Глава 14

Пока Дан с детской непосредственностью высовывается в окно чуть ли не по пояс, подставляя лицо и вытянутую руку попутному ветру, я изучаю десятки пропущенных звонков. Антон побил все рекорды настойчивости, несколько попыток связаться со мной от Натальи, а также пара звонков от отца и, к моему удивлению, Петра Валентиновича.

Интересно, как ему объяснили мое увольнение?

Перезванивать никому не собиралась. Не сейчас, по крайней мере. Во-первых, рядом Дан, которому вовсе не обязательно знать подробности моей жизни. Во-вторых, уже слишком поздно. Приборная панель показывала второй час ночи.

В третьих…

— Мы почти на месте, — сообщаю Дану, проезжая мимо своего дома. Чуть дальше будет большая круглосуточная аптека, как раз то, что нужно.

Провизор открывала нам долго — спит она там, что ли? — пришлось нажимать кнопку вызова несколько раз.

— Хвощ? — уточнив заказ, девушка вытаращилась совершенно непрофессионально. — Сейчас?

— Это проблема? — приподнимаю бровь.

Я думала, она пальцем у виска покрутит, но нет.

Девушка не ответила, пропуская нас внутрь, зато её взгляд был красноречивее всяких слов.

А Дан тем временем уже увидел небольшую витрину с упаковками популярных в народе трав и завис. Мда, не повезло молоденькой девушке-консультанту нарваться на травника-маньяка. На прилавок были выставлены не менее пяти разных упаковок с яркими изображениями хвощевых метелок, которые Дан бесцеремонно вскрывал одну за другой, нюхая и растирая в пальцах. Даже к шуршанию этого сена прислушивался!

А уж когда Дан слизнул с руки несколько травинок, побледневшая девушка пригрозила вызвать охрану. Я пыталась её успокоить, заверяя, что мы все оплатим, но несчастная то и дело косилась в сторону тревожной кнопки. Этого мне ещё не хватало! А тут Дан, словно прочитав мои мысли и проследив, откуда продавщица выносит упаковки, вознамерился попасть в огороженную часть, чтобы поискать самому.

Цирк шапито отдыхает!

— Дан! — шиплю ему на ухо в десятый раз, пытаясь привести в чувство, но результат практически нулевой. — Мне приказать?

Это его отрезвляет.

Умерив пыл, мужчина продолжает изучение уже вскрытых упаковок. Досмотреть это представление мне не удалось — в кармане завибрировал телефон.

Антон.

На кой черт я ему сдалась в два часа ночи? Ну, получил ты уведомление, что абонент в сети, но звонить-то зачем?

— Я жду тебя на улице, — сообщаю Дану и, выложив на прилавок крупную купюру, покидаю аптеку. Надеюсь, за пару минут ничего не произойдет.

Выйдя на свежий воздух, я смотрела на вибрирующий мобильник, где высвечивалась наша с Антоном совместная фотка.

Сбрасываю звонок и, пока не поступил новый, быстро набираю короткое смс.

«Поговорим завтра»

Надо, наконец, покончить с этим.

— Ой, Женька, привет! — подняв голову, вижу перед собой никого иного, как главную сплетницу нашего офиса, с которой мне не посчастливилось жить по соседству.

Ну, конечно, как не встретить самых неприятных знакомых.

Ночью.

В аптеке.

Случайно.

Когда-то я помогла ей устроиться в нашу фирму и сильно об этом пожалела. Тогда она мне показалась отличным специалистом, а вот то, что язык за зубами она держать не умеет совершенно — выяснила слишком поздно.

— Привет, Оля, — выдавливаю самую милую улыбку, пытаясь спрогнозировать, с какой скоростью по офису полетят сплетни, что ночью меня видели с каким-то мужчиной. Может, сбежать по-тихому и сделать вид, что я не знаю Дана? Чертыхнувшись, отметаю глупые мысли. Да ну их, какое мне дело до того, что они подумают? — Что ты тут делаешь ночью?

— Да Пашка умудрился простыть! — ворчит высокая и худая, как жердь, Ольга, кутаясь в легкий плащ, из-под которого виднелись полы халата. — Так торопилась, что выскочила, в чем была! — смеясь, женщина шлепает ногами, и я с удивлением отмечаю огромные плюшевые тапки в виде ежей.

— Беги, а то сама простынешь! — ненароком подталкиваю её в сторону аптеки, надеясь, что на этом наша беседа завершится.

— Не раньше, чем Пашка откинет ласты, — закатывая глаза к небу, сообщает худышка и уже почти уходит… но резко притормаживает, взглянув мне за спину. — О, а это что за красавчик с тобой?

— Добрый вечер, леди, — Дан, как заправский джентльмен, целует протянутую руку Ольги, отчего у неё глаза буквально превращаются в плошки. Я думала, хуже быть не может, но это было до того, как напарник сжимает мою руку, переплетая пальцы. — Я Иллидан, друг Эжен.

— Ольга, — воркует соседка, переводя взгляд с меня на Дана и обратно. — Какое у вас имя интересное. Откуда вы?

— Из Италии, — опережаю Дана, пока он не ляпнул чего-нибудь лишнего. — У него с акклиматизацией проблемы, вот и заехали в аптеку. Ты все купил?

Дан с абсолютно счастливой улыбкой машет подозрительно пухлым пакетом.

— Тогда поехали, мио каро, а то я уже умираю с голоду, — взглядом показываю напарнику на машину — и о, чудо! — меня понимают. Мило распрощавшись, Дан скрывается в салоне.

— Ну, нам пора, — прощаюсь с бывшей коллегой. — Доброй ночи!

— Правильно, что не стала горевать по этому кобелю, — одобрительно шепчет Ольга. — Вон, какого парня нашла! Молодец! Говорят, итальянцы очень страстные, — и, подмигнув, интересуется: — Это правда?

— Нет, нет, — качаю головой. Главное не покраснеть! — Он просто друг. Пока, Оль!

— Ну, пока, — протяжно произносит соседка, и прежде, чем я сажусь в машину, успеваю услышать ехидный комментарий: — Друг, как же! Друзьям такие лекарства не нужны.

Смысл комментария до меня доходит только тогда, когда взгляд цепляется за пакет с покупками, на котором изображена реклама презервативов.

А веселая надпись гласит: «Даже друзья делают это».

С отчаянным стоном роняю голову на руль. Вот черт!

— Я сильно облажалась, когда решила, что нам удастся поужинать, не привлекая внимания! — раздраженно шепчу Дану, прижавшись к нему всем телом и стоя на маленьком шатающемся столике в бургерной.

А ведь я собиралась взять еду на вынос! Но нет, напарнику было интересно взглянуть на местный общепит и отведать шедевры иномирной кулинарии.

Угу, ночью.

Когда на весь город три круглосуточных фаст-фудных забегаловки и ни одного приличного заведения. Впрочем, это и к лучшему — мой кошелек не пережил бы трапезы в ресторане. А официанты точно разбежались, едва заметив, как куски мяса самопроизвольно исчезают… в пасти невидимых барсуэфов.

Хватило и того, что за каких-то тридцать минут мы навели шороха в мини-бургерной не в самом лучшем районе.

Мне судьба давала знаки, что идея — глупее не придумать. Началось все с того, что самая приличная забегаловка в городе оказалась закрыта на технический перерыв. По пути ко второй у меня замигал датчик топлива, пришлось сделать крюк и заехать на заправку. А потом ещё крюк, потому что дорога к бургерной была перекрыта ночными ремонтными работами.

Да тут целая гирлянда знаков судьбы! Но разве я обратила на них внимание? Прислушалась к предчувствию грядущих неприятностей?

Нет.

Вместо этого я всю дорогу размышляла, чем обернется неожиданная встреча с этой Ольгой, будь она неладна!

Оставив машину почти за квартал, мы бодренько потопали ножками. Времени было в избытке, так что Дан вертел головой на пресловутых триста шестьдесят, осматриваясь. Снежок держался между нами, судя по непрекращающемуся деликатному чиху из пустоты. А более адаптированный Черныш, выскользнув из невидимости, изучал окрестности, доводя меня своим поведением до инфаркта.

А если кто заметит?

Не заметили. До кафешки мы добрались без приключений, но на этом наше везение и закончилось. Иначе чем объяснить, что прямо сейчас мы с Даном стоим на столе, притворяясь испуганной парочкой влюбленных, спасающихся от чудовища?

На стойке с кассой тоненько повизгивает на одной ноте расфуфыренная студентка, с которой мы едва не сцепились, пока делали заказ.

А все из-за Дана! И если началось все с его шикарной внешности — молодая девушка буквально глаз не могла от него отвести, успевая кокетничать, начисто игнорируя наши сцепленные руки — то закончилось все потому, что у Дана язык без костей! Его куртуазная вежливость сладким ядом осела на неапгрейденных начитанностью мозгах девочки-фрика.

— Что с её лицом? — ошарашенно интересуется это чудо, едва мы отвернулись от кассы, сделав заказ.

Что-что… три килограмма штукатурки с распродажи, неудачный перманентный макияж и нарощенные ресницы… буквально на каждом кокетливом взмахе теряющие своих соплеменниц. Ну и пирсинг в курносом носу.

Интересно, её специально поставили в ночную смену?

Мне становится неловко и стыдно — наверняка девушка слышала замечание Дана, ему и в лицо смотреть не надо, достаточно шокированных интонаций. И ей неприятно. Только собираюсь извиниться за некорректное поведение, как эта акула в юбке, оскорбившись, отбивает подачу:

— Лучше бы посмотрел на её задницу, фавен нафталиновый! — открыто намекая на огромный заказ фаст-фуда, девица одаривает меня таким надменным взглядом, что я теряю дар речи.

Да у меня отличная задница, между прочим. Зря, что ли, приседала?

И вообще, причем тут я? Вся еда для Дана и котов! Я себе разве что мягкое мороженое взяла — аппетит предыдущим приключением отбило начисто.

— Ваш заказ будет готов через пятнадцать минут! — и она с видом победительницы демонстративно переключается на двух парней, стоящих за нами. — Что желаете?

— Дан, пошли, — удерживаю напарника, который порывается шагнуть к кассе… и, судя по всему, придушить нахалку. — Ты спрашивал, что с её лицом, — хочу перевести все в шутку, но ненароком привлекаю внимание не только напарника, но и кассирши, что тут же попыталась прожечь меня взглядом. Да и парням явно было интересно, чем все закончится. — Просто на нём написано, что девушка не в себе. Переутомилась, видимо.

И сейчас, стоя на качающейся конструкции и наблюдая за разворачивающимся представлением, я пыталась понять…в какой момент все пошло к чертям собачьим?

— Они сами виноваты, — равнодушным тоном сообщает маг, заключивший меня в кольцо объятий, не собираясь останавливаться на достигнутом эффекте. — Пусть немного понервничают!

Ну, да. Наверное, виноваты. И кассирша, что нахамила без причины. И администратор — суровая женщина лет пятидесяти, которая приняла Дана с его трясущимися руками за наркомана, и попросившая убраться из их приличного заведения. И охранник, что попытался выдворить нас силком, больно схватив меня за руку.

Терпение Дана лопнуло — не такого гостеприимства он ожидал.

Какая там еда?

В последние десять минут сотрудники шарашкиной конторы и любители ночных перекусов прятались по углам, как тараканы, и усердно молились. Шутка ли… оказаться взаперти с диким зверем, который может в любой момент тебя сожрать.

Ничего! То ли ещё будет, когда выяснится, что их двое!

— Сохраняйте спокойствие! — дрожащим, как осиновый лист на ветру, голосом вещает администратор бургерной, изучая обстановку сквозь маленькое круглое окошко в двери. — Я уже вызвала спасателей!

Собственно, она была единственной, кто успел найти себе укрытие. Остальным не так повезло — все двери в кафе внезапно захлопнулись благодаря Дану и его магии. Напарник забрался повыше и утянул меня за собой, чтоб не выглядеть неуместно спокойными. Для конспирации. А еще, подозреваю, чтобы лучше видеть.

— Легко говорить, сидя в кладовке! — рычит охранник, оседлавший соседний столик. Это он взгромоздился, нам подражая. У меня было подозрение, что хлипкая конструкция не выдержит семипудового веса и вот-вот развалится. — Да этот монстр сожрет нас и не подавится, пока едут твои спасатели! Старая стер…

Не закончив пламенную речь, охранник Петр испуганно всхрапывает и застывает статуей самому себе.

Шутка ли, по полу, со стороны кухни, тянется цепочка кетчупных, похожих на кровь, огромных кошачьих следов, а по воздуху, пощелкивая, будто плетка, сама собой просвистела связка сосисок.

Боясь расхохотаться в голос, я резко прячу лицо на груди у Дана.

— Смотри, смотри… — повернув голову, успеваю заметить, как проявляется во плоти дьявольская гончая… если так можно назвать кота, вымазанного в кетчупе.

Определить хулигана помогает каким-то чудом не испачканное белоснежное ухо.

И морда, которая не выражает ничего хорошего. Кажется, Снежку совсем не нравится, что он так вляпался. Надо думать, попробуй потом отмой эту гадость, набитую красителями, с его белоснежного окраса.

Рассерженно дергая шипастым хвостом из стороны в сторону, кошак вдруг делает резкий выпад вперед, с диким ором бросаясь на охранника. Ну как бросается… так, чтобы припугнуть. И ему это удается с блеском. Тоненько взвизгнув, уже через секунду мужчина подобно мешку с картошкой без чувств стекает на пол, не пропустив ни одного острого угла. Снежок удовлетворенно мрявкает, мол, смотри, я отомстил за тебя!

— Ну и защитник, — пренебрежительно фыркает Дан в сторону грузного тела.

Не успеваю ответить, как со стороны кухни разносится громыхание металлической утвари, цветистая басовитая ругань, мужской вопль, шмяк на пол чего-то большого и важного.

Черныш развлекается, не иначе.

— Повар-то в чем провинился? — кажется, Дан вознамерился поставить тут на уши всех.

— Твоя сладость была холодной!

— Она и должна быть такой, — разочаровываю мага, сообразив, что речь идет о мороженом. — Отстань от повара и поехали домой.

— Да? Ну, пожалуй… хватит с них впечатлений. Ничего, мне наша встреча тоже не понравилась.

Дан на секунду застывает, устремив взгляд в никуда. В этот же миг с кухни разносится такой тарарам, словно там уронили сотни кастрюль, а из дверей на полной скорости вылетает самое настоящее чудовище со стейком в зубах.

Нет, вы только посмотрите на них! Один весь в кетчупе, второй вымазан не то в горчичном соусе, не то в киселе, не то во всем и сразу. Полагаю, зрители сегодняшнего представления запомнят этот день надолго. Хотя бы потому, что впервые в жизни увидели розово-желто-черную пантеру с шипастым хвостом.

За окном раздается сирена.

Ой-ей, сколько их тут понаехало! Госпожа администратор, кажется, вызвала всех, кого можно было, включая журналистов.

— Представляю завтрашние заголовки: “Гигантские адские кошки напали на бургерную! К счастью, пострадали только запасы колбас”.

— Кажется, мы задержались, — давясь смехом, сообщает Дан. — Ну что, домой?

— Ой, мамочки! — то ли шепчу, то ли визжу на одной тонкой ноте, едва понимаю, что больше не чувствую опоры под ногами. — Дан, что происходит? — Взглянув вниз, вижу, что я самым настоящим образом парю в воздухе, и это пугает меня до головокружения. — Верни меня обратно, Дан! Я не хочу, слышишь?! Спусти меня на пол! — мне кажется, что я требую, но на слух это скорее жалкий комариный писк.

Господи, почему так тяжело дышать? Такое чувство, что из бургерной выкачали весь кислород. И голова кружится, а перед глазами пляшут темные мошки. Ноги неожиданно стали свинцовыми, и это взвинчивает панику еще сильнее.

— Т-с-с-с, все хорошо, — слышу сквозь шум крови в ушах голос напарника, в чьи ладони я вцепилась мертвой хваткой, боясь взлететь под потолок. — Я тебя держу, Эжен, держу.

Так, Женька, вдох, выдох. Вдох, выдох. Дан не позволит тебе упасть. Тут лететь-то метра три, в случае чего.

Жалких три метра. Тьфу, ерунда.

— А-а-а…куда это ты…, — блею как испуганная овца, когда Дан и сам принимается парить. — М-м-мамочки!

Теперь-то мне за что держаться? Мы прямо как чертовы космонавты в невесомости!

Ну уж дудки!

Барахтаясь в воздухе под хихиканье Дана, мне каким-то чудом удается вскарабкаться к нему на спину. Обвив мужчину руками и ногами подобно мартышке, еле сдерживаясь, чтобы не вцепиться еще и зубами, утыкаюсь в шелковые волосы и бухчу:

— Если падать, то вместе! А у меня хоть мягкая посадка будет!

Напарник не отвечает, но в этот момент словно по заказу разъезжаются двухстворчатые двери, впуская наши неприятности.

— Не волнуйся, — успокаивает Дан, но я лишь сильнее напрягаюсь, предчувствуя новую волну приключений. — Мы скрыты пологом. Нас не видно и не слышно.

Уф, хоть что-то хорошее в этом цирковом кружке дурдома!

Первыми в зал прокрались мужчины с транквилизаторными винтовками наперевес. Следом за ними шла ещё команда, только на этот раз уже с петлями для ловли диких животных.

— Чисто! — спустя пять пару минут раздается крик командира, и все расслабляются. Конечно, чисто, этих паразитов уже и след простыл. Одному Дану известно, куда это они делись. — Эй, девушка, вы как?

Бедная кассирша, которой не посчастливилось все это время пребывать в сознании, кивнула невпопад.

— У неё шок, — определяет один из ловцов и тут же сообщает в рацию у плеча, — объект зачищен, гражданке нужен врач, срочно.

— Эй, Серега, смотри сюда, — один из бойцов склонился над кошачьим следом. — Ты когда-нибудь такие размеры видел?

— Ничего себе, пинеточка. Надо найти зверя, пока он не натворил чего похуже, — сурово выносит вердикт командир и широким шагом покидает помещение.

Журналисты атаковали разблокированную стеклянную дверь быстрее спецназовцев, но ничего толком снять не удается — их довольно быстро оттесняют пропуская внутрь медиков.

— Давай, пока двери открыты, нам нужно выбраться отсюда! — шепчу Дану, с интересом наблюдая за суетой.

— Сейчас, нужно ещё кое-что сделать, — вместо вожделенного выхода мы плывем к кассирше. Да что ж ему все неймется!

— Что ты творишь! — шиплю рассерженной кошкой, не на шутку перепугавшись, когда напарник начинает делать какие-то пассы прямо у лица незнакомки. Мало ли, отомстить решил!

Но нет… все куда хуже. Он решил её умыть.

Я обескураженно наблюдаю, как с лица кассирши исчезает перманентный контур губ, осыпаются искусственные реснички, а взамен отрастают натуральные — длинные и пушистые. Сходит вся косметика — эта химия скатывается в бурые микроскопические шарики и осыпается с кожи перхотью, из носа выпадает серьга, а волосы, собранные в неопрятный пучок, рассыпаются по плечам красивейшим каскадом шелка.

И если девушка заметила лишь выпавшую серьгу и лопнувшую резинку для волос, то медбрат, что проводил осмотр, видел все преобразования, вплоть до стекающей на пол краски для волос.

У-у-у… гадость какая!

— Вот так-то лучше, — удовлетворенным голосом стервозной Крестной феи произносит Дан, наслаждаясь реакцией бедолаги медика, который, кажется, вот-вот получит в глаз, если и дальше продолжит показывать на кассиршу пальцем с таким очумевшим выражением лица.

Не скажу, что под штукатуркой была мисс вселенная, но девушка и впрямь похорошела. И зачем было прятать такую красоту?

— Хорошо, что она не знает, кого благодарить, — насмешничаю над Даном, понимая, что характер так быстро не исправить. Сомневаюсь, что незнакомка будет рада такому самоуправству. — Теперь-то мы можем уйти?

— Конечно, — невозмутимо соглашается Дан, — но если ты продолжишь меня щупать…

— Что? — вскидываясь, едва не падаю — в глазах вмиг потемнело от ужаса. Вцепившись в мужчину с новой силой, закончила: — Я просто держусь за тебя, чтобы не свалиться! Между прочим, я и слова против не сказала, когда ты то и дело хватал меня за что придется!

— Я тебя просто держал за руку, а ты меня щупаешь!

Если бы не моё подвешенное состояние, то я бы со стопроцентной уверенностью дала этому шутнику в глаз.

А лучше под дых, так надежнее.

— Мы что, в детском саду? — скрываю смущение за раздражением. — От тебя не убудет. Полетели уже отсюда!

Тоже мне, неженка. Такое тело грех не пощупать… тем более, оно само, непроизвольно!

— Как скажет моя королева, знать бы еще, что такое этот детский сад, — иронизирует Дан, но, слава богу, это единственная реакция на мой приказной тон. Ни злости, ни даже толики раздражения не последовало.

Поднявшись к потолку и подлетев к дверям, мы бочком-бочком протискиваемся наружу. И тут же оказываемся на сольном выступлении Снежка, собравшего вокруг себя кучу операторов с видеокамерами.

Кот, не пожелавший расставаться со своей законной добычей, то есть с канатом из сосисок, устроил самое настоящее представление — сам-то он был невидимым! Вот и выходит, что двухметровая сосисочная змея то и дело угрожающе приподнималась над полом и раскачивалась вверх-вниз и вправо-влево, а то и вовсе ползла прямо к самоотверженным профессионалам, распугивая их необъяснимым явлением.

Раз, и сосиски исчезли — Дан помог своему питомцу. Кажется, я даже вдох облечения услышала, едва мучения Снежка прекратились.

Как мало нужно для счастья, всего лишь связка сосисок.

Когда напарник, слава всевышнему, опустил меня на землю, и я, наконец, почувствовала твердую поверхность под ногами, думала, расцелую его. Но быстренько вспомнила, из-за кого едва ли не поймала паническую атаку, и так же скоро передумала.

Быть воздушным шариком мне не понравилось от слова совсем! На земле… оно как-то надежнее.