Глава 14

Ощущение, что я смотрю за своей собственной жизнью, не покидало. Но разве такое возможно? Я, Изабелла, никогда не жила в подобных условиях, и не собиралась нищенствовать.

Однако, другая «я» жила бедно. И несчастливо. Люди не ходят в рваных штанах, если у них благополучный доход…

Я летала под потолком и смотрела сверху на раскрытый чемодан. Он был наполовину полон, гора вещей валялась по кровати. Их еще не собрали.

Наблюдая за нервными движениями девушки, я гадала: что за странный сон? И почему я его вижу?

Понимать во сне, что ты спишь — странно. Но еще страннее была эта раздвоенность: девушка, что одевала малыша, торопясь и искоса поглядывая на дверь, могла быть мной. Могла!

Я откуда-то это знала. А еще я точно знала, что она спешила неспроста. И даже недовольные попискивания ребенка не останавливали ее. Девушка ловко вдевала тонкие ручки в рукава и застегивала кнопочки. А непослушные растрепанные волосы, норовящие залезть в глаза, нетерпеливо сдувала.

Она кого-то боялась.

Во входной двери заскрипел замок. Кто-то открывал дверь снаружи и тоже спешил, потому что дверь отлетела и стукнулась об стену.

Другая «я» замерла. Она подняла ребенка и прижала к груди, затравлено глядя на дверь.

— И куда мы собрались? — немолодая полная женщина вошла в комнату, оставляя за собой грязные следы, — Я же говорила тебе. Не надо! Вот, дуреха! Кому ты нужна-то будешь с дитем? А тут я за тобой присмотрю. Денег дам.

— Ксения Владиленовна… — залепетала девушка, и на ее глазах блеснули слезы, — Прошу вас, не надо вмешиваться. Я сама разберусь… Сама!

— Знаю, как ты разберешься! — недовольно фыркнула женщина, и на кровать полетела ее сумка. Она протягивала руки к ребенку, — И я больше не увижу своего единственного внука. Уедешь в свой Мухосранск, а я, значит, раз в год, да по большой милости к вам на поклон… Был бы жив Ваня, да он никогда бы не посмел разлучить меня с Темочкой!

— Но Вани нет! — девушка заплакала, — И я не хочу жить тут с вами!

— Ах, вот, как ты заговорила! — Ксения Владиленовна бросилась к чемодану и опрокинула его на пол. Ногой поддела крышку и отбросила его в стену, — И не стыдно бросать меня одну? Когда виновата в смерти Ванечки?

— Я не виновата!

— Он из-за тебя погиб! — взвизгнула женщина и бросилась к вещам, что лежали на кровати. Она ожесточенно скидывала их на пол, — Да он горбатился, работал как вол, чтобы прокормить тебя и ребенка. Чтобы купить все эти вещи. А ты, неблагодарная тварь, хотела бросить его! Вот он и попал в аварию!

Ребенок на руках девушки заплакал. Он испугался громких криков. Слова женщины прорвали последнюю крепость, и из глаз девушки хлынул настоящий водопад. А нервы сдались…

— Он пьяный сел за руль! И ехал от проститутки! — орала девушка, укачивая ребенка. Но тот пугался и орал еще громче, — Что вы врете?! Вы всегда врете! Он хотел развестись и бросить нас. Он издевался над нами!..

— Это ты, тварь, издеваешься надо мной!

Женщина попробовала отнять ребенка, но девушка в последний момент отпрыгнула и бросилась в коридор. Она заперлась в ванной и оттуда сквозь не прекращаемые рыдания, послышалось:

— Я не отдам вам Тему!

***

Меня трясло. Квартира давно уже исчезла из вида, а я до сих пор чувствовала злобный взгляд Ксении Владиленовны. От него становилось душно и противно. Как будто меня тащили в болото и пытались утопить.

Но больше всего я переживала за малыша. Достанется он злобной тётке или нет? Хотелось верить в лучшее, но почему-то я знала, что доброго конца не будет. Такое противостояние, окропленное кровью, не могло хорошо закончиться.

Я парила в небытие и беззвучно плакала.

Почему со мной происходит это? И где мой малыш? Он ведь мой. Мой! Я чувствую это…

Всё так странно. Получается, я существую сразу в двух мирах, во сне и наяву? Разве такое возможно?!

Чувство раздвоения не давало покоя. И ещё, я не знала, как выбраться из серого дымчатого нечто, где находилась.

Изнанка миров, сонный плен. Я хотела проснуться, чтобы нареветься вдоволь и успокоиться. Но не могла. Серый мир снов не выпускал меня.

— Изабо? — голос, внезапно зазвучавший в пустоте, был смутно знаком, — Изабо, ты тут?…

Я никого не видела. Только серая густая дымка под ногами и над головой… Оставалось только беспомощно разводить руками.

— Изабо, ответь мне. Я приду на твой голос, — напряженно сказали мне.

По-видимому, есть возможность вынырнуть из серого плена. Есть! Обрадовавшись, я открыла пошире рот.

— Я тут, тут! — хотела выкрикнуть, но не могла издать ни звука.

Одна попытка, другая… Меня хотели спасти, вернуть к нормальной жизни, но не получалось. Мой рот открывался беззвучно. Как в немом кино…

— Придется действовать варварскими методами, — вздохнул голос, и внезапно на моей шее появилась и туго сжалась петля.

Дернувшись пару раз, я затянула петлю еще сильнее. Воздуха оставалось мало. Так мало, что я не могла нормально дышать и захрипела. Удавка на шее затянулась еще уже, и в глазах взорвались звезды.

Сердце истошно забилось, как в последний раз. Задыхаясь, я почему-то думала о малыше. Как он там без меня, переживет ли нашу разлуку…

Сознание выключилось и возвратилось в один момент. Как будто я спустилась с крутых горок и внезапно остановилась у кассы.

— Готово! — мне надавали по щекам и еще раз встряхнули, — Ой, прости, я в своей ипостаси. Так колдовать удобнее…

Я сидела в своей кровати, а вокруг творился хаос. Подушки валялись на полу, одеяло наполовину съехало. Существо с зеленой кожей и пупырчатым лицом махало у меня перед глазами пятерней и напряжено смотрело в лицо.

Бояться я устала, так что в этот раз ипостась моей соседки восприняла почти как должное. Да и дышать было до сих пор трудно. Я потрогала шею и скривилась — болит. Значит, не приснилось… Платок, которым меня душили, валялся на кровати.

— Что… случилось, Зоя?

Возвращение из сна получилось тяжелым. Голова работала плохо, да и воздух я жадно глотала ртом, аж до головокружения.

— Успокойся, теперь всё нормально, — устало плюхнулась на кровать рядом соседка, — Да не дыши ты так… Не буду я тебя больше душить. Это вынужденная мера… На вот, выпей.

Мне в руки сунули крошечный пузырек, который я без раздумий выпила.

— Восстанавливающее зелье. Для отдыха, — пояснила соседка и пару раз усиленно моргнула.

К ней вернулся более приличный облик сероглазой брюнетки. Правда, в этот раз он был помятый и истощенный. Непросто ей далось мое возвращение.

— Да не смотри ты так. Сейчас выпью зелье и всё пройдет, — отмахнулась Зоя, — Лучше объясни, как ты застряла в межмирье? Как тебя угораздило? Я вытаскивала твое сознание обычными заклинаниями, не получилось. Пришлось воззвать к силам организма. Когда ему грозит опасность, он мобилизуется.

— Да уж, — удивленно потрогала саднящую шею, — Если будешь будить меня так каждое утро, я когда-нибудь умру!

Хотела пошутить, но вышло совсем не смешно. Зоя отвела глаза.

— Стоп. Ты же не хочешь сказать… О, нет! Я могла не вернуться? — озарила догадка. Соседка помедлила, но всё-таки кивнула. Я потрепала ее по руке, — Черт, как же я так вляпалась?… Сама не знаю… Значит, если бы ты не вмешалась, я бы осталась там?

— Межмирье выпивает силы, если не противиться ему, — тихо ответила она.

Я вспомнила серое бесконечное нечто и поежилась. Вот дела! И искренне обняла соседку:

— Спасибо, Зоя. Я в долгу перед тобой.

— И всё-таки, что ты там забыла? — хмуро уставилась на меня соседка, — Учти, каждое утро вытаскивать тебя в наш мир я не смогу. Мне силы для другого нужны. Я же как восьмилетка сейчас. Совсем без сил…

— Прости, я правда не знаю, — покаялась я, хотя перед внутренним взором стоял ответ.

Вернее, лежал в колыбельке.

— Надо в библиотеке посмотреть, — вздохнула Зоя и поднялась с кровати, — Каким заклинанием вытаскивать заблудшие души. Веришь ли, как только увидела тебя, сразу поняла — будут проблемы. Есть такие люди, которые создают проблемы на пустом месте. Всегда и везде проблемы ссыпаются на них, как из рога изобилия. Не обижайся. Ты притягиваешь неприятности, это видно по твоей ауре. В ней полно тревожности и неуверенности. Что очень странно, учитывая твои выдающиеся внешние данные… Кстати, твою горничную я отослала, чтобы не мешалась под ногами и не шпионила. Так что ты в долгу дважды.

— Горничную? — удивилась я.

Совсем забыла. А ведь и вправду, нам обещали выделить.

— Соврала, что у тебя мигрень и отправила её за лекарством. Назвала зелье посложнее, пусть дворец перерывает, — хмыкнула Зоя, весьма довольная собой, — Завтрак через час, тебе придется собираться самой. Справишься?

— Издеваешься? Конечно. За час я успею добежать до границы.

— Только без ванны, — оскалилась соседка, — После такой большой магической растраты, я просто обязана отмокнуть и полежать вволю.

— Как знаешь, — отмахнулась я, аккуратно вставая.

В ногах еще чувствовалась слабость, как после долгого сна. А в целом состояние у меня было вполне обычное. Я его называла «легкий недосып».

— Тебя точно можно оставить одну? — скептически посмотрела на меня Зоя, — Ты бледна, как весенняя поганка.

— От зеленой поганки слышу! — весело огрызнулась в ответ и потянулась за несессером, — Иди уже. А то не отмокнешь. И все твои чешуйки останутся такими же твердыми и жесткими…

— Ах, ты!.. — в меня полетела подушка, но сама Зоя улыбалась, — Завтра с утра будешь кричать — я не приду. Так и знай!

Мои пальцы дрогнули на молнии. Значит, это только во сне у меня пропал голос. А наяву я им таки воспользовалась.

— Кричать? А что я кричала?

— Звала какого-то Тему или Дему. Я не поняла, — буркнула Зоя и исчезла за дверью ванной.