Глава 26. По стопам дочери…

Маг сделал шаг вперёд первым, увлекая меня за собой в логово зверя, и закрыл дверь. Не без помощи своих отмычек.

– Пусть лучше будет закрыто, – Рей поморщился и огляделся.

Я тоже принялась внимательно изучать обстановку балтовских покоев.

Воздух здесь был сухим и пах дорогим парфюмом с нотками сандала и чего-то горького — запах хозяина.

Аромат был настолько насыщенным, что мне даже как-то не по себе стало. Словно Бал где-то рядом…

— Действуй быстро, — шепнул Рейвен, становясь у двери на страже. — Коснись чего угодно: подушки, гребня для волос... Без разницы. Необходимо поскорей покончить с этим. Мне здесь не нравится.

Я кивнула и сделала несколько шагов к кровати Балта. Простыни были идеально заправлены — ни единой складки.

На прикроватном столике стоял серебряный кувшин с водой и стакан.

Я колебалась секунду: что выбрать? Подушка хранит отпечаток сна... но гребень или стакан хранят отпечаток прикосновения более чётко.

Мой взгляд упал на массивную трость из тёмного дерева с серебряным набалдашником в виде волчьей головы. Она стояла в углу у камина. Никогда не видела её у Бала, но… она показалась идеальных объектом для активации дара.

Я быстро пересекла комнату и схватила трость обеими руками. Закрыла глаза.

И мир взорвался калейдоскопом видений...

Картинки хлынули бурным потоком.

Как всегда, наблюдала за хозяином будущего со стороны.

Я увидела Бала, взвешивающего серый порошок в мутной дымке. Мужчина что-то бормотал себе под нос – не разобрать, но его довольный вид был пугающе отталкивающим, поэтому ничего положительного для нас в этом разветвлении будущего не предполагалось.

Затем видение стало чётким. Ночь. Замковая кухня. Дориан ест жареного каплуна... и засыпает прямо за столом. Утро. Солнечный луч падает на лицо Дориана. Он просыпается, пытается встать, но его тело не слушается. Он бледнеет, хватает ртом воздух. Хрипит. Пытается позвать на помощь, но из горла вырывается лишь слабый сип. Он умирает долго, мучительно, в полном одиночестве, отравленный собственным ужином.

Я уже видела, как Балтус отравляет Дориана, но это было немного иначе – через вино.

Отпечаток ауры в трости иссяк, поэтому я потянулась к гребню младшего Криоса, чувствуя, что стоящее видение ещё не пришло.

Поток хлынул мощной волной.

И он потряс меня до глубины души!

Я лежала в постели Балтуса... под ним! И стонала от наслаждения, пока его бёдра вбивались между моих ног до упора.

Лицо Бала, обычно холодное и бесстрастное, сейчас было искажено животной жаждой. Пот катился по его торсу, блестел на широкой шее. Он схватил мои руки, заломив их над головой, и с силой прижал к подушке, требуя рыком:

– Проси меня о боли! Давай… Требуй сделать тебе больно!

Если бы я имела в этих видениях собственное тело, то от ужаса прикрыла бы лицо руками, не желая видеть эту гадость! Такого будущего я не желала даже под страхом смерти!

Но та версия меня, которая с придурочной улыбкой смотрела на Балтуса снизу-вверх, была неестественно довольна всем происходящим.

– Да… мой господин… Сделайте мне больно!

«Да пошёл ты к чёрту!»

Я рывком отшатнулась, впервые разрывая видение прежде, чем оно закончилось.

Тяжёлое дыхание и испуг сыграли надо мной злую шутку – если бы Рейвен не поддержал меня, упала бы.

– Что ты видела? – голос любимого звучал напряжённо.

– Кошмар и ужас! Он как-то собирается одурманить меня, Рей! – выдохнула с ужасом.

– Да, – через плотно стиснутые челюсти ответил Рей, с брезгливостью бросая шёлковый платок Балтуса. – Я увидел это. Тёмная магия. Этот сосунок сварил по запрещённым, утерянным рецептам подчиняющее зелье. Относительно недавно. Поэтому ходит такой довольный.

– Что же делать? – прошептала онемевшими от страха губами.

«Стать тупой безвольной марионеткой в руках садиста-извращенца?! Лучше умереть!!!»

Шагнув назад, уперлась задницей в крепкий дубовый стол.

Коснулась его рукой и… потерялась в мощном, самом ярком потоке за эти три месяца пребывания здесь!

Я оказалась в просторной господской спальне, куда ворвался Маркел Криос.

А на кровати в это время Элиана кувыркалась со своими магами-рабами, хотя невольниками Пьер и Томас не выглядели. Оба мага довольно улыбались, хищно обмениваясь не совсем добрыми взглядами. Я бы сказала, мстительными.

«Что вообще происходит?! Когда это случится?»

Я растерянно заозиралась, пока уличённая в измене Элиана ползала на коленях перед орущим Маркелом. Как он лютовал! Его лицо меняло краски невероятно быстрым образом: от бледно-зелёного до насыщено-фиолетового! Почти радуга-дуга!

А за деревянной ширмой с растительным орнаментом и золотой канвой самодовольно улыбался… Балтус.

– Ахххрргрр… – Маркел схватился за грудь и упал на пол.

– Милый! О, Духи небесные!!! – завизжала Элиана, пытаясь удержать герцога. – ПОМОГИТЕ!

Ухмылка Балтуса стала ещё шире.

Шагнув назад, он оставил мать биться в припадке над отцом, который явно получил сердечный приступ.

Ничего из этого не занимало Бала.

Он удалился так же незаметно, как и появился – через тайный ход.

Несколько поворотов, которые я была вынуждена «пройти» с хозяином этой ветки будущего, и мы с Балом вышли в той комнате, в которой только что видели Роуз.

Когда Балтус вошёл в свою комнату, я, не понимая, уставилась на этого мерзкого слизняка.

Бал подошёл к картине, отодвинул её, и перед моим взором предстала глубокая ниша в стене. Вся она была забита разного размера и цвета пузырьками.

Но не это сбило меня с толку – ага! Больше, чем увиденная недавно сцена!

Под кроватью Бала я увидела себя!!! Точнее кончик ботинка, который тут же пропал, едва я охнула.

– Вот и славненько, – пропел бессердечный мерзавец, прикрывая тайник и выходя из комнаты, каким-то удивительным чудом так и не заметив, что находился здесь не один.

Видение резко оборвалось, и я с ужасом уставилась на Рейвена.

– Что? – маг с тревогой в глазах вглядывался в меня, крепко держа за плечи.

Пространство разрезал крик:

– ПОМОГИТЕ!

Я вздрогнула, оживая и наполняясь первобытным ужасом.

– Быстро!!! Сюда!

Схватила Рея за шиворот и потащила под кровать, чувствуя, как кровь стынет в жилах.

– Кира…

– Тихо! Балтус идёт сюда!

Невозможным перекатом оказалась между ножками просторного ложа и с беззвучным рыданием дёрнула опешившего Рейвена на себя, чтобы помочь любимому протиснуться с его богатырскими габаритами под проклятой планкой.

Секунды отделяли нас от провала…

Но мы успели!

Прижавшись друг к другу, замерли в ожидании чудом полученного видения.