26.2

Дверь, которую Рей (Слава Богу!!!!) предусмотрительно запер, бесшумно отворилась, и в комнату неспешно вошёл Балтус.

Я не видела его лица, но точно знала, что это он, проживая видение будущего теперь уже под другим ракурсом.

Что говорить? Поджилки тряслись.

Даже близость Рейвена слабо помогала.

Казалось, чуть разожму челюсти, и они начнут громко стучать зубами от внутренней дрожи.

Меня в этом моменте пугало всё!

«Как выбираться? Почему они вообще так рано вернулись, если человек Рейвена сказал, что Криосы в какой-то там таверне ожидают окончания бурана?! И… если герцог с Балтусом здесь, то где Дориан? А хуже всего… раз у Маркела случился сердечный приступ, все члены семьи должны явиться как минимум в большую гостиную, а меня на месте нет! Там Грета!!!»

Ботинки Балтуса замерли возле кровати – в шаге от моего лица.

Руки Рея напряглись на моей талии.

Помня о ботинке, который отчётливо было видно от стены, куда сейчас пойдёт Бал, чтобы открыть сейф, я медленно подтянула ноги к животу, чтобы не издать ни звука.

Шумный вдох мага за моей спиной без лишних слов призвал замереть, что я и сделала.

Звук отодвигаемой картины проехался по моим нервам, как вилка по пустой тарелке.

Я крепко зажмурилась, понимая, что сейчас от меня мало что зависит.

Пока Балтус довольно потирал руки, точно маньяк переставляя один за другим пузырьки с зельями, в коридоре творилось что-то невообразимое.

Рыдания Элианы я слышала отчётливо.

Потом разного рода брань, выплюнутая разъярённым голосом герцога Маркела, который, судя по всему, «оклыгал», тоже летела во все концы замка.

Гомон слуг, чей-то тяжёлый бег – в общем, суета сует!

Когда дверь в комнату Балтуса распахнулась, я решила, что это кто-то из старшей прислуги прибежал сообщить «сыночку» о том, что его отцу стало плохо.

– Всё… Быстро за мной, – дёрнул Рейвен, выбираясь из-под кровати первым.

Оказалось, что это Балтус вышел, а не кто-то вошёл.

Почти не думая, я рывком выскочила из укрытия и побежала за своим подельником.

Возвращение через тайный ход пролетело, как во сне. Мы буквально летели по тесному тоннелю переходов.

– Что ж вы так долго?! – воскликнула Грета, чьё лицо напоминало призрак. – Почти три часа вас ждала!

Дориана, слава Всевышнему, в комнате не обнаружилось.

– Быстрей! – шикнул Рей, срывая с меня одежду под ошеломлённым взглядом гувернантки.

Впрочем, женщина быстро пришла в себя, слушая мои сбивчивые объяснения, поэтому ловко подхватила эстафету у мага, натягивая на меня длинную ночную рубашку.

– Кыш отсюда, Ваша Светлость, – Грета махнула рукой, как только я нырнула под одеяло и опустила голову на подушку.

Рей быстро ретировался в тайный проход с моими «шпионскими» вещами.

Несколько пассов руками – и свет в комнате погас, оставляя гореть лишь глаза леди Дион.

– Я к себе. Если что – зови меня. Возможно, этот скандал обойдётся без нас… – Грета по-матерински чмокнула меня в лоб, вряд ли даже осознавая этот жест, после чего скрылась в своей комнатушке.

Я повернулась на спину и выдохнула в потолок.

«Какой же Балтус мерзкий! Настоящее чудовище…»

Сердце всё ещё колотилось где-то у самого горла, отбивая бешеный ритм, который никак не желал успокаиваться. Адреналин медленно покидал кровь, оставляя после себя звенящую пустоту и противную мелкую дрожь во всём теле.

«Как же я ненавижу его...» – мысль была острой, как лезвие кинжала, которым он так любил играть в моих видениях.

Перед глазами снова и снова прокручивалась недавняя жуткая сцена. Я словно опять вернулась туда, под кровать.

А видение?!

Видение было пугающе чётким.

«Надо запомнить на будущее: чем ярче картинки будущего, тем ближе его исполнение!»

Я судорожно втянула воздух, пытаясь прогнать липкий ужас, сковавший грудь.

Тишина комнаты давила на уши.

Где-то далеко, в другом крыле замка, всё ещё раздавались приглушённые звуки суматохи: чей-то топот, неразборчивые крики, но главное – этот невыносимый, надрывный вой Элианы.

Герцогиня оплакивала своего мужа? Или свою власть? Или страх перед будущим?

По большому счёту мне было плевать. Её фальшивый спектакль – ожидаемый результат, к которому она сама себя привела. Однако кое-что всё-таки облегчало душу – то, что в этот раз не с нашей лёгкой подачи произошёл этот кавардак.

«Почему они вернулись?» – этот вопрос бился в моей голове набатом, заглушая все остальные мысли.

Человек Рейвена был абсолютно уверен.

«Предательство? – От этой мысли меня прошиб холодный пот. – Нет-нет, агентам Рея можно доверять. Они лучшие. Тогда что? Может, Маркелу стало плохо уже по дороге? Но зачем тогда тащить с собой одного из сыновей обратно в замок? И почему Балтуса, ведь к Дориану герцог проявлял заметную лояльность?»

И тут меня осенило новой волной паники, от которой свело живот.

«Балтус! Что, если он изначально планировал провернуть это?! Хотел выставить мать развратницей и… и что?»

Я сжала кулаки под одеялом так сильно, что ногти впились в ладони.

Боль отрезвляла. Помогала думать.

«Нужно мыслить логически. Балтус создал какое-то принуждающее зелье – это сказал Рейвен. Пока я "просматривала" будущее социопата, он увидел это в его недавнем прошлом. Вспоминаем то, как «я» из видения кувыркалась в постели Балтуса, умоляя о боли, чего не приемлю, можно сделать несложный вывод: это зелье недоносок собирается использовать на мне. Использовать, когда?! Явно после аннуляции нашего с Дорианом брака. Я – принцесса, пусть и названная. Удерживать меня против воли нельзя, поэтому младшенький Криос скорей всего планирует принудить меня к браку. Опять, ха! Криос другой, а методы те же… Только вот "маменька" не даст своего благословения. Своё мнение обо мне она чётко высказала в очередной раз, за завтраком. Ни это ли толкнуло Балтуса к действию? Логичнее всего, но как же жутко! Если я права, то получается, что для Балтуса семья вообще ничего не значит. Он готов "пройти по голове" родной матери! Это реально страшно. Он ещё хуже, чем я о нём думала!»

От всех этих мыслей голова шла кругом.

Я перевернулась на бок, подтянув колени к груди, пытаясь стать маленькой-маленькой, незаметной точкой в огромной кровати.

Темнота больше не пугала, она стала укрытием.

Здесь, в тишине, я могла позволить себе слабость. Могла признаться самой себе, насколько я напугана.

Я играла роль робкой, покладистой принцессы, но всегда знала, что внутри – кремень! А сейчас… сейчас как будто маска поглотила меня, окутывая теми чертами характера, которые мне были не свойственны. Сейчас я чувствовала себя хрупкой девчушкой, окружённая монстрами в человеческом обличье.

«Нет! Я – не такая! Соберусь вопреки всему! Впереди бой за свободу. Пусть Балтус внизу сейчас ликует, радуясь тому, какой он умный и предусмотрительный. Пусть он думает, что переиграл всех. Думает, что его планы идеальны. Но он ошибается. Я не позволю ему выиграть. Ни ему, никому другому! Я выжгу это гнилое гнездо дотла. Даже если придётся пожертвовать остатками своих нервов и душевного покоя. Цена свободы высока, но я готова её заплатить. Я должна. Ради той девочки Киры, которую затоптали. Ради себя. И ради Рейвена, который сейчас наверняка сидит в своей комнате и точно так же пытается успокоить дыхание, глядя в темноту.

С этими мыслями, тяжёлыми, но придающими решимости, я наконец закрыла глаза. Собиралась воспользоваться тем, что меня не посчитали нужным втягивать в творящийся за дверями беспредел.

Но сон не пришёл.

Лишь с рассветом пришла светлая мысль: «До аннуляции осталась неделя!»