Глава 30. На острие ножа

Вопреки ожиданиям, утро я встретила в малой гостиной, пытаясь разобраться в счетах замка, которые принес управляющий.

Даже чуть расслабиться успела, мечтая младшего Криоса сегодня не увидеть вовсе, однако – ха-ха-ха! Как бы не так!

Едва время приблизилось к завтраку, дверь распахнулась.

– Доброе утро, моя принцесса, – Балтус добродушно улыбнулся, подходя ближе и всматриваясь, как опытный охотник на свою добычу. – Ты выглядишь усталой. Эти бумажные дела…

– Доброе утро, – тихо ответила я, не поднимая головы. Вдруг стало страшно встретить его взгляд.

Рейвен, стоящий у окна, замер, точно статуя.

«Надо было Грету с собой брать, а не оставлять в комнате…»

– Чем обязана?

– Я подумал, что тебе нужна помощь, – молодой лорд обошёл стол и встал за моим плечом.

Я почувствовала запах его парфюма – горьковато-сандаловый аромат власти.

Испугалась, что он может быть тоже ядовит для сознания, поэтому в первые секунды затаила дыхание. Только по истечению их сообразила: «Нет. Не может Балтус использовать их в качестве личных духов – это приведёт к его собственному дурману. Букет цветов – это одно, а собственный парфюм – совсем другое».

Глубоко вздохнула, переворачивая страницу.

Собрала волю в кулак и подняла взгляд на Бала, позволяя притворно-нежной улыбке растянуться на моих губах.

– Спасибо, конечно, но документация не вызвала у меня затруднений. Я уже справилась с отчётом для герцога. И даже составила сметы покупок для следующей недели.

– Хм… поразительно. Я думал, что управление таким замком – непосильная задача для хрупкой девушки. Особенно когда супруг ведёт себя как свинья.

Его рука легла на спинку моего стула, опасно близко к моему плечу.

– Я взял на себя смелость пригласить портниху из города. Она привезла образцы тканей и пару готовых нарядов. Тебе нужно выбрать новое платье для завтрашнего заседания комиссии. Дориан ведь не озаботился твоим гардеробом, верно? Ты должна блистать, чтобы заткнуть за пояс всех этих старых лордов. Ты же… хочешь этого? – с нажимом спросил Криос-младший. – Я, например, очень хочу…

«Вот оно! – обрадовалась я. В особенности тому, что проверкой Балтуса стал такой незначительный приказ. – Но как же реагировать на него правильно?»

Лихорадочно соображая, решила вести себя так же, как Дориан вчера.

Я медленно отложила перо и встала, уставляясь в одну точку.

– Конечно… Грета поможет мне.

– Ваша гувернантка – чудесная женщина, но она ничего не смыслит в высокой моде Эльдарии, – парировал Балтус, наклоняясь ниже. Его шепот обжёг ухо. – Я просто хочу помочь тебе выглядеть достойно. Чтобы комиссия увидела, какую драгоценность упускает дом Криосов.

«Ох! Поторопилась я с благодарностями к небу!» – мысленно содрогнулась, понимая, куда клонит этот гад.

– Хорошо, Балтус…

Мужчина выпрямился. Окинул меня долгим, оценивающим взглядом и продолжил шептать, чтобы Рейвен его не слышал.

– Ты же не будешь против, если я поприсутствую на твоей примерке? Портниху я предупредил – она будет держать язык за зубками, если не хочет лишиться ни того, ни другого… Только скажи своему псу уйти… например, отправь его в город – в ювелирную лавку. Пусть купит тебе жемчужное ожерелье и заколки для волос. Ты же хочешь этого?

Внутри всё сжалось, сопротивляясь этому, но я ответила то, что от меня ожидали услышать:

– Хорошо. Рейвен…

Морталис, услышав моё поручение, нахмурился, но спорить не посмел – его обычная линия поведения. За три месяца все жители замка знали, что сэр Эр говорит мало.

Только уходя, Рей бросил на меня тревожный взгляд, но дверь закрыл тихо.

– Следуй за мной, – приказал довольный Балтус, уже не скрываясь. – Не будем отвлекать твою гувернантку… пусть дышит ароматом моих цветов. – Тут его голос поник до едва слышного бормотания, но я сумела его разобрать, обладая прекрасным слухом. – Может, получится даже на магиню повлиять…

Мы поднялись на второй этаж и прошли в южное крыло, в котором сейчас обитали только Балтус и Дориан.

Бал завёл меня в ту гостевую, через которую мы проникли с Рейвеном в покои садиста и чуть не попались!

Молоденькая швея уже находилась в комнате. Девушка сидела на стуле, бледная, как Смерть. Завидев нас, подхватилась и низко поклонилась… Балтусу. Бедняжка дрожала, как осиновый лист.

– Ггг…господин?

– Приступайте к примерке. Моя дорогая сестра разрешила мне поприсутствовать, да, дорогая?

– Дааа, – заторможено протянула я, изо всех сил пытаясь справиться с внутренней дрожью.

– Эм… – глаза помощницы модистки увеличились вдвое, но она поспешно опустила их в пол, разворачиваясь к кровати, на которой разложила ранее три невероятно красивых платья. – Прошу за ширму, госпожа…

– Нет, – остановил Балтус её суетность, осклабившись. Он не торопясь поднялся со своего места, обошёл замершую швею и остановился прямо передо мной, отрезая путь к спасительной ширме. Его улыбка стала шире, обнажая ровные зубы, но в глазах плескалась лишь холодная, расчётливая тьма. – Раздевай её здесь. И одевай… Медленно.

Я застыла, чувствуя, как кровь отливает от лица.

Сердце, только что колотившееся в горле от страха, теперь, казалось, остановилось вовсе, а затем забилось с такой силой, что этот стук отдавался в ушах оглушительным набатом.

Я не могла позволить себе вздрогнуть или отшатнуться. Любое проявление слабости сейчас было бы фатальным. Я должна была стать куклой. Бездушной, покорной марионеткой.

– Да, господин, – мой голос прозвучал глухо и безжизненно, словно принадлежал не мне.

Я заставила свои губы изогнуться в пустой, механической улыбке и сделала шаг к девушке.

Швея издала тихий, испуганный всхлип.

Её руки, державшие вешалку с платьем из струящегося серебристого шёлка, мелко дрожали. Она переводила обезумевший взгляд с меня на Балтуса и обратно, не зная, что делать. Ей было страшно не меньше моего. Видимо, слава младшего Криоса в народе передавалась из уст в уста. Одно её неверное движение, один осуждающий взгляд – и она могла разделить судьбу тех несчастных, о которых я старалась не думать.

– Ты слышала приказ, – лениво протянул Балтус, садясь на мягкий стул, откидываясь на спинку и закидывая ногу на ногу. – Не заставляй меня повторять дважды.

Швея отложила наряд и приблизилась ко мне на ватных ногах.