Глава 5

Василиса

Двое медленно вышли из здания кинотеатра, синхронно вдохнули теплый вечерний воздух, наполненный запахом едва распустившихся на клумбе пионов, и разом выдохнули:

— Полная фигня!

— Это было ужасно!

И рассмеялись, глядя друг на друга. Фильм, и правда, оказался кошмарным. Комедия настолько глупая, что становилось не смешно, а страшно за психическое состояние режиссера и тех, кто дал ему денег на этот бред.

Несмотря на это, Василиса выходила из зала с ощущением теплоты, которая мурчащим котенком свернулась где-то в районе грудной клетки. Это было так непохоже на то, что случалось с ней раньше.

Последний раз она была на свидании еще в школе и описать его могла лишь словами: «испанский стыд». Парень тогда угостил ее мороженым, позвал гулять в парк, а потом слюняво поцеловал и попытался облапать грудь. Хуже всего, что папе об этом доложили. Вспоминать о последствиях девушка не любила.

И вот теперь отца нет. Рядом с ней целый вечер был веселый, обходительный парень. Роберт умудрился сгладить даже фиаско с фильмом, шепча ей на ухо свои комментарии, от которых она смеялась до слез. Это было по-настоящему здорово. Как будто родной брат вдруг стал её ровесником, и они вместе сходили в кино на идиотский фильм. Брат, не парень.

Василиса еще раз глянула на Роберта. На широкую улыбку, темные растрепанные волосы, небрежно накинутую поверх футболки рубашку и драные джинсы. Он был таким потрясающе настоящим, что хотелось смотреть, не отрываясь. Хотелось разговаривать. Хотелось смеяться вместе. Но ничего больше не хотелось. И от этого Василиса чувствовала себя виноватой.

Дала надежду, но больше ничего дать не может. Даже мысли ее сегодня то и дело улетали куда-то далеко. Хотя, почему далеко? Всего пять станций метро по второй ветке, еще триста метров вдоль сквера, перепрыгнуть через «вечную» лужу и подняться по ступенькам.

К ужасу Василисы, её мысли то и дело возвращались во Дворец спорта.

***

Утро того же дня

Девушка шла по коридору, раз за разом сбрасывая звонки. Настроение было — ниже падать некуда. Кто бы мог подумать, что Родион Царев окажется таким настырным? Всю неделю ее забрасывали цветами, постоянными сообщениями, приглашениями на мероприятия. Если остальные охотники за компанией отца пару раз получили от ворот поворот и отступили, то этот оказался настоящим клещом и с каждым днем только усиливал натиск. Этим утром он заявился прямо к дому с очередным огромным веником из роз.

— Привет! — сладко улыбнулся парень и протянул цветы. — На тренировку? Я подвезу.

— Ты что, за мной следишь? — устало выдохнула Василиса вместо приветствия.

— Нет. Просто хочу пригласить тебя на свидание, а ты все время отказываешься.

Девушка не притронулась к цветам, едва заметно кивнув охране. Два бравых парня тут же выскочили из своей будки. Один унес цветы, второй хмуро спросил:

— Василиса Васильевна, а с ним что делать?

— Больше сюда не пускать, — коротко раздалось сзади.

Настя, как всегда, подоспела вовремя. Повезло, что вчера они с Ильей привезли Варвару вместе с малышней из аэропорта и решили остаться на ночь в родительском доме. С боевой госпожой Серовой отбиться от назойливого кавалера значительно проще.

— Как скажете, Анастасия Викторовна. Убрать?

— Нет. Сам уберется, — отрезала та и красноречиво глянула на Царева.

Тот отступил было на пару шагов назад, но внезапно дернулся, выпятил грудь и нахохлился, как голубь в брачный период.

— Это Василисе решать, пускать меня или нет. А на твоем месте, я был бы повежливее. Иначе скажу отцу и он пересмотрит ценник или вообще разорвет сотрудничество.

— Ой ли. Если бы ты не шатался черти где, а уделял внимание семейному бизнесу, то знал бы, какой договор подписал твой отец и на какие штрафы он попадет, если хотя бы дернется. Это первое. Второе. Тебе девушка уже раз сто сказала «нет». Исчезни, чучело.

— Я все расскажу вашему мужу! — пискнул Родион. — Он дорожит нашим партнерством!

— А ты только жаловаться умеешь, да? Папочке, Илюшеньке, хоть на горячую линию президенту звони. Меня не колышет. — Настя обернулась к застывшей Василисе. — Ну что, ты идешь? Опаздываем!

Наблюдая за этой сценой, Вася снова чувствовала себя дурой. Да, Настя пришла вовремя, помогла ей, но ее не оставляла мысль, что все это нужно было сделать самой. Резко ответить, поставить навязчивого кавалера на место. А она снова, как трусиха, спряталась за чужую спину. Неужели, она сама совсем ничего не может?

Эта мысль тяготила ее всю дорогу до Дворца спорта, еще и Царев названивал с удивительной настойчивостью. Наверное поэтому, топая по коридору, она особо не смотрела вперед. Шла быстро, глядя на экран смартфона и за очередным поворотом со всей дури врезалась в …купидона. Точнее в белую футболку со знакомой до боли картинкой. Она сама лично слепила её неделю назад в фотошопе и прислала Антипову.

— Привет, моя драгоценная невеста! — раздался привычный голос. — Опаздываешь?

Девушка медленно подняла взгляд на застывшего в паре сантиметров чемпиона. Широкая улыбка, ямочки на щеках, в голубых глазах искорки смеха. Судорожно вдохнула аромат мужского дезодоранта, смешанный со свежим запахом лосьона после бритья. И, опомнившись, отпрыгнула назад — словно обожглась. Слишком близко они стояли, головокружительно близко.

— Я…, — она так и замерла с жужжащим телефоном в руках. И брякнула первое, что пришло в голову. — Что это?!

Только заметила, что на футболке был не только голопопый Димасик Антипов, но и надпись: «Не попал в сердце? Захват. Бросок. Туше«.

— Моя новая тренировочная футболка! — борец довольно выпятил грудь, заставив купидончика слегка натянуть тетиву лука (ну и слегка растянуться целиком). — Нравится? Диза-а-йнерская.

Он говорил об этом с гордостью девицы, слетавшей в Милан за эксклюзивной брендовой сумочкой. Смех подступил к горлу, плечи дрогнули, а плохое настроение вдруг растаяло, словно его и не было.

— Ты чокнутый, да?! — сквозь смех выдавила девушка, утирая слезу.

Антипов вдруг стал серьезным и заявил:

— Постепенно схожу с ума.

Выдохнул и со всех ног рванул в сторону спортивного зала. Ушел так стремительно, будто боялся опоздать или задержаться рядом с ней чуть дольше.

***

Вспоминая об этом, Василиса то и дело начинала хихикать. Захват. Бросок. Туше. Вот так негодяй-Антипов сорвал ей свидание. Перестать о нем думать она теперь не могла: о дерзком голубом взгляде, растрепанных светлых волосах, футболке с купидоном.

— У тебя красивая улыбка, — вырвал из воспоминаний Роберт, когда они шли мимо входа в городской парк. — О чем задумалась?

— Ни о чем, просто сегодня хороший день.

На мгновение ей стало неловко. Обманывать она не любила, но и сказать правду не поворачивался язык. Как это прозвучит? «Прости, я на свидании с тобой думаю о другом парне». Издевательство.

— Ты тоже это поняла, да? — Роберт остановился у ворот в парк и глянул на неё пристальным карим взглядом.

— Что?

Она отступила на шаг назад и чуть не врезала в проходящего мимо пожилого мужчину. Тот обернулся, но лишь цокнул языком: «Молодежь!». И продолжил свой путь, оставив Василису один на один с собственной растерянностью.

— Ничего у нас с тобой не получится.

С сердца будто упал огромный камень. Какое счастье, что из них двоих хотя бы Роберт отказался честным. От радости Василиса чуть его не обняла, но тут же застыла, понимая, что это будет выглядеть неуместно. Он же заявил, что отношений не будет. Наверное, она должна расстроиться или хотя бы спросить: «Почему?». Но язык не слушался.

Парень её молчание расценил по-своему и решил перейти к утешениям.

— Прости. Я прямой, как палка. Вась, ты прекрасная девушка. Красивая, веселая, но…

— …ты мне как брат, — тут же выпалила Василиса и неловко улыбнулась. Её прорвало. — Знаешь, я бы еще раз сходила с тобой в кино, погуляла, съела мороженое. Но…

— Согласен быть твоим другом! — широко улыбнулся Роберт, не дав ей утонуть в собственных оправданиях. — Я, конечно, не женоподобный мальчик из кино. Но могу выслушать, накормить мороженым и просто посмотреть фильм. К черту предрассудки. Будем друзьями.

Он протянул руку, которую девушка с удовольствием пожала. В конце концов, у нее пока нет парня, у него девушки — их некому ревновать и осуждать. А иметь рядом человека, с которым весело и радостно — бесценно.

— Ну что, пошли? — спросил он, не отпуская её руку.

— Куда?

— Есть мороженое, конечно. В парке еще продают.

***

Они шли по главной аллее парка, периодически уворачиваясь от самокатов и детей. Вот теперь было радостно. Во рту приятная сладость от гигантского эскимо, рядом весело болтающий Роберт, где-то в воспоминаниях Антипов с купидончиком и никаких угрызений совести. Василиса топала по асфальтированной дорожке, едва не подпрыгивая от радости, как маленькая девочка.

Да, где-то в глубине души скребла когтями мысль: «Очередная попытка завести отношения пошла прахом». Но тут же выступала другая: «Новый друг — тоже классно. В конце концов, жить можно и без любви. В мире много других увлекательных занятий. Например, есть эскимо».

Даже жаль, что этот вечер скоро закончится, а дома она сожрет себя с потрохами. Просто потому что в глубине души мечтает совсем не о мороженом, кинотеатре и даже не о гигантских букетах. Но вдруг её, такую слабую, неидеальную никто и никогда не полюбит? Варя вот красивая, Настя хоть и не красотка, зато с таким характером, что ого-го. А она что? Может, мама права? Стоит принять правила игры и смириться с тем, что взаимная любовь для избранных?

Василисе вообще казалось, что это как талант. Вот есть у одного человека способности к танцам, языкам или рисованию пастелью, а у другого есть дар вызывать любовь. На ней после брата и сестры просто природа отдохнула. Зато она неплохо рисует, чувствует композицию, понимает тренды дизайна, интуитивно чувствует, что будет популярно завтра и может предложить это своим заказчикам. Круто же, а? Есть, что сказать на самопрезентации для серьезного проекта.

— Там что-то происходит, — внезапно вывел из размышлений голос Роберта.

Парень только что выбросил в урну палочку от своего мороженого и замер, как пес на охоте, глядя в сторону выхода из парка. Василиса проследила за его взглядом. Она заметила то, чего не мог разглядеть её новый друг. Знакомый разворот плеч, светлую шевелюру, крепкую фигуру, которая только что рванула вперед. Девушка узнала его мгновенно. Антипов!

Хуже всего, что и второго она узнала также быстро. Ниже чемпиона на пол головы, по комплекции Царев не сильно уступал сопернику. А вот по силе — да.

Двое сцепились на пятачке рядом с воротами парка. Не так, как на чемпионатах и в зале на тренировках. Нет, они метелили друг друга нещадно, не думая о технике и о том, куда именно бьют, как два обезумевших идиота.

Хуже всего, что их друзья, которые стояли рядом, не спешили разнимать драчунов. Со стороны Родиона их было двое, за спиной Антипова — один, тоже показавшийся Василисе смутно знакомым.

— Скорее! Он же его убьет! А Настя добьет всех остальных! У них соревнования на носу! — выпалила она и побежала к дерущимся.

— Черт, это ж Антипов! — Роберт с опозданием узнал светловолосого бойца и рванул следом за ней.

Когда они добежали, Дима уже был сверху и активно превращал лицо обидчика в фарш. Сила была на его стороне. Зрители уже начали собираться вокруг: кто-то снимал, кто-то кричал, кто-то просил позвать охрану и набирал номер полиции.

Василиса растолкала всех, прорываясь в первый ряд.

— Хватит! Прекратите! — закричала, понимая, что её никто не услышит.

Но Антипов услышал. Отвлекся на секунду, которой хватило, чтобы подлость одержала верх над силой. Девушка сначала не поняла, что произошло, но чемпион вдруг дернулся и, отпустив соперника, завалился на бок.

— Вася, в сторону! У него нож! — рыкнул Роберт, заталкивая её себе за спину. — Вызови скорую!

Пальцы не слушались, когда она доставала из сумочки мобильник и набирала номер. Голос дрожал, когда называла координаты и описывала, что случилось. Но хуже было, когда Василиса обернулась и увидела растекшееся по светлой футболке алое пятно.

Царев уже лежал лицом в землю — его быстро обезвредил Роберт. Двое прохожих держали за руки друга Антипова, парень кавказских кровей рвался добить Родиона, но не мог вырваться. У него были все шансы отомстить за друга, ведь защитить обидчика оказалось некому — его друзья поспешили сбежать подальше от шумихи.

Не чувствуя под собой земли, Василиса бросилась вперед и упала на колени рядом с Антиповым. Парень прижимал к животу руку, из-под которой растекалось ярко-красное пятно.

— Скорая едет. Ты как? Потерпи немного, пожалуйста. Тебе помогут.

Хотела прикоснуться, подалась вперед, но тут случилось неожиданное:

— Какого черта ты здесь забыла?! — рявкнул парень, отталкивая от себя её руку.

Впервые она видела его таким. Зубы плотно стиснуты, а в глазах, которые всегда смотрели с теплотой и весельем теперь лишь злость. Девушка отпрянула, понимая, что он злится на неё. Она отвлекла его, и Родион нанес удар. Она виновата. Во всем.