7. Седьмая часть

— Добрый вечер, — вежливо поздоровалась я, — Прошу прощения, но у меня есть один вопрос ко всем. Вы стали такие… ненавязчивые. Почему?

Мужчины как-то слаженно фыркнули.

— Прости, мой хороший, — Хелл осторожно обнял меня со спины, поглаживая животик. — У нас был серьезный мужской разговор. И мы решили не напрягать тебя сейчас лишними домогательствами. Да, нам тебя постоянно мало. Хочется совсем не выпускать тебя из постели. Но ты начинаешь от этого страдать. Вот мы и решили, пока не родишь, большую часть нерастраченной энергии будем тратить на обустройство. Дел много. Работы — тоже. Кто-то один из нас будет возле тебя постоянно. А теперь — за стол! Мамочку и деток надо кормить!

Погладила обнимающие меня руки и, закрыв глаза и прижавшись затылком к груди Старшего супруга, прошептала:

— Спасибо, родные.

Мое тело перекочевало к кому-то на колени. Приоткрыв глаза, наткнулась на взгляд Брэна:

— Сегодня вечером я буду с тобой. Не возражаешь? — мягко спросил он.

— Не возражаю. — улыбнулась я.

— Не ожидал… — усмехнулся Магистр, — Ты вдруг стала такая послушная, родная… А я не поверил Геллу, когда он предложил не давить на тебя. Прости за мое гадкое поведение… Простишь?

— Прощаю, — снова улыбнулась я, удобнее гнездясь на коленях страшного мага.

***

… Я сладко, до хруста в суставах, потянулась, не открывая глаз…

Да, беременность в окружении брутальных, заботливых и нежных мужей протекала более чем благополучно. Общими усилиями удалось даже усыпить проклятие, переданное Александром нашей доченьке. Вспомнив о супруге-изменнике, болезненно поморщилась. Боль и горечь от его поступка не становилась слабее. Хоть я старательно загоняла все чувства к нему в самый дальний уголок души. Вот уже пять месяцев мы живем в Клане. Сумасшедшая череда событий, непрерывно сменяющих друг друга, неожиданно прекратилась. Словно срезанная не дрогнувшей рукой Судьбы.

Мы понемногу влились в Общину, объединяющую несколько Кланов. После внушений Брэна, женская часть населения старательно не замечала моих супругов, а ко мне относилась подчеркнуто официально. Мужская часть более эмоционально общалась с мужьями и Спутниками. После нескольких дней, проведенных нами вместе, вот уже пятый месяц мы не собирались полным семейным составом. Хоть со мной постоянно, как и было обещанно, и находился кто-то из моих мужчин, в основном — Слава, на душе было… "беспокойственно". Хотелось дружных посиделок, дружелюбных пикировок… хотелось встречать мужей после трудового дня. Кормить, заботиться, снимать усталость и напряжение.

А на деле я могла только молить всех Богов о том, чтобы они хранили моих, находящихся в "командировках", супругов и Спутников от всех бед магического мира. Но только Боги знали о том, что я прошу о ВСЕХ мужьях…

— Мои лапушки проснулись, или еще подремлют, — проворковал на ушко Слава, заставляя всколыхнуться тлеющий омут желания.

— Проснулись… — нежась от ласковых прикосновений, выдохнула я.

— Котенька моя… — невесомо поглаживал Слава мой, внушительных размеров животик.

Дети моментально отреагировали на ласку, наперегонки прижимаясь к его ладони и толкаясь от избытка чувств.

— Амм… — судорожно охнула я. — Дети, вы мне печенку отобьете и ребра сломаете! Малыши пристыженно притихли.

— Умнички! Маму надо беречь, — похвалил малышей Слава.

— Слава, когда Хелл вернется? — спросила я, поворачиваясь к младшему супругу.

— Я надоел? — совершенно серьезно спросил он.

— Нет, ты же знаешь! — Глядя прямо в лучащися любовью глаза мужа, улыбнулась я, — Просто беспокоюсь. Они же там не книги в библиотеке перекладывают! Вот где сейчас Хелл?

Слава отвел глаза. Он не умел мне лгать. И не хотел.

— Он со сводным отрядом молодняка… обкатывает ребят. Брэн — никогда не говорит, куда и насколько исчезает. Только если ты спросишь. Тебе он расскажет все. У Алеха — срочные расследования. И, при крайней необходимости, с ним можно всегда связаться.

— Слава. Ты не услышал мой вопрос. ГДЕ Хелл? — погладила я супруга по сразу напрягшейся шее, поцеловала уголок дрогнувших губ.

— Он… — Слава глубоко вдохнул-выдохнул, решаясь на честный ответ, который явно меня расстроит и который, я уверена, Хелл ему настоятельно запретил. — Он действительно обкатывает молодняк… На границе с человеческим королевством. С Саргартом… А заодно, он тренирует разведывательные и диверсионные группы. Ну… и собирает сведения о… об…

— Я поняла, мой хороший, — я зарылась пальцами в шелк волос мужа, — Хелл собирает сведения об Александре?

— Да, — жмурясь от удовольствия промурчал Слава, — Ты ведь догадывалась об этом?

— Да, — согласилась я, — Но это опасно. Александр тоже спец высокого уровня. А тут еще добавились его способности сильного мага. Да и Светлана, я уверена, сразу почует внимание к себе.

Муж, по-прежнему не открывая глаз опустил голову, опираясь лбом мне в грудь.

— Никогда не привыкну к тому, что ты моя! Что никогда не откажешь в близости и всегда будешь не только надежным тылом, но и атакующим звеном.

— По другому и быть не может! Я люблю вас…

— "Вас" — это меня и Хелла? Или нас и Спутников. А может быть еще и Сашку? — в голосе Славы явственно прорезались ревниво-неприязненные нотки.

— Ну, что ты! я прижала его голову к себе, не давая отстраниться, — А люблю я тебя с Хеллом. Хоть ты сейчас меня и расстроил незаслуженной ревностью. К Брэну и Алеху я очень тепло отношусь. А что касается Александра… мне больно даже думать о нем… но и не думать не могу…

— Прости, котенька, — Слава все-таки вырвался из моих объятий, но только затем, чтобы притянуть к себе, легко целуя, — Я правда злюсь и ревную. Знаю, что не прав. Но ничего не могу с собой поделать. Понимаешь, Сашка для меня был больше чем командир и наставник. Он был надежным другом. Верным, как скала… и… в одночасье стал мелким, подлым гадом… тебя грязью полил… наша дочь из- за него в опасности… поединок этот… Саша бы никогда не атаковал запрещенным заклятием на простой дуэли слабого соперника… Я тоже — болван полный… А ты все равно его любишь и страдаешь… Я не должен этого говорить, но Совет Старейшин снова поднял вопрос о нем. Нашей семье предлагается выбрать, как с ним поступить. Отречься от него и объявить изгоем, или согласиться, чтобы его приговорили к смертной казни. Хелл и Алех уже не могут удержать Старейшин от вынесения вердикта. Только страх перед Брэном спасает этого идиота!

— Как скверно-то… — простонала я, чувствуя, как страх когтит душу ядовитыми уколами, — Но его же можно спасти. Мы об этом столько говорили! И все согласились с нами!

— Тогда — согласились… А через две недели к нам прибывает человеческое посольство. От королевства Сар гарт. Народ нервничает. Ведь ведьмы ТАМ себя очень вольготно чувствуют. — вздохнул Слава, поглаживая меня по затекшей спине.

— А Брэн знает о происходящем?

— Думаю, знает. — Ни секунды не сомневаясь ответил муж, — В отличие от нас, троих, Брэн не упустит ни одной мелочи. Потому, что эта мелочь может навредить тебе. — Слава тяжело вздохнул, — Знаешь, я порой ненавижу себя за то, что у меня почти нет магии. Только слабенькие способности, которых хватит, чтобы снять боль, или успокоить нервы.

— А я люблю тебя таким, какой ты есть. Почему-то сейчас я стала чаще вспоминать наше с тобой, недружелюбное знакомство. И еще вспоминаю то горное озеро…

— Там родилась наша семья, наша любовь и зародились наши дети, — мы со Славой уплывали в сладкие воспоминания.

Из которых нас весьма бесцеремонно выдернул взъерошенный Брэн, плюхнувшийся на кровать у меня за спиной:

— Не хочу вас расстраивать, но у нас сегодня прием послов. Через два часа — встреча. Милая, ты тоже должна быть на приеме. Ничего не бойся. Я буду рядом. И еще… я вообще-то соскучился. Слава, оставь нас наедине ненадолго… — выпалил на одном дыхании магистр.

Младший супруг неохотно отстранился от меня:

— Иногда я тебя ненавижу, — честно сообщил он Брэну.

— Знаю, — легкомысленно откликнулся у меня за спиной бездушный маг, — Наверное, я тоже такое бы чувствовал на твоем месте. Но, я, слава Тьме, на своем месте. И это тебя любит моя сладкая фавори. А ко мне относится терпимо…. иногда… Поэтому, получается, что не ты меня должен ненавидеть, а наоборот.

— Я пойду, — целуя меня, спросил Слава, — Заодно завтрак приготовлю…

— Хорошо. Мы скоро… — отвечая на его поцелуй, прошептала я.

— Но-но-но! Не очень скоро! — обиделся магистр.

Незаметным движением, супруг покинул кровать и выскользнул за дверь, сопровождаемый солидарными собаками.

— Брэн… — повернулась я к взлохмаченному после купания магистру.

— Я соскучился по тебе безумно…. - обнимая меня и жадно целуя, выдохнул Брэн, — Когда же мы с тобой станем близки? Как же я тебя хочу!

Что это с ним? Ледяной айсберг вдруг растаял? Лед стал пламенем? Я растерялась…

— Брэн… Мы же договорились… Ты дашь мне время. И до родов не будешь ни на чем настаивать! — укорила я магистра.

В ответ — только тяжелый вздох и частое дыхание.

— А ты совершенно ничего ко мне не чувствуешь? — спросил Магистр, не поднимая головы от моего плеча, которое только что страстно целовал.

— Я… признательна тебе за заботу, за то, что не торопишь и даешь к себе привыкнуть… у меня непростой характер, но врать я не буду. Ты мне становишься…

— …нужен?…. удобен? — криво усмехнулся Брэн, поднимая голову и обжигая ненавидящим взглядом, от которого я невольно поежилась.

— Нет… — превозмогая внутреннюю дрожь и не отводя взгляда от выжженных злостью глаз, твердо ответила я, — Приятен и необходим. Постой! Необходим не в том смысле, что я собираюсь за твой счет беззаботно и без проблем пожить, пугая тобой врагов. А в том, в каком становится необходим… близкий человек… Этот человек может не обладать совсем никакими способностями, но от этого он не будет менее дорог… Это человек, с которым тепло душой, а не только телом…

— Ты… ты приняла меня! — нависнув надо мной, чтобы не давить на огромный живот, констатировал Бездушный. Впиваясь острым, как бритва взглядом куда-то в глубину меня, — Тьма! Скоро ты БУДЕШЬ моей!

И не давая сказать ни слова, впился в губы жестоким, сумасшедшим поцелуем. Словно наказывая за ту боль и неуверенность, которой я мучила его все это время.

Магистр отстранялся только на мгновения, давая мне глотнуть воздух… и поцелуй продолжался…

Страшный грохот заставил меня вздрогнуть.

— Хммм… Алех не выдержал… запсиховал… он думает, что я тебя принуждаю, — веселился психованный магистр, мягко переместившись на бок и прижимая меня к себе. — Даже интересно, как быстро он взломает мое не самое сильное заклинание…

Я с опасением посмотрела на входную дверь…

Прозрачная пленка защиты вспучивалась от атакующих ее заклинаний.

Два удара сердца… и защита лопнула, обдавая нас с Брэном ароматом ночной чащи. Практически сразу же, у кровати возник Алех. За его спиной замер Слава. Щупальца Тьмы нависли над кроватью зловещим пологом.

— Ты долго ломал защиту, — лениво потягиваясь, заметил древний маг.

— Боялся применить более сильное заклинание, — Темный говорил внешне спокойно, щупальца истаивали в утреннем воздухе, — Не знал, где точно находится Вика. Зачем ты это сделал?

— Хотел посмотреть, как ты отреагируешь на блокировку браслета, — легкомысленно ухмыльнулся магистр, — А заодно, остаться с фавори совсем наедине.

— И как?

— Мне понравилось! Ты что-то рано вернулся. Я ждал тебя через пару дней. Открытый порт почувствовал полчаса назад.

— Просто соскучился, — Алех присел с другой стороны кровати, и коснулся губами моей руки, — Здравствуй, дорогая. Прости, что долго отсутствовал. Когда узнал о делегации, сразу свернул все дела и вот… я у твоих ног.

— Тогда уж, у ее рук, — изволил шутить Брэн.

— Как скажешь… — Алех сместился, погладив мою ногу и запечатлел жаркий поцелуй на стопе.

— Алех! Ну зачем… — я попыталась выдернуть ногу, багровея от слишком интимной для меня ласки.

— Тебе неприятно? — нейтрально спросил Темный.

— Нннннет… пожалуй, слишком приятно и очень откровенно, — мне действительно было крайне неловко.

— Тебе ПРИЯТНО? — акцентировал Алех, пристально вглядываясь в мои глаза и продолжая поглаживать стопу.

— Приятно, — определилась я. — To как ты делаешь… приятно. Но я всегда считала, что такие…ласки возможны нннаедине…

— Мне жаль, милая, но тебе уже надо привыкать к тому, что такие ласки мы будем дарить тебе друг при друге. — одним ласковым прикосновением успокаивая забеспокоившихся детей, мурлыкнул Брэн.

Я подняла глаза на Славу. Младший супруг нервно сжимал кулаки, а по его вискам и шее расползалась радужная вязь… чешуи!

— Слава, ты меня слышишь? — я сразу забыла о неловкой ситуации, — Родной, ты не хочешь меня поцеловать?

Маги одновременно повернули головы к Славе и по их глазам я поняла, что дела у нас — хреновые.

Слава, странными рывками, словно преодолевая невидимые барьеры, продвигался ко мне. Наконец он рухнул на кровать, отбирая меня у магов и больно целуя в шею, царапая невесть откуда появившимися, острыми клыками мою кожу и слизывая выступающие капельки крови.

— Викуша, ты не пугайся, — мерно и неторопливо заговорил Брэн, — Постарайся успокоиться и очень ласково поговори с ним. Погладь. А мы отойдем неспеша к двери. Ты поняла, любимая?

— Дда, — заглядывая в полыхающие синим светом глаза Славы, перерезанные узким вертикальным зрачком, подтвердила я. — Славка, ну что с тобой? Хочешь, отнеси меня в сад?

Все еще каменно-деревянный, младший супруг отнес меня на подвесную кровать, и длинно выдохнув, зарылся в волосы, жадно и рвано дыша.

— Ппроссти… напугал…

— Не напугал! Я за тебя испугалась, бестолочь ты моя любимая! Я тебя потерять боюсь! — не отпуская глаза Славы ответила я.

"Драконий" зрачок уступил место "человеческому".

— Меня мучает зависть и ревность, — проинформировал нас Брэн, стоя в дверях спальни, — Но это не суть! А вот то, что ты едва первый раз не обернулся — это не есть хорошо! С завтрашнего дня будешь тренироваться в обороте! Мы с Алехом проконтролируем.

Я с благодарностью посмотрела на магистра:

— Спасибо, Брэн!

Бездушный мгновенно оказался рядом:

— Я заслужил поцелуй? — и такой сумасшедше-жадный взгляд на мой рот.

— Да. — ответила я, под добродушный "хмык" Славы и мягкий смех Алеха. Повернулась к Брэну, опираясь на Славу спиной.

— Слав. Ты уверен, что сможешь сдержаться и не обратиться, когда Вика меня поцелует? Мне нужна твоя твердая уверенность. Иначе, спонтанно обратившись, ты убьешь или покалечишь Вику и детей. А потом сам убьешь себя. А мы будем вынуждены тебе в этом помочь. — обрисовал не очень радостную картину магистр.

— Смогу! Я люблю Вику и детей! Я удержу Зверя! — уперся Слава.

— Хмм… что ж…

Брэн коснулся пальцами моего лица, невесомо провел от губ к скуле. И замер, давая возможность отказаться.

Но я была уже готова к новому этапу в наших отношениях. И потому, не колеблясь более, подалась вперед, притягивая магистра за плечо, поближе к себе. Мрачно-серьезный Брэн покорно исполнил то, что я хотела.

А дальше… стоило мне коснуться губами его губ, как перестало существовать все, кроме НАС. На меня обрушился шквал чувств.

Боль потерь, муки ледяного одиночества, всепоглощающая ненависть к себе…. и ГОЛОД! Жуткий. Все пожирающий ГОЛОД. Который ничего не могло утолить. Тысячелетия мимо скользили лишь тени, способные не дать ему воплотиться в АБСОЛЮТНОЕ чудовище. Но этого было так мало! И вдруг… недоверчивый взгляд уставших глаз отсек сосущий голод. Нет. Не утолил! Но дал надежду на то, что вскоре он навсегда забудет о голоде. Что он будет пить тепло и нежность не потому, что так надо, чтобы выжить. И не потому, что надо наказать зарвавшихся разумных. НЕТ! Она сама будет дарить ему этот эликсир! Добровольно! И голодное чудовище станет мурчащим питомцем… И Брэн хотел этого всей темнотой и холодом своего мертвого сердца. Которое он сейчас открывал для своей Фавори.

Грубый рывок выхватил меня из ласковой стужи мертвой души.

Неохотно открыла глаза и сразу подобралась… Надо мной нависала голова… дракона. Не такого, каким его рисуют в народных китайских сказках. Другого… Больше похожего на тиранозавра… только с мощными передними лапами. Лучи солнца отражались от золотисто бронзовой чешуи, в кошмарной пасти искрились сахарно-белые клыки. Но это все покоилось на ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ туловище!

— Слава, я тебя предупреждал… ты слишком долго ждал Вику и слишком переживаешь из-за моих ухаживаний, — спокойно укорял дракона Брэн, обнимающий меня, почему-то со спины. — Дорогая, твой юный муж все же не смог сдержать оборот. Хорошо, что ты попросила его выйти на улицу. Он бы всю комнату разнес… Но все обошлось. Погладь его… помоги вернуться в привычную ипостась.

Я без колебаний потянулась к монстру, который виновато-осторожно ткнулся носом в мои руки.

— Слава, оборачивайся… как я с таким колючим тобой спать буду? И нам еще на прием идти… без тебя я с места не сдвинусь!

Мучительный стон, хруст…. и у кровати, на коленях стоит Слава, уткнувшись лицом в мои ладони:

— Прости… я переоценил свою выдержку… я слишком остро реагирую на Брэна…

— Главное — ты нас не покалечил и вполне контролируешь вторую ипостась! — чмокнула я в нос смущенного супруга, — А теперь идем собираться… Это Брэн с Алехом всегда выглядят как картинки… а нам надо стараться…

— Милая, если ты захочешь, я буду форменным оборванцем, — хмыкнул Брэн.

— А я могу закрепить за тобой Крыло Тьмы и ты всегда будешь в идеальном платье, — смущенно предложил Темный.

— Оборванцем быть не надо… а то сплетни пойдут… что я до ручки Бездушного довела, — Алех со Славой уже хохотали, не скрываясь. Брэн же абсолютно не обиделся и взирал на нас с задумчивой полуулыбкой, — А вот от Крыла я не откажусь… если оно детям не навредит.

— Не навредит, поверь, — подтвердил магистр, — И мне спокойнее будет…

— Тогда я согласна. Минутку подождешь? Я приведу себя в порядок. — Встала с помощью Славы и потопала в ванную, морщась от боли в непослушных, отекших ногах. Отеки на которых не могли снять даже маги.

По возможности, быстро, привела себя в порядок. И вышла в комнату, где меня ждали безупречные мужчины. Слава помог одеться в белоснежное нижнее платье с большим кружевным воротником и высокими манжетами. Сверху полагалось чернильно-синее платье из тафты, с укороченными рукавами — три четверти, застегивающееся под грудью тремя застежками и открывающий плиссированный подол нижнего платья. На ноги — туфельки на низком каблучке. Брэн вдел мне в ушки длинные серьги в виде семи золотых нитей разной длины, завершающихся искрящимися капельками разноцветной шпинели. Потом эстафету принял Алехандр, закрепивший на мне Крыло Тьмы.

Отошел. Полюбовался.

— Странно, но ты, милая, первая и пока единственная женщина, с визгом не отшатывающаяся от нас, — придирчиво рассматривая мой внешний вид, заметил Брэн, — Остальные, услышав слово "тьма", бегут от нас без оглядки.

— Я вообще не пугливая, — поправляя заколотые волосы, заметила я.

— И это нас чрезвычайно радует, — усмехнулся магистр под дружное "ага", спевшихся за последнее время мужчин. — Ну, все готовы? Тогда идем.

***

Мы прибыли к Цитадели Совета за полчаса до начала церемонии принятия делегации. Брэн накинул на нас заклятие маскировки. И мы смогли присесть на лавочке, стоящей в галерее перед Залом церемоний. Мимо прохаживались приглашенные и представители посольств.

— Алех, у меня на душе не спокойно. Что слышно о Хелле? — обратилась я к Темному магу, стоящему у меня за спиной и наблюдающему за прибывающими гостями.

— Ничего сказать не могу. Просто уже с месяц они закрыты от поиска. Но повода для серьезной тревоги пока нет. Так, небольшое беспокойство.

— Оооо… прибыли представители Торговой Гильдии, — заметил лениво Брэн, — Те еще интриганы и затейники. Они раскинули свою сеть по всему нашему миру. Никогда об этом не задумывался, но сейчас вдруг пришло в голову… надо с ними тесно пообщаться — это может быть выгодно нам всем… Я покину вас не надолго…

Магистр коснулся моей шеи трепетно-жадным поцелуем, чем вызвал недоумевающе-брезгливые взгляды со стороны группы полураздетых, мускулистых женщин. Затянутых, а точнее — прикрывающих стратегические места, кожано- металлическими элементами доспехов.

— Не обращай внимание, — фыркнул древний мальчишка, — Это делегация айнарок. Внешне немного напоминают женщин, но в их маленьком горном мирке царит жесткая тирания. Мужские рабские гаремы. Кстати, мужчины у них на редкость женоподобные… Обязательные истязания. А ты для них — неведомая опасность. У тебя тоже гарем, но исключительно добровольный. Не облегчай им жизнь. Пусть мозги сломают.

Брэн подмигнул мне и опустившись на колено, приподнял подол платья и запечатлел поцелуй на коленке, тут же покрывшуюся мурашками от удовольствия.

Все… "амазонки" были в шоке!

Брэн же, довольный, словно кот объевшийся сметаны, направился к группе невысоких, кряжистых мужчин. Лица всех их украшали внушительные бороды.

Хм… не люблю бородатых, хоть плач! Прямо до стойкого физического отвращения! Ну, вот такая фобия! Я способна с симпатией относиться к изуродованному, покалеченному…, но вот наличие бороды делает для меня, даже идеально красивого мужчину, настолько отталкивающим, что помочь просто даже пообщаться с ним может единственный радикальный метод — сбрить лишние волосы с лица.

Торговцы, со своей стороны, с "коммерческим" интересом рассматривали нашу семью. Брэна они явно знали. И венец мой явно видели. Потому, как им было достаточно мимолетного взгляда на меня, чтобы потом отвести глаза и больше не обращать никакого внимания.

"Амазонки" же, напротив, настырно-неприязненно таращились на Венец. И тихо о чем-то переговаривались. Липкие, грубые взгляды мужеподобных дам вызывали желание пойти и помыться… словно я в чем-то испачкалась…

Еще несколько минут "гляделок"… и две самые активные дамы с глухим стоном хватаются за лица… по пальцам течет черно-красная кровь. Слышится тонкий, какой-то визгливый вскрик. Это утонченно-подкрашенный мужчинка (наверное так можно сказать), истерично требует спасти его госпожу и обмякает в обмороке.

Оглядываюсь на Алеха — он само спокойствие. Смотрю на Славу — муж, мягко улыбаясь, притягивает меня к себе:

— Не переживай. Айнарки сами нарвались. Никто не может усомниться в Венце. Они понесли заслуженное наказание за свою самонадеянную заносчивость.

Вокруг "амазонок" засуетились служанки, буквально на руках унося пострадавших. Оставшиеся дамы больше не удостаивали нас вниманием.

Звонкий удар гонга возвестил о начале приема.

***

Мы входим в зал. И Слава с Алехом провожают меня к возвышению, на котором стоит тринадцать богато украшенных кресел. Все они находятся довольно далеко друг от друга и окружены креслами попроще. Меня усаживают в центральное. Мужчины располагаются сзади. Возвышение быстро заполняется Советниками. Мы церемонно раскланиваемся друг с другом и желаем процветания Кланам. Наконец, все Советники в сборе. Церемонимейстер приглашает в зал гостей. И, лишь после того, как приглашенные разместились, начался собственно прием.

Открываются массивные резные двери и послы входят в зал. Впереди идут уже аккредитованные делегации. Мы встаем и раскланиваемся с представителями союзных государств. Которые степенно рассаживаются на соседнем возвышении. Последними идут представители Саргарта.

Блин! Как хреново-то! По сути, делегация должна состоять из людей, как основной расы королевства. А состоит из двух ведьм, даже не скрывающих своей сущности, гороподобного существа, явно мужского рода (очень похожего на горного тролля из сказок) и покрытого кошмарными шрамами, зеленокожего, красноглазого мужчины в открытых доспехах — орка. За предполагаемыми послами следовало шесть людей. Но четверо из них, выглядели… мягко говоря — не очень… Блеклая, желтовато- серая кожа. Пустой взгляд. Неуверенные движения… они еще живы, но почти зомби — живые мертвецы!

Переглянулась с Советниками. Похоже мы сейчас на редкость единодушны в своем недоумении.

Послы остановились и склонились в церемонном поклоне. Мы отзеркалили соответствующим.

— Добро пожаловать в Рагант, если вы прибыли сюда с миром, — произнесла я ритуальную фразу.

— Мы ПОКА что приехали ознакомиться с жизнью вашей страны. Посольство в полном смысле этого слова прибудет намного позже, — вперед вышагнул орк, — Пусть вас не удивляет состав нашей делегации. В Саргаре мирно уживаются многие расы… в том числе и оборотни… — этот зеленокожий многозначительно буравил меня своими красными глазами.

— "Мирно" — чудесное слово. Мы тоже стремимся к этому. Но иногда случается так, что единичные представители той или иной расы портят отношение ко всему своему народу. Не стоит обращать внимание на них и то мнение, что эти индивидуумы пытаются навязать у широким массам народа, — приторно улыбнулась я орку.

— Поскольку вы только наблюдатели, не все красоты нашего государства будут вам доступны… а пока… добро пожаловать… располагайтесь, отдохните с дороги. Официальная часть приема завершена, — подхватил вслед за мной Председатель Совета Старейшин.

Саргарцы вынуждены были откланяться и отойти на отведенное им место.

Говорливая, нарядная толпа расползлась по всему залу. Приветствуя и знакомясь. Некоторые устремились ко входу в малый зал, где был организован фуршет.

Мы с Славой и Алехом, пока оставались на месте.

— Госпожа Советник позволит скромному воину представиться самостоятельно и поговорить? — вынырнув из водоворота гостей, у возвышения, стоял красноглазый орк.

Я сжала руку Алеха, лежащую у меня на плече, буквально впиваясь в кожу ногтями:

— Прежде чем ответить вам на вашу просьбу, хочу уточнить — вы видите Венец Фавори на голове нашей Пары? — бесстрастно поинтересовался Темный маг.

— Нет, — мотнул головой орк, — А что за венец?

— Этот Венец предупреждает всех о том, что беременная самочка оборотней заимела для себя двух ОЧЧЕнь ревнивых наложников. С которыми шутки плохи. Венец сам расправится с тобой, храбрый Гурр! Если ты еще немного посверлишь госпожу глазками… — поганенько хмыкнула одна из саргарских ведьм, выскользнувшая следом за орком из гомонящей толпы. Вся какая-то лощено- приторная брюнетка, с замашками бывалой "жрицы любви" из квартала "красных фонарей". Но, вдруг, ее взгляд заметался и стал трусливо-заискивающим.

— Леди настолько неблагоразумна и ищет неприятностей, и поэтому пытается расстроить нашу любимую? — небесной флейтой прозвучал за моей спиной вымораживающий голос Брэна.

— Ббббеззздушшшный..! — сгорающей травой прошелестела насмерть перепуганная ведьма.

— Он самый, — с гадкой усмешкой подтвердил Брэн.

Усаживаясь у моих ног, прямо на полу и откровенно запуская руку под подол… нежно гладя "замурашенную" щиколотку…

— Есть какие-то вопросы? Просьбы? Пожелания? — продолжал изгаляться над перепуганной ведьмой злющий древний.

— Нннет… простите меня за глупость и самонадеянность, Вввеликий… я пойду, с вашего разрешения? — не дожидаясь ответа ведьма исчезла среди толпы.

Упрямый орк не двинулся с места.

— Вам, уважаемый, что не понятно? — перевел взгляд на орка Брэн.

— Прошу представить меня госпоже! — стоял на своем красноглазый ишак.

— Она мне верит, а я не хочу ее с вами знакомить, — уже откровенно хамил магистр.

— И все же, я прошу!

— Ваше право! Вы просите — мы отказываем! Привыкайте к дипломатическим уловкам! — откровенно изгалялся Бездушный, — Милая, официальная часть завершена. Идем домой? В кои веки ты сможешь уделить внимание всем нам…

У меня вовсю алели щеки… А орк, судя по всему, был просто в бешенстве.

— Я должен поговорить с госпожой! настаивал самоубийца, — И не вам мне запрещать! От моего разговора зависит жизнь отличного бойца! Мужчина должен умирать в бою, а не в пыточной!

Мое сердце пропустило удар, воздуха стало не хватать.

— Что с Хеллом? — обреченно спросила я, пытаясь встать на непослушные, разом одеревеневшие ноги.

— Ты умрешшшшь сссстрашшной ссмерттью, — прошипел взбешеный Брэн, — Не видишь, тупой ублюдок, что наша Пара, беременная тройней от драконов, на сносях?! И ей нельзя сообщать дурные вести!

— Я могу подняться к вам и поговорить? — стоял на своем Гурр.

— Поднимайтесь! И молите своих Богов о том, чтобы я убил вас быстро! — вставая с пола и присаживаясь на ручку моего кресла, распорядился Древний.

Орк легко запрыгнул на возвышение:

— Я встретил вашего мужа в темнице, когда его волокли из пыточной в камеру. Я знаю возможности королевских палачей. Насколько я понял, от него хотели узнать, где находится отряд молодняка, который он обкатывал. Но он не только ничего не сказал, но и не проронил ни звука. Вообще ни звука… Я уважаю таких воинов и не одобряю пытки. А особенно я презираю предательство. К вашему мужу приходил его соотечественник Сашша с ведьмой, которой полностью подчиняется. Требовал что-то, связанное с самкой по имени Тори. Но воин молчал. Когда трусливая парочка ушла, я подошел к камере и сообщил, что еду в Рагант. Сказал, что могу найти там самку по имени Тори и сообщить ей о его плене. В ответ он попросил передать только одно: "Я умер никого не предав". А когда я покидал тюрьму, ко мне подошла ведьма с Сашшей. И сказала, что оставит этому воину жизнь и даже не станет пытать больше, если я расскажу все его жене Виктории. Старейшине Совета Оборотней. Она будет ждать тебя одну на границе с Саргартом, через двое суток после приема. Место и как туда проехать я опишу. Твой ответ?

— Я еду немедленно. Говорите — куда.

— Оборотню повезло с самкой, — мрачно констатировал Гурр и протянул пергамент, на котором была изображена подробная карта местности. С алых крестом, обозначающим место встречи.

— Как я узнаю, что Хелл жив? — уточнила я.

— Он будет на месте встречи. Ваш маг сможет убедиться в том, что он жив… не зомби, не упырь… Больше я ничего не знаю. Пусть вас хранят Боги степи и Владычица Смерти! — орк, поклонившись, развернулся и спрыгнул с возвышения в зал, где затерялся в шумной толпе.

— Ты решила ехать за Хеллом и отговаривать смысла нет? — процедил сквозь зубы, странно-спокойный Брэн, положив левую руку на спинку моего кресла и поглаживая чуткими пальцами по шее и затылку.

Наплевав на окружающую нас толпу, откинулась назад, закрыв глаза и наслаждаясь незамысловатой лаской:

— Ты прав.

— Мы едем с тобой. Это тоже не обсуждается. Так? — виска коснулись мягкие губы магистра.

— Так.

— Фамильяры едут с нами?

— Да.

— Что ж… тогда уходим. Два часа на сборы и порталом до пограничной крепости. Оттуда до места встречи три часа верхом. — изучал карту Алехандр.

— Об остальном поговорим дома, — Брэн подхватил меня на руки, и пошел к служебному выходу из зала.

***

"Мы не прощаемся ни с кем,

Чужие слезы нам зачем,

Уходим в даль, уходим в ночь, уходим прочь…"

Группа "Каскад"

Мы со Славой тихонько напевали песни моего мира, мягко покачиваясь в седле. Брэн ушел в себя и стал каким-то полупрозрачным. Алех ехал впереди, выбросив вперед смертоносные щупальца Тьмы. Клай с Дарханом, защищенные Крыльями Тьмы, двигались параллельным курсом. To отставая, то обгоняя нас.

Полчаса назад мы выехали из приграничной крепости, отказавшись от сопровождения. Зачем подвергать опасности невинных. Это наш бой. Это наша война!

— У нас в приоритете спасение Хелла и минимальный вред для тебя и детей, — вдруг вернулся в реальность магистр, — Будь крайне внимательна, милая.

Брэн подъехал к нам, поцеловал меня в висок и… истаял в воздухе. Мы со Славой растерянно переглянулись:

— Слав, а что это сейчас было?

— Сам не понял, — оборотень нервно принюхивался, — Я его совсем не чувствую…

— Вик, ты только не нервничай… но… только те, в ком течет кровь Первородных демонов, не имеют души и запаха…

— А я должна начать нервничать?

— Понимаешь… есть древняя сказка… что Первородный может обрести душу, если любящая его женщина откажется от своей души… Я не хочу тебя потерять! — Слава запсиховал. Его руки покрылись чешуей, обзавелись когтями.

— Давай будем решать проблемы по мере их поступления, — гладя руки мужа, предложила я, — Выручим Хелла, родим деток… потом поймем что нам делать с Сашей. Когда более или менее устаканится наша жизнь, надо честно поговорить на эту тему с Брэном. Я уверена — он все объяснит.

— В его честности я не сомневаюсь, — задумчиво сказал Слава, — Меня пугает то, что может быть нечто, чему он будет не в состоянии противостоять. Что-то, что внутри него…

— Слав, нам до этого еще дожить надо!

— Согласен, — тихо вздохнул он.

Из кустов вынырнул Дархан. Одновременно с ним, нас за поворотом тропинки ожидал Алех.

— Еще полкилометра, и все… далее ты должна будешь идти одна. Дальше висят ведьма чьи охранки. И, если мы не хотим лишиться Хелла, то ни я, ни Слава, ни фамильяры, идти далее не могут. — Темный со странным выражением глаз, погладил меня по скуле, — Одна надежда на Брэна.

— Я уверена — все будет хорошо.

Алех помог мне спешиться, все время робко касаясь… словно брошенный котенок. Слава тоже, с трудом держал себя в руках.

Приказала Клаю и Дархану остаться, и пошла по тропе, не оглядываясь на моих мужчин. Но спиной чувствуя отчаянные взгляды.

Поплутав некоторое время, вышла на поляну овальной формы. На другой ее стороне, с вывернутыми под невероятным углом руками, стянутыми за спиной, обнаружился ХЕЛЛ. Его удерживала веревка, стягивающая запястья и тянущаяся вверх, к ветви исполинского высохшего великана.

"Убью! Света, или как там тебя! Все! Ты — труп!" — поднялась в душе такая черная ненависть, что на несколько секунд весь мир лишился звуков и стал черно- бордовым.

Двинулась прямиком к Старшему мужу.

Но, не дойдя метра, уперлась рукой в прозрачную преграду.

— Ну и что это за игры в песочнице? — поинтересовалась я неприязненно.

— А ты думала что просто так приедешь и я тебе мужа отдам? — за спиной Хелла появилась Светлана с обнимающим ее за талию Александром, и парочкой довольно привлекательных дамочек, с интересом изучающих мой внушительный живот.

— И мысли такой не было. Учитывая твою жадность до всего чужого…

— Нам нужны дети, — перебила Светлану одна из сопровождающих, не давая ей возразить мне, — У вас отличные супруги. Но дети у них могут быть только от вас. Светлана рассказала об открытии вашего мира. Мы предлагаем обмен. Мы сейчас отпускаем бесполезного самца. А вы, скажем… через два-три месяца после родов, добровольно приходите к нам. Мы вводим вам яйцеклетку Светланы и ваш муж, Александр оплодтворяет ее в вашем лоне. Потом вы вынашиваете и рожаете нам ребенка. Все довольны. Всем хорошо. Но Клятву вы дадите немедленно.

Я молчала. Взвешивая все "за" и "против".

— Ну же! Это шикарные условия сделки! Вы спасаете вашего Старшего мужа. Еще раз испытываете наслаждение в объятиях Александра. Я эмпат. Я вижу, что вы обожаете его, хоть и пытаетесь спрятать чувства в глубину души. — Поторопила меня переговорщица.

А я взглянула на Сашу. Что униженно-преданным взглядом ласкал плотоядно ухмыляющуюся Светлану. Нет… не только взглядом.

Интересно, они сейчас сексом займутся? Чтобы сделать мне побольнее?

Злость помогла мне, прочистив мозги.

— Меня не устраивают ваши "шикарные" условия. Мой ответ — нет!

— Вы бросаете своего Старшего мужа? Зная, что его ждут пытки и Смерть? — судя по разочарованному тону ведьмы-переговорщицы, она рассчитывали на согласие.

— Смерть сама решит, что со мной делать, если я не оправдала ее расчетов, — отрезала я.

Подушечкой большого пальца поглаживая вросшие обручальные кольца на безымянном пальце, которые начали стремительно холодеть.

Обливаюсь в душе кровавыми слезами и прощаюсь с Хеллом.

Он меня поймет и простит…

Леденящая боль поднялась уже до запястья. Ведьмы, ничего не понимая, таращились на меня. А вокруг нас стремительно остывал воздух. Трава покрылась инеем. Дыхание вырывалось облачками пара…

И тут… веревка, фиксирующая Хелла лопнула, а он, лицом вниз, рухнул в замороженную траву.

Над моей головой вспыхнул Венец, жадно высасывая Жизнь из перепуганных дам. Светлана, дернув Александра на себя, ухнула в провал телепорта.

— Ха… неинтерессссно… — проворчал Брэн у меня за спиной, — Как ты сссебя чувссствуешшь, милая?

Магистр обнял меня, согревая жаром, идущим от его тела.

— Тише… не дергайсся… ссейчасс я займуссь Хеллом…

А на поляне уже появились собаки и встревоженные Слава с Алехом.

— Что с ним? — я дернулась в руках Брэна, но он даже не заметил мое трепыхание.

— Сначала Я САМ осмотрю его. Ты все поняла? Тори?!

— Да. Поняла. Стою… — согласилась я.

— Слава, займись Тори… — распорядился Брэн, неохотно передавая меня младшему супругу, — Тааак… что тут у нас..? Истощение… это ерунда… переломы… разрывы внутренних органов… больно, но не критично… полное магическое истощение… скверно, но излечимо… О, как! — магистр нехорошо оскалился, — Алех, глянь. Они в него какую-то дрянь подселили. Что будем делать?

— Пока Хелл сильно ослаблен надо ее удалить. Она пока не прижилась. Ей уцепиться почти не за что!

— Я тоже так считаю, — кивнул Брэн, поворачиваясь к нам, — Наши "милые" дамы перехитрили самих себя! Слава, разворачивай лагерь. Остаемся дня на три.

Слава усадил меня на расстеленную куртку. Собаки тут же легли рядом, деликатно ткнувшись носами в ладошки.

Обняла их за шеи, внимательно вглядываясь в сосредоточенных магов, замерших над Хеллом. Хоть руки ему вправили, и то хорошо…

Бедный мой!

Слава молча и споро ставил палатки, расседлывал лошадей, складывал костер.

Попыталась встать, чтобы ему помочь, но живот прострелила тянущая боль и я малодушно осталась на месте часто дыша и молясь чтобы маги не отвлеклись от Хелла на меня.