ГЛАВА 20

Терри

Я едва держалась на ногах после бессонной ночи. Мне так и не удалось вернуться, и я переживала за Лию. Но в ушах до сих пор стоял тихий крик Харли. Виделась яркая вспышка в момент выстрела. Если бы не Харли Райт, меня, возможно, уже не было бы в живых. Он рискнул своей жизнью и сам едва не погиб, защищая. Чувство вины не уходило. Хорошо, что все обошлось без особых последствий.

Полночи больницу штурмовали навязчивые журналисты. Но их заставили уйти. Исковерканная новость о покушении на сенатора тут же разнеслась по всем каналам, преувеличивая факты. Там же рассказывали о моем романе с гонщиком на файркарах, обсуждая наши отношения. Но никто из них не знал, какой ценой мне они дались на самом деле. Наверняка у нашего отеля ситуация была похожей. Я просто не стала спрашивать об этом Отиса, который находился со мной, так и не уехав после того, как служба спасения доставила сюда Харли.

Ужас, что я пережила сегодня, дал мне новый толчок. Нужно, во что бы то ни стало, разобраться, кому я так мешаю и где находится мой отец, похитители которого не вышли на связь. Того, кто стрелял в Харли, тоже не поймали.

Стэн ждал меня в холле. Увидев, что я выхожу, он поднялся с кресла и подошел, покачав головой.

— Терри, нужно отдохнуть и поесть. Мы выставим у больницы охрану. Никто сюда не проникнет. Наймем еще людей.

— Согласна. Только выбери лучшее охранное агентство. И проверь, чтобы никто из сенаторов не имел к нему отношения. Стэн, а где вещи Харли? Мне нужен его комм. Он просил.

— Терри… Эмм… Я тут проверил… Вы в курсе, что аппарат Харли имеет высокую степень защиты? Я уже говорил об этом. Но хочу сказать: там напичкано гораздо больше функций, чем кажется на первый взгляд. На кого Райт работает? На Организацию?

— Дай сюда! — гневно взглянула я на Стэна. — Он же у тебя, верно? Какая разница, на кого работает Харли. Он спас меня. Ты сам это сказал. И пострадал именно он. Даже если за ним кто-то стоит, они заинтересованы в моей же безопасности.

— Хорошо, если так, — покачал головой Стэн, а затем вытащил из кармана куртки коммуникатор и подал его мне. — Нам нужно вернуться. Ваша дочь там одна. Сами знаете…

Мог бы и не напоминать! Я и сама прекрасно помнила о том, что Лия в опасности, да и не видела меня уже сутки. Харли придется пробыть несколько дней в клинике, а мне нужно вернуться в отель. Через неделю снова будет заседание, для которого стоит подготовить речь, хотя напишет ее Лекс — это его забота.

Я заставила себя выпить кофе, что принес Стэн. Еда пока не лезла, да и не хотелось перекусывать на ходу. Перед тем, как мы улетим, я собиралась пообщаться с доктором и узнать, все ли в порядке с Харли. Доктора пришлось ждать недолго. Вскоре я находилась в его личном кабинете. Я подняла глаза, внимательно слушая заключение.

— Что сказать… Живучий парень, — протянул медработник, включив голографическое изображение обследования Харли. — Ведь не первый раз попадает в передряги. У него столько скрытых швов! Его уже латали, делали пересадку кожи, в том числе на лице.

— Разве? — удивленно произнесла я. — Почему же этого не видно?

— Так не рассмотришь. Все швы удачно залечены снаружи. Только вот здесь, — указал он на область груди, — и здесь остались тонкие полоски. Но на скинресейшене прекрасно видны следы десятков операций.

Он сменил тему, рассказывая о лечении Харли, а я задумалась и будто не слышала доктора. Многое из того, что я узнала сегодня, наводило на странные мысли.

Не мог ли Харли работать на ОГБ? Почему скрывает от меня свое прошлое? Откуда узнал, что произойдет выстрел?..

Все догадки перемешались. И я поняла: мне действительно нужен отдых. Как только я разберусь со своими делами, вернусь в клинику и поговорю с Харли. А пока стоит подумать о Лие и о том, как лучше организовать нашу охрану.

***

Разобравшись со своими проблемами и пробыв с Лией несколько часов, я снова попросила Стэна проверить охрану. Я не стала отказываться от участия в следующем заседании. Это означало бы, что я сдаю позиции. И вполне могло бы статься, что не только активы «Хард Техноложис» играют в этом покушении свою роль.

На несколько часов мне удалось забыться тревожным сном, в котором я снова видела преследующий меня кошмар. Как же хотелось забыть все! Я снова и снова чувствовала свою вину за то, что терпела вытворяемое Шелом. Будто это я была виновата в его извращенных фантазиях.

Ведь я могла сбежать, сделать запись-доказательство, которую потом предъявила бы в суде, могла забрать дочь. Но не поступила так. Почему? Я и сама не знала. Все надеялась, что он сможет измениться. Изменился бы? Вряд ли. Вполне возможно, что в один из таких дней он просто перешел бы все границы и убил меня, поддавшись своему помешательству. И я все равно рисковала…

Как ужасно, что из-за тайн, которые он скрывал, опасности подвергаются жизни моя и моей дочери. Это словно замкнутый круг, который как ни крути, не найдешь конца. Но Харли со своими способностями мог разорвать его, превратив в прямую линию. Вот только чем это обернется для меня?

Уже поздно вечером я снова летела в клинику. Мне нужно было увидеть Харли. Я не могла не полететь, несмотря на то, что над городом нависли тучи. Небо стало тяжелым, темно-серым, словно грязный бетон. И так же давило на мысли. А где-то там, в стороне от города у подножия гор, собирался грозовой фронт. Я сидела в кабине тяжелого бронированного флайера и думала над своим положением. Впереди находился Стэн, который теперь не отходил от меня ни на шаг. Наш летательный аппарат окружали четыре флайера охраны. Как будто целая летная эскадра сопровождала важною персону.

Харли не спал. Он уже ждал, ведь я предупредила его о предстоящем визите. Когда вошла, он сидел на кровати, уставившись в небо, и наблюдал за разгулом стихии. На колени была наброшена простынь, а из-под нее выглядывали босые ноги. Повязку на ране ему сменили. Она скрывала часть его спины и руку до локтя, перебрасываясь на грудь. Я не хотела бы видеть, что там под ней. После процедуры в кабине регенерации и курсе инъекций с поддержкой для организма рана должна была значительно затянуться. Хорошо хоть обошлись без пересадки кожных покровов.

— Как ты? — обронила я, остановившись у дверей, будто боялась подойти.

— Я не должен находиться здесь. Достаточно было бы еще одной процедуры — и я вернулся бы к тебе. Зачем лишнее лечение?

— Доктор сказал, останутся шрамы, — вспомнила я.

— Плевать на шрамы. Ты понимаешь, что тебя могут убить? — Его глаза недобро сверкнули, и он поманил меня к себе.

Я шагнула навстречу, и Харли поймал мою руку, притянув. Я оказалась между его ног. Здоровой рукой он прижал меня, держась за талию. Его готова уткнулась мне в грудь. Я осторожно пригладила чуть взъерошенные темные волосы.

Только что я осознала одну вещь — новую для меня, непривычную мысль, которая отчетливо звенела в голове.

Я боялась потерять его. Это был страх, несравнимый ни с каким другим.

Сладкий тянущий страх, приправленный горчинкой влюбленности.

Я действительно испугалась, что он исчезнет из моей жизни и может пострадать из-за меня, оставшись рядом.

Этот страх рушил последние барьеры между нами. Я хотела остановить миг, когда мы просто находились рядом. Пусть он получал наслаждение от моих страхов, но выступал гарантом того, что они никогда не станут реальностью. И это сложное чувство было невозможно объяснить простыми словами.

— Терри, скажи, о чем ты сейчас думаешь? — рыкнул он, подняв голову, и притянул мой затылок, чтобы впиться в губы поцелуем.

— Это так важно? — улыбнулась я после серии сорванных им кратких поцелуев.

— Это было вкусно, — прищурился он. — Возможно, так сложились обстоятельства. Но страх — то, что нас сейчас объединяет. Сегодня он особенный. Впервые чувствую такое изысканное сочетание. Поэтому и спрашиваю, о чем ты думаешь.

— Не надо, Харли. Пожалуйста… — проговорила я, пока он запустил свои пальцы мне под тунику, а оттуда вниз, поглаживая чувствительный треугольник между ног. — Харли… Мы же в клинике. Прошу…

— Так никто и не войдет, — медленно проговорил он, но мне удалось вырваться и отступить на пару шагов назад. Он поднялся следом, и я увидела, что на нем надеты облегающие белые нательные штаны из одежды, что я оставила ему перед вылетом в отель. — Я бы с удовольствием поиграл с тобой в погоню, Терри. Но боюсь, сегодня не выйдет, — добавил он низким голосом, от которого по коже побежали мурашки.

— Любишь ролевые игры, Харли? — осведомилась я.

— Догадливая. Но не просто ролевые игры. Такие, в которых ощущаешь всю палитру чувств. Все, как наяву. При этом никакой настоящей боли или ран. Только игра эмоций и воображения.

Я смутно догадывалась, что он имеет в виду. Но глядя в его горящие глаза, понимала: он не шутит. На что еще он способен?

В памяти снова вставал мой кошмар, и я вдруг поняла: эта игра может стать не приятным развлечением, а чем-то реально жутким. Мы просто стояли друг напротив друга, не разрывая мысленного контакта. Харли внезапно нахмурился и остановился, чуть поморщившись от боли, схватился одной рукой за плечо.

— Ладно… Перейдем к делу. Вчера я говорил с Лексом насчет Шела. Лекс Брикман подтвердил, что Шел частенько общался с кем-то по вечерам. И этот кто-то может пролить свет на вопросы твоей безопасности, поскольку знает больше нас о делах Шела Элисона. Анализируя картинки, которые смог увидеть у тебя в сознании, я пришел к выводу, что эти разговоры пару раз совершались при тебе. В тот момент ты находилась под действием препарата, блокирующего твою активность. Но твой мозг работал, хоть и в другом режиме. Ты просто не хочешь вспоминать, что было дальше, Терри. Ты заставила себя забыть это. А я хочу достать то воспоминание из архивов твоей памяти. Ты меня понимаешь?

— Н-не совсем, — процедила я. — Поясни.

— В тот вечер, накануне убийства, Шел с кем-то говорил. В твоих воспоминаниях фигурируют два разных человека, но меня интересует лишь тот, последний, который прольет свет на обстоятельства. Я могу восстановить ту картинку по мелочам в твоей памяти. Но для этого придется воссоздать все моменты, начиная с начала, с того мига, как Шел вколол тебе препарат. И не просто воссоздать — принять в этом участие. Только так я могу произвести реалистичное изображение и сам увидеть эту картинку.

Я остановилась у окна, по которому с другой стороны уже барабанили тяжелые капли дождя. Прижалась к стеклу спиной и просто смотрела на лицо Харли, пытаясь осознать, о чем он мне толкует. Это уже начинало выходить за пределы безопасной игры. И я не представляла ее последствий.

— Терри, слушай меня внимательно. Компания на орбитальной станции у Логерона поставляет сплавы, используя добытые в ядре планеты элементы, бывшему сопротивлению. Твоя компания, права на которую вот-вот достанутся вам с Лией. Твоего отца похитили с целью запугать тебя, а еще для того, чтобы убрать следующего по очереди наследника. Но я надеюсь, что он жив. Он знал о «Хард Техноложис», из-за этого он и вынудил тебя выйти замуж за Шела. Он понимал, что в конечном результате вам достанется больше, чем ты можешь себе представить. Но твое возвращение в политику сломало кому-то планы.

Сглотнув, я подняла голову, пытаясь расставить все точки над «i». Харли сделал шаг навстречу и остановился рядом. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга молча.

— Говори дальше, — попросила я, пересилив свой страх.

— В деле не замешан твой друг, Даккор. Его подставили, как и тебя. Он просто болван, не замечающий махинаций за спиной. В это пытались втянуть твоего мужа, но он либо отказался сотрудничать, либо пригрозил, что сделает все по-своему. Его деньги были вложены в общее дело, он подставил Брикмана, но надеялся вернуть их, а потом решил выйти из этой игры. И его убрали свои же. В день, когда в здание Сената региона слетелись гости, кто-то из людей, имеющий доступ к дверям, помог проникнуть туда человеку в маске с оружием, который и убил Шела. Причем показательно, чтобы другие не дергались и продолжали действовать по указке того, кто все затеял. И Роман Риген работает на этого человека.

Харли отдышался, а его рука приподняла мой подбородок, не допуская, чтобы я отвернулась, заставлял слушать вещи, не укладывающиеся в голове. Я вздрогнула и глубоко вдохнула, немного приходя в себя.

— Это новая волна сопротивления, не так ли? Но ведь наш регион всегда был частью Альянса.

— Не забудь про Фарсайд, который находится за вами. Именно туда поставляют металлы. И дело не только в «Хард Техноложис». Это лишь одна из нитей. Но не самая последняя. Между двумя регионами ведется теневой денежный оборот. Потому как системы Спектрума, Ахернара и прочих находятся на пути к Земле. Вы для них словно щит. Именно поэтому выбрали тех, кто здесь управляет — ваших сенаторов, которые гонятся за наживой, не понимая, в какой опасной игре участвуют. Но сами политики Фарсайда полностью подчинены Альянсу — там, в основном, стоят их люди. Поэтому я склонен думать, что здесь замешано личное, не касающееся того региона в целом. Саммерт, о котором сказал тебе Кроу, и есть вероятный преступник. Но он мог сменить не только имя, но и внешность. И он — кто-то из твоего круга общения. Роман еще не выдал себя. Пока шло заседание, мне пришлось немного погулять по архивам. И там кто-то был… Вероятно, это именно тот, кто и впустил в зал наемника. И кажется, убрать у отеля собирались не тебя.

— Кто-то хотел убить тебя? — шепотом спросила я.

— Я не знаю, кто был мишенью. Ты или я. Но Саммерт уже знает, что на него начата охота, и хочет избавиться от тех, кто может что-то знать. А теперь к делу. Я не останусь в клинике надолго. Еще два сеанса по регенерации, третий — уже подстраховка. Я заставлю провести их в течении двух дней. Этого достаточно. А потом вернусь к тебе. Если кто-то хотел избавиться от моего присутствия, сильно удивится. Возможно, мы испортим этим планы тому самому Саммерту, кем бы он ни был.

— Ты знаешь, что опасно проводить три процедуры по регенерации подряд, — нахмурилась я, протянув руку к лицу Харли — холодному и безразличному внешне, будто маска скрывала его истинное обличье.

— Не опаснее, чем то дерьмо, в которое ты вляпалась, — отмахнулся Харли. — Знаешь, как лечили солдат во время войны за независимость колоний? Они часами лежали в регенерационных кабинах с большой скоростью восстановления организма, чтобы оттуда снова лететь в бой. Я не видел, но мне немного объяснили политику. Альянс не мог терять время, не было возможности постоянного пополнения частей на дальних окраинных планетах. Поэтому выжимали все силы из тех, кто оставался в живых, чтобы бросить на новую операцию. И поверь, не медкабина их убивала.

— Ты рассказываешь ужасные вещи, Харли. Это риск. Что дадут нам те четыре дня?

— Многое. Например, кто-то не рассчитывает на твое присутствие на заседании. А еще то, что я быстрее смогу узнать правду от тебя. Понимаешь, о чем я, Терри? — Голос Харли затихал, и я видела, как при всей его показательной выносливости, он едва стоит на ногах. Видно, действие обезболивающего препарата ослабевало, и ему снова становилось плохо.

— Тебе не стоило подниматься, нужно лечь. Позовем врача, — испуганно произнесла я.

— Хорошо, я лягу, — согласился он. — Но ты дослушай меня до конца.

Я проводила его до постели. Он глухо застонал, опускаясь на белоснежные простыни больничной койки, принимающие форму его тела. Я нажала кнопку вызова медперсонала и присела рядом. Обдумывая сказанные им слова, я молча наблюдала, как входит дежурный, жилистую руку Харли охватывает браслет, подключая его к приборам, а в вены вливается прозрачная жидкость анестетика.

Харли становилось лучше. Глаза чуть посветлели, возвращая привычный ярко-голубой оттенок. Он повернулся, глядя на свой коммуникатор в специальном пластиковом держателе у кровати. Что он там просматривал? С кем общался? Откуда у него столько информации? Как он узнал обо всех этих вещах?

У меня к нему было не меньше вопросов, чем задал он мне перед тем.

Дождавшись, пока мы снова останемся одни, я сжала его ладонь, будто передавала свою энергию этим контактом. Во рту появилась та самая горечь от страха потери для меня этого странного человека, к которому я испытывала одновременно влюбленность, желание и ужас от осознания его сил.

— Терри, сделай одну вещь, — наконец-то попросил он. — Опровергни слухи журналистов о покушении. Скажи, что будешь на следующем мероприятии. Потом прими предложение Торндайка. У него отличная охрана особняка, и мы будем в относительной безопасности. А я попытаюсь договориться со Стэном, чтобы проследить за Романом после того, как ты объявишь то, что я сказал.

— Это все? — улыбнулась я одними уголками губ.

— Нет, — перехватил он мою руку. — Как только мне станет лучше, я выберусь отсюда, и мы попробуем восстановить все твои воспоминания. Так нужно, пойми. Ты сильная и выдержишь. Ты снова будешь в том же самом состоянии, только я сделаю это без препаратов, сам. Понимаешь?

Я уставилась на Харли, пытаясь понять, что он имеет в виду. Неужели его способности настолько сильны? Да как это вообще возможно?!

— Ты хочешь трахнуть меня, изображая Шела? — с удивлением выдала догадку.

— Именно так. Это единственный известный мне способ создать полную иллюзию того вечера. Нужен энергетический контакт. Ты понимаешь, что это значит, Терри? — повторил он. — Я никогда и никого не предупреждал. И не хотел делать это снова. Слишком много проблем. Но я хочу, чтобы ты сама дала мне согласие, осознав степень своего страха и риска.

— И часто… эмм… ты это делал с другими? — Я запнулась. Одно дело рассказывать, вспоминать обрывки картин из своего кошмара. А другое — попасть в него наяву. — Сколько таких было у тебя? И главное — зачем?

— По делу — ни одной, — мрачно сообщил он. — Исключительно моя прихоть. И я считал, что избавился от этого наваждения, будто от одного из своих пристрастий. Но я не могу… — Его рука крепко сжала мне запястье, а голубые глаза, не отрываясь, смотрели на меня. — Ты же знаешь, что я постоянно сдерживаю себя. Но я боюсь снова попасть в эту зависимость, упасть в новую пропасть, из которой больше не смогу выбраться. Как только почувствую вкус тех эмоций, я могу сорваться. Если ты согласишься, ты должна пообещать мне одну вещь…

— Какую? — прошептала я, будто наш разговор мог кто-то слышать. Да его сочли бы полным бредом.

— Ты не станешь винить меня. Ты будешь делать все, что я скажу. Потому как даже получив свою порцию эмоций, я буду думать о тебе и о деле. Я могу стать совсем другим. И ничего не смогу с этим поделать. Но я все равно буду тебя защищать.

— Как ты стал таким?.. — Я положила вторую руку поверх его, заглядывая в холодные глаза и пытаясь разгадать секрет. — Скажешь?

— Это не я стал. Меня таким сделали, вставив в мозг гребаный чип, который изменил мои потребности. А дальше… Сыграла роль некая безнаказанность. Я мог позволить себе все, что мне хотелось. Но теперь ситуация совсем иная. Мы разберемся, что происходит в твоей жизни. А мою трогать не станем. Хорошо?

— Кто это сделал? — одними губами, почти беззвучно спросила я.

— Какая разница? — Его голос понизился, перейдя в хриплый шепот. — Эти люди давно мертвы. Нет смысла обсуждать то, что уже не изменится. Тебе придется принять меня таким, какой я есть.

— Так я и пытаюсь… Это категоричное решение или я могу еще подумать? — спросила на всякий случай.

— Это нужно тебе самой. Не летай ко мне. Ты только зря подвергаешься опасности. И охрану убери. Я в состоянии сам постоять за себя. А лучше инсценируй, что меня перевели в другую клинику или вовсе забрали отсюда. Стэн придумает, как это сделать. Но оставайся в отеле. Мы вместе отправимся к Торндайку, как только мне станет лучше. А перед тем ты дашь мне свой ответ. Взвесь перспективы «за» и «против». Ты же политик.

— Хорошо, обещаю подумать, — рассеянно произнесла я, освободила свою руку и поднялась, направляясь к дверям.

Что-то в моей голове не укладывался весь этот процесс. Я сама отыскала Харли Райта на гонках, которые посещаю уже пару лет. Я сама решила найти дополнительную охрану. Спровоцировала на сексуальные отношения. А теперь внутри такое чувство, будто это меня поимели. И я, сама того не зная, засунула голову в петлю, медленно затянувшуюся на моей шее, а скоро и вовсе не смогу вырваться из этого плена. Но Харли не собирался задерживаться у меня. Он не раз это повторял. Что же, я обдумаю его предложение.