Глава 4 · Два временно поверженных короля

Надежда обладала очень устойчивой психикой. Очень! Ее трудно было выбить из колеи. Марина, соседка по комнате, любила говорить: «Вывести тебя из терпения никакого терпения не хватит». Но Его Величеству Эрланду пятому удалось. Робость и растерянность, какая охватила Надю перед этой королевской глыбой, сменилась диким возмущением, после произнесенной им фразы. В общем-то, Надя была готова к тому, что он откажется от сеансов. Но как король озвучил свое решение?! Даже не взглянул на Надю. Не поздоровался, не попрощался, не высказал сожаления, что заставил ждать. Безэмоционально отчеканил слова и намерился ретироваться.

Причем, списать бесцеремонность на особенности Тай-Наильского менталитета было нельзя. Из талмудов, которые Базиль принес Наде, она успела кое-что узнать о местных обычаях. Отношения между полами здесь были как в рыцарских романах. Мужчины воспринимали прекрасных дам, как этаких Муз, ради благосклонности которых нужно совершать подвиги, окружать вниманием и посвящать поэмы. А еще женщины ассоциировались у них с цветами, задача которых цвести благоухать и радовать глаз, и ни в коем случае не покидать пределы клумбы и не вмешиваться в серьезные «мужские» дела.

Но как бы то ни было, этикет предписывал мужчине быть любезным. И король, безусловно, обучен манерам. Так почему же не захотел проявить учтивость? Надя догадывалась. Ну, не зря же она будущий психолог. Этой своей категоричностью, приправленной показным равнодушием, Эрланд выдал себя с головой. Ситуация с женитьбой его сильно терзает и гнетет. Мучает, изводит, не дает нормально жить. Возможно проблема даже глубже, чем вынужденный брак. Ведь о том, что рано или поздно Эрланду придется жениться на девушке, которую «выберут звезды», он знал всегда. Должен был бы уже смириться. Значит, есть что-то еще. Его величеству нужен если не психолог, то хотя бы человек, который его выслушает. Но разве эта гранитная глыба признается в таком хотя бы самому себе? Разве поделится с кем-то проблемами, когда все привык решать сам? И тем более он никогда не продемонстрирует слабость и сомнения перед девушкой. Ведь прекрасные дамы не созданы для серьезных дел — так полагают Тай-Наильские мужчины?

Но, к сожалению или к счастью, Надя совершенно не ассоциировала себя с цветочком, судьба которого всю жизнь произрастать в пределах клумбы. Она подавила клокотавшее в ней возмущение и произнесла спокойно и уверено:

— Ваше Величество, боюсь, вы не можете меня уволить.

Фраза догнала Эрланда, когда тот уже почти вышел за дверь. Догнала и пристукнула. По крайней мере, так показалось Наде. Король резко остановился и развернулся. Вот теперь он, наконец, удостоил ее взглядом. Сканировал почему-то снизу вверх. Начал с джинсовых ног. Самообладание у Эрланда, разумеется, королевское, но все же Надежда смогла заметить в его глазах смесь недоумения, раздражения и интереса. Да, не обессудьте, Ваше Величество, не бальное платье в пол. Пока еще Наде не выдали ничего из местного ширпотреба, чтобы она могла подобно Тай-Наильским девушкам-цветочкам радовать мужской глаз.

Король оставил в покое Надины ноги и его взгляд заскользил выше — по тонкому трикотажу реглана, шее, лицу, и уперся в глаза:

— Почему?

— Нельзя уволить работника, пока он не нанят. Не припомню, чтобы вы меня нанимали.

Чудесная уловка, только Эрланд не купился. Не стал убеждать, что без разницы, кто ее нанял — он может приказать своим родственникам уволить Надю. Сказал только:

— Да, не нанимал. А что тогда вы делаете в моем кабинете?

— Пришла… э… сыграть с вами партию вот в эти фигурки, — она кивнула в сторону доски, напоминающей шахматную.

Нет, ну а что она могла еще сказать?

— А вы умеете?

О, оказывается, каменная глыба способен усмехаться.

— Нет. Но надеялась, вы расскажете мне правила.

— У этой игры сложные правила. Обычно девушкам наскучивает после первых пяти минут.

— А вы попробуйте.

Король закрыл дверь кабинета и направился к столу.

— Ну, если вы настаиваете.

Последние пару минут в нем боролись гнев и интерес. Надежда могла себя поздравить с первой маленькой победой — интерес переборол.

Он поставил доску с фигурками перед Надей и сел напротив. Теперь она могла изучить Его Величество вблизи. Почему бы и нет, если сам он не испытывал ни малейшего стеснения постоянно скользить по ней взглядом? У Эрланда оказались неожиданно длинные ресницы, которые выбивались из остального скалоподобного образа. И ясные умные глаза. Что ж, тогда товарищ король небезнадежен. До умного мужчины, каким бы упертым он ни был, можно достучаться.

— Цель игры — повергнуть короля противника, — Эрланд начал рассказывать правила. В голосе по-прежнему не слышалось ни грамма любезности.

Эрланд обошелся несколькими фразами. Разумеется, он не собирался всерьез обучать Надежду этой игре — только показать, насколько игра сложна. Так сказать, не для женского ума. Угу. Только откуда Его Величеству знать, что правила оказались один в один, как в земных шахматах. А в шахматы Надежда играть умела.

— Белые ходят первыми. Прошу, — он был грозен и насмешлив одновременно.

Надя не стала мудрить. Начала стандартно: е2-е4

Эрланд двигал свои фигуры в ответ, практически не глядя на доску, уверенный, что противница даже не уловила суть игры. А зря. На четвертом ходу он получил классический детский мат.

— Ваше Величество, ваш король повержен.

Ни один мускул не дрогнул на лице Эрланда, когда он посмотрел на доску. Да, скалоподобный умеет прятать чувства — это Надя уже поняла. Но каким бы непробиваемым ни был его взгляд, она знала — Эрланд поражен и зол. В общем, поверженными оказались оба короля: и шахматный и Пятый. Но Надежда не особо обольщалась. Каменную глыбу невозможно прошибить одной маленькой ехидной победой.

— Вы ведь умели играть?

— Да. А вы, я вижу, склонны недооценивать противника. Может, еще одну партию? Не хотите отыграться?

Не дожидаясь согласия, Надя начала расставлять фигуры.

— Хорошо. Но как только партия закончится, вы покинете этот кабинет и наше королевство.

Какое гостеприимство. Видимо, из тех двух чувств: гнев и интерес, под властью которых находится Его Величество, в данный момент верх взяло первое.

В этот раз Надежда не спешила делать ходы. Она знала, что теперь, когда король сосредоточен на игре, он с легкостью выиграет. Надя не была сильна в шахматах. Трюк с детским матом, которому когда-то, еще в детстве, обучил ее папа — это был, к сожалению, весь ее арсенал.

Что же делать?

— Не хотите сразу признать поражение? — опять гнев и насмешка в одном флаконе. — Вы так долго думаете над каждым ходом — мне жаль вашу хорошенькую головку.

А что Наде остается? Оттягивает время. Еще несколько ходов и король поставит мат. Партия закончится. Тогда — прощай Тай-Наиль, прощай интересный клиент и прощай высокооплачиваемая работа.

— Вам скучно, пока я обдумываю ходы? Могу развлечь вас историей.

Точно! «Тысяча и одна ночь». Шахерезаде тоже попался царь, в котором боролись гнев и любопытство. Не воспользоваться ли ее рецептом?

Надя взяла шахматную «королеву», но не спешила поставить ее на одну из клеток доски.

— Моя история о Королеве, — начала Надежда, крутя фигурку в руках. — Она красавица. Тело как у самой богини любви. Она будто создана для услады мужских взглядов. Ей всего двадцать пять. Она лежит в супружеском ложе и поглядывает на часы, которые освещает лишь свет луны. Ее супруг, тридцатипятилетний Король, крепко спит. Стрелки соединяются на цифре двенадцать, и Королева тихонько поднимается с кровати. Она знает, что супруг не проснется. Она подсыпала ему в бокал с вином снотворное. Но все равно Королеву колотит от волнения.

Она укутывается в меховую накидку, зажигает свечу и на цыпочках подходит к своей гардеробной. Просторный шкаф, размером с маленькую комнату. Платья, платья, платья. Пробирается сквозь их ряды к стене. Там потайная дверь. Про нее не знает никто: ни слуги, ни супруг. За дверью лестница. Королева спускается по ней. Колени дрожат, сбивчивое дыхание едва не гасит свечу. Она быстро идет узким темным коридором и останавливается у небольшой дверки. Сердце выпрыгивает из груди. Она знает, там, за дверью, ее ждут.

— Любовник? — предположил король.

— Разве это ваша история? — строго сдвинула брови Надежда.

Эрланд покорно замолк, но через секунду все же не выдержал:

— Зачем же еще королеве усыплять мужа и сбегать через потайной ход?

Надя не стала отвечать на вопрос, просто продолжила историю.

— За дверью ее ждет королевский врач…

— Королева больна? — тут же снова перебил Эрланд. — Но ведь она молода.

Надежда видела искры неподдельного любопытства. Эрланд пятый заинтригован. Самое время закончить первый сеанс.

— А об этом, Ваше Величество, вы узнаете завтра. Если, конечно, придете доиграть партию, — Надя указала глазами на доску, фигуры на которой замерли ровно в том положении, в каком были на начало ее истории. — Доброй ночи.

Она поднялась и вышла из кабинета.