Глава 12

Первым делом я забежала в комнатку, без посещения которой не обходилось ни одно утро. Заодно умылась.

Верхняя палуба встретила нас шумом и гамом: офицеры добросовестно исполняли новые обязанности, гоняя матросов так, словно уже завтра предстоял бой. Тут и там тренировались в рукопашной, метании ножей, владении холодным оружием и просто в скорости и ловкости. Бегали, прыгали, преодолевали различного рода препятствия, взбирались на мачты и стремительно с них спускались.

Заглядевшись на ближайшую группу, едва не запнулась, но была удержана внимательным спутником, тут же бросившим зверский взгляд на матросов и осуждающий – на меня.

Что-о-о?!

Вот уж чего не надо, так это ревновать на пустом месте!

– Не отвлекайся. – Совет прозвучал ровно, явно диссонируя с взглядами, и, несмотря на глупость предполагаемых претензий, я почувствовала себя неловко.

Перевела взгляд под ноги, едва уловимо кивнула и поторопилась зайти в кают-компанию, дверь которой передо мной галантно открыли.

– Доброе утро, детка! Как настрой? Боевой? Я уже заждалась.

И кто бы удивился (точно уже не я), но внутри меня ожидала ухмыляющаяся во весь свой зубастый рот Эльба.

– Доброе утро. – Я предпочла не обращать внимания на явное нетерпение «змеи» и, полная жреческого достоинства, расположилась за столом, где меня ждал уже накрытый завтрак. – Ты права, настрой более чем боевой. Как дела у остальных?

– Все идет по плану. Особых нареканий нет, а мелкие промахи исправляются на месте усиленными тренировками и дополнительными дежурствами. – На лице Эльбы отражались все без исключения эмоции: удовлетворение, довольство и гордость за команду. – На «Молнии» служат лучшие из лучших, слабаки и разгильдяи у нас не задерживаются.

Кивком поблагодарила наставницу за развернутый ответ и углубилась в завтрак. Кок не переставал радовать меня своим мастерством, так что содержимое тарелки я уничтожила в считаные мгновения. На чай с булочкой потратила от силы минуту, внимательно осмотрела стол в поисках какой-нибудь дополнительной сладкой штучки, но наткнулась лишь на вопросительный взгляд завтракающего Камаледдина.

В отличие от меня демон ел неторопливо и вдумчиво и теперь явно недоумевал, почему я так тороплюсь.

Надо, милый. Надо.

Надо поболтать с Эльбой наедине, пока ты занят.

– Приятного аппетита, – с улыбкой подмигнула я жениху и встала, попутно махнув рукой «змее». – Идем, разомнемся немного перед тренировкой. – И на всякий случай добавила для напрягшегося демона: – Завтракай, не торопись. К обеду жду от тебя развернутую характеристику.

Подхватила меч и, пока Камаледдин не понял, что я сбегаю не на тренировку, а от него, поторопилась покинуть каюту.

Осмотрела палубу, нашла свободное место на корме и одними глазами указала на него Эльбе. Получила согласие и, больше не раздумывая, в два счета преодолела путь.

– Эй, детка! Куда торопимся?

Видимо, моя легкая нервозность не ускользнула от пиратки, и, догнав на корме, Эльба не постеснялась взять меня за руку и развернуть к себе.

– Уля? Да не надо меня так бояться, в самом-то деле. Или Дина стесняешься?

– А? – Моргнув, чуть нахмурилась, но тут же с облегчением рассмеялась, когда поняла, что Эльба мыслит чуть иначе. – Нет, что ты. Это не страх или стеснение. Просто… У меня к тебе вопрос. Не для посторонних ушей.

– О? Вся внимание. – Ее глаза загорелись в предвкушении, а надбровные дуги иронично задвигались. – Нужен женский совет?

– Что-то вроде того. – Неожиданно засмущавшись, я сморщила нос и почесала самый его кончик. – Вечером читала ваши характеристики…

Нетерпение смешалось с озадаченностью, и Эльба подалась чуть вперед.

– Что-то не так?

– Немного. – Я понизила голос. – Меня настораживает Балавар и его признания. Ты в курсе?

– Да-а-а… – Пиратка натянуто улыбнулась и почему-то облегченно выдохнула, словно ждала от меня совершенно иного. – Не обращай внимания. Уверена, он понимает, что у него нет шансов, и никоим образом не будет вам мешать. Не признаться он тоже не мог – ты ведь жрица Судьбы третьего ранга, а приказы подобного уровня выполняются неукоснительно.

И, словно этих слов было более чем достаточно для моего спокойствия, Эльба отстранилась, воодушевленно хлопнула в ладоши, затем отступила еще на шаг и без какого-либо предупреждения вынула из прикрепленных на поясе ножен внушительную саблю.

– Начнем!

Не знаю, какого эффекта планировала добиться пиратка, но первые три секунды я стояла с круглыми от шока глазами и глупо хлопала ресницами.

– Что-то не так? – явно потешаясь, уточнила Эльба, вставая в стойку с поднятой вверх свободной рукой. – к бою, детка!

– Я не умею! Совсем! – Я даже не постеснялась признаться в этом как можно громче, лишь бы меня не начали закалывать прямо сейчас – в глазах «змеи» читалось ничем не прикрытое желание пропустить как теорию, так и этап обучения на затупленном оружии.

Только мне это не помогло.

Первый стремительный взмах саблей едва не лишил меня головы, но демонические инстинкты взяли верх, и я успела отскочить.

Непостижимым образом скинув ножны со своего меча, я попыталась выставить его вперед, чтобы хоть как-то остановить продвижение неумолимого торнадо с оскаленными зубами, но это спасло меня всего на долю секунды.

Новый взмах – и мой меч отлетел в сторону, едва не убив замешкавшегося матроса. Приглушенная ругань отвлекла меня, но не настолько, чтобы я не смогла увернуться от сверкающей стали, просвистевшей в нескольких миллиметрах от груди.

Бездна! Она реально решила меня прикончить?!

Оборот в озверевшего демона произошел в считаные мгновения, руки сжались в кулаки, потрескивающие от дикого напряжения мелькающими по коже голубыми молниями, из горла вырвался угрожающий рык, и, отскочив от очередного замаха, я пошла в наступление.

Бросок, но Эльба умудрилась поймать молнию на саблю, и рикошет ушел в море.

Необычный способ защиты озадачил, но не остановил меня. Еще залп и еще!

Сабля пиратки превратилась в сияющие лопасти мельницы, скорость вращения оружия поразила меня до глубины души, а то, что это смогло без последствий для Эльбы отразить залпы, повергло в ступор.

Разве молнии не должны беспрепятственно проникнуть в металл и поджарить противника?

Или мои знания о природе электричества неполны?

– Что такое, детка? – Усмехнувшись, когда я приостановила наступление, Эльба замедлила вращение и язвительно поинтересовалась: – Это все, на что ты способна?

– Видимо, да. – Мой ответ больше походил на сдавленное шипение, а в язвительности я не уступала наставнице, настороженно отслеживая каждый взмах саблей, мелькающей в опасной для меня близости. – Я же говорила, что никогда раньше не держала в руках меч. Вообще холодным оружием не владею.

– Детка, это или есть, или нет. Ты чересчур хорошо двигаешься для абсолютной неумехи, и я более чем уверена, что принижаешь свои способности.

Новый выпад, и я не успела отшатнуться – щеку обожгла боль.

– Эльба!

– Что?

В змеиных глазах мелькнул испуг, но спустя всего мгновение в них вновь плескались лишь сарказм и сосредоточенность.

Мне показалось?

– Ты что творишь? Шрамы украшают лишь мужчин! Или хочешь сделать из меня идеальную пару Камаледдину?! – Мое возмущение было неподдельным, однако реакция явно неадекватной наставницы меня озадачила.

Эльба отступила и рассмеялась. Звонко и заразительно. И лишь отсмеявшись, соизволила объясниться:

– Глупышка! Это разве шрам? Да он заживет на тебе уже к обеду, не оставив и следа. Да будет тебе известно, что даже самые жуткие увечья, нанесенные демону холодным оружием, заживают максимум за месяц. Бесследно.

– Но… – Я растерялась и озадаченно моргнула. Взгляд остановился на эфенди, наблюдающем за нашей нелепой тренировкой снизу, и я максимально тихо уточнила: – Тогда почему шрамы Ками не пропали?

– Потому что это магия, детка. – Скривившись так, словно само слово было неприятно для произношения, Эльба зло сплюнула себе под ноги. – Одно из тех запрещенных заклинаний, от которых не спасает ничего. Он тебе разве не рассказывал?

– Нет…

Неопределенно пожав плечами и отказываясь развивать тему, Эльба вновь подняла оружие и ухмыльнулась.

– Хватит пустой болтовни, у нас с тобой иная задача. – Пиратка чуть повернула голову и, обратившись к притихшим матросам, скомандовала: – Эй, кто-нибудь, верните достопочтенной жрице ее меч, нам необходимо продолжить тренировку.

Пять секунд, торопливый топот, суетливое вручение мне заточенного куска металла и…

А может, ну ее?..

– К бою, детка!

Кажется, мое мнение здесь учитывать не собираются.

Затолкав тоску по несбыточному поглубже, я стиснула зубы, понимая, что на меня сейчас смотрят как минимум пятьдесят (а то и больше!) мужчин, и, заменив разум инстинктами, постаралась не ударить в грязь лицом.

Или хотя бы выжить…

Инстинкты инстинктами, но спустя всего несколько минут мне стало ясно – если Эльба продолжит такими темпами и дальше, то царапинами мы точно не обойдемся.

Я не умела держать меч, который так и норовил улететь, выбитый четко выверенным движением из моей руки.

Я не умела предугадывать движения и то и дело ошибалась, отклоняясь, казалось бы, на пустое место, а на самом деле на саблю Эльбы и зарабатывая все новые порезы.

Я нервничала и боялась более серьезных ран. Было неловко от чужих взглядов и стыдно за свою беспомощность. Я злилась и не понимала тактики пиратки, которая именно сейчас производила впечатление тупой садистки.

Садистки, потому что ранила меня едва ли не в каждой атаке, а тупой…

Да не учат так!

Это не обучение, а форменное издевательство!

– Эльба!

Когда сабля широким росчерком прошлась по моей груди и едва не располосовала не только рубашку, но и тело, щедро окрасившись моей кровью, не выдержал уже Камаледдин. Подскочил к нам, преодолев расстояние всего за пару гигантских прыжков, и, укрыв меня от жестокого мира крыльями, гневно прорычал:

– Жить надоело?! Ты на кого руку поднимаешь, безумная баба?!

– На свою ученицу? – Встречный вопрос, приглушенный спасительной преградой, прозвучал едва слышно, но я все равно различила в нем неприкрытую иронию. – Дин, ты не хуже меня знаешь, что тактика выбрана идеально. Ульяна прирожденный боец, и если ты перестанешь видеть в ней лишь красивую обертку и бросаться на помощь при первой же царапине, что, кстати, глупо и абсолютно неуместно, то без труда разглядишь и это. Она демон. Настоящий демон, обладающий памятью предков. А ты сам знаешь, как обучают настоящих демонов…

Тон наставницы стал тише и вкрадчивей, а укрывающие меня крылья дрогнули.

Что за чертовщина?

– Знаю, – тихо скрипнул зубами эфенди. – Я прошел через это. – И тут же пошел в наступление: – Но я мужчина!

– А она – жрица третьего ранга. – На мой взгляд, неуместный сарказм в тоне Эльбы переходил все границы дозволенного. – Она обязана защитить себя, даже выйдя на бой с ордой противника в одиночестве!

Я уже почти решилась тоже взять слово, чтобы озвучить парочку контраргументов, но, подумав, отказалась и предпочла тихонько постоять и послушать. Такими темпами, глядишь, мы доберемся-таки до сути и смысла именно этого стиля обучения.

– Вот только для этого ее необходимо обучить, а не замучить и с позором убить на глазах у шайки отъявленных головорезов, – глухо пророкотал мой защитник и еще крепче прижал меня к себе. – На сегодня достаточно, раны необходимо осмотреть и обработать. Продолжите завтра.

– Что?! – Сказанное явно противоречило планам Эльбы, и пиратка возмутилась. – Мы только начали!

– И ты уже едва ее не убила. Я сказал – хватит.

Ответ Камаледдина прозвучал ровно, безэмоционально, но так категорично, что с кормы мы уходили в тишине, и лишь напряженно-задумчивые взгляды окружающих провожали нас до самого трапа, ведущего на нижнюю палубу.

С одной стороны, я была признательна жениху за помощь и спасение, потому что оказалась не готова к истязанию подобного рода, но вот с другой стороны…

А что, если Эльба права?

Что, если это всего лишь ступень, преодолев которую я пойму, что же от меня на самом деле требуется? Увижу смысл, распознаю суть, запомню связки и комбинации, научусь предвидеть направление атак и сумею дать достойный отпор.

Одно смущает – неужели демонов можно обучить только так? А как же теория с элементами показа основных приемов на манекенах?

Пока я терялась в догадках, мы вошли в каюту Камаледдина. Закрыв дверь на ключ, он подвел меня к кровати.

– Оборачивайся.

Концентрация далась с трудом, но я понимала, что это необходимо – иначе не раздеться.

– Раздевайся.

Коротко кивнула, соглашаясь с последовательностью действий, а затем, морщась и стараясь лишний раз не прикасаться к ранам, принялась снимать испорченную одежду, пока мужчина доставал из сундука бинты и мази.

– Встань.

Слегка нервируя своим каменным лицом и короткими, отрывистыми командами, демон осмотрел меня с ног до головы, видимо прикидывая фронт работ, затем его взгляд замер на все еще немного кровоточащей ране на груди… и эфенди шумно вздохнул.

– Это всего лишь царапина. Заживет. – Мне захотелось приободрить Ками, и я подняла руку, чтобы прикоснуться к его плечу, но он меня остановил резким жестом и указал на кровать.

– Ляг на спину.

– Ками? – Просьбы, звучащие как приказы, начали раздражать, и я недовольно прищурилась, отказываясь подчиняться подобному тону.

Между прочим, я не истерю, хотя и могла бы. За одно это можно проявить уважение и разговаривать более мягко, а не вести себя как черствый прапорщик по отношению к провинившемуся новобранцу.

– Пожалуйста, – тихо выдавил демон, и наши взгляды встретились.

И тогда я поняла все и даже больше.

Ему было больно. Намного больнее, чем мне. Устои рушились, мир переворачивался снова и снова, а та, что была неприкосновенна, стояла перед ним окровавленная, и это было лишь начало.

Понимание его внутренних терзаний, борьбы с самим собой и злости от невозможности взять все тяготы и невзгоды на себя – все это пришло ко мне всего за долю секунды. Мужчина, с детства привыкший видеть в женщине ту, кто создана дарить наслаждение и кого необходимо уберегать от жестокого мира всеми силами, не мог простить себя за складывающуюся ситуацию.

Камаледдин был в ярости.

На несовершенный мир, на чересчур энергичную Эльбу, на неведомого врага.

На себя.

И это было страшнее всего.

Не позволяя демону догадаться, что увидела и поняла так много, я прикрыла веки, послушно кивнула и легла, позволяя завершить лечение. Лучшее, что я могу сейчас сделать, – это дать ему возможность проявить заботу и внимание. Ему это жизненно необходимо.

Затаив дыхание, я запрещала себе охать и морщиться, когда Камаледдин начал смывать кровь и одну за другой обрабатывать раны. Эльба права – ни одна из них не смертельна, даже последняя, да и кровили они чисто символически, затягиваясь буквально на глазах, но для Камаледдина даже самая крохотная ранка была огромным ударом по репутации и самолюбию.

Его женщину ранили. Его женщину.

Нет, необходимо что-то менять. Но что и как? Если подобное повторится и завтра и, не приведи господи, я не втянусь в темп специфичного обучения и ран будет больше, то Эльба может и не добраться до берега.

Что же делать?

Не представляя, как быть, я дождалась, когда последняя царапина будет тщательно обработана, открыла глаза и попросила:

– Расскажи мне об этой тактике обучения демонов. Почему Эльба решила, что это оптимальный вариант для меня? Что еще я не знаю о вашем жестоком мире и о тебе?

На этот раз наши взгляды встретились сразу, но ответ прозвучал лишь спустя довольно продолжительное время, когда я уже почти перестала его ждать.

– Боюсь, слишком многое.

Он уже тысячу раз проклял тот день и тот час, когда упустил ключевой момент и все пошло наперекосяк. Когда это произошло? В час, когда Ульяна попалась на глаза брату? Когда получила благословение и покровительство Судьбы? Когда заявила, что хочет обучиться держать в руках оружие? Или вовсе в тот далекий день, когда сбежала из дворца магараджи и ступила на вольный путь?

Дариатта, как же ты коварна…

– Я не должен был вмешиваться и одергивать Эльбу, – сказал он и замолчал.

Как же трудно признавать свои ошибки и говорить об этом вслух.

– Почему?

И вновь совершенно не та реакция, которую можно было ожидать от юной девы. Ни претензий, ни слез, ни упрека. Лишь желание выяснить причину, задавая правильные вопросы ровным тоном.

Нет, он никогда не поймет эту женщину до конца!

– Это часть обучения. Молодые демоны, чей потенциал огромен, обучаются именно таким образом. – И снова пауза, прежде чем принести извинения: – Прости. Я понял это далеко не сразу. Не смог устоять на месте, когда увидел кровь.

– Ками, перестань. – Ее глаза лучились теплом и признательностью, а тон был ласковым и нежным, но от этого становилось лишь тяжелее. – Я понимаю твое желание защитить меня от жестокости мира, но что сделано – то сделано. А теперь присядь…

Рука с изящными пальчиками приподнялась над кроватью, призывая подойти, и лукавая улыбка тронула пухлые губы.

– Иди ко мне, мой грозный защитник, и позволь тебя обнять. Ты чересчур напряжен, расслабься. Не торопись. Успокойся и расскажи подробнее, я пойму. Хотя… Я, наверное, уже кое-что поняла. Это некое испытание на пределе, да? Необходимо что-то перебороть в себе и даже сломить, чтобы открылось второе дыхание и проснулась пресловутая генная память… Подавление цивилизованности и возвращение к звериным инстинктам, отвечающим за ярость и способность уничтожить противника в кратчайшие сроки?

Взгляд Ульяны затуманился, она о чем-то задумалась, при этом не упустив момент, когда Камаледдин все-таки присел на край кровати, и тут же положила ладонь ему на бедро.

– Ты невероятно умна и проницательна, – не смог удержаться и скупо похвалил он. – Это действительно так. Вот только я не уверен, что метод выбран верно – ты ведь не… – Камаледдин замялся, подбирая правильное и необидное слово, но Ульяна со смешком перебила:

– Не полноценный демон? Мой потенциал не настолько огромен, как решила Эльба? Ты это хотел сказать? К тому же всего лишь махеши. Да?

– Да.

Мог бы и промолчать, но уже понял, что честный разговор без сокрытия основополагающих моментов будет правильнее.

– Но учитывай еще кое-что: я маг и жрица. – Во взгляде Ульяны промелькнул вызов, но почти сразу сменился иронией. – А еще я прибыла из таких мест, где женщины специализируются не только по скачущим коням, но и по горящим избам. Так что… завтра утром на все время тренировки ты займешься чем-нибудь важным на нижней палубе.

Первые секунды пытаясь вникнуть в смысл загадочной фразы о конях и избах, он далеко не сразу понял, что окончание фразы также заслуживает внимания. Да какого!

– Нет!

– Да, милый, – мурлыкнула коварная махеши и подалась ближе, чтобы спустя секунду оседлать его колени и прижаться всем телом.

Обнаженным телом!

– Так будет лучше для всех нас. – Голос завораживал, губы манили, а глаза сулили неземную награду за согласие. – Обещаю, я буду предельно осторожна и сделаю все для того, чтобы ты мной гордился. Так надо.

Камаледдин обладал огромной силой воли, но в последнее время ему все чаще хотелось об этом забыть и обратиться к опыту предков.

Предки не отказывали себе в исполнении желаний. Хотели и брали.

И тут в памяти всплыла сага о древних воительницах иных миров, затмевающих многих мужчин коварством, силой и отвагой. Неужели и Ульяна из такого мира? Тогда почему бы…

– Может, тогда стоит сменить оружие на более привычное?

– В смысле? – Ульяна была явно озадачена.

– Я об оружии твоего мира. Чем тебе привычнее пользоваться? – Стараясь удерживать взгляд на ее лице и не опускать ни сантиметром ниже, Камаледдин попробовал развить свою мысль более доступно: – Ты упомянула о конях и избах. Чем воюют женщины вашего мира?

– А, ты об этом.

Последовавший за этим смех вызвал растерянность и недоумение, даже некоторую обиду (чувствовать себя идиотом оказалось неприятно), но Ульяна при этом умудрялась так эротично прижиматься, хохоча на его плече и обжигая шею дыханием, что мысли периодически уплывали в иную плоскость и нахмуриться толком так и не получилось.

– Прости. – Отсмеявшись, юная воительница с таинственным прошлым подарила ему звонкий поцелуй в губы. – Это образное выражение, оно говорит о том, что женщин моего мира не страшат трудности и нам все по плечу. А оружие… – Изумрудные глаза жрицы Судьбы грозно блеснули, и она воинственно закончила: – Скалка, чугунная сковорода, борщи и кружевные труселя – вот наше самое грозное оружие! Ни один враг еще не устоял – все пали.

Это было похоже на бред, но Камаледдин все равно уточнил, хотя и с сомнением:

– Все?

– Все! – важно кивнула обнаженная прелестница…

И расхохоталась вновь.