6. Шестая часть

…подарок Богини… Подарок… подарок…

Рассматривая кольца на руке, неожиданно поняла то, что беспокоило меня все время, после переноса. А поняв, повернулась к Геллу.

— Куда ты дел подарок, который тебе дала Светлана? Помнишь? На следующий день, после… подтверждения брака?

— Глас сразу забрал его себе. Я даже не знаю — что это было. Просто коробочка. Постой..! Я понял! Прорыв ассов произошел, когда вы были у палатка Голоса! А перед этим, на нас натравили одержимого туманными червями! Светлана его и заразила…. и прислала к нам… а мы, чтобы не рисковать тобой и Евгенией, вызвали Гласа и отправили вас со Славой к его палатке. Это же так предсказуемо! Я — идиот! — Старший супруг схватился за голову.

— Даже магистр моего уровня порой может ошибиться, — наставительно отжалел Брэн, — А вы только начали становиться полноценным оборотнем. Тут еще совершенно не предсказуемая пылкая любовь к супруге… Не надо так убиваться!

— Согласен с Брэном. Я бы тоже не заметил ведьмачьего проклятия, если бы лично не сталкивался с ним. Только по этой причине определил, что малышка разделила эту дрянь со своим отцом. — поддержал магистра Темный.

— Ничего не бойся. Мы не отдадим проклятию малышку, — присев на кровать, погладил меня по спине Хелл.

Попыталась успокоиться, но ничего не получалось.

— Как мои друзья? Сильно нервничают? — спросила я об оставленных в крепости Дархане и Клае.

Собаки плохо перенесли "темный" портальный переход, и отсыпались в гостевой комнате крепости.

— Беспокоятся… Но Хелл сказал, что ты с Темным и мы скоро вернемся. Они сразу успокоились. — Ответил Слава, — Ты знаешь… Они у тебя были великолепно вышколены… А сейчас — такое впечатление, что стали полуразумными!

— И вы правы. — неожиданно откликнулся Брэн. — Эти фамильяры перестали быть просто животными. Они действительно стали полуразумны!

Я попыталась освободиться от объятий Славы и встать, но ничего из этой затеи не получилось.

— Побудь со мной еще немного… — умоляюще прошептал Младший супруг, сильнее прижимая к себе, — До сих пор не могу поверить в то, что ты рядом и я не проклят.

Затихла в родных руках, постепенно уплывая в забытье. Мужья и маги о чем-то тихо разговаривали…

Как хорошо, что мы есть друг у друга.

Проснулась от того, что Слава гладил и осторожно целовал меня скользя мягкими губами по скуле и шее.

— Открывай глазки, засонька, я же чувствую, что ты уже проснулась, — прошептал он.

— Долго я спала? — с трудом сдерживая зевоту, поинтересовалась я.

— Часов пять, уже вечер..

— Ох, ты ж… И ты все время был рядом?

— Да, — Слава блаженно улыбнулся, — Я еще долго не смогу находиться вдалеке от тебя. Ты не рассердишься?

— За что сердиться? Ты у меня совершенно неотразимый… И я очень тосковала там без вас… Кстати… а где все?

— Вышли в лабораторию. Скоро придут. Тебе я надоел? — Слава расстроено вздохнул.

— Нет. Не может надоесть тот, кого искренне любишь… Ой!

Простые слова сорвали у мужа стоп-кран, сдерживающий его пылкую, страстную натуру.

Одним движением он накрыл меня своим телом, подгребая одной рукой и перенеся вес своего тела на другую. Никогда я не была в центре такого, яростно-нежного, урагана поцелуев.

Халатик куда-то делся, и я с наслаждением прижалась к обжигающе-горячему телу супруга. Пальцы гладили упругую кожу, под которой перекатывались округло- каменные мышцы. Все мое тело с жадностью пустынного песка впитывало исходяее от Славы сумасшедшее желание. Горячие губы мужа нашли напрягшийся сосок, осторожно сжав его. Меня мгновенно прострелило молнией удовольствия, вырвав помимо воли стон наслаждения. Грудь, болезненно сжавшись, запульсировала горячими влажными каплями.

Вскинув голову, Слава поймал мой смущенный этой колизей взгляд.

— Вот и молоко для наших деток появилось, — облизнулся он. — Позволишь мне попробовать?

И не дожидаясь ответа, жадно припал ко второй груди. Удовольствие от его движения было настолько острым, что я невольно притянула его голову сильнее, зарываясь в волосы, не желая прекращения сладкой пытки.

Слава вскинул голову, умоляюще глядя на меня шоколадными глазами, в центре которых пульсировал вытянутый зрачок. Идеальное тело супруга сотрясала едва сдерживаемая дрожь.

— Маленькая… ты позволишь… тебе можно?… малышам не повредит?

Славонька! Милый мой! Даже сейчас он думает о детях и обо мне!

— Можно… тебе — можно все, что хочешь… — жарко прошептала я ему в губы, которые мгновенно пленили мой рот.

Сильные руки осторожно повернули меня к себе спиной. Обжигающие поцелуи, царапающие спину острыми клыками, поднимались от поясницы к шее. Не знаю, как Слава умудрялся держать себя в руках. У меня этого не получалось. По телу прокатывались горячие волны, сворачиваясь в груди и животе пульсирующими точками, сводящими меня с ума и требующими немедленного удовлетворения.

— Слава… пожалуйста…! — только и смогла простонать я, буквально впиваясь ему в руку ногтями.

— Да… маленькая моя… сейчас…

Изнывающего от желания лона, коснулась каменно-горячая головка до предела возбужденного мужского достоинства. Дернулась ему на встречу, требуя немедленного ответа… и содрогнулась от отчаянного рывка мужа, наполнившее наконец-то меня до предела. Остановившись и давая привыкнуть к своим размерам, Слава осыпал поцелуями шею и плечи, шепча — как хочет меня и насколько истосковался. Я нетерпеливо двинула бедрами, и муж подхватил мое движение, то выходя почти полностью и вырывая у меня протестующие стоны… то наполняя до отказа. Все пространство сжалось до раскаленной спирали сжимаемой от бешеного темпа движения. Я не выдержала первой, впиваясь Славе в руку зубами и содрогаясь от беспощадно-сладкого оргазма. Еще пара безумных рывков, и муж догнал меня в сладострастном пике.

Постепенно приходя в себя, с ужасом почувствовала во рту вкус крови.

— Прости! Прости-прости!.. — в ужасе развернулась я в кольце надежных рук супруга.

— Ну, что ты! Ты становишься настоящей страстной драконицей! — Слава слизнул с моих губ свою кровь, — И я горд, что ты такая только со мной! Твой укус специально не буду лечить! Пусть продержится подольше. Весь Клан обзавидуется — какая у нас супруга!

— Хвастун! — облегченно выдохнула я.

— Еще какой! — кровать прогнулась под тяжестью Хелла. — Милая, а меня ты укусишь? — совершенно серьезно спросил Старший супруг.

— Будешь меня и дальше в краску вгонять — прямо сейчас и укушу! — разозлилась я.

Хелл просиял.

Нет, они вообще нормальные? На смеси стыда, злости и отчаянной нежности, рванулась к Старшему супругу, вцепляясь ему в плечи ногтями, и с хрустом (как мне показалось), кусаю его за нежную кожу над ключицей.

Когда до меня дошло — что я сделала — ошеломленно воззрилась на невероятно довольного мужа. И на ужасный укус на шее, наливающийся вокруг раны неприятным багровым цветом.

— Милая моя, котенька… спасибо! — Хелл порывисто привлек меня к себе, так же как Слава слизывая с моих губ свою кровь и прижимая голову к своему плечу.

— Больно? Прости… — прошептала я покаянно.

— Ну, что ты! Это не боль. Это радость и счастье. Ты приняла нас во второй ипостаси! Спасибо, солнышко наше упрямое… — руки супруга сильнее прижали меня к себе укачивая как ребенка.

Я совершенно расслабилась, буквально растекаясь по его телу безвольной массой.

По спине пробежались теплые губы, целуя сверху вниз. Быстрый, капельку болезненный укус в поясницу… и Слава накидывает мне на плечи любимый байковый халат. До меня тут же доходит то, что я сейчас сверкала сильно беременным телом перед посторонними мужиками. Не только щеки — все тело обдало жаром стыда за свое безобразное поведение.

— Да… лея действительно поразительно страстная женщина, — отстраненно заметил Брэн. — Ради нее можно подождать пару столетий, пока она решится, наконец, принять нас как Спутников… Зато сколько наслаждения нас ждет… — от предвкушения в голосе магистра, меня передернуло.

— Чччч… не пугайся, мой хороший… лей магистр изволит грубовато шутить, — погладил меня под халатом по спине Хелл.

Бессовестное тело моментально прижалось теснее к мужу. Блин! Я становлюсь неуправляемо-озабоченной!

— И за этот порыв — тоже спасибо! — прижался Хелл лбом к моему лбу, глядя в глаза и обводя нижнюю губу языком.

— Я себя не узнаю. Я стала такой озабоченной… — пожаловалась на себя Старшему супругу.

— Это нормально. Детям нужен обмен энергией. И чем ближе роды, тем активней ты будешь в сексуальном плане, — будничным тоном поведал Брэн, — Чем сильнее самка, тем сильнее дети. У самой сильной самки-оборотня может быть до семи мужей. И никто из них не останется неудовлетворенным.

Я потеряла дар речи. Это что получается? Я затр…ю мужей и Спутников, и мне еще и мало будет?! КОШМАР!

— Не переживай так, котенька. Возможно все не так плохо, как говорит уважаемый магистр. — Погладил меня по бедру Слава, косясь на Темных.

— Да. У нас в Клане — дел не в проворот. Вильгельм, Глас и Эрик с нетерпением ждут нашего приезда. Ты должна познакомиться с Главами других Кланов и войти в Совет Кланов. — поддержал Старший муж Младшего.

— А в Совете есть еще женщины?

— Нет. Только ты. Больше никто не смог забеременеть и родить больше двух детенышей. А у тебя в перспективе родить больше трех малышей. Ты же не откажешься лет через несколько подарить нам со Славой еще по дочке или сыну?— закинул удочку Хелл.

— Дайте мне этих выносить и родить! — растерялась я.

— И нам с Алехом тоже хотелось бы познать радость отцовства, — вставил свой три копейки Брэн, буквально осязаемо ощупывая меня взглядом.

Алех лишь кивнул, просительно глядя на меня.

— Шантажисты! Вымогатели! Манипуляторы! — возмутилась я.

— Да, и все это только для того, чтобы ты позволила хотя бы поцелуй, — нагло сообщил настырный магистр.

Я застонала, сильнее обнимая Хелла за шею.

— Ты привыкнешь и сдашься… — невозмутимо отметил магистр.

— Сначала выжить надо! — буркнула я из-за уха Хелла, — Родить. Дочь спасти. Как я смогу противостоять проклятию, находясь в Совете Кланов и постоянно встречаясь с Светланой?

— Гм… — Хелл смущенно прокашлялся, — Я не успел тебе сказать… Тут такое дело… Они уехали. Все четверо. В Сар гарт. Это королевство со смешанным населением. И Ведьмы там себя чувствуют очень вольготно.

Несмотря ни на что, от этих слов мне на сердце словно положили надгробную плиту. Я не выполнила просьбу Саши. Он ведь так просил меня — не отдавать его Ведьмам!

Я постыдно разревелась от собственной беспомощности. Ну, как так? Ведь она его погубит!

Я так расстроилась, что не заметила как Слава накинул на меня покрывалко, и мы, все впятером переместились в гостевую комнату Крепости. Собаки встретили наше появление по-разному. Клай откровенно радовался, а Дархан подошел ко мне и положив на колени тяжелую, лобастую голову, с участием заглянул в глаза. Хотите верьте, хотите — нет, но он как будто успокаивал меня, говоря — "не убивайся, нашу стаю в обиду не дадим!"

Хелл ушел со мной в ванную, бережно помог привести себя в порядок. Оттуда я вышла заметно успокоенная. И сразу удостоилась иронично-жадного взгляда Брэна. Слава привлек меня к себе:

— Мы сейчас идем переходом в Совет Кланов. Ты как…? Готова? Или отложим до завтра?

— Идем сейчас… — уткнувшись в грудь Младшего супруга и вдыхая его вкусный запах, морозного леса, решила я.

— Уверена, солнышко?

— Да.

— Мы идем сейчас, — прижимая меня к себе ответил Слава.

— Хорошо, идем. Позовите фамильяров и встаньте плотнее друг к другу.

Мы сгруппировались… и вышагнули в большое сводчатое помещение, с выложенным мозаикой полом и высоким потолком. Диаметр огромного круга образовывали простые колонны. За ними различались многочисленные двери.

Нас ждали. Дав возможность проглотить тошнотворный комок, после неприятного перехода, к нам шагнули Вильгельм в сопровождении двух оборотней. Один — высокий, худощавый, с острыми чертами лица и пронзительным взглядом желтых глаз, представился Главой Клана Черных волков Зигмундом. Второй, столь же высокий, как Зигмунд, но с мягкими, плавными движениями и пристальным, неподвижным временами, взглядом — Глава Клана Песчаных Барсов, Эддар.

После короткого представления, Зигмунд скова обвил меня цепким, колючим взглядом:

— Тааак… вот, значит, какая вы, потеряшка… альфа драконов… А вы не промах. Пока тут по вас с ума сходили супруги и весь Клан, вы времени даром не теряли. Приобрели нехилых Спутников.

Я не успела даже понять, что он меня оскорбил, как бедный волк оказался сметен ледяной метелью и повешен под куполом.

— Ты видел Венец, шавка? Или ты слепой? Убогий? Я просто сейчас выпью тебя, чтобы другие не смели даже в мыслях гавкать на нашу фавори. — лениво процедил Брэн.

На невозмутимых лицах мужей, Алеха. Эддара и Вильгельма не дрогнул ни один мускул.

— Так что ж не выпиваешь? — прохрипел взбешенный Зигмунд.

— Все дело в нашей девочке. Она очень милосердна и, если ты действительно слепой, и этого не заметил, — беременна. Я не хочу расстраивать ее. Я дам возможность ей решать — жить тебе или умереть. А, если она выберет первое — на тебе будет долг жизни. Милая, что с ним делать? Убить?

— Нет! — вырвалось у меня.

— Отличччно! — осклабился магистр, — Приноси Клятву долга жизни.

— Нет, — уперся упрямый волк.

— Как скажешь… — в тело оборотня ввинтились черные, очень подвижные змейки, сотканные из странного искрящегося дыма.

Отчаянный крик оглушил меня. Волк бился в беспощадных путах, до нас долетали мельчайшие капли влаги, осевшие на белых поверхностях кровавой изморозью.

— Брэн, не надо мне от него ничего! — прикоснулась я к руке магистра. — Отпусти!

— Ты не передумал? — участливо поинтересовался Брэн, завладевая моей ладошкой и нежно целуя в середину.

— Я… дам… клятву…

Тут же оборотень оказался на полу.

— Ну… дня три уйдет на извлечение Искристых пиявок… так, скажем… через пять дней ты при всех дашь клятву долга жизни моей фавори.

Зигмунд только обреченно кивнул, содрогаясь от адской боли.

С трудом отведя взгляд от растерзанного мужика, и застыла, забыв как дышать. У колоннады находилось около полутора десятков мужчин. И только трое-четверо не испепеляли меня взглядом. Впрочем они тут же отводили глаза. Я вспомнила, что говорил Алех.

"Если что пойдет не так, будет гора пепла…"

— Лей Эддар, не могла бы вы представить меня присутствующим. Я полагаю, эти уважаемые господа — члены Совета?

— Да, лея. — усмехнулся барс, — Идемте, я вас познакомлю с теми, кто заботится о нашем государстве.

Но тут Вильгельм, почтительно поцеловав мою руку, и вопросительно взглянув сначала на супругов, а потом на магов, повел меня к напряженной группе мужчин, буквально источающей тревогу, неприязнь и… любопытство.

— Позвольте, наконец-то, представить вам, друзья, лею Викторию. До родов она будет вникать в тонкости своей должности. И займется своей работой вплотную только после этого долгожданного события. Лично с каждым она познакомится постепенно. Полагаю, что никому из вас не надо напоминать о необходимости бережного и вежливого общения с нашей прекрасной соправительницей?

Мужики сплаченным гулом подтвердили, что непомерно счастливы быть знакомы со мной и среди них нет больше голимых идиотов типа Волка, готовых нарываться на смертельное предупреждение Брэна и его Венца.

— Лей Леар. Клан Каменные Горгульи. Лея позволит один вопрос? — текучим движением склонился к моей руке широкоплечий мужчина, с совершенно черными глазами.

— Ддда… Конечно… О чем вы хотели спросить? — пытаясь вытянуть свою ладошку из его ледяной руки, вежливо поинтересовалась я.

— Что у вас там с Александром? И что вы предполагаете делать в этом направлении? Наш друг — Зигмунд, позволил себе столь безобразный поступок только потому, что охвачен отчаянием. Прошу правильно понять его и нас. Простите, что вам пришлось пережить все это.

— Что ж. Тогда идемте в Малый зал. Там я расскажу обо всем, что произошло еще до возвращения Клана в наш мир. Милая, ты сможешь побыть с нами? Тебе не тяжело? — промурлыкал Брэн, плотоядно поедая меня глазами и нисколько не стесняясь окружающих.

Я вжалась в Славу, тут же обнявшего меня и зарывшегося в волосы носом.

— Дда… могу. — прижимая еще сильнее к себе ладони мужа, ответила я, с огорчением отмечая жадные взгляды магов, отслеживающие наши со Славой, переплетенные пальцы.

— Тогда идем. — Брэн, словно у себя дома, двинулся к одному из входов в телепортационный зал. Еще бы руки в карманы засунул и насвистывал! Хулиган!

— Не пугайся так, маленькая наша, маги не посмеют позволить себе никакого принуждения к тебе. Только прикосновения и поцелуи. Их остановит собственная магия. — погладил меня по шее Хелл, потом задумчиво посмотрев ка грудь, и сняв с себя куртку, накинул мне на плечи.

Я непонимающе осмотрела на себя и побагровела. Платье из легкой батистовой материи нежно-фисташкового цвета, насквозь промокло на груди. Такое уже было

… В моей прошлой жизни. Когда я ходила беременная сыном, уже со второго месяца стала носить бюстгальтер со специальными вкладками. Потому, что от малейших эмоций грудь промокала от прибывающего молока.

— Ну, что ты… Это нормально. Я закрыл тебя, чтобы другие не завидовали. Ведь ты собираешься сама кормить детей? Я правильно понял? — приподняв мое лицо за подбородок и вглядываясь в глаза, спросил Старший супруг.

C готовностью кивнула, то есть попыталась.

— Солнышко… — муж поцеловал меня, с трудом остановив затягивающийся поцелуй,

— Спасибо, что выбрала нас…

— Хелл, идем… — напомнил о себе Вильгельм, — А то все слюной пол закапают… — фыркнул он, многозначительно кивая на наблюдателей.

— Идем, — вздохнул муж и взяв меня под локоть, потянул за собой.

Слава, обнимая за талию, пошел рядом.

— Не вздыхай! Я уверен, что вы со Славой Вику уже замучали…. Озабоченные! — с напускной суровостью начал Виль.

— Спасибо, но нет. Они меня не замучали… — сочла необходимым уточнить я.

— Оооо! Наша девочка становится драконицей? — глаза Вильгельма странно- предвкушающе сверкнули.

— Да, — одновременно ответили оба супруга.

— Ооо… а она вас пометила? — Вильгельму произошедшее с нами было намного важкее и интереснее, чем Совет.

— Да! — гордо заявил Слава, продемонстрировав укушенную руку.

— А у тебя я и так вижу… — хмыкнул, почему-то невероятно довольный Виль, — И не только я.

Действительно, только ленивый не сломал глаза, таращась на жутко выглядевший укус на шее у Хелла.

— Что решили делать в первую очередь? — поинтересовался Глава нашего клана.

— Ждать родов и спасать нашу дочь от проклятия, — безапелляционно отрезал Брэн.

Советники, пропустившие нас вперед, аж с шага сбились.

— Простите, магистр, — Вильгельм элегантно поклонился, — Но, почему вы называете ребенка Вики — своей дочерью?

— Потому, что я не дал погибнуть лее и ее детям. Практически стал Спутником. И малышку спасу от проклятия. Но тогда уже на лее будет Долг Жизни. И вы знаете, что я попрошу взамен. — Брэн мечтательно улыбнулся светлой, мальчишеской улыбкой.

— Я не откажусь от Александра! — получилось резче, чем я хотела.

— Я это не потребую, милая. Ты же знаешь! К этому времени ты совсем привыкнешь к нам и близость примешь без сопротивления. — магистр стоял уже в дверях, но меня он ДЕЙСТВИТЕЛЬНО фамильярно гладил незримой рукой по лицу, шее, напрягшейся груди. Клянусь!

И я ничего не могла сделать против бессовестного мага.

— Ты чего так напряглась? — спросил чуткий Слава.

Ааа… Была-не была! Я рассказала супругам о своих ощущениях. У Хелла заиграли желваки и он отошел к Брэну, сказал несколько слов и вернулся.

— Сейчас… не чувствуешь… воздействия? — пытливо вглядываясь мне в лицо, спросил Старший супруг.

— Нет. Спасибо! Все прошло. — Я погладила Хелла по руке, — Что ты ему сказал?

Супруг пожал плечами:

— Сказал, что если он будет вести себя так беспардонно, то мы будем Алеха просить о снятии порчи с дочки. И Алеху будем должны Долг Жизни. И не важно, что это займет больше времени и мы потратим больше сил. Никто не смеет оскорблять тебя пошлостью и принуждением!

В ответ на это я просто обняла супруга за талию, утыкаясь в грудь носом.

— Спасибо…

— Идем, котенька… — Хелл коснулся горячими губами ушка, вызвав мурашки по всей коже.

— Идем…

Под напряженными взглядами Советников, мы дружной ячейкой общества протопали по коридору в Малый Зал.

Всю дорогу до Малого зала я физически чувствовала взгляд Брэна. Просто взгляд. Жесткий. Безэмоциональный. Выжигающий льдом спину между лопаток.

Несущий только один подтекст: " Ты все равно будешь моей!"

И это не моя паранойя. И не мое самомнение. Просто он так решил. И не остановится ни перед чем. И мужья с Алехом ему не помеха. Тот, кто играючи справился с проклятием очень сильного стихийного мага, подкрепленное ведьмовскими чарами, чего не смогли сделать магистры, к которым обращался Хелл. И не слабые магистры!

Так и хотелось повернуться и взглянуть в его мальчишески открытое, красивое лицо. Только… именно этого Брэн и добивался. Не повернусь! Обломись, моль! Напротив. Сильнее выпрямила и так одеревеневшую спину и задрав подбородок вошла в зал.

Малый зал представлял собой почти полный аналог институтской аудитории. Амфитеатром расположенные кресла, разрезанные проходами на сектора и отличающиеся цветами кресел. Нас Вильгельм потянул к золотистому ряду. Сам он расположился на первом ряду. Мы, со Славой и Хеллом заняли второй ряд. Клай с Дарханом легли по бокам Вильгельма, носами к кафедре. Магистр с Темным расположились за нами.

В зал чинно вошли все члены Совета и расположились на своих, видимо, привычных местах. За кафедрой разместился Председатель Совета с еще двумя пожилыми оборотнями.

— Сегодня мы собрались здесь по неоднозначному поводу. — открыл заседание совершенно седой оборотень-наг. — Счастливое событие, которое мы праздновали всеми кланами — посвященной возвращению несправедливо осужденного и изгнанного клана, было омрачено похищением беременной альфа-самки драконов, магическим поединком и уходом от нас трех соклановцев. Чтобы разобраться во всем мы и попросили уважаемую лею рассказать о ее злоключениях. Прошу вас, дорогая лея. Расскажите нам, как все происходило и когда все это безобразие началось?

Я тихо вздохнула, собираясь с духом.

— Лее не надо самой обо всем рассказывать. — раздался у меня за спиной ледяной голос Брэна, — Я побывал в ее памяти и сам все расскажу. А, поскольку я являюсь мастером иллюзий, то еще и покажу. Врагов надо знать в лицо. А та ведьма, Светлана кажется, что с легкостью сломала сильного мага-оборотня, действительно сильный и опасный враг. Есть возражения?

Оборотни зашумели, выражая свою солидарность словам невыносимого магистра. Брэн легко сбежал по ступенькам и встал за кафедру.

— Что ж, господа и лея. Начнем….

***

— Все началось задолго до изгнания Клана из нашего мира. Ведьмам срочно нужна была свежая кровь. Но в нашем мире они не могли ее получить. Ни одна женщина не соглашалась стать Ведьмой. Почти никто из мужчин не соглашался стать отцом Ведьмачьих детей и осквернить себя близостью с этими отродьями. Тогда Ведьмы стали действовать в двух направлениях. Одни, искали и разрабатывали заклятья, эликсиры и ритуалы для привязки магически одаренных мужчин. Другие — искали Врата в другие миры. и тем и другим улыбнулась удача. Был разработан ритуал приворота, который они опробовали на младшем брате Темного Владыки. Но… парень оказался с норовом и твердым характером. Он предпочел войти в Темное пламя и сгореть заживо, чем родить от Ведьмы страшное по своей мощи дитя. Единственной ошибкой этого юноши было то, что он не сказал об этом ни отцу, ни братьям. А ведьмы все обставили так, словно его подло втолкнули в Пламя. И втолкнули оборотни-драконы. Потому, что не хотели отдавать девушку из своего клана замуж за Темного. И с этой целью вызвали Аргерта на дуэль на Поле Чести. Именно там горит Темное пламя. Только после высылки драконов в руки безутешных родных пропало письмо несчастного юноши. Оказалось, что драконы не собирались убивать Его Высочество. А дуэль была лишь данью их традициям. — Брэн повернулся к Вильгельму, — Я прав? Это вашу младшую сестру любил Аргерт? И именно она добровольно ушла следом за своим единственным в Темное пламя, куда его столкнуло порождение Ведьм?

Я покосилась на Главу нашего клана. Вильгельм сидел, судорожно сжимая побелевшие руки в кули.

— Да. Мы подумали, что Темные похитили Олу и предали ее Темному пламени. Мы не знали, что она сама сбежала и добровольно вошла в него, не видя жизни без Аргерта.

Брэн сделал сложный пасс и перед нами потекли драматичные события, предшествовавшие изгнанию драконов.

Я тихо всхлипнула, пытаясь не зареветь. Как же эти юноша и девушка любили друг друга!

Вокруг моей талии тут же обвились руки супругов, ушко и шею обожгли поцелуи.

— Не убивайся так, девочка наша. Они навсегда вместе… и когда-нибудь станут парой во плоти… — прошептал Хелл.

— Мы тоже войдем в Пламя, если с тобой что-нибудь случится… Мы живем только потому, что у нас есть ты. — это уже Слава.

— Спасибо… — смаргивая слезы, только и могла просипеть я.

— Но… продолжим рассказ. На ничего не подозревающих изгнанных, было навешено заклятие Призыва. И они, пытаясь выжить в чужом мире, невольно разносили это заклятие по самым потаенным его уголкам. А, когда пришло Время возвращения, четыре сильнейшие неинициированные Ведьмы были готовы перейти Грань Миров. Одна из них уже определилась с будущим отцом своих детей. И провела приворот на крови, привязав Александра к себе. Но она не знала того, что после ритуала Выбора, мужчина может стать отцом только с Выбранной. Кстати… четвертая Ведьма так и не сумела попасть в наш мир. Она уже ехала к поляне Выбора, чтобы успеть в самый последний момент. Но наша фавори сбросила с себя заклятие подчинения, усыпившее ее и ее фамильяров на несколько дней, и опередила Ведьму. Слава, хочешь узнать, какая судьба была уготована тебе? Вот она — четвертая Ведьма, рассыпавшаяся в пепел, после того, как вы перешли Грань!

На иллюзии я с удивлением узрела ту самую сцену, с очаровательной хозяйкой "тойчика", где впервые встретилась с оборотнями и двумя будущими супругами.

— Эта девушка… она ведьма? — неверяще спросил Слава, сильнее притягивая меня к себе.

— Да, — сухо подтвердил Брэн, — Сильнейшая ведьма. Она могла колдовать даже в мире, почти полностью лишенном магии. А вот что она бы сделала с тобой…

На иллюзии возник отвратительный Акт совокупления "очаровашки" с моим Славой… To, что это тщедушное существо с восставшим фаллосом и есть мой Вячеслав, можно было понять только по лицу. Почти прозрачному от истощения. Остальное тельце утопало в пульсирующей бордово-зеленоватой жиже, жадно ощупывающей безвольное тело щупальцами…

— Она бы высосала из твоего младшего мужа его жизненную силу в бесконечном сексе. Умирая, он оплодотворил бы ее силой жизни, и у нашего мира появилась бы Очень большая проблема, в виде этого ребенка…

Меня затошнило…

— Но… ведь… этого не… случилось… Это ваше предположение… — с трудом борясь с накатывающей тошнотой, сопротивлялась я. — Как вы узнали….. что она — ведьма?

— Я увидел это все в твоей очаровательной головушке, — нежный взгляд Брэна скользил по моему лицу и шее, — А вложила в твою голову это знание, ваша Богиня, что тебе покровительствует. Я просто прочел.

— Кто дал… тебе право влезать в…. мою голову? — сил у меня почти не осталось.

— Я должен был знать, что ты не опасна для нас и нашего мира.

— Тут он прав, милая. — Обдал жарким дыханием мою шею и ушко Хелл.

— И в том, что он сделал нет ничего возмутительного и оскорбительного, — поддержал Старшего супруга Слава.

— Я могу продолжать? — Нейтрально поинтересовался у нас Брэн, и получив согласный кивок и дружное "Угу", продолжил рассказ:

— Так вот… Четвертая ведьма была задержана. Скорее всего — вашей Богиней. И этой Светлане пришлось приложить все усилия, чтобы привязать к себе Александра. Как она это сделала — я узнаю позже. Когда "случайно" столкнусь с ним. И тогда же буду знать, что надо сделать для его спасения. А пока продолжу… Две оставшиеся ведьмы даже и не знали, кем являются. Они не инициированы и очень уязвимы. Сразу после нашего Совета я ими займусь. Но это отступление…

Светлана полностью подчинила себе и Александра и обоих супругов. Но привязка после Выбора столь сильна, что снова и снова возвращала ему ясность ума. С этим ведьма не могла смириться. Она устраивала разные козни против нашей фавори, но та с достоинством их преодолевала.

Когда клан пересек Грань Миров, оставшаяся ведьма отправила вслед смертельное проклятие. Но оно видоизменилось, и перешло от отца к ребенку при зачатии. И теперь наша фавори носит под сердцем проклятую дочь.

Можно представить себе, как бесилась Светлана. Ее мужья — слабые бытовые маги. От Александра никто кроме супруги родить не сможет. И тогда она решила просто уничтожить нашу дорогую Викторию, и навредить всему клану. Потому, разбудила Древнее Зло и с помощью подброшенного разового портала отправила лею на верную смерть.

И скова просчиталась. Потому, что нашу фавори снова защитила Богиня. И не тронул Древний Лес. Но к моменту нашей встречи и она и дети были на грани ухода. Почему это случилось, надо объяснять? — магистр окинул аудиторию высокомерным взглядом.

— Не надо, лей магистр. — подал голос председатель Совета, — Все знают, чем грозит беременной супруге оборотня остаться без магической подпитки. Гибель не рожденных и уход за Грань.

— Благодарю вас. — Брэн вежливо поклонился. — Но наша лея не только выжила сама, но и спасла нас. Отряд магов, попавший в ловушку. С помощью ее фамильяров и благосклонности Древнего Леса, мы не только спаслись, но и существенно увеличили магический резерв.

А потом…

" Хммм…, мне показалось, или невозмутимый магистр запнулся?"

— … потом мы с Лордом-хранителем поняли, что Виктория — та, что сможет сделать нас счастливыми отцами, а мне — подарить душу. И навсегда связали свои жизни с ней. Нам повезло, и мы во время убрали проклятие с Вячеслава. Вот, собственно, и все. Благодарю вас, господа, за оказанное внимание и прошу позволить нашей семье отдохнуть. С вашего разрешения, и с дозволения Главы клана лея Вильгельма, мы в течение недели проведем скрытое дознание. И изложим наши выводы на следующем заседании Совета. К тому же мне лично, надо заняться здоровьем вспыльчивого и скорого на необдуманные поступки лея Зигмунда. На сим, позвольте откланяться. — магистр отвесил аудитории церемонный поклон, и легко сбежал с подиума, где располагался президиум.

Подойдя к нам и не обращая внимание на предупреждающий рык Дархана, предложил Геллу проводить нас домой. Слава подхватил меня на руки, и мы, вшестером, включая Вильгельма, потопали к неведомому дому.

"Дом, дом… милый дом… Каким ты будешь у меня в этом мире?" думала я, безвольно распластавшись на руках Вячеслава.

— А где мы будем жить? — озвучила я свои мысли.

— У нас, в клане, — пожав плечами, ответил Виль. — У всех семейных — свой дом. Не семейные живут в комнатах, в Общем доме. Да…. лея, я хотел бы попросить вас… эээ… — Глава замялся, а потом, махнув рукой выложил, — У вас очень притягательные супруги. И на них, сразу по прибытию клана, стали заглядываться девушки. Из других кланов. Ваши супруги никогда никому не давали повода усомниться в верности вам. Но… вы же знаете… девушки… они такие… романтичные. Поэтому, прошу вас, не убивать сразу этих милых глупышек.

— Слава, Хелл… я конечно постараюсь… — дальше мне договорить не дал Слава, перекрыв кислород поцелуем.

— Викуля, мы лучше прослывем хамами, чем позволим тебе волноваться по таким пустякам. — ответил на невысказанный вопрос Хелл.

— Одной-двумя можно и пожертвовать… — мимоходом заметил Брэн.

Меня словно током ударило:

— Не смей! Никого не смей убивать!

— Хорошо-хорошо, дорогая. — магистр завладел моей рукой, с удовольствием целуя запястье и выдыхая воздух так, словно присутствовал на дегустации нового парфюма. — Я только припугну. Или ты хочешь, чтобы к твоим мужьям постоянно цеплялись люди и оборотницы? Одна из них может оказаться ведьмой… и ты будешь очень расстроена тем, что неожиданно твой супруг станет одержим не тобой.

— А такое в самом деле возможно? — не поверила я.

Но взглянув на смущенных мужчин, поняла и без слов, что все сказанное Брэном — правда.

— Хорошо. Я согласна. Припугни. Только не убивай.

— Ммм… — снова запечатлев на ставшей очень чувствительной коже запястья более чем жаркий поцелуй, магистр согласился, — Так и быть. Только для тебя. Ни одна сладострастница не умрет.

— Тори, — я, не ожидавшая вступления в общение доселе молчавшего, как могила, Алехандра, непроизвольно вздрогнула, — Ты еще уточни, чтобы он не изуродовал навеки этих глупышек.

— Брээ-эн? — я буравила взглядом безмятежное юношеское лицо.

— Не буду уродовать. Так… Помучаются неделю-другую и опять станут сами собой. Так устроит?

Я покосилась на Алеха. Тот кивнул.

— Устроит. — подтвердила я.

— Дружище, я выбиваюсь из сил, стараясь обезопасить нашу семью и женщину, добиться ее расположения, а ты радеешь о распутницах, которые могут при этом пострадать. — и ТАКОЙ укор в дивных, чистых глазах…

— Если ты будет убивать и калечить окружающих направо-налево… не думаю, что наша фавори нам будет за это благодарна. — отзеркалил Темный.

Вильгельм тихонько фыркнул и сразу извинился.

— Мы выглядим смешно? — ровный голос Брэна заморозил всю округу.

— Нет. И в мыслях не было вас оскорбить. — тут же открестился Виль, — Просто я не представляю, как вы будете жить все вместе, под одной крышей. Правду говорят. Только отмеченная Богами женщина сможет создать уютный дом, в котором не будет ссор и проблем. В котором мирно будут уживаться и чувствовать себя любимыми и счастливыми все супруги и Спутники…

Глаза Брэна перешедшие с Вильгельма на меня тут же подернулись странной дымкой…

— Да… Только Тори сможет это сделать. И дать нам всем продолжение в детях… Ты же не будешь так жестока? Ты подаришь нам с Алехом детей?

Ну, вот что бы вы ответили на эту мольбу? Отказали? Не верю! Вот и я не смогла.

— Я подарю вам детей. Только не торопите меня, пожалуйста!

Брэн, лучезарно улыбаясь, буквально съел меня, ставшим плотоядным взглядом.

— А вот и ваш дом, — отвлек нас от неловкого момента Вильгельм.

Оказывается, за разговором, я и не заметила как мы пришли. И сейчас стояли перед невысоким забором, за которым возвышался двухэтажный кирпичный дом, увитый ползучими растениями, усыпанными алыми и белыми, сладко и нежно пахнущими цветами.

— Стойте. Сначала надо там внутри все проверить на остаточное проклятие! — сразу стал собранным и деловитым магистр.

— Александр сюда даже не заходил. — пожал плечами Слава.

— А ты, после магического поединка заходил? — цепко осматривая дом и прилегающую к нему лужайку, поинтересовался Алех.

— Да. Дня три жил. А потом уехал в гарнизон…

— Умирать. — припечатал Брэн. — Ясно. Вы ждете на лавочке. Мы осматриваем дом. Тори, не пускай фамильяров даже за забор, пока мы все не осмотрим.

— Хорошо. — послушно ответила я, и приказав собакам лежать возле скамейки, на которой расположились мы вчетвером, уселась сама.

А магистр с Темным скользнули внутрь ограды, почти сразу ослепив нас вспышкой черного огня.

Мы подпрыгнули от неожиданности.

— Вячеслав, а помнится, ты говорил что ничего плохого в доме нет? — блеснул залихвастской улыбкой Брэн, — А тут, даже войти не успели… И какое интересное плетение использовали!

Но затем, дурашливое настроение ушло с лица магистра, и он плавно двинулся к дому. Алех двигался параллельным маршрутом.

Мы же, после пятой вспышки, перестали дергаться и подпрыгивать. Просто смирно сидели и ждали, пока группа зачистки позволит вселиться в дом.

На улицах города, тем временем становилось оживленно. Прохожие торопились… Кто на работу, кто на рынок, кто по хозяйственным делам. Многие здоровались с Главой. Церемонно раскланивались с супругами, а сами, тем временем, поедали меня глазами. Причем и мужчины, и женщины.

Даа… Наша семья вызывает острое любопытство.

У одного из ухоженных домов появилась стайка нарядных девушек. Некоторое время они стояли, шушукаясь и пересмеиваясь друг с другом. А потом, вдруг, перепорхнули к нам.

— Благословенного дня, Глава Вильгельм, — обратилась к Вилю самая бойкая из них.

Брюнетка, с волосами, заплетенными в косу. Одетая в бордовое платье, очень похожее на русский сарафан, насыщенно бордового цвета. Очень эффектно оттененный кипенно-белой нижней кофтой.

— Благословенного… — задумчиво глядя на наш дом ответил Глава.

— Вы нам представите новых соседей? Отец никогда ничего не рассказывает. А нам же интересно. Слухом земля полнится. Такие воины будут жить по-соседству… — кося очаровательными глазками ка моих мужей продолжала распинаться девица.

Договорить ей не дал утробный рык Дархана. Сам алабай, потягиваясь и зевая во всю свою немаленькую пасть, вышел вперед и картинно разлегся между нами и девушками. Клай солидарно скользнул к нему.

— Да, в самом деле. — поддержала я, — Представьте нас этим милым детям. Чтобы они раз и навсегда зарубили себе на носу очень важную для их здоровья и жизни вещь. Никогда не пытаться заигрывать с чужими мужьями. Особенно, когда у их беременной супруги есть Спутники. — эээ!.. тпру!..стоп!.. что-то я вызверилась, не на шутку.

Девы шокированно хлопали ресницами. Глава усмехался. Хелл задумчиво рассматривал девичью стайку, но его взгляд не сулил ничего хорошего. А Слава просто сильнее прижал меня к себе.

— Лея Виктория. Эта девушка — внучка Председателя Совета и дочь Главы клана красных волков Валтара с подружками. — спокойно представил нас Вильгельм. — Вальти, я уже говорил тебе о том, что нельзя беспокоить никого из Выбранных нашего клана. И особенно семьи Виктории и Евгении. Больше предупреждать не буду. А просто полюбуюсь на то, что с вами сделает Темный и магистр.

— Ооо… И что же они с нами могут сделать? Отшлепать..? — накручивая на пальчик непослушный локон поинтересовалась Валтара, бомбардируя Славу жаркими взглядами. К которым младший супруг остался совершенно равнодушен.

— Жаль, что еще два года ты не сможешь владеть магией. Иначе уже бежала бы в страхе к своей бестолковой матушке, узрев Венец, венчающий голову нашей леи. — проворчал Вильгельм. — Один из спутников леи Виктории — Бездушный.

Несколько девушек охнули и торопливо пробормотав что-то вроде "нам срочно надо домой", умчались, не оглядываясь.

Валтара же, и три ее наперстницы настырно остались на месте.

Глава горестно вздохнул, видимо собираясь и дальше проводить разъяснительную работу, как из дома раздался оглушительный визг, переходящий в ультразвук. Глухо бабахнуло несколько раз. С хрустальным звоном рассыпалось сотнями сверкающих осколков окно на втором этаже. Другое окно вылетело, выбитое вместе с рамой. Оттуда повалил густой фиолетовый дым. Почему-то запахло халвой и сладким дымом. Потом по земле прокатилась волна дрожи и… все затихло.

Через некоторое время входная дверь распахнулась, выпуская почему-то весьма довольных магистра и Темного.

Впрочем, усмешка мгновенно исчезла с лица Брэна. И он двинулся к нам с грацией голодной акулы, не сводя с Валтары леденящего взгляда разом помертвевших глаз.

— Милая, кто эти девы и почему ты расстроена? Тебе нельзя волноваться. Это плохо скажется на здоровье тебя и детей. Убить этих глупышек я не могу, но вот искалечить и заодно подзарядиться жизненной энергией — не составит труда.

Никто из нас не успел произнести ни слова, как все девушки рухнули наземь, покрываясь на глазах тошнотворными гноящимися язвами.

— Брэн! Что ты натворил?! — психанула я, — Зачем? У нас и так проблем выше бровей! А сейчас начнется война!

— Успокойся, Тори. — Нежно улыбнулся мне сумасшедший магистр, — Войны не будет. Позволь мне самому все объяснить родным этих глупышек. Доверься мне. Я их не убил. Через месяц они потихоньку излечатся…

— … и затаят зло на нашу семью! — бросила я злобно.

— Нет. Кусочек их душ во мне. И любая попытка их, или их кровных родных, приведет к активации серьезного проклятия. Красиво я придумал? — сиял довольный магистр.

— Ты сошел с ума! — устало сообщила я Брэну, — Нас и так мало. А ты спровоцировал гражданскую войну между кланами.

— И снова ты не права, мой свет. — магистр присел на корточки, вложив руку на наши со Славой сплетенные пальцы. — Войны не будет. Но ВСЕ дамы задумаются трижды, прежде чем побеспокоить нашу семью. Скажу больше. ВСЕ мужчины вздохнут свободнее. Потому, что женская половина оборотней и людей порядком…

— … омурлела… — завершила я предложение.

— Хм. Не знаю этого слова, но предполагаю, что оно верно характеризует избалованных, эгоистичных и стервозных дам. Есть среди них, конечно, и достойные женщины. Но их крайне мало.

— Ага. Ты считаешь, что такими методами можно уменьшить количество стерв?

— Я в этом уверен. Хотя бы на половину. Но и это не плохой результат. — магистр пожал плечами. — Что ж. Дом и участок очищены. Идемте вселяться.

— А что там громыхало? — не удержалась я от вопроса.

— "Подарки". - буднично ответил Брэн. — Причем не только от Ведьм. Идемте. Обо всем расскажу позже. Нам с Алехом еще этих идиоток по домам развозить.

Сказано-сделано. Мы вошли в наш (очень на это надеюсь!), милый дом.

Особенно таращится по сторонам мне не дали, сразу препроводив в блок из трех комнат. По словам Хелла, в них они со Славой жили первую неделю по возвращении. Как ни странно, никаких гадостей, ловушек и проклятий на этих комнатах не было. Впрочем, и никаких изысков и излишеств, не было тоже.

В гостиной-кабинете были только деревянный угловой диван без подушек. Огромный письменный стол, обитый темно-зеленой кожей. И массивное кресло одного с ним дизайна, с такой же отделкой. У стены, смежной со спальней — строгий камин в молочных и кофейных тонах. В спальне — тоже камин, симметричный тому, что стоял в гостиной. Только он бежево-серый. И огромная, просто колоссальная кровать. Вернее, ее добротное основание. Без матраса и прочих текстильных излишеств. На этом меблировка заканчивалась. Единственное, что радовало меня в этом царстве спартанского минимализма, так это отсутствие пыли. О чем не преминула заметить. На что Алех ответил столь же лаконично:

— Заклятие чистоты.

Кивнула ему, благодарно улыбнувшись. Темный едва заметно улыбнулся в ответ.

Тут же одернула себя. Неприлично, Вика! Я веду себя не-при-лич-но! У меня есть супруги, а я бесстыдно начинаю флиртовать с потенциальным Спутником. Так! Берем себя в руки. У нас и так дел невпроворот.

— Вильгельм, а где нам добыть матрас на кровать, подушки, нормальные одеяла и подушки на диван? Ну, и прочий текстиль? Тут есть ярмарка, или что-либо подобное? И есть ли у нашей семьи финансы, на подобные покупки? — я повернулась к Геллу.

— Деньги у нас есть. — тут же ответил старший супруг, — Но не так много, как мне хотелось бы. Но на покупку того, что ты перечислила — хватит. На остальное мы со Славой заработаем. И рынок тут есть. Довольно большой. Завтра туда сходим. А сегодня придется спать в походных условиях. Прости, это моя вина. Было не до обустройства дома. Сначала ты пропала. Потом — Слава с Сашей схлестнулись…

— Не винись! — остановила я Хелла, прижав пальчик к его губам, — Главное — тут чисто и никаких насекомых.

Я повернулась к камину, у которого с довольным вздохом улеглись собаки, всем видом выражая свое полное удовлетворение.

Дархан улыбался во всю свою страшную пасть В последние два года я не видела у него подобного выражения "волосатого лица". Как любил называть мордахи наших собак мой сын.

В груди воткнутым ножом плеснулась боль.

"Сынок. Мой самый любимый человечек. Как же так несправедливо получилось, что тебя и Виктора нет со мной и никогда больше не будет? Господи! Как я по вас соскучилась! Как хочу к вам, мальчишки мои любимые! Ну зачем мне этот мир? Мои нынешние супруги очень востребованы. Они не останутся в одиночестве. Я рожу им детей и когда они подрастут, догоню вас с папой. Простите меня за слабость. Я устала бороться. Я устала без вас."

В ответ в моей голове бритвенным лезвием скользнула наполненная потусторонним холодом фраза:

" Первый и последний раз я прощаю тебя. Ты поклялась мне уйти в другой мир и сделать счастливыми своих новых мужей. Нарушишь свое слово — уничтожишь отправленные на перерождение души твоих мужчин. Я сказала!"

Я не замечала внезапно возникшую тишину, затопившую комнату мертвым бездушным озером. Очнулась от стылого холода, обволакивающего меня, словно коконом.

— Брэн, успокойся! — спиной ко мне стоял Алех, держа за плечи отстраненно — взбешенного магистра.

Мужьям и собакам не давали сдвинуться с места жгуты Тьмы, исходившие из спины Алеха, и послушно обвившие их, словно нитки — катушку.

— Я не позволю моей фавори уйти по пути перерожденных! — наконец-то процедил Брэн, — Ты разве не видел, что она хотела сотворить, и у нее почти получилось? Никто из вас этого не видел?

— Мы не можем видеть пути Смерти. Ты можешь. Я отпущу тебя, но сначала возьми себя в руки. Я думаю, Богиня Смерти уже все объяснила нашей дорогой Виктории. Брэээн?!

— Отпусти. Я не причиню вреда никому. — встряхнулся древний мальчишка. — Милая, ничего не хочешь нам объяснить? Я понимаю. Усталость. Беременность. Боль от предательства. В твоем мире было в чем-то проще. Могу даже понять то, что ты скучаешь и тоскуешь по своим родным, ушедшим за Грань. Только должен тебе напомнить об обязательствах. Если бы я сейчас тебя не остановил, то ты бы зависла между Гранью и Жизнью. Но из-за твоего необдуманного поступка погиб бы Алех, твои фамильяры, твоих супругов бы казнили за то, что они не смогли стать твоими якорями в этом мире. Да они и сами были бы этому рады. Потому, что не представляют жизни без тебя. Ты предала их!

— Нет! — одновременно воскликнули Слава и Хелл.

— Тори не предавала нас. — тряхнул головой Слава, — Мы не виним ее! — младший супруг повернулся к Геллу и тот поддержал его энергичным кивком, — На нее столько всего свалилось! У каждого может быть минута слабости, за которую ему потом будет стыдно! Хоть на самом деле — стыдится тут нечего.

Вячеслав, скользнув ко мне, закутал мое трясущееся крупной дрожью тело в горячие, все прощающие объятия.

— Не смей себя казнить, — прижимаясь ко мне со спины, прошептал Хелл, — Нам всем не просто, но мы семья!

Щеки обожгло стыдом за свой подлый поступок. Что это я? Никогда ж такого не было! Я всегда выполняю то, что обещала! И я не собиралась нарушать данное Смерти слово! Я твердо намерена выполнить все обязательства.

Тогда, что это со мной было?!

— Я не знаю, что на меня нашло. — пояснила я, уткнувшись в грудь Славы, — И не думала нарушать свои обещания. Просто вспомнила сына и вдруг меня потянуло куда-то.

— Хм… Брэн, а мы точно все мерзости в доме вычистили? — усомнился адекватный Алех. — Если наша Тори действительно не собиралась уходить за Грань, в чем я уверен, то тогда ее странный порыв можно объяснить только внешним воздействием.

Я обернулась к Темному, чтобы от души сказать ему "Спасибо!". Получив в ответ ласковый взгляд понимающих черных глаз.

— Я еще раз все проверю! — отчеканил магистр, и вышел из спальни.

— Не переживай так, дорогая, — успокаивающе проговорил Алех, погладив меня по волосам, — Брэн в ярости от того, что не допускает даже мысли тебя потерять. Он уже привык считать тебя своей. — Темный немного грустно улыбнулся и направился следом за Брэном.

— Мы сейчас постелим постель и ты поспишь, — коснулся моей шеи губами Хелл, — А пока присядь. Усадив меня на основание кресла, супруги споро разостлали на кровати шкуры, застелили их большим покрывалом из мягкой, шелковистой шерсти.

— Ну, вот. Можно спать. Помочь тебе раздеться? — повернулся ко мне Слава.

— Тори надо просто отдохнуть. — резанул слух бархатный баритон Брэна. — Она, конечно, отзывчивая и нежная женщин, но ПОКА и ей и детям секс противопоказан.

— Тогда будем спать, — ничуть не смутился Слава, — Но я все же помогу тебе раздеться.

Я только кивнула в ответ, продолжая стоять и смотреть на спокойно-уставшего магистра. Старший супруг быстро сориентировался:

— Нашли что-то еще? Тори попала под чье-то воздействие?

Брэн встряхнулся, снова становясь циничным пареньком:

— Затрудняюсь ответить однозначно. Это просто какая-то дилетантская ворожба. Такое впечатление, что какая-то девица, не очень одаренная и обученная, сделала подклад на болезнь и смерть для соперницы. На основе могильной земли. А Тори наступила и на нее сразу подействовало. А мы все этого подклада даже не заметили. — Магистр подошел ко мне, и касаясь поцелуем моей безвольной руки, твердо сказал, — Прости меня за резкость. Это моя вина. Я не учел бестолковых девиц. Просто всегда имел дело с серьезными противниками. И пропустил удар, направленный в твою сторону. Но сегодня за ночь я скорректирую Венец. И он будет беспощадно реагировать даже шепоток в спину. И не спорь… Повторяю. Тебе надо хорошо отдохнуть. Ложись. Мне надо работать…

Развернувшись и почти столкнувшись в дверях с Алехом, магистр покинул спальню.

— О… Я вижу, Брэн уже сообщил о подкладе? Тогда не буду мешать и смущать. Кстати, Тори надо просто отдохнуть. Сладких снов. — прикоснувшись к моей руке шелковистыми губами, Алех отправился восвояси.

— Идем, Вик. Они правы. Тебе надо просто отдохнуть. А мы будем рядом. — Слава осторожно распустил шнуровку платья и помог его снять.

Накинул просторную ночную сорочку и подхватив на руки, осторожно уложил в кровать.

— Сладких снов, сладкая… — прошептал Слава, целуя меня в висок.

— Спи, мой хороший, мы рядом, — вытянулся с другой стороны Хелл, укрывая пледом, и зарываясь в волосы лицом.

— Спокойной, — пробормотала я, мгновенно теряя связь с реальностью.

Наконец-то я выспалась! Впервые за столько лет!

Разбудили меня шаловливые лучики солнца и тихое, почти беззвучное ворчание собак. Приоткрыв один глаз поняла, что я одна в кровати. И Клай с Дарханом очень хотят погулять. Деловито сползла с кровати и огляделась.

О! Из спальни, огромные, в пол, французские окна, ведут во внутренний дворик, заросший неухоженными кустами-деревьями и высоченной травой. Открыла одну створку дверей, выпуская оптимистично настроенных собк и с удовольствием вдыхая вкусный утренний воздух. Как долго я существовала, не чувствуя ни вкуса, ни запаха?

Наверное очень долго. Сама я не стала спускаться с крыльца в буйно цветущие травы, просто присела прямо на нагретую ступеньку каменного крылечка, жмурясь от прекрасного утра.

За спиной послышался шорох в комнате, и меня обняла уверенная рука Алеха:

— Доброе утро, дорогая.

— Доброе, — улыбнулась я в ответ.

Полуобернувшись, взглянула на Темного лорда. И тихо вздохнула. Он ОЧЕНЬ красивый. И сейчас такой домашний, что ли… Просто начинаю сама себе завидовать.

С удовольствием прислонилась спиной к его груди. Лорд тут же отреагировал, сильнее обняв меня и утыкаясь в шею носом.

— Ты сейчас такая… доверчивая…. - констатировал он удивленно, — Не вырываешься. Чем я залужил это счастье?

— Просто выспалась впервые за много лет. Чувствую себя в безопасности. И мне очень уютно и комфортно. Не знаю, почему. Просто хорошо. И ты не вызываешь отторжения. Скорее чувство защищенности.

Некоторое время мы с Алехом просто сидели на утреннем солнышке. Собаки куда- то деликатно скрылись.

Хм… у них стали проявляться разумные качества. Мешать нам с Темным не хотят…Я блаженно-расслабленно улыбнулась…

— А где Хелл, Слава и… Брэн?

— Они с рассвета уехали на рынок. Закупят самое громоздкое, наймут швей, привезут продукты. А за всем, что требуется для создания уюта, пойдешь ты. Не обиделась? — лорд заглянул мне в лицо.

— Нет, — легко ответила я, устраиваясь еще удобнее в его объятиях, — Вы такие заботливые. Спасибо!

Легкий поцелуй был мне ответом.

Сама не замечая, снова уплыла в крепкие объятия сна.

Проснулась снова от голода. О, как! Я сплю в некоем подобии шезлонга, который стоит на ровно выкошенной лужайке. Надо мной — легкий полог из цветастого материала. И снова — никого нет рядом. Зато, стоило мне пошевелиться, как рядом возник бдительный Дархан. Убедившись, что со мной все в порядке, деловито утрусил в кусты.

— Привет. Я соскучился, — сзади меня обняли горячие руки Славы, — Отнести тебя в ванну? — Понятливо спросил он.

— Да, и побыстрее! — не стала комплексовать я.

Слава по-военному быстро доставил меня в место "уединения". Приводя себя в порядок, раздумывала над тем, что супруги и Спутники неожиданно стали на редкость не навязчивыми. Интересно — с чего бы?

Вышла из ванной с твердым намерением разобраться с странной покладистостью.

И опять, в который раз за сегодня, никого не нашла. Быстро переоделась в удобное домашнее платье и отправилась на поиски "потеряшек". Они обнаружились на кухне. В полном составе. Ну… почти… Алех и Слава разбирали большие коробки с посудой и кухонным текстилем. Хелл накрывал на стол.

— Проходи, солнышко, — не оборачиваясь промурчал он, — Только тебя и ждем. Кушать хочется — очень!