Глава 9. Демоны в Гарлеме.

 «Это не школьная экскурсия в музей, это триллер «Детский сад в горячей точке», вот действительно – только деревянных мечей и не хватает! – ужаснулась Вера, которую в очередной раз подвело увлечение книгами фэнтези, где демонам приписывались самые невероятные сверхспособности. Нет, у взрослых демонов эти способности есть, но у учащихся третьих-пятых этапов паркола – увы, нету. – Сейчас эта, не на шутку разошедшаяся банда развернется в нашу сторону, увидит эти милые белые личики, лишь у некоторых немного прикрытые черными полосками интеллекта, и будет всем нам конец, полный и окончательный, нас без всякого вмешательства изначальной материи разберут на кванты и квантики. Стоит признать, что сражаться мы не можем, так что надо замаскироваться и не отсвечивать. Или наоборот: замаскироваться и отсвечивать?».

План спасения слабо забрезжил в голове перепуганной Веры. Так, главное – отвлечь толпу и увести спасаемых юных хранителей миров из зоны действия экранирующего поля телебашни.

– Всем скинуть личины! Кто недоучился до собственных рогов и хвостов – живо отрастить и то и другое, а все тело перекрасить в черный цвет! Одежда – минимальная: девочкам короткие юбки и топики, мальчикам – шорты и жилетки на голое тело. Черное тело, я сказала! Не красиво?! Не злите меня, детки, или я лично обработаю ВСЕ ваши личины стеклоочистителем! Не знаете, что это такое? О, узнаете – Амирелоноделисталиэль до сих пор новую личину сотворить себе не может. Да-да, сам Амирелоноделисталиэль не может, вот такой универсальный растворитель изобрели земляне!

Одна минута злобного Вериного шипения и ее же разъяренных взглядов – и вот перед ней стоят семнадцать миленьких негритят-тинейджеров демонической наружности.

– Нет мечей – возьмите бубен, – сказала самой себе Вера, но хранители восприняли ее размышления, как указания к действию, и стали похожи на труппу странствующих артистов-папуасов. – Молодцы! А теперь хвосты вверх, поем и пляшем, идем спасать ваших незадачливых собратьев.

Когда дружно грянули семнадцать бубнов, а по асфальту дробно застучали каблучки, сборище злых афроамериканцев синхронно подпрыгнуло на месте и обернулось. Глаза их изумленно округлились, лица вытянулись, рты ошеломленно раскрылись.

– Виват, господа! Студенты нашего колледжа приветствуют своих первых зрителей! Подготовку к Хэллоуину начинаем уже сейчас! Делу время – потехе час! Присоединяйтесь, господа, присоединяйтесь! Танцуем, девочки, танцуем! – кричала Вера на универсальном и местные ее понимали.

Чернокожие парни мигом забыли о забредших на их территорию бледнолицых пареньках и обступили полукругом группу демонических спасателей. Демоницы вызвали у сильного пола явный интерес и целый океан комплиментов своим хвостикам и рожкам.

– До чего современные технологии дошли – ты смотри, как живые хвосты вертятся! Вот это да! – пораженные жители Гарлема глаз не могли отвести от лихо пританцовывающих под ритмичные звоны бубнов демониц.  – Девочки, а с нами станцуете? А тут площадь рядом – пойдемте с нами! – сманивали курчавые парни юных хранительниц, завлекающее посверкивая черными глазами и оттесняя в сторону хранителей мужского пола.

– Пойдемте, пойдемте – на площади плясать сподручней, – пропела довольная Вера, подмигивая Тану, чтобы спасаемых быстренько прикрыли и «перекрасили» под местных, пока девочки мужчин отвлекать будут, но чернокожие парни наградили ее недовольными взглядами:

– А чего это белая рожа нашими девочками командует?! – агрессивно подступили они к Вере.

«Елки-палки, вот это прокол, надо быть внимательней к деталям!» – ахнула про себя не загримированная Вера и начала импровизировать:

– Неужто я виновата, что мне с мамой-папой не повезло?! – заголосила она, аки сирота Казанская. – Ну и что, что тело белое, главное – душа черна! Эх!

Как ни странно – дело выгорело. Лица афроамериканцев подобрели. То ли правда прониклись жалостью к неудавшейся негритянке, то ли решили не обращать внимания на одну белую бабенку, когда есть столько достойных чернокожих девушек. За их спинами к процессии присоединились еще три «афроамериканца» в жилетках и с бубнами в руках. Оглянувшиеся назад исконные жители Гарлема не обнаружили белокожих вторженцев и сплюнули на землю со словами: «Снежки сбежали. Да и черт с ними!»

Народу на площади оказалось много, причем народу заводного, полупьяного и готового петь и развлекаться по мере оставшихся сил. Тут и рогатых, хвостатых юношей не обошли вниманием – к ним подступила толпа поклонниц демонов и маскарадных нарядов, громко восхищаясь всеми атрибутами демонического облика. В общем, демоны нашли своих фанатов и воздыхателей, а вот Вера поеживалась от холодных взглядов и шепотков:

– Не люблю снежков! Больше снежков не люблю только русских!

Вера нервно сглатывала и делала самое «нерусское» лицо. Протолкавшись в сборище танцующих, она разыскала Тана:

– Отсюда можно трансгрессировать? – прошептала она парню на ухо.

– Да, отсюда можно, – закивал тот.

– Так чего ждем?!

– А куда спешить? – заюлил Тан, обалдевший от обилия внимания противоположного пола и совсем не желающий с этим вниманием расставаться. – Попляшем немного, потом трансгрессируем. Смотри, Вера, они действительно демонов во взрослом истинном виде не боятся!

Вера окинула взглядом всех других хранителей и поняла – увести их отсюда можно только силой, утаскивая за волосы рыдающих демонят, протягивающих руки к своим верным поклонникам.

«Ау, Квазик, ты где?! Моих сил на депортацию двадцати глупых рогатых голов точно не хватит! Чтоб еще хоть раз я повела детей на экскурсию – да ни в жисть!» – причитала про себя Вера, всеми чакрами ощущая грядущие неприятности.

Местные парни все активнее заигрывали с демоницами, а демонам это не слишком нравилось. Особенно это не нравилось Лари, официальной девушкой которого была Ири, и Мику, девушкой которого была Така... Похоже, парней сдерживал лишь закон, строго запрещающий наносить увечья низшим. А если закон в итоге их не удержит?! Сорвутся юные хранители и набросятся с кулаками на американцев – их потом из паркола не исключат? Как же их в кучу всех собрать, а? Они обещали слушаться – но до них сейчас просто не докричаться сквозь толпу! Так, отставляем панику и обходим всех по кругу...

Следующие полчаса Вера отыскивала всех своих подопечных, страшным голосом предупреждая – ровно в девять часов вечера по местному времени (над площадью висели большие круглые часы) они должны выйти в небольшой тихий сквер с противоположной от телебашни стороны и все вместе трансгрессировать в междумирье, а если кто-то не появится, то... Дальше шли угрозы переговорить с родителями, сообщить в паркол и нажаловаться в Элеор, а также напустить на непослушных главу рода Атарантидесонисов.

Увы, мирно дожить до указанного времени не удалось: один чернокожий абориген ухватил упирающуюся Ири за локоть и поволок в кусты, на него набросился Лари, толпа расступилась, но никто не кинулся на помощь: все стали делать ставки, кто с кого шкуру спустит. Остальные хранители спешили к месту происшествия, но явно запаздывали, а Вера воочию представила, как за злостное нарушение закона о ненападении на низших из паркола исключают Лари, а она смотрит в обвиняющие глаза его родителей. Не доглядела!

– Стой! – завопила на всю площадь Вера, подлетая к Лари и удерживая его занесенный кулак. – Не бей низшую расу!

Лари очнулся и отступил. Демоны быстро скучковались за спиной Веры, а море озверевших темнокожих лиц уставилось на единственную бледнолицую:

– Это кто здесь низшая раса?!! – хором взревела вся площадь.

– Мамочки! – пискнула Вера и проорала: – Трансгрессируйте!!!

Хлопки за ее спиной и исчезновение двух десятков демонов прошло незаметно для агрессивно наступающей толпы – лишь кое-кто удивленно протер глаза и снова сфокусировал их на неразумной белой даме, орущей в центре Гарлема о низших расах.

А в мозг Веры с сильным опозданием явилась разумная мысль:

«А я-то трансгрессировать не умею!»

– Твое последнее слово, снежинка, – прошипел в лицо Веры небритый детина.

«Что сказать? Мамочки, что сказать?!! Надо что-то объединяющее, зажигательное такое... А-а-а!!!»

– Бей врагов, спасай Россию! – пискнула попаданка и зажмурилась.

«Ой-ей! Не там я это сказала, ох, не та-а-ам! Упокоюсь с миром», – успела подумать Вера до того, как афроамериканцы сомкнули ряды.

Вдруг полыхнуло ярким светом. Толпу разметало по сторонам. Перед слепо моргающей от вспышки Верой возник Квазик в боевом облике. Все как помнилось: огненные волосики стоят дыбом и плюются сгустками пламени в окружающих, кожа покрылась панцирем, как у броненосца-переростка, длинные глазки заалели, клыки увеличились в числе и размере. Настоящий демон из ада, не удивительно, что все вокруг стонут от ужаса и истово крестятся. Квазик предупреждающе рыкнул и площадь мигом опустела. Вот тебе и любители комиксов – поклонники призрачного гонщика и прочих супергероев отнюдь не стремятся с ними познакомиться в реальной жизни.

– К-к-к-ва-а-азик-к! Ик! Ты очень вовремя! – вырвалось у Веры, и она прижалась к своему чудовищу, не обращая внимания на царапающиеся защитные выступы на его теле, на пылающую шевелюру и жуткие глазенки. От избытка адреналина Веру потряхивало, голова кружилась от нахлынувшего чувства облегчения. Уф, и дети спаслись, и она еще поживет.

– Вера, как?! Как, Вера?! Объясни мне, как ты умудрилась?! – трепал ее Квазик, как Тузик грелку, а она могла только испугано икать. – Кто переместил тебя на Землю?! Зачем ты опять влезла в драку?! Я летаю по всей Вселенной, пытаюсь тебя спасти, а ты чем занимаешься?! Ты можешь спокойно дома посидеть, я тебя спрашиваю?! За что мне такое наказание, изначальная материя? Хорошо, что сигналку установил, тебя же чуть не убили! Ты понимаешь или нет?!

Вера поспешно закивала, показывая, что она все понимает. Язык еще не слушался, онемев от пережитого страха. Вокруг нее зазолотился знакомый кокон, и Земля стала быстро удаляться, сменившись звездной чернотой космического пространства. Боевая трансформация Квазика сменилась привычным истинным обликом, и Вера приникла к своему демону теснее, время от времени тихонько икая. От мужского тела шел жар, согревая перепуганную закоченевшую женщину, лететь среди звезд в надежных объятиях было удивительно уютно и чудесно, поблескивающие далекие звезды создавали атмосферу романтики и уединения, и Вере хотелось бы лететь так вечно...

– Скажи, в твоем русском языке «бухгалтер» это неформальный синоним слов «дебошир» и «забияка»? – хмуро обратился к Вере Квазик. – Я никак не могу увязать в единое целое все твои слова и поступки. Мне всегда казалось, что для кропотливой работы с базами данных желательны такие черты характера как выдержка, усидчивость, сдержанность, невозмутимость и даже флегматичность, а не вечное стремление найти приключения на свою голову и самоубиться.

– Не поверишь, но мне тоже всегда так казалось! Я не стремлюсь найти приключения – они меня сами находят! Точнее – начали находить в твоем междумирье, похоже – они давненько прятались в этой серой мгле и меня поджидали, а теперь торжественно встречают всем скопом, – объяснилась Вера. – Мы домой летим?

Обнимающие Веру руки сжались крепче, черные глаза пытливо заглянули в ее лицо:

– Ты в самом деле считаешь домом не Землю, а мое пристанище в изначальной материи?

– Угу. По первости еще ощущала себя ежиком в тумане, но потом привыкла, – кивнула Вера. Икота отпустила, а сердце перестало биться, как сумасшедшее. – Так мы домой?

– Пока нет. – Когтистый палец осторожно очертил контур девичьего лица. – Ты и боевой трансформации не боишься? Так радостно ко мне кинулась там, на Земле...

– Еще бы мне не кинуться, – хрипло прошептала Вера, понимая, что ее сердечко не перестало изображать из себя спринтера, а просто сделало короткую передышку, что уже подошла к концу, – ты нормально относишься к белым и русским.

– Опять не понимаю, о чем ты, – горящие черные глаза заслонили от Веры звезды, да и Бог с ними, со звездами.

«Наклонись чуть ниже, Квазик...»

– Ты такая теплая... и ты сводишь меня с ума, – прошелестел тихий голос демона, его губы прикоснулись к губам Веры, и Вселенная взорвалась и утонула в жарком мареве.

БАБАХ!!!

С громким треском, как от разорвавшегося снаряда, целующаяся пара вывалилась из трансгрессионного туннеля, и только отличная реакция Квазика спасла их от позорного падения из-под высокого потолка на пол. Пол был устелен не паркетом, а мраморными плитами, так что приземлились они действительно не дома.