Глава 39

Ева

Я сворачиваю с шоссе на дорогу, ведущую к коттеджному посёлку. Бросаю взгляд в зеркало заднего вида. Даша умилённо улыбается, играя с новой игрушкой – свинкой Пеппой.

Меня всё ещё трясёт.

От яркого секса с Женей в его машине.

От нашего похода в магазин.

И оттого, что дочка, получив свою игрушку, на секунду обняла Женю...

Она всегда так сложно привыкает к людям. Почти никому не доверяет. Держится с чужими очень настороженно. Даже с другими детьми не играет в садике. А тут повисла на шее у незнакомца. Словно подсознательно почувствовала, что он ей совсем не чужой. Пусть и незнакомец пока, но не чужой человек.

Господи!.. Что мне делать?

Как избежать разборок с Никитой, если Даша вдруг решит заговорить об этом?

Как мне попросить о молчании ребёнка трёх лет?

Когда подъезжаю к дому и не вижу рядом машину Никиты, из груди невольно вырывается облегчённый вздох. Мужа пока нет. А значит, у меня ещё есть время разобраться со всем этим.

Выбираемся из машины. Я забираю пакеты с продуктами, и мы заходим во двор. Гросс встречает нас радостным лаем. Вместе с дочкой проводим немного времени с псом. Треплем его шкурку, почёсываем за ушками, гладим мягкий животик, когда он падает на спину, демонстрируя его нам.

– Сейчас тебя покормлю, – говорю я Гроссу, и мы с Дашей наконец заходим в дом.

Дочка скидывает обувь и бежит в свою комнату. Она уже научилась после улицы сразу переодеваться и мыть руки.

Снимаю верхнюю одежду, прохожу на кухню. Разогреваю Гроссу еду, выхожу к нему с большой плошкой. А потом уже разбираю продукты из пакетов и начинаю готовить ужин для нас.

Когда режу овощи для салата, на кухне появляется Даша. Не выпуская из рук свою Пеппу, включает телевизор, канал с мультиками.

– Котёнок, у меня к тебе важное дело...

Всё-таки решаюсь на разговор.

Даша поворачивается ко мне, сразу отвлекаясь от мультфильма.

– Давай скажем папе, что игрушку купила я, а не тот дядя. Пусть это будет как бы подарок от папы. Наш папа очень много работает и забывает про игрушки для тебя. И ему будет приятно, если ты поблагодаришь его.

У Даши на лице появляется такое серьёзное и взрослое выражение, что мне становится по-настоящему страшно. Словно сейчас она скажет, что это всё нечестно. Ведь не папа подарил ей Пеппу, а мужчина с синими глазами.

Он так сильно ей понравился... Это было очевидно.

– Хорошо, – вдруг кивает Даша. – Скажу папе спасибо.

Боже, мне так стыдно. За свою ложь… И за то, что заставляю врать собственного ребёнка…

Дочка вновь смотрит на экран плазмы, а я не успеваю перевести дух и порадоваться маленькой победе, как от двери раздаётся:

– Спасибо за что?

Никита... Я не услышала, как он подъехал.

– За игрушку! – тут же отвечает Даша и несётся к нему.

На этот раз Никита подхватывает её на руки и кружит в воздухе. Она хохочет.

– Но я же тебе ничего не дарил, – удивляется он, поставив дочку на пол.

Она демонстрирует ему Пеппу.

– Вот! Мама сказала, что это от тебя.

Я хватаю полотенце и, на ходу вытирая руки, подхожу к ним.

– Да, Даше очень понравилась эта игрушка, и я её купила от тебя. Ты же не против?

– В общем-то, за, – Никита всё ещё удивлён это историей. – Но нужно просто съездить в магазин всем вместе, и я сам куплю то, что она захочет.

Он снимает куртку, вешает её в шкаф. Разувается.

– Да, так и сделаем, – просто соглашаюсь, лишь бы закончить этот разговор.

Даша убегает обратно к телевизору, а я покорно жду, когда муж поприветствует меня. Никита подходит ближе, тянется к губам. Его поцелуй, как всегда, грубый и несдержанный. Собственнический.

– Ладно, я в душ, – обходит меня. И уже из коридора, направляясь к ванной, выкрикивает: – Кстати, очень вкусно пахнет! Я умираю от голода!

Мне кажется, или у него действительно какое-то необычно приподнятое настроение?

Позже Никита делится последними новостями. Его брат вернулся из очередного отпуска и наконец взял на себя часть обязанностей в фирме. Теперь дело пойдёт быстрее, объект могут закончить даже раньше срока. А это значит, что уже через две, максимум три недели мы сможем полететь куда-нибудь отдохнуть.

Но я этого совсем не хочу...

Я планировала, пока Жени не будет, найти возможность уйти от мужа. А совместный отпуск с Никитой только всё усугубит.

Мне нужен план. Хитрый. Продуманный. Но я пока не знаю, с чего начать.

После ужина Никита уходит в свой кабинет, чтобы ещё немного поработать. Я играю с Дашей, а потом укладываю её спать.

Приняв душ, надеваю сорочку и, устроившись перед туалетным столиком в спальне, расчёсываю волосы. Бездумным взглядом смотрю в своё отражение, вновь и вновь задаваясь вопросом – на что готов пойти Никита, если я просто от него сбегу?

Не знаю... Возьму Дашу, сяду в самолет до Израиля... У меня будет целый месяц передышки от нелюбимого мужа. И я точно что-нибудь придумаю. Что-то помимо того, чтобы скрываться.

Может, стоит пойти к отцу?..

И тут же трясу головой, вытряхивая последнюю мысль. Этот изверг – мой отец – из страха запятнать свою репутацию отправил меня к мяснику, чтобы тот лишил меня ребёнка. Он не позволит мне развестись. О чём я только думаю?

Если он узнает о Жене, наверняка ударит по самому больному. Например, снова захочет посадить его. Или, ещё хуже, наша дочь пострадает. Ведь мой отец её не жалует, считая чужой. Пусть и не говорит об этом напрямую, но он даже в гости её не зовёт! Она видела дедушку три раза за всю жизнь! В то время как сын Марка, конечно, для него «ангелочек, золотой мальчик»!

Дверь в спальню тихо открывается, заставляя меня напрячься. Никита заходит в комнату и встаёт за моей спиной. Сжимает плечи, поймав мой взгляд в отражении.

– Ты такая красивая... – бормочет, зарываясь носом в мои ещё немного влажные волосы. – Мне так повезло, Ева... Я самый счастливый человек в этом мире. Потому что ты есть у меня.

Я громко сглатываю.

Перекинув волосы на одно плечо, он губами подбирается к шее. Проходит влажными поцелуями до уха.

– Мы не можем, – говорю как можно спокойнее. И так как он смотрит с недоумением, а в глубине его глаз уже поднимается злоба, объясняю: – У меня месячные. Болит живот.

На самом деле это не так. И месячные начнутся через несколько дней. Но... Я не хочу с ним спать!

– Ааа, ясно...

Никита поджимает губы, явно раздражённый. Подходит к кровати, садится, стягивает с себя футболку.

– Жаль. У меня было столько планов на этот вечер.

Я оставляю расчёску на туалетном столике, встаю со стула и тоже иду к кровати. Ложусь на своей стороне, скорчившись в позе эмбриона. Изображаю болезненные муки на лице.

Этой ночью Никита меня не трогает.

И как долго ещё я смогу придумывать подобные отговорки?

* * *

Его пальцы торопливо расстёгивают пуговицы на моём пальто. А потом и пуговки рубашки. Я делаю то же самое с рубашкой Жени. Через полминуты мы уже без одежды. Ещё спустя пару секунд я падаю на кровать, потому что Женя меня подтолкнул... Сегодня он особенно импульсивен. Но не груб.

Он наступает на меня, не сводя потемневших глаз. Ложится сверху, устраиваясь между моих ног. Едва его член касается лона, без промедления врывается внутрь, заставляя буквально задохнуться от острых ощущений.

Мы в отеле. В ста метрах от типографии, где я работаю. Сейчас я «на обеде». А у Жени выходной, потому что он должен собрать вещи. Вечером его самолёт. И он улетит в Израиль на целый месяц.

Наверное, мы оба пребываем в отчаянии, потому что оба даже говорить не можем. Можем лишь растворяться в объятьях друг друга и в своей страсти.

Он неистово двигается во мне, а я, выгнувшись всем телом, судорожно хватаю ртом воздух и наполняю гостиничный номер стонами. Женя целует мою шею, прикусывает кожу... Его движения то жёсткие и быстрые, то нежные и глубокие.

Мне безумно хорошо с ним... Незабываемо... Но глаза щиплет от слёз. Почему-то начинает казаться – всё это в последний раз.

Женя очень быстро подводит нас обоих к краю. Меня накрывает мощнейшим оргазмом, а следом за мной кончает и мужчина, изливаясь в меня. Оставаясь внутри, накрывает своим сильным прекрасным телом. Жадно припадает к губам. Теперь мы задыхаемся уже от поцелуя.

Оторвавшись от губ, он взволнованно произносит:

– Ева... что происходит?

Видимо, заметил слёзы, блеснувшие в уголках моих глаз. Подавив рыдание, рвущееся из горла, тихо говорю:

– Всё нормально... Я просто буду скучать.

– Но это совсем не обязательно...

Он выходит из меня, встаёт с кровати и подходит к нашим вещам, разбросанным по полу. Берёт свой пиджак в руки, что-то достаёт из нагрудного кармана, возвращается. Я уже успела сесть и вопросительно смотрю на него.

– Возьми их.

Женя протягивает мне... билеты на самолёт?! Потянувшись было к ним, испуганно отдёргиваю руку.

– Что? Зачем?.. Я не могу!

– Шшш... – он садится рядом, обнимает за плечи, целует в губы. – Мы можем улететь все вместе, ты же знаешь, я говорил тебе об этом. И, чтобы не быть голословным, купил билеты. Тебе нужно просто решиться.

Но я не могу...

Или?..

– Женя...

– Нет, подожди, – перебивает мужчина. – Я понимаю, что, скорее всего, вместе с этими билетами предлагаю тебе ввязаться в проблемы. Может быть! Но мы решим их вместе! Даша ещё слишком маленькая, и мы сделаем всё, чтобы она со временем забыла все эти потрясения. Больше нас ничто не останавливает, верно? Дело ведь только в Даше и в том, как она ко всему отнесётся?

Я неуверенно киваю, а потом так же неуверенно отрицательно качаю головой.

– Дело не только в ней. Ещё в моём отце. Он нас найдёт и всё разрушит. И Никита... Потому что болен мной.

Женя болезненно зажмуривается и крепче обнимает меня. А когда открывает глаза, я, как и всегда, тону в их синеве. Внезапно он меняет тему:

– Расскажи мне о нём. Что он из себя представляет? Не как бизнесмен, а как человек. Как мужик.

Его голос звучит жёстко и зло, когда Женя добавляет:

– Он обижает тебя?

Я сразу выдыхаю:

– Нет!

Слишком поспешно. Слишком... Взгляд Жени прожигает меня насквозь.

– Ева! – требовательно восклицает он. – Я отменю чёртову поездку, если ты прямо сейчас не признаешься в том, что творится у тебя на душе. Хватит прятаться! Хватит бояться за меня! Я же вижу, что ты пытаешься меня оградить. Только не понимаю, от чего именно.

Его голос наполнен отчаянием. А я вообще не могу говорить. Вскакиваю с кровати и начинаю метаться по номеру абсолютно голая, как бы глупо это сейчас ни выглядело. Женя пытается схватить меня за руку и притянуть к себе. Я не позволяю.

– Он не бьёт меня. Никогда не бил, – пытаюсь ему объяснить. – Но иногда так пугает... Я не знаю, куда деться от его любви. Он навязал её мне, понимаешь? Я вышла за него, потому что этого хотел отец. Думала, привыкну. Но невозможно заставить себя любить кого-то! Это противоестественно!

По моим щекам бегут слёзы. Женя просто слушает, не перебивая.

– Никита не отпустит меня. Потому что его любовь какая-то больная... и неизлечимая. И я не знаю, как это можно исправить или закончить... Не знаю...

Мой голос хрипнет. Женя всё-таки притягивает меня к себе и, усадив на колени, крепко-крепко обнимает.

– Он не сможет сделать мне ничего плохого, – говорит уверенно. – И тебе тоже! Потому что когда мы вернёмся из Израиля, ты подашь на развод. А ещё до этого мы подтвердим документально моё отцовство. Для твоего мужа это тупик, понимаешь? И мы найдём хорошего адвоката, чтобы загнать его в этот тупик.

Почти целую минуту я верю в слова Жени.

Я могу сбежать. И за этот месяц подготовиться к дуэли с мужем. И победить.

Могу!

Или нет?..

Сомнения, видимо, отражаются на моём лице, потому что Женя снова начинает уговаривать:

– Ева... Пожалуйста! Не позволяй страху перед этим человеком рушить наши жизни. А твой отец... Он ведь вовсе и не родной тебе. Ты сама об этом говорила. Почему он всё ещё имеет власть над тобой?

– Потому что может, – тихо отвечаю я.

Да, иногда мне кажется, что отец может всё. И год за годом мстит мне за что-то!

Женя вновь укладывает меня на кровать, накрывает своим сильным телом. Вот бы можно было спрятаться вот так под ним навсегда...

Он нашёптывает мне слова любви... Обещает, что всё решит, если я сделаю хоть шаг. А ещё умоляет, чтобы этот шаг я всё-таки сделала. И я благодарна ему за то, что он действует так деликатно, без категоричных требований.

Очень быстро он снова распаляет меня поцелуями. Женя делает со мной что-то такое, что я совсем не могу контролировать и игнорировать. Моё тело нуждается в нём, как лёгкие в глотке воздуха. И я вновь хочу его. Хочу чувствовать его член внутри себя. Ласки. Его глухие стоны, проникающие в самую глубь, когда он меня целует. Пульсацию между ног. И яркий оргазм, стирающий все чёртовы сомнения.

Мне хочется уехать с ним...

А когда вспоминаю про уже купленные билеты, вдруг понимаю – я действительно могу это сделать!

Почему бы и нет?..