Глава 12

Не красота заставляет нас любить, а любовь заставляет видеть красоту.

Лев Толстой

Родители сняли коттедж на время пребывания в столице, поэтому мы подъехали по указанному адресу и остановились перед нужным ярусом. Даррелл припарковался, после чего обернулся ко мне. Мы договорились, что зайдем ко мне вместе, но я всё равно ужасно переживала и нервничала. На самом деле я хотела отложить «знакомство» родителей с моим женихом, поэтому предприняла последнюю попытку остановить начальника:

— Если ты не хочешь заходить, я пойму.

— Я не говорил такого, — мягко ответил жених.

— И всё же, подумай. Ещё неизвестно, как тебя воспримут после того, как ты одну сестру променял на другую… — смущенно пробормотала я, судорожно вертя на пальце обручальное колечко. Признаться, я уже привыкла к нему, как к родному.

— Прекрати чушь молоть, — раздраженно одернул меня Даррелл, и я удивленно подняла на него глаза, сдвинув брови.

— Не повышай на меня голос! Ты еще мне даже не муж.

— Прости, — стушевался мужчина, — но ты действительно говоришь ерунду. Нани не была моей невестой, лишь одной из кандидаток.

— У моей мамы будет на этот счет немного другое мнение, — смущенно ответила я, вздохнув и продолжая теребить кольцо, пока Даррелл не взял мою правую руку, немного поглаживая большой палец.

— Успокойся. Всё будет хорошо. Может быть, твоя мама, наконец, поймет, какое ты сокровище.

Только если это всё лишь спектакль, то получается, что не такое я уж и «сокровище». И от этих мыслей становилось всё тяжелее. А еще я подумала, что со смущением и улыбками даже играть не придется, ведь мне будет стыдно перед отцом за свою ложь. Ведь он наверняка думает, что это всё взаправду.

— Успокаивайся и прекращай теребить кольцо, — приободрил мужчина, и я ответила неуверенной улыбкой.

— Спасибо за кольцо, кстати. Мне оно очень нравится, — ответила я. Даррелл кивнул и устремил свой взгляд мне за спину.

— А вот и твои родители.

Я сглотнула, не желая разворачиваться, но рано или поздно мне бы пришлось это сделать, поэтому я всё-таки набралась смелости, чтобы посмотреть в глаза своему семейству. Даррелл вышел из автокара, открыл мне дверцу и галантно протянул руку. И если бы не его рука, я бы не удержалась на ногах, ибо от любопытных взглядов мне стало дурно, да и эта затея уже не казалась мне такой уж хорошей…

— Даррелл! — первой от шока отошла моя матушка, которая расплылась в счастливой улыбке, — решил навестить нас? Как я рада, что вы прилетели! Для нас оказалось такой неожиданностью ваше с Истэт рабочее положение…

— Мама, папа, пожалуйста, познакомьтесь. Это мой жених — Даррелл ли Фосби, — начала я с бешено колотящимся сердцем. Отец чуть улыбнулся, приобняв мою маму за талию.

— Очень приятно познакомиться, — улыбнулся Даррелл, и его слова потонули в тишине.

— Ой, выдумщица! — наконец, отмерла родительница, даже пальчиком пригрозила мне. — Решили сговориться, чтобы не связывать себя узами брака так рано? Очень хороший ход, только я вас раскусила, господа хорошие.

Я застыла, не зная, что сказать. Первый раз моя мама узнала правду, скрытую под пеленой лжи, первый раз её вывод оказался верен. И что мне теперь делать? Как выпутываться из этой ситуации? Я бросила растерянный взгляд на отца, который подмигнул мне и наклонился к жене:

— Дорогая, думаю, они не шутят.

Она молчала, переводя взгляд с мужа на нас. Нани стояла позади и с трудом сдерживала улыбку, а мне всё это не казалось таким смешным. Моя мать даже не поняла, какое оскорбление сейчас нанесла мне. Она как всегда по своей глупости наносила мне душевные раны. Она меня любила, никто не мог с этим поспорить, то вот её язык — мой враг. Именно мой, а не её…

— Фэта, фэт, прошу простить меня за мою импульсивность, но уже спустя неделю после нашего знакомства я осознал, что влюблен в вашу дочь, поэтому прошу благословить наш союз. Истэт обворожительная девушка, и я сделал ей предложение, которое она приняла. Надеюсь, вы не будете против нашего брака, — Даррелл взял меня за руку, показывая матушке кольцо.

Немая сцена. Нани нервно хихикает, да и отец уже не сдерживает улыбку. Меня же происходящие события совсем не забавляли, а наносили хлестким кнутом новые и новые удары. Особенно было неприятно то, что всё это унижение проходит в присутствие Даррелла и он, как может, пытается уберечь моё самолюбие. Я придвинулась ближе к жениху, и он обвил рукой мою талию, притягивая ближе и будто защищая от насмешек всего мира. Наконец, мама отмерла. Сначала она недовольно сдвинула брови и растерялась, потом охнула и бухнулась в обморок.

— Любава!

— Мама! — крикнули мы все, но свою жену успел подхватить отец, который весело рассмеялся.

— Пап, ты в порядке? — обеспокоено спросила я. — Не знала, что моя помолвка вызовет такой переполох. Прости, если бы знала, не решилась бы на такой коварный шаг…

— Истэт, — сквозь смех сказал отец, подхватив супругу на руки и подмигнув нам, — идите-ка вы в дом, да чайник поставьте. А я пока Любаву в чувства приведу.

Мы машинально кивнули, и отец вошел в холл, откуда по лестнице направился на второй этаж. Кажется, мне уже второй раз удалось избежать важного разговора благодаря мистеру Совершенство.

— Идемте, — потянула за руку нас обоих Нани, не переставая улыбаться.

— Даррелл, какой чай ты предпочитаешь?

— Малиновый, — ответил мужчина, с полуулыбкой смотря на меня. Конечно, я помню тот вечер, когда мне так и не удалось угостить его чаем, но неожиданно, что и он его прекрасно помнит. — Где здесь ванная комната?

— Справа от лестницы, — ответила сестра, после чего Даррелл, поцеловав меня в щеку, направился по указанному направлению, оставив нас с сестрой наедине. Я оценила его действие.

Мы прошли на кухню, где сестра принялась готовить напитки, поглядывая на меня веселыми глазами.

— Ну и тихоня, — покачала головой улыбающаяся Нани. — Такого мужика захомутала…

— Тоже оценила? — нервно хихикнула я.

— А то! — подмигнула сестра. — Слушай, Истэт, вот сказала бы сразу, что у тебя с ним всё серьезно, и не пришлось бы потом огребать столько проблем с моим побегом.

— Так-то твоя вина, что своего суженного от его брата-близнеца отличить не можешь! — воскликнула я, смяв салфетку и шутливо кинув её в сестру. Между прочим, мне тоже в прошлый раз досталось!

— Ах, так, да? — уперла руки в бока Нани, сощурив свои голубые глаза. — А ты бы Даррелла отличила от его, предположим, брата-близнеца?

— Непременно! Он же такой единственный! — воскликнула я, и только потом сообразила, что сестра только такой реакции и ждала от меня. Своим высказыванием я выдала себя с головой.

— Ага, вот значит как! Что ж, тебе стоило раньше рассказать про свой служебный роман.

— Да тут как бы всё неожиданно получилось, — прикусила губу я.

Рассказать или нет? «Рано», — решила я. Или просто внутри меня тлела надежда по поводу продолжения наших фальшивых отношений?

— Лучше скажи, когда ты возвращаешься? Ты пишешь диплом, надеюсь?

— Диплом, — поморщилась сестра, — у меня самая дурацкая тема! А мой куратор и вовсе звонит мне каждый день, чтобы проверить мою готовность. Я ему говорю, что уже почти закончила, хотя сама только на днях села его делать.

— Куратор о тебе заботится, зря ты с ним так.

— Мне кажется, что он просто влюблен в меня.

— Молодой? — удивилась я, и девушка, чуть покраснев, кивнула.

— Красивый. И вообще он идеальный, если честно. Но ты же знаешь, что я не люблю мужчин, которые ходят за мной по пятам. Я достаточно красива, чтобы привлечь того, кто ко мне равнодушен.

— И зря. Вот так доиграешься и останешься одна.

— Вот как? А раньше подобные разговоры заводились только в твою сторону, — рассмеялась Нани, и я ответила ей снисходительной улыбкой. В это время на кухню вошел Даррелл, который присел рядом со мной и обнял меня за талию. — Ну, здравствуй, зятек.

— А ты, стало быть, скоро станешь свояченицей? — сощурился Даррелл с легкой усмешкой на губах.

— Стало быть, да, — деловито кивнула сестра, после чего развернулась ко мне.

В столовую зашла матушка. Она хмуро оглядела всех присутствующих, потом скосила глаза на мой живот и уже потом строго посмотрела на Даррелла. Мы вместе поднялись со своих мест, продолжая держаться рядом.

— Беременная? — строго спросила родительница, причем у Даррелла.

— Я? Ни в коем случае, — сквозь едва сдерживаемый смех, ответил мой «жених», а Нани всё-таки хихикнула. Я с трудом подавила улыбку.

— Остришь? — совсем недружелюбно спросила матушка. Это на неё было непохоже.

— Ни в коем случае, — уже более серьезно ответил мистер Совершенство, и мама вздохнула и посмотрела на меня.

— Беременная?

— Ни в коем случае, — честно ответила я, стараясь сдержать рвущуюся на губы улыбку.

Повисла тишина. Отец стоял позади матери и слегка улыбался, глядя на свою жену. На её лице читалась явная обида, что новости о столь значимом событии доходят до неё последней. Кажется, батюшка прокололся и рассказал, что уже был осведомлен по поводу помолвки.

— Истэт де Къена! — наконец, воскликнула матушка. От её голоса по коже побежали мурашки, и я незаметно постаралась спрятаться за спиной Даррелла. — Как ты могла не предупредить меня заранее?! Такое счастье, а я узнаю чуть ли не последней?!

— Почему же? — улыбнулся Даррелл, обнимая меня за талию, — вполне даже первой… я еще даже родителем не рассказал.

Тут на лице матушки расплылась счастливая улыбка, известив нас о том, что морю удалось избежать бури или она переносится на неопределенный срок. Метеорологи не могут быть уверены на этот счет. Я же чуть заметно выдохнула.

— Да что же мы стоим? Идемте за стол! Я как раз заказала сладости…

Она еще долго болтала о всякой чепухе, не переставая охать и ахать, как ей повезло, поэтому к концу чаепития я была пунцовая. Ну почему она никогда не может разумно промолчать? Мама расспрашивала обо всем и при этом не забывала удивляться тому, как Даррелл обратил на меня внимание.

— Она же у нас алмаз! Не ограненный бриллиант! И так славно, что вы его заметили, фэт! Я уже переживала, что не найдется того ювелира, кто разглядит истинную красоту моей дочери! — к концу беседы высказалась она. У меня на глазах проступили слезы, и только за эту фразу я готова была простить ей многое.

— Уверяю, что такой замечательной девушке даже огранка не нужна. Она и без неё совершенна, — с улыбкой ответил ей Даррелл, посмотрев на меня. Моё сердце замерло, а потом подпрыгнуло и забилось с удвоенной силой.

— Спасибо, — чуть слышно прошептала я и не удивилась, когда мои слова потонули в разговоре матери.

К счастью, вскоре вечер подошел к стадии «вот нам и пора расходиться», поэтому родители вежливо распрощались с моим женихом (мама даже очень вежливо!). Нани пожелала ему удачи, которая непременно понадобится с моим характером, за что получила от меня легкий хлопок по руке. И вот нас оставили наедине в холле. И зачем я только поставила тогда условие встречи с моей семьей? Сейчас бы не краснела за сказанные за столом слова.

— Ты прости… особенно мою маму за несдержанность, она… — я закусила губу, не зная, что следует говорить в таких ситуациях, но Даррелл приложил палец к моим губам.

— Помолчи. Всё в порядке. Твоя семья тебя очень любит, и это не может не радовать, — прошептал мужчина, а потом наклонился ко мне.

— Что ты делаешь?.. — удивленно приподняла брови я, когда губы мужчины оказались в непозволительной близости от моих собственных.

— А на что это похоже? — усмехнулся он и бросил мимолетный взгляд за мое плечо, — они смотрят. Стой спокойно.

— Совсем спокойно? — хихикнула я, почувствовав легкое прикосновение к своим губам, а потом сама приоткрыла рот и провела языком по нижней губе мужчины.

— Истэт!.. — возмущенно воскликнул тот, быстро притянув меня непозволительно близко к своему телу и превратив невинный поцелуй в водопад страсти и эмоция.

Я тяжело дышала. Он тяжело дышал. Не знаю, кто первым опомнился от этого сумасшествия. Наверное, я. А, может, и он.

— Тебе уже пора, — прошептала я, убирая руки мужчины со своей талии.

— Уже прогоняешь?

— А у меня есть выбор? — вздохнула я, вновь прижавшись к мужчине.

Поцелуй продолжился, но теперь отступил первым Даррелл. Проведя пальцем по моей щеке, он наклонился к моему уху, предварительно закусив мочку, и проговорил:

— Если я сейчас не уйду, то опасения твоей матери по поводу щекотливого положения могут вскоре подтвердиться.

Он открыл дверь и быстро вышел, оставив меня в пустом холле. Я обернулась и внимательно огляделась — за нами никто не следил. Он солгал про слежку, потому что хотел меня поцеловать.

Я прошла в гостевую комнату в съемном коттедже и достала из чемодана душевые принадлежности, направившись в ванную комнату. После принятия водных процедур, я забралась на кровать и принялась сушить полотенцем волосы. Мне нравился запах шампуня и чувство свежести на голове, поэтому я не очень любила пользоваться феном.

— О чем задумалась? — зашла ко мне в комнату Нани.

— А? Нет, ничего, — покачала я головой, продолжая водить полотенцем по волосам.

— Переживаешь насчет завтрашней поездки?

— Да, — кивнула я, думая о том, что скажут Фосби по поводу выбора сына. Они ведь могут меня не одобрить!

— Я сама ужасно беспокоюсь за свою единственную сестренку, — обняла меня Нани, сев рядышком, — но ты должна быть храброй. Они в любом случае смирятся с выбором сына.

И вновь мне стало интересно, почему именно меня выбрал Даррелл? К чему были такие сложности? Ведь любую другую симпатичную драконицу его родители приняли бы с распростертыми объятиями, но не меня. Я — исключение из правил, которым уже вполне привыкла быть.

— Наверное, ты права, — устало прошептала я. — Даррелл очень хороший, и будет естественно, что его родители могут меня не одобрить.

— Не говори чепухи! Ты — лучшая!

— И это говорит мне само Совершенство, — усмехнулась я, а потом мы замолчали. — Кто бы мог подумать…

— Что ты первой замуж выскочишь? — моментально уловила ход моих мыслей Нани. — Я могла подумать. Всегда видела, какой ты алмаз не огранённый. А рядом с Дарреллом становишься брильянтом, он искусный ювелир, как и говорит мама.

— Спасибо, Нани, — я сжала руку сестры, поцеловав её в щеку, и она погладила меня по голове как ребенка.

— Тогда спокойной ночи, самый добрый дракон не земле.

— Спокойной, — прошептала я, следя, как за сестрой закрывается дверь.

Утро началось с трели планшета. Нашарив рукой на тумбочке искомый предмет, я включила связь и сонно произнесла:

— Слушаю.

— Доброе утро, соня, — раздался голос Даррелла, и я резко подскочила на кровати, оглядываясь. Сначала я пыталась сфокусироваться на окружающей обстановке, а когда мне это удалось, то легла обратно на кровать. Голографический вызов я, естественно, не включила.

— Доброе, Даррелл, — ответила я. — По какому вопросу так рано утром?

— Рано? Истэт, уже почти обед. Если ты не забыла, что сегодня встреча наших родителей.

— Наших? — удивилась я. — Вообще-то я рассчитывала, что будем только мы и твои родители.

— Планы поменялись. Фэта де Къена уже связалась с моей матерью и теперь мы идем на обед вместе, а после, если ты не забыла, прием у его величества.

— День обещает быть насыщенным, — вздохнула я. — Тогда я пошла одеваться. До встречи.

— Истэт, — остановил меня мужчина перед тем, как я собиралась сбросить вызов.

— Что-то случилось?

— Нет, ничего. Просто хотел тебе сказать… твой голос невероятно сексуальный с утра.

Я не знала, как реагировать на эти слова, но на губах помимо воли расплылась улыбка.

— До встречи, Даррелл, — нежно ответила я и отключилась. Начало дня было задано.

Вот так я собралась в рекордные сроки и спустилась в холл, где меня уже ждала моя семья. Пока я преодолевала ступеньки, то размышляла над тем, зачем это Дарреллу. Было бы глупо полагать, что он затеял это только для того, чтобы отвадить от себя навязчивых барышень, хотя сомнения у меня еще оставались. И эти сомнения съедали мою душу. Мне страшно и боязно поверить в то, что он обратил на меня внимание, как на девушку. Неужели такое могло случиться в моей жизни? Слишком уж нереальным это казалось.

— Доброе утро, Истэт, — поприветствовала меня мама, взяв за руки. — Как же ты хороша сегодня! Твои глаза медового оттенка лучатся счастьем. Мне приятно видеть тебя такой.

— Спасибо, — неуверенно улыбнулась я.

— Ты переживаешь? Не беспокойся, твои чувства мне понятны. Знакомство с родителями супруга всегда важный шаг в жизни каждого человека. Тебе еще повезло, что мы идем в ресторан. Когда меня знакомили с будущими свекром и свекровью, это был ужин дома у деон Къена. Тогда твоя бабка приготовила отвратительную коричневую кашу…

Мы с Нани громко рассмеялись, даже отец позволил себе легкую улыбку.

— Ох, бедный Колин, — вздохнула матушка, и я обняла её за плечи.

— Всё с ним хорошо, если не считать, что он очень по тебе скучает.

Мама покивала, и отец попросил всех сесть в автокар. Нани осталась дома. По пути к ресторану я жутко нервничала. Всё это напоминало мне события недельной давности, только в прошлый раз Нани отправлялась на встречу с незнакомым нам на тот момент женихом, теперь же я еду к любимому человеку. Осталось только понять, любит ли он меня в ответ или наша помолка — фейк и вскоре нам предстоит расстаться?

Мама вновь о чем-то без умолку щебетала под легкую улыбку отца, мне же сегодня не хотелось с кем-либо разговаривать, поэтому участия в беседе я не принимала. Но, как мы уже привыкли, матушка в собеседниках вовсе не нуждалась, только в слушателях.

— Прилетели, можете выходить, — припарковавшись, известил отец.

Не успела я дотронуться до ручки, как дверь аккуратно распахнулась, и мне подал руку Даррелл. Когда я посмотрела в его кристально-голубые глаза, то все страхи и сомнения отошли на второй план: я буквально утонула в океане нежности. Я вложила свою руку в предложенную ладонь и приняла помощь, выбравшись из автокара. Родители уже стояли рядом с нами, и жених вежливо справлялся об их здоровье. Для меня это все было, как в тумане: я видела и чувствовала, но не обдумывала происходящие события.

Даррелл положил руку мне на талию, когда к нам подошли его родители. Выглядели они жизнерадостными и довольными выбором сына. Кажется, им уже было наплевать, на ком их наследник женится, лишь бы уже обрел семью. Они так же тепло со мной поздоровались, как и при последней нашей встрече, поэтому я расслабилась и поплыла по течению.

За столом еще никто не обсуждал свадьбу, но зато лион Фосби непрозрачно намекнул о том, что намерен представить императору невесту его сына и объявить о нашей помолвке. Я испуганно взглянула на «жениха», но тот даже ухом не повел, будто у него у самого были такие же планы.

— Ты не боишься вызвать осуждение общества своим выбором? — наклонившись к начальнику, прошептала я.

— А должен? Неужели ты думаешь, что мне есть дело до стадного мнения высшего общества? Истэт, ты так и не можешь поверить в простые истины. Совсем не важно, что думает о тебе общественность, намного важнее то, что ты сама о себе думаешь.

Я чуть улыбнулась, и Даррелл ответил широкой улыбкой, чуть сжав мои пальцы и поднеся мою руку к губам, нежно поцеловал. Этот жест заметили все за столом, и в каждом взгляде промелькнуло одобрение.

— Здесь есть балкон, откуда открывается замечательный вид на город, — весьма непрозрачно намекнул нам лион Фосби, и Даррелл встал со своего места, пригласив меня на прогулку.

Родителям нужно было поговорить. Мы прошли через закрытые кабинки в ресторане и вышли на балкон. С десятого яруса город был, как на ладони, но дракона не удивишь видами с высоты. Отсюда же можно было посмотреть на открытый ручной зоопарк, который находился на последнем этаже восьмиярусного каркаса. Я не особо любила животных, поэтому осталась к открывшемуся виду равнодушной. Даррелл обнял меня за плечи, встав позади меня. Я откинула голову на грудь мужчины, вновь почувствовав нашу разницу в росте.

— Ты слишком жесток, если играешь с моим сердцем, — прошептала я.

— Я не играю с ним, Истэт, — так же тихо ответил Даррелл.

Неужели? Как же мне сложно в это поверить. Если это не игра, то почему я чувствую себя жертвой его чар?

— Почему в твоих словах я ощущаю ложь? — с горечью спросила я.

— Может, ты хочешь её ощущать?

Теперь он развернул меня, и я стояла к нему вполоборота. Мы молчали, просто смотря друг на друга и пытаясь прочитать в глазах истину. Но как её прочитать, если эта дама становится на сторону того, кто хочет в неё верить? И кто бы знал, как мне хотелось верить в то, что Даррелл действительно влюблен в меня!

— Открой себя, и тогда ты поймешь, что мои слова и действия имеют гораздо более твердую почву, чем дружба, — прошептал Даррелл, а потом отодвинулся от меня и оставил в одиночестве.

Он дал мне время осмыслить его слова и свои чувства. Пора признать — в него я влюблена безгранично и, кажется, ответно.