Глава 7

– Не положено! Пошла вон отсюда, пока я оперов не вызвал! – орёт незнакомый дежурный на входе. – Ты на часы смотрела? Чего прёшься, ночь уже, клуша! Моё и без того дурное расположение духа становится таким, что в сказке не сказать, словами не описать… Внутренне похожа на чайник с крышечкой, которую срывает паром, но внешне всё ещё воплощённая добродетель. – Уважаемый… – почти шепчу я с такой патокой в голосе, что у парня должно что-то точно слипнуться, и одновременно показываю ему удостоверение. – Я, вообще-то, адвокат, а у вас находится мой подзащитный. – Никого тут нет, вы куда так нагло ломитесь? – Недовольно бросает сонный парень. – Много вас, адвокатш ходит, а потом на камерах смотрим, как вместо юридических консультаций вы на столе, раздвинув ноги, другие услуги оказываете. А вот это было зря… – Малыш… – произношу вкрадчиво. – Кажется, ты не понял, с кем имеешь дело. Но, так и быть, чуть приведу тебя в чувства. Сегодня у меня нет времени жаловаться в отдел собственной безопасности и интересоваться, почему вы пишете на камерах встречи адвокатов с подзащитными, которые являются конфиденциальными. А теперь, зайка мой лейтенантовый, пропусти тётю к своему клиенту, пока тётя не разозлилась и ушки твои не натянула туда, куда могут захотеть тебя сокамерники, если моей жалобе дадут ход! Я продолжаю улыбаться, а парень мелко подрагивает, бледнеет и даже постукивает зубами, – не ожидала, что окажусь столь убедительна. – Но официально здесь никого нет… – блеет дежурный, хлопая несчастными детскими глазами. – Котёнок… – хочется погладить его по пухлой щеке, которую ещё не коснулась щетина. – Запиши, что к подзащитному Золотову явился адвокат. И время не забудь указать! А теперь калитку мне отвори! Кладу перед опешившим парнем коробку конфет и решительно двигаюсь к кабинету, из-за двери которого раздаются странные звуки. – Признавайся, твари, думаешь, что такой крутой? – слышится из-за разъярённый мужской голос, который явно принадлежит кому-то из оперов. – Только не бейте его по лицу! – раздаётся холодно-пофигистичный тенор,  принадлежащий точно следователю. Откладывать своё фееричное появление точно нет смысла, поэтому распахиваю створку с самым беззаботным видом. – Здравствуйте, мальчики! – заявляю, стараясь сразу срисовать ситуацию. – А вот и я! Не ожидали? Немая сцена, возникающая при моём появлении, может переплюнуть Ревизора: ребята явно не были готовы к моему приходу. Успеваю заметить капли пота на лбу раскрасневшегося опера, недоумение в глазах молодого следователя, насмешливый оскал Золотова, украшенный струёй крови, сползающей по  ухоженной бороде. – Алина Сергеевна! – хрипло произносит он, сплёвывая алое на бумаги перед ним. – А ребята вот надеются от меня явку с повинной получить, но я им обещаю, что без адвоката ничего не скажу, как хорошо, что вы явились. – Кстати, откуда вы узнали, что ваш клиент у нас? – недовольно цедит белобрысый юнец, которому доверили дело. – И можно ли ознакомиться с документами, подтверждающими  право на представление интересов господина Золотова? Я явно не в том положении, чтобы выкобениваться…. Тем более что с Дьяволом ещё не подписаны бумаги! Да и вид оперов мне не очень нравится: они явно настроены получить признанку. – Ребята, а, может, вы оставите меня наедине с подзащитным? Вам же не надо рассказывать про права подозреваемого, который имеет право на  конфиденциальную встречу с адвокатом перед каждым следственным действием. И, возможно, я закрою глаза на то, что у господина Золотова идёт носом кровь. Или мне позвонить на горячую линию РОВД и вашим коллегам из собственной безопасности? Следователь недовольно шевелит белёсыми бровями, но сдаётся в итоге. – Когда мы вернёмся, надеемся увидеть хотя бы ордер на оказание услуг. Договор же вы нам всё равно не предъявите? Кстати, зря вы так с нами, Алина Сергеевна, следствие к вам со всей душой… А вот колёса вашей новенькой машины могут и случайно проколоться. Ах, ты малолетний мудозвон! – Я специально оставила авто на стоянке Следственного комитета под камерами! – отвечаю с улыбкой. – А теперь, зайки, идите нахер отсюда, мне нужно поговорить с подзащитным. «Зайки» уходят с таким видом, что понимаю, – точно нажила проблем на нижние девяносто, но мне плевать. – Ну здравствуй, моя Королева! – заявляет депутат Золотов, озаряя меня кровавой улыбкой. – Явилась, чтобы меня спасти? Но я взрослый мальчик и с этими шавками разберусь сам! Пока руки Дьявола скованы за спиной, он кажется почти безобидным, поэтому подхожу у нем, чтобы стереть кровь из разбитого носа. – Я буду представлять ваши интересы, но это ничего не значит… – начинаю я. Но мир опять меняется, и теперь вдруг оказываюсь во власти грубых объятий Дьявола… – Детка, а где алое платье? Хочу трахать тебя в нём! – усмехается мой подзащитный, ещё минуту над скованный наручниками, а теперь сжимающий в объятиях.