ГЛАВА 9

Когда Раза небрежным жестом указал Вемиру на дверь, тот с нескрываемым облегчением на лице последовал его приказу и, бросив на Вэл короткий, странный, обеспокоенный взгляд, поспешил покинуть помещение комнаты отдыха.

Она, ошеломленная, сломленная, сидела на полу, опустив плечи и скрывшись от всех мокрыми, спутанными волосами. Ее воспаленные от слез глаза не отрывались от каменных плит пола. Она безучастно смотрела вниз, разглядывая редкие комья земли, оставленные чьими-то сапогами, и грязное липкое пятно от давно пролитой жидкости рядом со своим коленом.

Дверь хлопнула, раздались шаги, и надменный, с ноткой веселости голос прорезал тишину:

— Вы чего Вемира напугали? На нем лица нет. Бежал, как будто за ним все демоны преисподней гнались.

— Ты пропустил интересную сцену, а Вемир нет, — словно это что-либо объясняло, ответил Раза. — Где Кара?

Вэл приподняла голову, исподлобья разглядывая темноволосого мужчину в дорогой одежде. Зен. Имя всплыло ниоткуда. Кажется, так обращался к нему Раза.

— Я отправил его в ратушу. Пусть ждет тебя там. Сказал ему, чтобы готовил объяснения. — Зен кратко хохотнул, приподнимая брови. — Видел бы ты его лицо! Пошел как на заклание. Думает, ты ему голову оторвешь.

— Может, и оторву. С него не убудет. — Раза пожал плечами с безразличным видом.

Зен, с интересом поглядывая на замершую на полу Вэл, весело ответил:

— Успокойся. Сначала послушаем, что он скажет. Ну а что девка эта? — Он кивнул в сторону неподвижной фигуры Вэл. — Что будешь с ней делать? И что она забыла на полу?

Вэл опустила голову, ощущая себя хуже чем паршиво. Она чувствовала себя так, точно ее выпотрошили наживую, вывалив все внутренности, а затем грубо сшили, оставив пустую оболочку.

— Ей там самое место, — отозвался Раза голосом, лишенным каких-либо эмоций.

Вэл не обманывалась, зная, что это не значит ровным счетом ничего. В этот самый момент Раза мог сгорать от ярости, ничем не выдавая своего состояния.

Она ненавидела в нем это. И ненавидела его самого.

— Ну и? Куда ее? Что прикажешь? — хмыкнул Зен.

Вэл посмотрела на закругленные носки его сапог, а затем медленно перевела взгляд в сторону. Виски сдавило, она прикрыла веки, пытаясь откинуть назревающую головную боль, но лишь почувствовала накатившую усталость. Хотелось лечь на пол, отвернуться от всех и просто уснуть.

Неверно. Не уснуть — забыться.

— Не знаю.

Ответ удивил. Вэл почувствовала внутри тихие, чуть заметные шевеления проснувшихся эмоций.

Раза в замешательстве.

Ну надо же! Не ожидал, конечно, что его Вторая вернется так внезапно, едва ли не свалившись на голову вместе с ворохом неразрешенных между ними вопросов.

Плевать. Не было никаких сил, чтобы размышлять об этом.

— Не знаешь? Отдай ее мне. Я найду ей применение, — явно забавляясь, предложил Зен.

Вэл дернула верхней губой, мгновенно отзываясь на его реплику.

Неудивительно. Очередное подтверждение тому, что в этих людях всегда главенствовал зверь: алчущий, жадный до крови и отвратительно похотливый.

— Шутишь? — В голосе Раза прозвучало нескрываемое удивление.

— Симпатичная мордашка. С характером. Почему нет?

Вэл вздернула подбородок вверх, наблюдая, как Зен пожимает плечами и поворачивается, встречаясь насмешливым взглядом с ее покрасневшими глазами.

— У тебя этих мордашек… — вяло отмахнулся Раза, вздохнул и, нахмурившись, продолжил: — Нет, Зен, это исключительно моя проблема.

— Проблема? Да уж. Твоя Вторая. Помню-помню, что творилось, когда она свалила. — Он повернулся к молча стоявшему в стороне Шейну: — Эй, волк, она же тебе давала, да?

Вэл люто возненавидела Зена. Гнев, утихший после встречи с ожившим призраком прошлого, проснулся вновь, поднимаясь и рождая бурю.

— Мы с ней не спали, — сдержанно ответил Шейн.

Лицо его, которое он больше не прятал под капюшоном куртки, было бледным. Он стоял, плотно сжав губы, не смотря на девушку, точно не замечая ее.

Глядя на светлые пряди волос, лежащие на плечах волка, Вэл отдала бы многое за то, чтобы узнать, что у него на душе.

— А, ну да, — иронично проговорил Зен, покачивая головой и с вызовом посматривая на Шейна, — хочешь сказать, ни разу не трахал ее? Да ни за что не поверю, что ты удержался.

Волк вскинул подбородок, безмолвно глядя в смеющееся лицо Зена, и медленно сжал в кулак руку.

Тот чуть наклонил голову, с улыбкой наблюдая за своим противником. Шейн молчал, не отводя прямого взгляда.

Вэл не понимала и толики происходящего, не знала ролей каждого из присутствующих здесь мужчин. Она могла только судить о том, что видела, а видела она немало.

Шейн явно чувствовал провокацию Зена и не позволял ему зацепить себя ни единым словом или жестом.

Очевидно, что Зен был куда ближе к Раза, чем Шейн. Он позволял себе обращаться к наместнику по имени, что, судя по всему, теперь было роскошью. Вэл внутренне усмехнулась.

Кто бы мог подумать.

Грозный наместник города.

И этот мужчина, неизменно одетый в черное, один вид которого сейчас повергал в трепет, когда-то с самым невозмутимым видом вилял хвостом, играясь в большого пса с простой человеческой девчонкой.

А еще он убил пятнадцатилетнего мальчишку.

Вэл стиснула зубы, морщась от грызущей боли. Несколько часов назад все было иначе. Всего лишь утром Никс шагал рядом, несмело касаясь ее руки.

Она сглотнула вязкий ком, чувствуя, как противно защипало под подбородком.

Хватит слез на сегодня. Вэл глубоко вдохнула и медленно выдохнула, переводя взгляд на высокую фигуру в черном.

Раза криво улыбнулся, словно забавляясь незримому, повисшему в воздухе столкновению двух мужчин.

— А может, это она трахала тебя? — вдруг насмешливо поинтересовался Зен, заглядывая в бледное лицо Шейна. — Уж не удивлюсь, если у нее между ног найдется чем! Посмотри на нее, сразу понятно, кто среди вас Первый!

Волк стиснул челюсти. Юркие змейки пробежали по его лицу — раз, другой — и затаились, прячась в длинных волосах.

Сердце противно заныло, сжатое невидимой рукой.

И одновременно с этим густая, как патока, всепожирающая ненависть распустилась, как свежая роза под яркими солнечными лучами.

— Заткнись, ублюдок! — зло прошипела Вэл, приподнимая голову и исподлобья смотря на Зена.

— О! Да ладно? Ты еще смеешь открывать свой рот? Серьезно? — Лицо Зена вытянулось от удивления.

Он развел в воздухе руками, посмеиваясь и искоса посматривая на Раза, будто ожидая его реакции.

Тот прищурил черные жесткие глаза. Промолчал, тем самым развязывая Зену руки.

Вэл почувствовала, как пустое, выжженное дотла нутро заполняется густыми волнами накатившего гнева.

Рука потянулась к поясу; она крепко зажмурилась, ощущая ладонью пустоту.

Конечно, было бы глупо надеяться, что ей оставили оружие.

— Видимо, я угадал. Так вот в чем дело! Ну и как тебе твой ручной волк? Понравился? — Зен ухмыльнулся, растягивая рот в противной улыбке.

И это — доверенный Раза? Тот, на чье плечо он, судя по всему, теперь опирается в своих делах? Прекрасно.

Вэл, опутанная злобой, как терном, оперлась ладонью о грязный пол, оттолкнулась и поднялась на ноги.

— Заткнись, — зло сказала она, обращаясь к изумленно вытаращившемуся Зену.

— А иначе что, человек? — И фыркнул. Рука его выхватила из висящих на поясе ножен короткий меч.

— Просто заткнись, тварь! — Вэл сжала кулаки, не отводя безумного взгляда от ненавистной фигуры.

Хочет убить ее — пожалуйста. Сегодня как никогда она была готова умереть.

— Закрой рот, Вэл. — Голос Раза разрезал воздух, как нож.

Она качнула головой, краем глаза видя, как мужчина в черном приближается к ней.

Раза бросил краткий взгляд в сторону:

— Зен, убери оружие.

— Если не закрою — отдашь меня своему дружку? — Вэл нервно усмехнулась, наблюдая за Раза. Его походка напоминала поступь кошки, крадущейся к своей жертве.

Вэл укорила себя за это сравнение. Раза был проклятым диким псом, и не стоило забывать об этом.

— Может, и отдам, — задумчиво произнес он, — ты хочешь этого?

— Да мне пофиг. Делай, что хочешь, — огрызнулась она.

— Раза, она поехавшая? — с искренним удивлением в голосе воскликнул Зен. Оружие, правда, убрал. Еще бы. Понимал, видимо, что ступает на запретную территорию. — Ты смотри-ка, что творит! Какая смелая идиотка. — Зен всплеснул руками, смеясь. — Нет, правда. Отдай ее мне. Я люблю таких своенравных. Или, может, как в прошлый раз? Разделим ее пополам, как ту кухарочку?

Вэл испытала тошнотворное чувство, очень схожее с омерзением.

«Прекрасно, Раза. Теперь ты точно настоящий мужик. Участие в оргиях — что может быть круче?»

— Пошли вы оба на хрен, мрази! — совершенно искренне проговорила Вэл.

— Что, прости? — Раза вскинул черные брови, и в голосе его послышалась совсем не скрытая угроза.

— Мне повторить? Я могу повторять это много раз. Столько, сколько ты заслуживаешь. Пошел на хрен, мразь. — Вэл понимала, что преступает все возможные границы. Понимала это и не могла остановиться. Ненависть жрала ее, будто червь гнилое яблоко.

Шейн, державшийся в стороне, сделал шаг вперед. Вэл увидела его сверкающие тревогой глаза и сжатые в линию обескровленные губы.

Защищает? Сердце ухнуло в груди, а затем часто-часто забилось.

Невозможно. После всего, что было, волк должен был стоять в стороне и наслаждаться происходящим, но глаза его горели внутренним огнем, который был так похож на собственный огонь, пожирающий изнутри.

— Наместник, она же не в себе! Давайте я просто уведу ее и…

Раза поднял вверх ладонь, и волк замолчал, покорный его воле.

Один жест вожака — и сопротивление подавлено.

А было ли оно? Или все это привиделось?

Вэл сомневалась во всем: в том, что видели ее глаза, в том, что слышали ее уши. Все могло оказаться неправдой, потому что все вокруг было похоже на неправду.

— Повтори еще раз, Кролик, и я обещаю — ты пожалеешь о своих словах, — понизив тон, сдержанно произнес Раза.

Вена на его шее билась ровно, в такт сердцебиению.

Вэл поймала его взгляд и, смотря прямо в черные бездонные озера глаз, четко и ясно сказала:

— Пошел в пекло, Раза. Там тебе самое место.

Раза ступил вперед резко, черной тенью надвигаясь на Вэл. Движение его было быстрым, неожиданным, и она тут же отшатнулась прочь, встречая давно забытый едкий страх. Сердце замерло, испуганно затаившись.

Нет. Только не снова.

Вэл часто заморгала, рассматривая в опасной от себя близости лицо с пересекающим переносицу тонким шрамом.

— А ты изменилась, Кролик, — зло проговорил Раза.

Рука в черной перчатке поднялась вверх и сжалась на ее подбородке, до боли стискивая челюсти. Вэл задышала носом, широко распахнутыми блестящими глазами смотря в холодные узкие глаза Раза.

Он с силой толкнул ее, отпуская руку. Она, запутавшись в собственных ногах, шагнула назад, прижалась лопатками к прохладной плоскости стены и замерла, снизу вверх смотря в бесстрастное лицо.

— Думаешь, тебе больше ничто не страшно? Думаешь, больше нечего терять? — Черный зрачок затопил радужку, делая глаза бездонными.

Вэл тяжело задышала, облизнула губы, чувствуя, как дрожь пробирает непослушное тело.

Она боялась его. Вновь боялась. И этот страх, поселившийся где-то глубоко в подкорке, казался какой-то неотъемлемой частью Раза.

Вэл стиснула губы.

Сколько бы лет ни прошло, как бы они ни прожили свои отдельные друг от друга жизни — страх никогда не исчезнет, являясь тем, что неизменно.

Осознание этого ударило изнутри, разрушая последнее целое, нераздельное, что еще удерживало от заполняющей душу паники.

Раза, словно прочитав это в лихорадочно блестящих глазах, ухмыльнулся, улыбаясь уголками рта.

Он схватил Вэл за плечо, рывком разворачивая и принуждая вжаться грудью в холодный неровный камень стены.

— Нет! — шепнула она, чувствуя горячее дыхание у своего уха. Предчувствие разорвало душу на лоскуты.

— Да, — тихо сказал в ответ Раза.

Его губы мягко коснулись кожи на шее Вэл, заставляя вздрогнуть, тихо заскулить от бессилия, силясь уйти от ненавистных прикосновений.

— Пусти! — Вэл рванулась, тщетно пытаясь освободиться, ладони уперлись в стену. Она попыталась оттолкнуться, подошвы сапог заскользили по полу.

Властная рука легла на шею, сжимая, причиняя боль, надавливая, заставляя проелозить щекой по колким, неровным стенам, царапая кожу.

— Стой смирно, и будет не больно, — голос Раза проникал в уши свистящим шепотом черной змеи, — может быть, не будет.

Его рука легла на ее ягодицы, по-хозяйски трогая и поглаживая. Вэл рванулась в сторону и тут же охнула от боли, когда ладонь Раза стиснула ее шею. Пальцы сдавили горло. Вэл захрипела, сглотнула, с трудом втягивая легкими крупицы воздуха.

— Дважды повторять не буду, — негромко сказал Раза, смыкая зубы на мочке ее уха, — еще одна попытка, и будет плохо.

Вэл тихо застонала от охватившего ее бессилия. Страх, с которым она так легко распрощалась совсем недавно, охватил целиком, лишая последних зачатков слабой воли.

Она боялась боли. Она боялась Раза. И поэтому смиренно замерла, слушая собственное прерывистое дыхание.

Рука мужчины поднырнула под ее живот, отодвигая полы сбившегося мокрого плаща и тунику; пальцы, играя, провели линию по кромке штанов.

Вэл крепко зажмурилась, пряча лицо в сгибе собственного локтя. Дыхание обжигало щеки.

«Скорей, Раза. Сделай это и оставь меня, униженную и растерзанную. Ты же этого хочешь, верно? Тебе всегда мало того, что есть».

С ширинкой девушки Раза справился умело, в два движения распустив шнуровку.

Воздух показался неприятно холодным, когда влажные от дождя штаны вместе с нижним бельем повисли на бедрах.

Дрожь охватила тело. Вэл сжала челюсти, слушая молотом грохочущее в ушах сердце.

Она уловила металлический звук расстегиваемой пряжки ремня, шуршание жесткой ткани, скрип кожаной куртки и сипло втянула воздух сквозь стиснутые зубы.

Колено непререкаемо надавило меж бедер, заставляя широко расставить ноги.

Стон боли утонул в рукаве, скрывшись за длинными волосами. Вэл дернулась, ощущая грубое прикосновение пальцев; смолчала, когда один, а потом и второй палец проник в нее. Рука задвигалась, причиняя боль, а затем без предупреждения, без лишних слов, скользнув по напряженным ягодицам, Раза вошел в нее.

— Какая узкая, Кролик. Что, никто не трахал тебя все это время? — Злой, едкий смешок вырвался из губ мужчины.

Вэл не ответила. Краем глаза она увидела приблизившегося Зена. Глаза его влажно блестели, посоловевшие от поселившейся в них похоти. Он опустил руку и принялся мять свою ширинку.

— Ну же, Кролик, кричи. Я не слышу твои крики, — толчками двигаясь внутри, раздирая тело горящей болью, шепнул Раза.

— С…дохни… — с трудом переводя дыхание, выдавила из себя Вэл.

Раза зарычал, отпуская ее шею, вцепляясь пальцами в волосы на затылке и дергая на себя.

Вэл застонала, до предела запрокидывая голову назад.

Раза входил в нее все быстрее и быстрее, боль стерлась, превратившись в нечто чуждое дрожащему телу. Она кусала губы, горячие слезы лились, а сердце замерло, сожранное черным как ночь псом.

— Почему? — хрипло, срываясь на стон, спросила она вдруг, не ожидая ответа.

— Ну как же? — Его дыхание обожгло щеку. — Ты забыла? Ведь я же люблю тебя.

Тихое рыдание вырвалось из груди Вэл, и тотчас же Раза вдавил себя в нее, тело его прошила судорога, и он замер, расслабляя руку и выпуская длинные волосы из-под пальцев.

Еще несколько нескончаемых секунд, и Раза отошел в сторону, лишь сверкнуло серебро пряжки застегиваемого ремня.

Вэл опустила голову, прикрывая веки с мокрыми от слез ресницами, чувствуя себя уничтоженной.

Раза был прав. Терять было что.

— Дай мне ее! Хочу попробовать, — голосом, полным возбуждения, сипло сказал Зен, приближаясь сбоку.

Вэл дернулась, опуская ладони и хватаясь за пояс штанов. Кусая губы, она подтянула их вверх и повернулась вполоборота, вжимаясь плечом в стену.

Зен приближался, трогая себя между ног. Желудок взбунтовался, тошнота подкатила к горлу, она сглотнула, моля о том, чтобы не сблевать на пол прямо сейчас.

Беспомощный стон вырвался из приоткрытых в испуге губ.

Вэл боялась Раза и ненавидела его, но приближающийся мужчина, глаза которого влажно блестели, скользя по ее фигуре, вызывал в ней куда больший, едва ли не животный ужас.

Молчание Раза затягивалось, будто тот раздумывал над предложением Зена.

А может быть, его молчание было согласием.

У нее не было времени на подобные загадки.

Она заставила себя оторваться от мнимой надежности стены, действуя на уровне давнего, забытого, а теперь проснувшегося инстинкта, и шагнула к высокой неподвижной фигуре Раза, вставая за его плечом.

Удивленно вытянулось лицо Зена, когда Вэл, ненавидя себя, проклиная свою лживую жалкую душонку, ткнулась горячим лбом, покрытым выступившими капельками пота, в рукав черной куртки.

Дрожащие пальцы нерешительно дотронулись до ладони мужчины, ощущая тепло его кожи.

Никто в этой комнате не мог спасти ее от Раза. Никто, кроме самого Раза.

Вэл скорее почувствовала, чем увидела, как поднялась в глубоком вдохе его грудная клетка.

Она сморгнула слезы, поднимая вверх голову.

Раза молчал, его лицо, обращенное на нее, было бесстрастно, и лишь черные глаза, утягивающие в бездонный омут, где не было спасения, лихорадочно блестели.

— Я говорил тебе, Зен, — смотря только на Вэл, произнес Раза, — это исключительно моя проблема.