужу, расслабленно развалившегося на мягкой спинке дивана.

– Я не смотрю телевизор, – пожимает плечами.

– Может раньше тебе нравился какой-нибудь фильм?

– Я всегда предпочитал книги.

– Уф…ладно. Сейчас найду что-нибудь, – на глаза попадается фильм «Турист» с Анджелиной Джоли и моим любимым актером Джонни Деппом в главных ролях, и я решаю, что это неплохой вариант.

Но уже спустя пятнадцать минут просмотр фильма превращается во что-то непонятное, когда Джулиан начинает отпускать саркастические фразочки, от которых я чуть не давлюсь пепси. А на сороковой минуте фильма мой живот уже готов лопнуть от смеха.

– С тобой невозможно смотреть телевизор, – держусь за живот, вытирая с уголков глаз скопившиеся слезы.

– Хм…я же говорил, что предпочитаю книги, – закидывает в рот горсть попкорна.

Не знаю, что на меня находит, но я придвигаюсь и обнимаю его, уткнувшись носом в шею. Он сразу обнимает в ответ, забирая в плен сильных и теплых объятий.

– Русалка?

– М?

– Мне понравилось проводить время вместе, – внезапно выдает.

– Мне тоже, – улыбаюсь, ощутив маленький момент счастья, который наверняка навсегда отпечатается в моей памяти. – Джулиан?

– М?

– Я не хочу уезжать.

– О чем ты?

– Я про учебу. Не смогу находиться так далеко от тебя.

– Ты уверена, Русалка?

– Уверена.

– Я рад это слышать.

– Правда?

– Да. Ты нужна мне здесь.

– Я люблю тебя, – шепчу, прильнув к нему сильнее.

– И я тебя, – целует меня в лоб.

Фильм идет уже где-то на фоне, и мы больше не обращаем на него никакого внимания.

– Может, мы все-таки поднимемся в душ, и я трахну тебя? – раздается в тишине и из меня вырывается смешок.

– Ты ненасытный, ты знаешь об этом?

– Ничего не могу с собой поделать, когда твои шикарные сиськи прижимаются ко мне.

– Потерпишь пару дней.

– Еще чего, – резко поднимается и подхватывает меня, перекинув через плечо.

– Джулиан, отпусти! – визжу, заливаясь хохотом.

Пытаюсь брыкаться. Бью ладошками по спине.

– Отпущу после пары оргазмов, – шлепает меня по ягодице.

Больше не сопротивляюсь, зная, что с удовольствием дам ему то, что он хочет.

В тот момент я даже не подозревала, что меня ждет дальше…