Глава 43

Я зашла в ванную, открыла кран с теплой водой и негромко включила любимую музыку на телефоне. Бабушка очень увлеченно смотрела какой-то новый сериал у себя в комнате, так что можно было со спокойной душой насладиться минутами, посвященными расслаблению и обращению к себе. С моей любовью к воде и спа-процедурам эта психологическая техника для восстановления ментального равновесия работала с удвоенной эффективностью.

Конечно, малюсенькая ванная со старой плиткой, местами облезлой краской и дешевой сантехникой совершенно не походила на то, что было на фотографиях у девочек в соцсетях, да и классных ароматических штук, бурлящих шариков и волшебных солей из Мертвого моря я так и не купила, потому что свободные деньги уходили на другие вещи, но расслабиться, успокоить нервишки и поухаживать за собой имеющиеся условия не мешали, пусть все происходило и без особой эстетики. Хотя нет. Эстетика бедности присутствовала.

Зачетная неделя позади, до экзаменов оставалось еще немного времени, так что об учебе пока можно было не беспокоиться. Стоя в душе и втирая в кожу невероятно приятно пахнущий скраб для тела с клубникой, который мне подарила Маша, я и правда думала лишь об ощущениях и аромате, пыталась душой прочувствовать заботу о себе, чтобы получить необходимый релакс. Но непослушные мысли постоянно стремились ускакать куда-то вообще не туда, стоило лишь чуть-чуть отпустить сознание «на волю». В основном в голову лезла семья и Олег, но не положительные моменты, а страхи и переживания. Однако тело в любом случае расслабилось под струями теплой воды, а это уже психосоматика, да и время наедине с собой не могло не пойти на пользу.

Промокнув свежевымытые и мягкие после маски волосы полотенцем, я обмотала его вокруг груди.

До Нового года осталось совсем мало дней, почти все подарки, а именно для Маши, бабушки, мамы и тети Инги были уже куплены, с Настей и Аленой договорились не обмениваться, но Олегу я так ничего и не выбрала. Это оказалось проблемой. Что может подарить девушка с ограниченным бюджетом мужчине, у которого вроде как все есть? Ничего, кроме тупой шутки, в голову не шло.

Мы не виделись всего день, а я уже ужасно скучала по своему мужчине. Сейчас он должен был работать и хотя бы мысленно уже паковать чемоданы в командировку.

Протянув руку, я достала с полочки сыворотку для лица, которую теперь почти каждый вечер наносила под увлажняющий крем. Мне очень нравился ее травяной, лесной запах с нотками чего-то медицинского, но совсем не резкого.

Все эти процедуры с телом натолкнули на размышления о том, что рано или поздно у нас с Олегом все дойдет до чего-то большего — такого пугающего, но с каждым днем все более желанного и с моей стороны тоже.

Встав перед зеркалом, я взбила руками мокрые волосы и постаралась взглянуть на свое лицо чужими глазами.

Я симпатичная?

Наверное, на этот вопрос смело можно было ответить «да».

Я красивая?

А вот тут уже спорно.

Я эффектная?

Точно нет.

Оставалось успокоить себя тем, что Шефера устраивает и симпатичность. Хотя его взгляд нередко заставлял чувствовать себя вполне красивой…

Миловидное лицо, хорошие, густые волосы — тут все окей, а вот дальше… Пальцы коснулись края полотенца и замерли в нерешительности — было сложно заставить себя снять его и внимательно взглянуть на тело. Однако, вздохнув, я все же потянула махровую ткань за угол, и она соскользнула вниз, оголяя меня перед суровым и критичным взглядом девушки из отражения.

Я бросила полотенце на корзину с грязным бельем и внимательно уставилась на картинку в зеркале. Рамки в питании и увеличение активности и правда дали свои плоды, мерзкой жировой прослойки стало меньше. Интересно, что других девочек с нормальным или полненьким телосложением я считала вполне красивыми и привлекательными, как и худышек со спортсменками, но вот свои «лишние складочки» принять не могла.

Пальцы аккуратно коснулись ключиц. Эта зона, как и плечи, меня устраивала, а вот рукам было бы здорово еще похудеть и получить хоть какие-то мышцы. Дальше ладонь соскользнула к груди. Слишком маленькой и не самой удачной формы. Когда Олег видел меня в бюстгальтере с пушапом, все было чудесно, даже в одной футболке — приемлемо, но от мысли раздеться перед ним совсем становилось страшно.

Живот и бока схуднули, но жир все еще оставался. В одежде все это тоже выглядело нормально, но полностью без нее…

Я попыталась окинуть свое тело взглядом Шефера, понять, что бы он подумал, увидев меня обнаженной. Вряд ли ему бы понравилось, ведь у самого-то тело шикарное, накачанное, безупречное.

Ноги устраивали меня наполовину: до колена все окей, а вот состояние бедер явно оставляло желать лучшего. А еще проклятые волосы в разных местах, которые я самостоятельно удаляла дома, соответственно, неидеально. Ужас какой-то. Ничего не имела против волос на чужих телах, но не на своем.

Я резко отвернулась от зеркала, становясь к нему спиной, и снова обернула полотенце вокруг груди. На глаза навернулись слезы, обладающие привкусом отчаяния.

«Хочет, пусть спит с кем-то еще, я даже открыто ему об этом скажу, разрешу! Но меня он такой не увидит ни за что! Сначала зал, диеты, накоплю на хорошую эпиляцию, куплю нормальный лосьон, буду массаж сухой почаще делать и, может, к лету подумаю о чем-то. Но это уродство он не увидит!» — с агрессией подумала я, резко стерев скатившуюся слезу.

А потом выдохнула. Действительно ли мое тело так уродливо, а Олег так же требователен и придирчив, как и я к себе?

Внезапно я осознала, что в близости меня пугал не только сам процесс, но и необходимость продемонстрировать любимому мужчине свое тело. Причем с первой частью дела обстояли даже попроще из-за уверенности в Шефере, а вот с комплексами стоило разобраться как-то самой.

Успокоившись, я вернулась к уходовым процедурам. Оставался один день, чтобы купить подарок Олегу на Новый год, если я хотела поздравить его перед праздником. Вроде мы должны были встретиться до его отъезда.

Маша наконец-то вернулась домой и была относительно свободна, так что после моей поездки в магазин мы планировали увидеться и поболтать. Сколько же всего хотелось обсудить!

Несмотря на минутную слабость, когда внутренние демоны овладели разумом в момент разглядывания своего тела, чувствовала я себя хорошо, в животе не переставали порхать бабочки, стоило лишь подумать об Олеге. В дом благодаря ему, в частности, снова вернулся покой, а предстоящий праздник даже в двадцать лет дарил ощущение чуда и сказки. Вот только… в глубине души все же жило неприятное ощущение, что это ненадолго, что случится еще что-то плохое, но я постаралась заглушить его, задвинуть подальше, просто убеждая себя, что оно возникло лишь потому, что в счастье всегда сложно поверить.

* * *

Пришлось довольно долго бродить по торговому центру, выбирая Олегу подарок, так как идей по-прежнему не было. Немного раздражало огромное количество покупателей в магазинах, что вполне понятно и ожидаемо в преддверье Нового года. Постоянно толкающиеся, спешащие или, наоборот, излишне медлительные люди подбешивали, выводя из состояния душевного равновесия. Через пару часов подарок я все же купила, оставалось только заскочить в магазин с товарами для дома за коробкой. Складывать презенты в коробочки мне нравилось гораздо больше, чем в пакеты, и предварительно я обычно все заворачивала в красивую бумагу — в этот раз для Олега выбрала крафт с минималистичным рисунком, а вот для Маши — яркую, красную, с новогодними узорами.

До встречи с подругой было еще достаточно времени, так что, приехав домой, я закрылась в своей комнате и занялась упаковкой, негромко включив на телефоне сериал, но скорее для шума на фоне, чтобы не сидеть в тишине, чем для осознанного просмотра. Пришлось несколько раз вставать с дивана и подскакивать к столу то за ножницами, то за скотчем, то еще за чем-то — какая-то я была несобранная. Свернув теплый бордовый свитер из очень приятных ниток, который купила в популярном сетевом магазине с хорошей, но доступной одеждой, я положила его на светло-коричневую бумагу и аккуратно завернула. Пришлось снова подойти к столу, чтобы взять степлер. Завязав красный бантик, чуть подтянула один край ленты, выравнивая размер ушек, и опустила свитер на дно коробки. Следующими на очереди был какой-то крутой и качественный кубик Рубика с красивыми пластиковыми гранями. Его я тоже обернула в крафт и завязала поверх ленточку, после чего отправила в коробку, а вместе с ним — мыло моей ручной работы. Взяла самое красивое из всей «партии». Две плитки шоколада упаковывать не стала, положила их просто так, а вот книгу, которую выбрала по аннотации из раздела с новинками, тоже аккуратненько завернула в бумагу. Закрыв коробку, перевязала ее все той же красной ленточкой и поставила в шкаф — подальше от бабушкиных любопытных глаз.

С подарками для других близких людей получилось справиться гораздо быстрее — старалась я не меньше, но над упаковкой так не тряслась, не пыталась сделать все суперидеально, как для Олега.

Вечером мы наконец-то пересеклись с Машей. Она сделала мне новый маникюр — новогодний. Особенно прикольно смотрелись ногти на безымянных пальцах: красные и белые полоски ассоциировались с конфетками из фильмов. У подруги в жизни продолжалась самая настоящая неразбериха. Она оставалась в отношениях с придурком-Артемом, но продолжала общаться с золотоволосым Ярославом. То ли подобие стокгольмского синдрома, то ли просто нездоровая привязанность Маши очень пугала, я искренне не могла понять, почему она не может бросить своего Темочку и начать встречаться с Яриком, который явно ее зацепил. Я не могла понять, а она не могла объяснить. Наверное, потому, что сама толком не понимала.

— Ну, я люблю Тему… — сказала подруга, докрашивая мой ноготь. — В лампу.

Я аккуратно опустила руку, стараясь не задеть случайно лак, как уже было однажды.

— Больная какая-то любовь. Неужели ты не устала от всей той фигни, которая у вас в отношениях?

— Ты о чем? — сосредоточившись на другом ногте, уточнила Машка и немного нахмурила идеальные бровки.

— Сколько раз он тебе изменял? Сколько раз вы ссорились? А его постоянный абьюз? Неужели тебе это все еще не надоело? Он же не относится к тебе как к человеку. Хотя сомневаюсь, что он хоть к кому-то нормально относится…

— Ты плохо его знаешь, Лесь. Он не такой ужасный, правда.

— А как же Ярослав, Маш? — Я внимательно посмотрела на подругу, тон вышел каким-то отчаянно жалостливым.

— Ярик очень хороший, милый паренек. Вежливый, заботливый, даже временами романтичный, хотя иногда и резковатый. Мне нравится с ним общаться, но люблю-то я Тему.

Мне нечего было на это ответить, хотя Маша наверняка все поняла по моему длинному и тяжелому вздоху.

Дальше мы обсуждали нас с Олегом, я рассказала подруге абсолютно все: и про Марину, и про Диму, и про маму с ее друзьями-алкашами. Немного затронула тему переживаний о своей внешности. К тому времени Маша уже закончила с маникюром, и мы отправились за кофе. Идти через парк даже вдвоем я отказалась, нападение, пусть и неудачное для преступника, отложило ощутимый отпечаток на психике, и заставить себя шагнуть на ту самую дорожку я не могла — дыхание моментально сбивалось, тело становилось каменным, все внутри леденело, возникал животный страх.

Подруга сочувствующе глянула на меня, сомкнула губы и возражать, конечно же, не стала. Мы пошли в обход.

В целом вся история с Олегом вызывала у Маши восторг, она постоянно довольно пищала, повторяла «как это мило», сжимая руки в кулаки, подносила их к лицу, радуясь за нас. Загоны на тему внешности мы обсудили лишь поверхностно — не было желания снова копаться в себе. После той недоистерики я успокоилась и относилась к ситуации уже не так категорично. Я не была готова раздеться перед Шефером, но и последним уродом себя все же не считала.

Очень радовало, что в нашем общении, в наших дружеских отношениях с Машей ничего не изменилось, хоть последнее время мы и мало коммуницировали, почти не виделись и лишь изредка списывались. Несмотря ни на что, мы оставались друг для друга близкими людьми, а это — самое важное.

* * *

Наступило двадцать девятое декабря — день отъезда Олега и наша встреча. Самое преддверие Нового года. Сидя в такси, я держала коробку с подарком на коленях и смотрела в окно. Было только около четырех часов дня, но на город уже опускались сумерки. Я разглядывала красиво украшенные улицы столицы, особенно мне нравились наряженные елочки. Ощущались предпраздничное настроение и легкая грусть. Очень хотелось отметить праздник с любимым, однако у судьбы оказались другие планы.

Когда таксист свернул к дому Олега, я отправила ему сообщение с текстом, что подъехала, а как только машина остановилась, поблагодарила водителя и, прижимая к груди коробку, выскочила на улицу, слишком сильно хлопнув дверью. Не было сил терпеть, хотелось скорее увидеться с любимым, и я побежала к подъезду.

У лифта стоял незнакомый мужчина, поэтому пришлось подняться на нужный этаж пешком по лестнице. Это здорово сбило дыхание, так что я решила постоять пару минут перед дверью, чтобы его восстановить, и только потом позвонить в звонок. Шефер открыл почти сразу.

— Привет, малыш, залетай, — поздоровался он и сделал шаг в сторону, пропуская в коридор.

— Здравствуйте, Олег Сергеевич. — Поставив коробку на тумбочку, я стала расстегивать куртку. Шефер закатил глаза.

— Надеюсь, это начало игры в преподавателя и студентку?

— Вообще-то, — одна нога освободилась, и ботинок упал на бок, — я и так твоя студентка, а ты мой преподаватель, не забыл?

Олег прижался плечом к стене и сложил руки на груди.

— Разве я мог? У тебя, кстати, скоро сессия, не забыла?

— Разве я могла?

Отставив обувь в сторону, я вымыла руки и, взяв коробку, снова прижала ее к себе. Шефер повесил мою куртку на вешалку и отправил в шкаф, после чего мы прошли в комнату. Там царил полнейший хаос — вещи были разбросаны по кровати, что-то валялось на полу, две футболки небрежно висели на спинке компьютерного стула, а в самом центре комнаты лежал раскрытый, но уже набитый одеждой, чемодан.

— Вещи собираешь?

— Да, уже почти закончил. — Одним движением он сгреб все с кровати, освобождая место.

— Когда ты вернешься? — Я аккуратно присела на краешек, продолжая держать коробку на коленях. — Еще не знаешь точную дату?

— Пока не знаю. Но точно к началу сессии. Решила, с кем и где будешь отмечать Новый год?

Очень хотелось «проверить» Олега, посмотреть на его реакцию, хоть это и нехорошо, так что я ответила:

— В компании друзей. У Яны. С ее друзьями, с Пашей…

Застегнув чемодан, Шефер разогнулся и посмотрел на меня, чуть нахмурив брови.

— С Пашей?

— Ну, друг Яны. Мой бывший парень, в каком-то смысле.

— М-м.

Он снова отвернулся, продолжая убираться в комнате. Выражения лица было не видно, так что мне не удавалось понять его эмоции.

— Не ревнуешь? — в итоге пришлось спросить напрямую.

— А должен?

— Нет, конечно, но мало ли…

— Лесь, — отправив оставшуюся одежду обратно в шкаф, Шефер подошел почти вплотную ко мне, — я достаточно уверен в себе. Это раз. — Поскольку я продолжала сидеть, обнимаясь с его подарком, взгляд Олега был направлен сверху вниз, и пришлось приподнять голову, чтобы видеть его лицо. — Я доверяю тебе. Это два. Ревность — тупое и разрушающее чувство. Хочешь отмечать с друзьями — отмечай. Хоть я и не в восторге от этой идеи, думаю, ты достаточно разумная девушка и знаешь, что делаешь и к кому едешь.

Он был прав. Нормальные люди — не дикие животное, а сложноорганизованные и развитые существа под названием «человек разумный», которые думают головой. А если мужчина или женщина думают мнимыми инстинктами, а не мозгами, то «пасти» их, следить за ними, контролировать жизнь, лишь бы избежать измены, смысла нет. Нужно строить здоровые отношения с адекватными партнерами, а не окунаться в мир животных. И доверие в паре должно быть — это же основа, фундамент, без которого ничего не получится.

Отставив коробку в сторону, я поднялась на ноги и обвила руками торс Шефера. Он вздохнул, крепко прижимая меня к себе в ответ.

— Вообще, я собиралась остаться с бабушкой, не поеду к Яне с Пашей. Просто хотела узнать, что ты скажешь. Извини…

— Окей.

Пару минут мы стояли и молча обнимались, Олег отстранился первым. Будь моя воля, я бы его вообще не отпускала. Вдруг возник яркий импульсивный порыв, заставив сердце биться чаще, а кровь прилить к голове. Обхватив Шефера за шею ладонями, я притянула его к себе и, запустив пальцы во взъерошенные волосы, впилась своими губами в его губы. От неожиданности он на мгновение замер, но, быстро оттаяв, стал активно отвечать на поцелуй. В следующую секунду мои лопатки уже прижимались к стене, а грудь касалась крепкой груди Олега. Тонкие домашние штаны совершенно не скрывали его возбуждения, и я отчетливо это чувствовала, пока наши языки быстро переплетались, время от времени разрывая контакт лишь для того, чтобы один из нас в порыве страсти куснул за нижнюю губу другого.

Ладони Шефера гуляли по моему телу достаточно свободно, однако лишнего себе не позволяли и скользнули на попу лишь тогда, когда я подняла ногу и обвила ею мускулистые бедра. Вырывающиеся сдавленные стоны заставляли Олега то превратить поцелуй в еще более яростный, то теснее прижать меня к себе.

Наконец, тяжело дыша, мы оторвались друг от друга.

— Ты меня с ума сводишь, Леся, — вздохнув, нарушил молчание Шефер.

Меня внезапно накрыло волной смущения, как обычно бывало после всех этих «приступов страсти», хотя напряжение внизу живота еще не отпускало. Вынырнув из-под руки Олега, которой тот оперся о стену рядом с моей шеей, я отошла на пару шагов в сторону, избегая его взгляда.

— Может, чаю попьем?

— Да, обязательно, только подожди… — Он развернулся ко мне, — ты что, опять смущаешься?

Я промолчала.

— Серьезно? — Его губы растянулись в улыбке, и я отвела взгляд в сторону. — Я в шоке. Сколько еще раз нам надо поцеловаться, чтобы ты поборола это смущение?

— Не знаю. Много. Мы как-то мало целуемся…

Шефер коротко посмеялся:

— Обожаю просто — стоит, смущается, но в то же время шутки такие шутит.

— А я и не шучу… — Поднять на него глаза пока не получалось.

— М-м. — Олег подошел ближе. — А что будет, если я, скажем, сделаю так?

Положив одну руку мне на талию, Шефер заставил сделать полшага к нему навстречу, после чего нежно дотронулся пальцами другой руки до шеи, и я тут же приподняла подбородок, чуть наклонив голову в сторону.

— Твое тело явно показывает, чего хочет. Хотя, может, ты делаешь это осознанно, — шепотом проговорил Олег. — Но я хотел кое-что другое.

Его пальцы проскользнули вниз по тонкой ткани черной кофточки и остановились на груди. Накрыв ее рукой, он слегка сжал ладонь. Продолжая смотреть в сторону, я прикусила губу и, кажется, немного выгнулась Шеферу навстречу. Он снова сжал мою грудь, но на этот раз сильнее. В ответ спина прогнулась уже заметнее.

— Посмотри на меня, — еле слышно попросил он.

Я отрицательно покачала головой. Продолжая держать одну ладонь на талии, Олег запустил другую руку мне под кофту и снова сжал грудь. Я надеялась, что он избавится и от моего бюстгальтера, но догадается сам. Попросить в открытую или просто сделать это я не могла.

— Лесь, посмотри на меня, пожалуйста. — Теплое дыхание обожгло ухо, по спине пробежали мурашки.

Выждав пару секунд, я все же перевела глаза на Олега, и наши взгляды пересеклись. Его ладонь продолжала гладить и сжимать грудь, а меня уже откровенно раздражал этот дурацкий бюстгальтер.

— Умничка моя.

После этих слов Шефер отстранился, и я тяжело вздохнула.

Он продолжил сверлить меня внимательным взглядом.

— Что-то не так? — спросила я.

— Все так. Думаю, оставить тебя в покое или еще помучить?

— И как же ты хочешь меня помучить?

— Хочу предложить теперь тебе сделать что-нибудь. Будем потихонечку учиться не стесняться.

— Что-нибудь — это что?

— Что хочешь. — Шефер игриво улыбнулся.

Набрав в легкие побольше воздуха, я проговорила на одном выдохе:

— Можешь снять футболку? Мне нравится твой пресс, хочу посмотреть.

Он усмехнулся и одним движением стянул с себя предмет одежды.

— Можешь не только посмотреть, но и потрогать.

Так я и сделала. Я медленно провела кончиком пальцев по контурам каждого кубика пресса. Даже легкое прикосновение к коже вызывало мгновенный отклик — мышцы под моей рукой напряглись. Продолжая изучать безупречный рельеф его тела, я положила ладонь на горячий живот, ощущая под пальцами твердые контуры. Затаив дыхание, следила за реакцией — и, заметив, как потемнели голубые глаза, осмелела. Рука скользнула выше, к груди, очерчивая линии мускулов. Желание поцеловать его не отпускало ни на миг. Отгоняя лишние мысли, я прильнула губами к шее Олега. На несколько мгновений замерла, вдыхая теплый, пьянящий аромат его тела, а затем слегка прикусила нежную кожу.

Шефер глубоко вздохнул, и его рука мгновенно сжалась на моей талии — твердая, уверенная. Этот жест сказал больше слов.

С трудом оторвавшись от него, я попыталась привести мысли в порядок. Сердце колотилось где-то в горле, а в голове звучал отголосок его прерывистого дыхания. Как же хотелось продлить это мгновение, но реальность напомнила о себе.

— Пойдем на кухню? — тихо предложила я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Олег кивнул, и мы двинулись в другую комнату.

Стеснение сошло вместе с возбуждением. Хоть к настоящей близости я была пока не готова, все равно хотелось большего — подольше потрогать его мышцы, покусать шею, поизвиваться под ним, пока он целует мою, тихонечко постонать, сжимая его бедра своими.

Прогоняя эти неловкие мысли, я встряхнула головой:

— Как на работе успехи?

— Нормально. — Шефер сделал глоток чая и медленно опустил кружку на стол. — Командировка, так называемая, покажет.

— А ты можешь подробнее объяснить, чем занимаешься? И зачем командировки вообще? Интересно.

Шефер откинулся на спинку стула и, постучав пальцами по столу, стал рассказывать:

— У нас бизнес в сфере образовательного и маркетингового консалтинга, а также мы запустили би-ту-би-консалтинг по системному маркетингу и продажам для среднего бизнеса. И это не настройка рекламы, а перестройка всей воронки: позиционирование, упаковка продукта, отдел продаж, аналитика, автоматизация. Я называю это маркетингом, который выдерживает проверку цифрами.

— Звучит так сложно… — поджала губы я и усмехнулась. — Можешь объяснить, что конкретно ты делаешь?

— Конечно. — Олег улыбнулся. — Если говорить о первом бизнесе, то мы с Русланом владеем небольшим маркетинговым агентством, специализирующимся на запуске и масштабировании образовательных и сервисных бизнесов. Те же онлайн-курсы, частные школы, клиники, айти-стартапы. Лично я разрабатываю маркетинговые стратегии, читаю лекции клиентам, — он ухмыльнулся одной стороной рта, — выступаю на закрытых мероприятиях. А Руслан в основном занимается управлением и продажами, контролирует команду, отвечает за контракты и деньги.

— А во втором бизнесе?

— В би-ту-би я веду стратегические сессии с собственниками, больше говорю на языке цифр, чем креатива, апеллирую к научному подходу: модели, — Шефер стал загибать пальцы, — исследования, гипотезы. Тут опыт преподавания очень помогает, так как приходится объяснять сложное и порой спорить с умными и скептичными людьми.

— Ладно, тут более-менее понятно, хотя и в общем виде, — я пожала плечами, — а командировка зачем? Куда ты вообще едешь?

— Сначала в Санкт-Петербург — там у нас ключевой клиент и потенциальный инвестор. Планируем открыть сеть частных школы с изучением иностранных языков. Есть шанс подписать контракт на год вперед, который может увеличить оборот бизнеса в два-три раза. Инвестор принципиально хочет личную встречу — человек взрослый, не признает онлайн-звонки. И встречу он хочет принципиально до конца года. Эксцентричный он мужчина…

Я улыбнулась, чуть склонив голову набок:

— У бизнесменов новогодние праздники — это не выходные дни, да?

— Абсолютно. — Шефер кивнул, и пара черных прядей упала ему на лоб. — А потом мы поедем в Нижний Новгород, там планируем запустить новое направление. Это тестовый город. Будем открывать там филиал клиента. Забавно, что наш региональный партнер — это мой бывший студент. Умный парень, но сомневающийся. Так что нужно либо убедить, либо отказаться от сотрудничества. И из-за других проектов важно сделать это сейчас. Если запуск не состоится в данный момент, то проект заморозится на полгода, и это ударит по моей репутации стратега. И знаешь, что я тебе скажу… — Олег внимательно посмотрел мне в глаза, в ответ я вопросительно приподняла брови. — Вполне вероятно, что эти поездки определят, кем я буду через год — преподавателем со второй работой или полноценным предпринимателем.

— А ты сам чего вообще больше хочешь?

— Как уже говорил, преподавание мне очень нравится, но… бизнес важнее и перспективнее.

— Я думаю, все сложится наилучшим для тебя образом. Я в тебя верю. И буду поддерживать, как смогу.

В глазах Олега заплескалось тепло. Перегнувшись через стол, он ласково поцеловал меня в волосы.

— Спасибо, милая. Есть еще вопросы по моей работе? — Он изобразил преподавательскую интонацию.

— Вопросов нет, — тихо отозвалась я.

— Тогда вопрос у меня к вам, Олеся. Коробка с бантиком — мне?

— Да, конечно. Это подарок на Новый год. Скромный, но все же…

— У меня тоже кое-что для тебя есть.

Встав из-за стола, Шефер скрылся в комнате и вернулся буквально через минуту с небольшим белым крафтовым пакетом и большой прямоугольной коробкой.

— С наступающим, малыш, — произнес он, вручая мне подарок.

Душу распирало от нежности и любви к этому человеку. Положив увесистую коробку на стол, я запустила руку внутрь пакета и первым достала небольшой конверт. В нем оказалась подарочная карта в книжный магазин на большую сумму.

— Спасибо большое, — улыбнулась я, заглянув в небесно-голубые глаза.

— Пожалуйста. Я знаю, что ты любишь читать, примерно знаю, что именно, но не знаю, какие книги у тебя есть, а какие ты хочешь. Выбери что-нибудь сама, хорошо?

— Да, хорошо, спасибо, Олег.

Дальше из пакета я вытащила прямоугольную коробочку, в ней оказалась очаровательная серебряная подвеска на цепочке. С одной стороны был изображен олененок, а с другой — трогательная надпись.

«Youre stronger than you think».

«Ты сильнее, чем ты думаешь». Это так… мило и… будто то, что мне нужно.

— Она очень красивая… — произнесла я, разглядывая украшение и чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. — Спасибо…

— Ты очень красивая, — тихонько отозвался Шефер.

В пакете еще оказалась открытка с щеночком голден-ретривера и надписью: «С Новым годом!» А от того, что Олег сам написал на обратной стороне, по моим щекам уже побежали слезы.

«Я желаю тебе обрести счастье и найти свой путь.

Ведь для себя я понял, что самое ценное — это не цель, а путь. С тобой.

Спасибо, что появилась в моей жизни.

С Новым годом, Олененок».

Я повторно перечитала фразу: «Самое ценное — это не цель, а путь. С тобой». И она эхом отозвалась в моем сердце.

Подняв на любимого полные слез и нежности глаза, я не знала, что ему сказать.

— Еще коробка, — тихо сказал он, смотря на меня с умилением.

Нащупав пальцами край красной бумаги, я потянула его, и упаковка с приятным звуком стала рваться, открывая моему взору белую коробку.

Белую коробку с ноутбуком от самого лучшего бренда.

Отойдя от стола на полшага, я ошарашенно уставилась на Шефера. Его губы расползлись в веселой улыбке.

— Олег… Что это?..

— А ты не поняла? Это последняя модель. Должен летать, и по весу не слишком тяжелый. Пригодится для учебы и хобби, возможно.

— Это слишком дорогой подарок… Мы же только начали встречаться… — сорвалось с губ.

— Какая разница?

— Спасибо большое, милый, — гладя кончиками пальцем коробку, произнесла я. — Спасибо… Такие чудесные подарки.

— Рад, что все понравилось.

Подойдя к Олегу, я забралась к нему на колени, и какое-то время мы просто сидели обнявшись. Прикрыв глаза, я наслаждалась приятным ароматом парфюма, теплом его тела и звуком дыхания. Хотелось сидеть вот так вот в его объятиях всю зиму.

— Спасибо большое за подарок, — повторила я, чмокнув Олега в губы.

— Пожалуйста, малыш.

— Теперь моя очередь!

Соскочив с колен Шефера, я сбегала в комнату и принесла коробку со своим подарком. Тепло улыбнувшись, он ловко развязал ленточку, откинул крышку и первой достал книгу.

— О, я хотел ее прочитать! Спасибо.

— Правда? — прищурившись, уточнила я.

— Да.

— Она из раздела новинок, предположила, что ты еще не успел ее купить. А по описанию это близко к тому, что пишет Севери Тумма, ты как-то говорил, что он тебе нравится.

Шефер поцеловал меня в щеку и с веселой улыбкой достал шоколадки. Кубик Рубика он оценил и оказался от него в восторге — сразу быстренько разобрал и ловко собрал белую грань. И мыло Олегу очень понравилось, он даже искренне удивился, когда узнал, что я сама его сделала.

— Такое красивое, аккуратное, запах потрясающий. Еще и упаковано так здорово. Ты просто умница, спасибо!

— Я очень рада, что тебе нравится.

Наконец Олег добрался до свитера. Развернув упаковку, он потрогал ткань обеими руками, после чего поднял вещь и внимательно посмотрел на нее.

— Такой классный! И цвет — что надо. И размер, кажется, прямо идеальный. Спасибо большое, малыш.

— Пожалуйста. Скромно это все, но я старалась выбрать то, что тебе понравится.

— Лесь, подарок просто отличный. Спасибо тебе, мне все очень нравится, у тебя потрясающий вкус, и ты внимательна к мелочам — это очаровательно. А еще ты так классно все упаковала. Ты умничка. Спасибо. Иди ко мне.

Я снова оказалась в теплых и сильных объятиях. На душе было так спокойно и светло, что мне хотелось бесконечно говорить о том, как я счастлива с Олегом.

Когда мы допили чай, прибрались на кухне и вернулись в комнату, оказалось, что меня ждал еще один сюрприз: большой плюшевый медведь гризли. Я снова чуть не расплакалась от милоты. Все это внимание, подарки были мне до невозможности приятны и трогали до глубины души. Я даже не знала, как реагировать.

До отъезда Олега оставалось еще несколько часов — он уезжал ночью, так что мы втроем: я, Олег и медведь валялись на постели и разговаривали. Разговаривали, правда, вдвоем.

— Он такой классный и мягкий, — в очередной раз, крепко прижав к себе игрушку и зарывшись носом в искусственный мех, произнесла я.

— Я уже ревную, ты его обнимаешь больше, чем меня.

Тут же отодвинув мишку, я забралась на Шефера и, опираясь руками на его накачанную грудь, прильнула к губам.

— Я буду очень по тебе скучать, — честно призналась я, разорвав нежный поцелуй.

— Я тоже, малыш. Прости, что приходится уехать.

— Все нормально. Это важная поездка. Я хочу, чтобы у тебя все сложилось, это же очень значимо для тебя!

— Спасибо, Лесенок. Позже мы обязательно съездим куда-нибудь вдвоем, — мягко улыбнулся Олег. — В этот раз не могу взять тебя с собой. Это не просто поездка, а серия тяжелых переговоров, и мне важно сосредоточить все внимание на них и на решении возникающих вопросов с Русланом.

— Я это понимаю, — погладив его по шелковистым волосам, искренне ответила я.

Как бы мне ни хотелось встретить Новый год с любимым человеком и съездить в другие города, речь шла не о расслабленном отпуске, а о рабочей командировке — эмоционально напряженной и загруженной. Но хотелось верить, что мы и правда однажды поедем в отпуск вдвоем…

С этой темы мысли перескочили на другую, так меня волнующую, и я решила все-таки частично затронуть ее с Олегом.

— Могу я тебя кое о чем спросить?

— Конечно.

Я слезла с Шефера и села рядом с ним по-турецки.

— Насколько ты придирчив к женской внешности?

— Что ты имеешь в виду? — Он чуть нахмурился, приподнимаясь на локтях.

— Ну… Какие у тебя критерии красоты? Какие женщины тебе нравятся? Внешне.

— Мне нравишься ты, — прямо ответил он.

Приятно… Очень.

Самый правильный ответ, который может быть. Оставалось надеяться, что честный.

— Просто… ты же не видел меня без одежды… Насколько это для тебя важно? Только искренне, пожалуйста.

— Лесь, — Шефер сел напротив, отзеркалив мою позу, — послушай меня. Ты мне очень нравишься. Нравишься внутренне, как человек, и внешне, как девушка. Тебе не о чем переживать.

— Это очень приятно слышать… Но… если прямо, меня немного беспокоит, что моя фигура не безупречна. Я работаю над собой, но нужно больше времени, а если… если что-то произойдет раньше, я боюсь, что могу тебе не понравиться, — с трудом, но призналась я.

Это было очень сложно — признаться в своих комплексах мужчине, который так тебе нравится и которого ты боишься потерять, да еще и в начале отношений.

Сначала я не хотела акцентировать его внимание на своих недостатках, думала, это неправильно, но при этом я всегда была убеждена, что все переживания и сложные вопросы необходимо обсуждать. В конце концов, если уж строить отношения, то на откровенности и доверии, и никак иначе.

И мне было очень важно услышать, что Олег скажет.

— Господи, малыш… Ты мне нравишься такой, какая ты есть. С тобой все хорошо. Мне нравишься ты, нравится твоя фигура. Нравится в одежде, понравится и без нее, не волнуйся, прошу тебя. Когда человек тебе действительно дорог, когда он важен, то тебя совершенно не волнуют его мнимые или реальные недостатки, понимаешь? К тому же ты прекрасна.

— Спасибо…

— Ты правда волновалась из-за этого? Из-за того, что я подумаю, когда ты разденешься?

Я кивнула. Шефер вздохнул и притянул меня в свои объятия.

— Глупышка. Ты красивая. И я без ума от тебя. Не знаю, кто поселил в твоей светлой и очаровательной голове эти глупости, но я тебе говорю, ты прекрасна. Слышишь?

— Угу.

— И я очень тебя хочу. Не давлю, ни в коем случае, но просто знай это. Я тебя хочу.

Я улыбнулась. Это прозвучало совсем не пошло.

— Я знаю. Олег?

— М?

— А размер груди важен?

— Нет.

— Хорошо.

Мы поговорили на тему внешности еще немного, поцеловались, затем перешли на обсуждение других вещей, потом снова поцеловались. И еще раз. А потом еще. А потом время внезапно закончилось, и Олегу уже пора было ехать.

Он надел подаренный мною свитер. Это очень приятно. Сказал, что ему безумно нравится. А еще я видела, что он сунул в чемодан и новую книгу.

Пока любимый заканчивал со сбором вещей, я подошла к полке и взглянула на портрет, нарисованный мной. Это вызвало странные чувства, а потом каким-то образом зацепило что-то в голове, заставив вдруг вспомнить.

— Олег, а когда у тебя день рождения?

— Двадцать пятого декабря, а что? — отозвался он, застегивая чемодан.

В первую секунду не осознала, а потом до меня дошло, и я повернулась к Шеферу.

— Он был четыре дня назад? Почему ты мне не сказал?..

Выпрямившись, Олег поправил волосы и задумчиво почесал голову.

— Слушай, не знаю… Я его не отмечал никак и уже давно не отмечаю. Как-то не придал этому значения даже.

— Я тебя не поздравила! Ни на словах, ни подарком!

Я искренне из-за этого расстроилась. Как же так? Это же день рождения! Это очень важный праздник. Подскочив к нему, я крепко его обняла и прошептала:

— С прошедшим днем рождения тогда. Желаю тебе быть счастливым. И ты самый лучший!

Олег коротко посмеялся и, обнимая в ответ, погладил меня по спине.

— Спасибо, Олененок, спасибо. А у тебя когда?

— Пятнадцатого июля. Это тебе тридцать лет исполнилось?

— Да. А тебе же двадцать сейчас?

— Да.

Время неумолимо приближалось к моменту расставания. Прощаться оказалось как-то уж слишком тяжело — мое такси подъехало, а мы все стояли и обнимались в коридоре. Ужасно не хотелось уезжать.

Увы, но объятия пришлось разорвать.

Олег проводил меня до машины:

— С наступающим, малыш.

— И тебя с наступающим. Счастливого пути и хорошей поездки. Напиши, как доберешься, пожалуйста.

— Обязательно. А ты напиши из дома.

— Хорошо. Пока, Олег.

— Пока, Олененок.

Поцеловавшись на прощание, я залезла в салон, Шефер подал мне мои подарки и захлопнул дверь машины. Поздоровавшись с водителем и пристегнувшись, я посмотрела в окно, провожая своего мужчину взглядом.

В салоне негромко играло радио. Мимо проносился засыпающий город. Обнимая игрушечного медвежонка, я смотрела в никуда, представляя, как любимый сейчас проверяет паспорт и билеты, как выключает свет, берет чемодан и выходит из квартиры. Как садится в машину. Едет в аэропорт. Тяжело вздохнув, я уткнулась лицом в игрушку.

Черт, я хотела побрызгать мишку парфюмом Шефера, но совсем забыла. Теперь жалела.

Настолько сильные грусть и тоска были неадекватны для не такой уж и долгой разлуки. Может, дело было в приближении Нового года — очень хотелось отметить его именно с Олегом. И казалось, что это очень важно — отмечать такой праздник с любимым. А может, причина была в чем-то еще.