24.2

– Что ты говоришь такое, мать? Кира – принцесса! Брак с ней никак не может быть пустым! – возмутился Дориан на удивление логичным восклицанием.

– Принцессой она стала позже. Ты забыл, ПОЧЕМУ отец велел вас обвенчать?

«А вот и скандал», – я медленно вдохнула и потянулась пальцами к ножу Балтуса, которым он только что резал омлет.

Но тут…

Младший сын семейства заговорил, привлекая к себе всеобщее внимание.

– Не это сейчас должно нас беспокоить. У нас есть куда существеннее проблема.

Все замерли.

Я тоже.

– Сын? – Маркел свёл брови к переносице.

Балтус показательно шумно вздохнул.

– Изара.

Дориан засмеялся, отхлебывая из бокала.

– С каких пор ты начал переживать о ком-то?

Маркел посуровел сильнее, собираясь отчитать своего наследника-пропойцу.

– Переживания здесь не при чём. Разврат в исполнении высокородной аристократки обязан стать наказуемым… – взгляд, брошенный сыном на мать, даже меня пробрал до нутра. Элиана же заметно побледнела. – Но это не значит, что какой-то солдафон смеет указывать нам! Отец, мы вообще будем что-то делать с этим? Мы просто обязаны поставить генерала Арундела на место.

– Но как? – изумил всех Маркел своим вопросом, заданным с заметным отчаянием.

Балтус медленно растянул губы в улыбке – такой угрожающе-хищной, что я вздрогнула и крепче сжала ложку правой рукой.

– Мы похитим Изу. Втроём. И отправим её туда, куда ты, отец, изначально намеревался отправить сестрицу. Прикажи заложить экипаж. Возьмём несколько верных стражей и уже сегодня выкрадем Изару.

«Все трое покинут замок?! Ха! – Моя левая рука медленно отодвинулась обратно. – Отличный шанс перетрогать личные вещи Балтуса прямо в его спальне!»

Взяла вилку и махнула лакею, чтобы он заменил одно блюдо на другое.

Внутри разлилось подзабытое чувство облегчения.

Я с преувеличенным интересом ковырнула вилкой нежнейший паштет из перепелиных яиц. Внутри меня всё пело от настороженной, но всё-таки радости.

План Рейвена обещал сработать сам собой! Разве не радость? Балтус, этот скользкий змей, сам подставился. Какую бы цель гадёныш ни преследовал, он предоставлял нам отличную возможность заглянуть в его Поток судьбы.

«Втроём», как же! Я ни секунды не верю в эту «родственную» сплочённость. Бал определённо что-то задумал! И я уже сегодня узнаю, что именно! Дорога до монастыря длинная, лес густой... У нас с Рейем будет целая тонна времени, чтобы детально изучить все возможные разветвления будущего!»

– ...и тогда мы вернём ей подобающий статус, – продолжал тем временем Балтус, его голос был медовым, обволакивающим. Он мастерски играл роль заботливого сына и брата. – Никто не смеет указывать роду Криос. Генерал Арундел зашёл слишком далеко. Мы должны показать силу нашего имени.

Маркел слушал его, и с каждым словом плечи герцога расправлялись. В его глазах, потухших после провала помолвки, снова разгорался огонь тщеславия и гордыни.

Элиана сидела неподвижно, словно ледяная статуя, лишь её пальцы, сжимавшие салфетку, побелели от напряжения.

Она словно знала цену этой «заботы».

А ещё прекрасно понимала, что монастырь Святой Розы сейчас однозначно под присмотром генерала Итана. Это крепость, а не пансионат для капризных девиц. Попытка силой забрать оттуда дочь равносильна объявлению войны короне.

Дориан же просто пил.

Как всегда.

Его, казалось, вообще не волновало ничего, кроме уровня вина в бокале и моего присутствия справа.

Но я всё же заметила, как он бросил быстрый, оценивающий взгляд на Бала.

В этом взгляде не было братской любви – там плескалась смесь раздражения и беспокойства.

Балтус всегда был умнее, хитрее. И сейчас он вёл игру, где все остальные были пешками – Дориан это чувствовал на глубинном, животном уровне.

– Это безумие, – тихо, но твёрдо произнесла герцогиня, нарушая воцарившуюся после слов сына паузу. Её голос звенел от плохо скрываемого опасения. – Маркел, ты слышишь себя? Похитить собственную дочь из-под охраны королевских гвардейцев? Нас обвинят в государственной измене!

– Молчать! – рявкнул герцог, ударив кулаком по столу так, что зазвенела посуда.

Я вздрогнула вместе со всеми, но тут же натянула на лицо маску испуганной покорности.

– Моя дочь находится там незаконно! Этот солдафон удерживает её силой! Мы возвращаем своё! Это наше семейное дело!

«Семейное дело… Как же!» – мысленно усмехнулась я, отправляя в рот кусочек тоста. Продолжала жевать, делая вид, что внимательно слежу за разворачивающейся драмой, но мой разум уже был далеко. Он просчитывал шаги.

Как только они уедут...

«Мне нужно будет действовать быстро. У меня будет всего несколько часов, пока Грета отвлекает стражу, а Рейвен следит за воротами. Мне нужно попасть в спальню Балтуса. Коснуться чего угодно: его расчески, постели, вещей из гардероба... Что угодно, что хранит отпечаток его ауры. Рейвен сказал искать лазейки. Что ж, я найду их. Я должна увидеть, что именно он задумал. Должна узнать, насколько реальна угроза того видения, где он убивает Рейвена!»

Страх никуда не делся. Он холодным комом сидел внизу живота.

Всегда. Со временем лишь усугубилось с моей влюблённостью в мага Веридана.

«Войти в логово зверя добровольно – то ещё испытание. Но другого шанса может не быть. Если Балтус почуял что-то неладное и стал таким осторожным, значит, времени осталось в обрез».

– Решено, – Маркел поднялся из-за стола, его решение было окончательным. – Выезжаем через час. Соберите отряд из самых верных людей. Тех, кто умеет держать язык за зубами.

Тут взгляд задержался на магах-рабах жены.

Балтус перехватил этот взгляд, подозрительно оживляясь.

– Оставь их в крепости, отец. Здесь остаётся самое ценное – наши женщины. Рабы под клятвой – то, что надо, чтобы мы не беспокоились в дороге.

Маркел посмотрел на Балтуса по-новому.

Я бы сказала, «с гордостью».

– Молодец, сынок. Кажется, неделя в темнице пошла тебе на пользу. Ты… повзрослел.

Балтус склонил голову в знак согласия, пряча торжествующий блеск в глазах.

Дориан презрительно поджал губы, поднимаясь следом за отцом.

– Кажется, мы спешили? Или будем обмениваться и дальше комплиментами?

– Нет. К делу! – приказал Маркел, покидая трапезную первым.

– Дорогой… постой… – герцогиня поспешила за мужем, пытаясь догнать его.

Братья обменялись достаточно холодными взглядами и пошли следом за родителями.

Завтрак закончился.

Семейство Криосов начало собираться на свою самоубийственную миссию. А я, проводив их взглядом, медленно отложила салфетку.

Мой собственный план начинался прямо сейчас. Я поднялась из-за стола, чувствуя, как внутри нарастает знакомое напряжение перед прыжком в неизвестность.

Время игр в кошки-мышки закончилось.

Начиналась охота.