Глава 35 · Старая как мир идея

Надя мечтала узнать, что ощущаешь, когда тебя целует такой мужчина? И она узнала. Это сжигающее желание принадлежать ему без остатка, покориться его страстному напору, его нежной не оставляющей выбора власти. Это головокружительное осознание, что малейшее твое движение ему навстречу сводит его с ума, опьяняет, заставляет стонать от мучительного удовольствия и делаться еще порывистее, еще нетерпеливее, еще горячее. Это сладкое наслаждение понимать, что и он желает принадлежать тебе без остатка.

Она узнала, что чувствуешь, когда такой мужчина целует тебя. Что она наделала???!!! Разве сможет теперь противиться его воле, разве сможет теперь противиться своим желаниям? Она, что, забыла, что всего лишь его консультант, что им никогда не быть вместе?! Они оба забыли, обезумели…

Ветка хрустнула так близко к беседке, что заставила Надю встрепенуться, высвободится из объятий Эрланда. Они оба дышали в сумасшедшем ритме — с трудом возвращались в реальность, но король справился первым. Подскочил, выглянул за дверь. Густые сумерки скрыли, того, кто прохаживался мимо их укрытия: безобидный зверек — барсук, белка… или человек?

Эрланд вышел из беседки в надежде обнаружить нарушителя спокойствия. Но кто бы это ни был, он появился вовремя. Вернул из грез на грешную землю. Надя прислонила ладони к пылающим щекам, заставила себя собрать остатки хладнокровия. Она психолог, она несет ответственность за клиента, она должна облегчить ему жизнь, а не создавать проблемы. Нужно вычеркнуть и из своей, и из его памяти то, что сейчас произошло. Списать на порыв, вызванный эмоциональной историей. И чтобы ситуация не вышла из-под контроля, не зашла еще дальше, нужно встретиться с дядюшкой Фредериком и потребовать, чтобы невесту Эрланда доставили в Тай-Наиль как можно скорее, желательно, вообще, завтра.

Когда король вернулся в беседку, так и не обнаружив, кто хрустнул веткой, Надя уже взяла себя в руки. Заставила себя говорить спокойно и отстраненно:

— Ваше Величество, у нас сегодня получился не совсем обычный сеанс. Я раскаиваюсь, что проявила непрофессионализм. Мы слишком вжились в придуманную нами же самими историю. Но пора заканчивать со сказками и возвращаться к реальности. Обещаю, больше подобного не повторится, и с завтрашнего дня мы начнем обсуждать только насущные проблемы, а именно — вашу скорую встречу с вашей невестой.

Эрланд встретил слова Нади мрачным молчанием. Она и не ожидала другого. Он сейчас под властью эмоций. Противоречивых эмоций. Он и сам прекрасно понимает — то, что произошло, не должно было произойти и уж точно не должно повториться. И он не согласен с этим, не хочет этого принимать, как не хотел принять последний эпизод Надиной истории. Но историю он мог перекроить, а перекроить реальность — не в его силах.

— Вы должны пообещать, что больше не предпримете ничего такого, что только что произошло, иначе мне придется тут же вернуться домой, — Надя сама не знала, как смогла выдавить из себя эти слова. Этот ультиматум. Но она должна была. Только так она сможет помочь Эрланду не сделать того, о чем они оба будут жалеть.

— Хорошо, — сказал он так, будто не верил сам себе. — Но и вы тогда пообещайте мне кое-что. Вы отмените запланированный на сегодняшнюю ночь поход в лес. Это очень опасно.

— Мне надо там побывать. Это письмо… — Надя указала глазами на конверт, лежащий рядом с ней на скамье.

— Что в нем?

— Какое-то предостережение, но я не поняла о чем. Чутье подсказывает, что мне непременно нужно побеседовать с отправителем послания. Это важно.

— Хорошо. Тогда я пойду с вами. Вы же понимаете, что Лизи, какой бы преданной она не была — плохой провожатый.

Да. Надя это понимала. Лучшего провожатого, чем Эрланд ей не найти. Но идти с ним на ночную прогулку в лес… а вдруг там опять между ними что-то произойдет? Какие бы ультиматумы не выдвигала Надя, но реальность такова — она не устоит перед этим мужчиной, если он того захочет. Если снова прикоснется к ней, начнет целовать… ох, от одних мыслей бросало в жар.

— Я пообещал, что этого больше не повторится, — будто прочтя ее мысли, произнес Эрланд.

Дуглас тихонечко возвращался из парка в замок. Король его не заметил, выскочил из беседки слишком поздно. Как же Дуглас был доволен собой. Интуиция его не подвела. Землянка действительно набивается Эрланду в любовницы.

Когда Дуглас столкнулся с ней нос к носу, выходя из кабинета короля, решил проследить, что будет дальше. А дальше они направились на прогулку в парк. И прямиком к самой отдаленной беседке. Чем ни гнездышко для интимных встреч? Он бесшумно подобрался поближе. И хоть плотная листва скрывала то, что происходило внутри, но достаточно было и звуков, чтобы понять, чем занялась парочка.

Имея такой компромат на пронырливую смазливую фифочку, он раздавит ее в два счета. И Дуглас знал, кто ему в этом поможет. Кто при дворе ловчее всех плетет интриги, когда дело касается любовных похождений? Дугласу нужна была леди Равелина. Вот кто может ославить и опорочить зарвавшуюся дамочку, вот кто умеет подставить и подловить. И насколько ему было известно, Равелина сама точит зуб на иномирянку.

Ему удалось добиться встречи с Равелиной этим же вечером. Он пригласил ее отужинать с ним на террасе. Без свидетелей. Предлог нашелся легко. Скоро у супруги именины, и он попросил у первой при дворе модницы консультацию по поводу подарка.

— Жена мечтает о шляпке, а я плохо ориентируюсь в последних тенденциях.

Равелина, надо отдать ей должное, согласилась охотно, хоть и догадалась, что речь пойдет не о головных уборах.

Они неспешно наслаждались напитками и беседовали о том о сем, пока прислуга расставляла яства, а как только остались одни, Дуглас начал прощупывать почву. Он оказался прав — Равелина еще, пожалуй, сильнее его хотела уничтожить иномирную выскочку, и когда узнала, куда та метит, просто позеленела от злости.

— Мало ей, что строит глазки лорду Вильгельму, пытаясь поймать на крючок? Решила брать выше. Стать фавориткой короля?

— Чем выше взлетишь, тем больнее падать, — усмехнулся Дуглас. — Можно обставить все так, что нам самим даже руки не придется марать. Король сам уничтожит землянку — если подстроить ситуацию, которая заставит его в ней усомниться. Есть идеи?

— Идея стара, как мир. Он должен увидеть ее в постели с другим. Этого будет достаточно, чтобы он собственноручно раздавил проходимку и мокрого места не оставил.

— Не думаю, что это будет легко организовать.

— Не переживайте. Все хлопоты возьму на себя. Подпоить, подсыпать снадобье, а дальше дело техники. Вам только нужно будет привести короля в нужное время в нужное место.

— Думаете, лорд Вильгельм осмелится на такое, даже если будет пьян?

— Почему вы полагаете, что речь о лорде Вильгельме? — щеки леди Равелины пошли пятнами.

— Но вы же сами сказали, что он не прочь бы был… э… Ну, что он волочится за землянкой.

— Репутация лорда Вильгельма не должна пострадать. Мы будем использовать его брата — лорда Феликса.

Ах, да, как же Дуглас выпустил из вида, что Вильгельма Равелина припасла для себя.

— Как будет угодно, — расплылся он в улыбке. Ему было абсолютно все равно, с кем из рыцарей король застанет эту мерзкую девчонку.

— Как только все будет готово, я вам сообщу, — Равелина поднялась и направилась на выход с террасы, так и не притронувшись к изыскам королевской кухни.

У нее пропадал аппетит в двух случаях, когда она была в диком расстройстве или, как сейчас, в сладком предвкушении мести. У нее неожиданно нашелся союзник. Да еще какой. Вдвоем будет легче провернуть затею, которую она так и так уже запланировала. Ей нужно было, чтобы Вильгельм увидел землянку в постели с кем-то другим, чтобы раз и навсегда выкинул из головы иномирную зверушку, и, наконец, переключил все внимание на Равелину. Уж она найдет, как его утешить после потрясения. Именно таким способом в свое время ее мать заполучила себе в мужья того, кого хотела, именно так поступит и сама Равелина. А то, что свидетелем сцены станет еще и король, как того хочет Дуглас — только лучше. Чем грандиознее скандал, тем слаще чувство утоленной мести.