Глава 11

Я все-таки выяснила, что жен у Защитников не было. За все их многочисленные жизни ни разу! Аниард, окруженный женщинами, но одинокий. Ашвар, еще более одинокий. Из раза в раз. Ни жены, ни детей. Я даже засомневалась, а могут ли Защитники иметь детей? Если они обладают столь могущественной магией, но при этом, по сути, не могут умереть. Все остальные в этом мире обладают магией обычной. Если бы у Защитников были дети, это наверняка бы как-то отразилось на той магии, которую от них наследуют. И были бы другие, помимо обычных магов. Но нет. Двое Защитников. Все остальные — обычные маги. Да и зачем природе создавать бессмертных существ, которые сами способны возрождаться, но при этом наделять их возможностью иметь детей, таких же, как они?

Информация об отсутствии жен порадовала. Немного. Наверное, нехорошо этому радоваться, ведь то были другие жизни, какое право я имею замахиваться на них? Ведь Защитники так одиноки.

А вот догадка о невозможности иметь детей почему-то вызвала грусть. Странно. До этого о детях даже не задумывалась.

По пути выяснилось, что отборы начали созываться относительно недавно. Началось с предыдущих Защитников. До этого не было ни разу.

И еще кое-что… Случайно попалось на глаза. Я была права. Во многом устои этого мира приближены к средневековым, поэтому девственность девушки сохраняют до свадьбы. На мгновение что-то кольнуло меня, но я тут же отогнала от себя неприятные мысли. Ерунда! Правила всегда нарушались. А я никогда не считала девственность чем-то особенным. И ни капли не жалею о том, что произошло между мной и Ашваром.

Вспомнив проведенную вместе ночь, расплылась в счастливой улыбке. Пожалуй, стоит немного прогуляться. Устала сидеть в комнате, устала читать. Хочу на свежий воздух!

Если бы я только знала, чем обернется эта прогулка…

На этот раз я увидела незнакомку в саду. Ту самую, с которой пару дней назад столкнулись неподалеку от тренировочного зала.

— О, это вы… — девушка повернулась ко мне. — Его светлость Ашвар разрешил мне прогуляться по саду. Только велел никому не показываться на глаза. Вы не расскажете, что видели меня?

Врет или нет? Ашвар не может не знать, что по его дворцу шляется какая-то… кхм… девушка. Я не ревную. Ни в коем случае. Но я ничего не понимаю!

— Вы ведь участница отбора? — продолжила девушка. Сегодня она определенно более разговорчива.

— Да.

— Хорошо бы, его светлость нашел ту, что ищет, — она грустно улыбнулась. — Быть может, тогда он отпустит меня.

— Ничего не понимаю. Объясни толком! Кто ты такая, что делаешь здесь во дворце?

Девушка задрала рукав вверх и показала запястье. На коже, издавая приглушенное сияние, пульсировал красный символ.

— Что это?

— Оковы. Его светлость Ашвар наложил на меня магические оковы. Он силой удерживает меня во дворце. И… — Девушка спрятала запястье, ее губы задрожали. — Он насилует меня…

— Этого не может быть! Ашвар бы не стал…

— Не стал?! — перебила незнакомка, тоже срываясь на крик. — Почему это не стал бы? Его боятся! При нем падают в обморок, трясутся и ревут. А ему хочется, он же мужчина! — Из глаз девушки брызнули слезы. — Вот и держит взаперти против воли, насилует, когда ему вдруг приспичит! А я… я… хотя бы не теряю сознание. Хотя лучше бы теряла. Может быть, тогда бы он меня отпустил, не мучал столько лет.

— Лет?..

— Четыре года. Четыре года он держит меня взаперти и насилует, насилует, насилует! — Злость в глазах девушки сменил страх. — Не говорите ему. Пожалуйста, никому не говорите, что видели меня. Иначе его светлость накажет, очень сильно накажет. Я прошу… — и девушка снова упала передо мной на колени, пытаясь схватить за руки.

— Прекрати! — я отступила от нее. — Ты врешь.

— Что? — она поднялась. Из глаз уже безостановочно лились слезы. — Я… разве я могу лгать?

— Ашвар бы никогда так не поступил.

Девушка широко распахнула глаза, отшатнулась, будто я ударила ее. И, развернувшись, бросилась прочь.

Ашвар не мог. Я не верю! Ашвар не такой. Он бы никогда не стал принуждать силой.

В мыслях закрутились воспоминания. Одиночество. Постоянное одиночество, горькая усмешка. Слова о том, что все они боятся, трясутся от страха. И о том, что женщины у него все-таки были.

Нет. Ашвар не мог заставлять. Они сами соглашались. Чего только стоят участницы отбора! Милинда врала, что это может быть приятно, но откуда ей знать? Она просто выдумывает, но и другие тоже могут выдумывать. Убеждать себя, что это должно быть интересно и удивительно — переплетать страх и близость с мужчиной. Кто-то может захотеть попробовать, кто-то… У Ашвара нет причин кого-то заставлять! Они сами готовы запрыгнуть в постель, несмотря на страх. Пусть и не в таком количестве, как к Аниарду.

Кажется, меня затрясло. Нужно поговорить с Ашваром. Немедленно. Рассказать об этой лживой дряни, которая пытается его очернить.

Как найти Ашвара? Наверное, можно использовать магию, и он почувствует. Или обратиться к Ирме, она тоже должна знать, как с ним связаться. Но магия манит сильнее. Я очень даже хочу использовать магию, вот уже и кожу жечь начинает.

Я поспешила обратно во дворец. Однако на полпути к тренировочному залу остановилась. Я увидела их. Ашвара и Милинду. Вместе! Стоят, о чем-то разговаривают. Руки Ашвара на талии Милинды, сама принцесса тянется к губам Ашвара.

Я не знала его. Совсем не знала.

Сжала кулаки, с трудом сдерживая крик. Боль рвалась наружу и, кажется, огнем раздирала грудь. Артефакт держался из последних сил. И я тоже.

Рванула обратно. Сама не знаю куда! До тренировочного зала только один короткий путь. В обход я не успею. Но не могу, просто не могу идти мимо них. И поэтому бегу в обратную сторону, глотая слезы, из последних сил сдерживая магию.

Артефакт раскалился, вокруг заискрило.

— Лана! — Аниард оказался рядом со мной, обнял и призвал магию. Прежде чем мы исчезли из коридора, я заметила красную вспышку. Это появился Ашвар, но Аниард успел первым.

Я не поняла, где мы очутились. Глаза застилали красные и голубые искры. Сразу после перемещения Аниард сорвал с меня амулет.

— Отпусти…

И я послушно отпустила. Сдерживаться все равно больше не было сил. Боль от амулета перестала жечь кожу, зато меня жгла другая, еще более сильная, невыносимая боль. Магия вырывалась во все стороны потоками огня и воды.

Я стояла, раскинув руки и закрыв глаза. Чувствовала себя крохотным листком на ветру. Меня покачивало из стороны в сторону от напора собственной магии, но упасть я не могла просто потому, что магия была повсюду, со всех сторон. Кажется, кроме нее здесь больше не было ничего, даже воздуха в какой-то момент стало не хватать. А потом все прекратилось. И я обессиленно рухнула. В нескольких сантиметрах от пола меня подхватил Аниард.

Мы были в тренировочном зале, но каком-то незнакомом. Может, во дворце Аниарда или еще каком месте?

— Лана, как ты? — спросил светловолосый Защитник, с беспокойством заглядывая мне в глаза. С его помощью удалось снова встать.

Ответить я не успела. Над нами разверзся прорыв с огненной стихией. Тут же рядом оказался Ашвар. Он как будто караулил, ждал, когда можно будет появиться. Вместе с Аниардом они одновременно использовали магию. Несколько секунд — и все закончилось, прорыв был запечатан.

Ашвар повернулся ко мне.

— Лана, ты…

— Не подходи! — я отшатнулась, выставляя руку перед собой. По ней тут же снова заплясали искры магии. Не могу разговаривать с ним прямо сейчас. Просто не могу!

— Ашвар, если не хочешь, чтобы замок взлетел на воздух…

— Понял. — Несколько секунд, растянувшихся в вечность, Ашвар напряженно смотрел на меня. Потом переместился.

Я покачнулась, в очередной раз ощутив чудовищную слабость. Аниард снова оказался рядом, снова поддержал за талию, не давая упасть.

— Пойдем. Тебе нужно успокоиться.

Он призвал магию.

— Постой! Артефакт…

— Он тебе не понадобится.

— Почему это? А вдруг я все разнесу? Вдруг кто-то пострадает?!

— Никто. Здесь никого нет, а мне ты не навредишь.

Мы оказались в гостиной. Светлые, почти белые стены, темно-коричневая мебель. Трудно сказать, кому из Защитников она принадлежит. Да и окна совсем не такие широкие, как были во дворцах. Аниард сказал «замок»? Похоже на то!

Защитник снова воспользовался магией и спустя всего несколько мгновений протянул мне чашку с горячим отваром.

— Выпей. Поможет успокоиться.

— Надеюсь, это не снотворное? — с подозрением уточнила я.

— Нет. Всего лишь успокоительные травы легкого действия. Я не собираюсь воздействовать на твою психику и подавлять эмоции. Но ты сможешь взять их под контроль.

Я кивнула и решительно принялась за отвар. Есть в замке кто или нет, а портить чужое имущество тоже как-то не хочется.

Аниард ненадолго отлучился, вернулся через пару минут. И тут же протянул мне небольшую баночку.

— А этим намажь кожу. Подозреваю, артефакт мог вызвать ожог.

— Прямо здесь?..

— Соседняя дверь, — Аниард кивнул в сторону, — ведет в ванную.

— Спасибо!

Проявление заботы оказалось нелишним. Ожог действительно был, неслабый такой. Но мазь Ашвара помогала хорошо, почти моментально. Будем надеяться, что и эта сработает не хуже.

На самом деле хотелось плакать. Очень. Но присутствие Аниарда не позволяло. Я вообще с детства отучилась плакать, когда кто-то это может увидеть. Только надежно закрывшись в своей комнате, давала себе волю. Вот и сейчас слезы рвались, но я их не пускала. А глянув в зеркало, ужаснулась и принялась приводить себя в порядок. Вот окажусь в своей комнате, тогда можно будет и поплакать, и поваляться в кровати, не обращая внимания на спутанные волосы и покрасневшие глаза. Увы, в комнату мне пока нельзя. Пока не буду уверена, что не разнесу половину дворца.

Поплескав в лицо водой и кое-как уложив руками волосы, вышла из ванной.

— Отвар допивать будешь?

Аниард сидел в кресле напротив столика, смотрел на меня внимательно, как будто даже с сочувствием.

— Пожалуй, — кивнула я. — Чтобы побыстрее совладать с эмоциями и вернуться во дворец.

Пугающая мысль вспыхнула в голове. А нужно ли возвращаться? Зачем? Что я делаю на этом отборе? Разве только магии учиться? Уж точно не для того, чтобы завоевывать Ашвара! После того, как он… он…

Горло сдавило, глаза защипало. Я плюхнулась в кресло и поспешила уткнуться в чашку. Не плакать. Только не плакать.

— Поплачь, если хочешь.

— Нет.

— Может, поговорим? Тебе станет легче.

О чем говорить? О том, что я переспала с Ашваром, о том, как он был нежен и заботлив, о том, что напридумывала себе невесть что? А теперь Ашвар целуется с Милиндой! И, возможно, держит взаперти какую-то девушку, чтобы удовлетворять потребности в сексе. Вот об этом поговорить, серьезно?!

Чудовищная боль скрутила меня. Уже не магия, просто боль… душевная. Хотелось свернуться жалким клубком. Съежиться, стать маленькой-маленькой, перестать существовать.

Я не удержалась и всхлипнула. Руки дрогнули, чашка едва не выскользнула.

Аниард тут же оказался рядом. Взял опустевшую чашку, поставил на столик. И присев на подлокотник, притянул меня к себе.

— Поплачь. Тебе станет легче. Правда.

Я замотала головой.

— Почему?

Боль душила, слезы рвались наружу, но я сдерживала их, отчаянно, из последних сил.

— Потому что… это стыдно. Стыдно плакать при тебе, — прохрипела я.

— Стыдно? При мне? — удивился Аниард. Отстранился слегка, приподнял мою голову за подбородок, заставляя посмотреть прямо в глаза. — Дело во мне?

Говорить, вот так глядя на него, когда хочется просто реветь, было трудно.

— Нет. Просто… я не должна… когда кто-то видит.

— Глупости. Лана, ты не должна быть все время сильной. Я не знаю, кто вбил в твою голову эту ерунду, что плакать можно только тихо в подушку, и сейчас ты, наверное, не станешь рассказывать. Но в слезах нет ничего постыдного. Я вижу, как тебе больно. Не нужно сдерживаться. Отпусти слезы. Отпусти себя. В конце концов… я никому не скажу, — он невесело усмехнулся.

Зачем он все это говорит? Почему не может просто уйти, оставить меня одну? Ах да, точно! Наверное, опасается, как бы магия снова не вырвалась. Наверное, он на всякий случай должен быть рядом.

И я не выдержала. Уткнувшись ему в грудь, горько разрыдалась.

Ашвар говорил, что никогда не отпустит. Каждый его поцелуй, каждое прикосновение было подобно обещанию. Я раскрылась перед ним, я… полюбила его! На самом деле я не знала Ашвара. Он показывал себя таким, каким хотел показать. На самом деле он не так уж плохо справлялся с одиночеством. Держал взаперти, насиловал девушку. И, наверное, не одну за все свои жизни. Да и таких, как Милинда, наверняка находится немало. А я, как дурочка, развесила уши, поверила в свою исключительность.

Я не обратила внимания на девственность до свадьбы. Решила, что это ерунда, что мы просто поддались страсти, имели на это право. Но Ашвар мною просто попользовался… просто использовал… Он не строил никаких дальнейших планов.

Ужасная, нестерпимая боль разрывала на части и выливалась слезами. Аниард обнимал меня, прижимал к себе. Ничего не говорил, просто позволял выплакать всю боль. И я плакала. Всхлипывала, содрогалась, потому что рыдания были слишком велики и выходили из меня словно толчками.

Не сказать, чтобы мне стало легче. Но в какой-то момент слезы все же закончились.

Аниард уже сидел не на подлокотнике, а в самом кресле. Я чуть ли не лежала в его объятиях, но в этом не было ни страсти, ни чего-то интимного. Только тепло и поддержка.

— Легче?

— Не знаю, — глухо пробормотала я, все так же уткнувшись ему в грудь. Посмотреть на Аниарда, показать заплаканное лицо было страшно и неловко.

— Но знай, ты можешь плакать. В этом нет ничего постыдного, даже если кто-то видит твои слезы.

— Спасибо.

— Не за что, — он ласково провел рукой по моим волосам. — Хочешь поговорить?

— Не знаю.

Какое-то время мы молчали. Аниард не поторапливал и ничего не требовал от меня. Наконец я сказала:

— Кажется, Ашвар меня обманул. Я видела его с Милиндой.

— Это ведь отбор. Мы приглашаем на свидания невест.

Сердце сжалось от боли. Я бы все поняла, если бы перед этим мы с Ашваром не переспали! А так… слишком больно. И об этом я не могу рассказать.

— Они целовались.

Рука Аниарда, до этого перебиравшая волосы, замерла.

— Странно. Я не хочу этого говорить. Я бы хотел воспользоваться ситуацией и настроить тебя против Ашвара. Тогда у меня было бы больше шансов. Но… я должен сказать, что Ашвар не такой. Возможно, ты что-то не так поняла.

Ну конечно! А как еще можно было понять все, что я видела?! После… после…

Я все же отстранилась и посмотрела на Аниарда.

— Зачем ты все это делаешь?

— Делаю что?

— Зачем тебе я? Соперничество? Желание утереть нос Ашвару? Или все из-за того, что я не испытываю подобострастного восторга, а тебе захотелось разнообразия?

Аниард ответил серьезным взглядом. В этом взгляде не было отвращения при виде покрасневшего лица и опухших век.

— Соперничества между нами нет и не было. Мы оба ищем настоящие, искренние чувства. Ты их можешь дать, и это делает тебя особенной. Но твоя уникальность — не главное. Ты могла быть уникальной, но при этом не вызывать никаких иных чувств. Но ты оказалась такой… Лана, ты мне небезразлична. Поэтому я до сих пор не отступил. Поэтому я боролся и дальше собираюсь бороться за тебя.

— Что? Но как… когда…

Признание Аниарда потрясло. Мне всегда казалось, что он просто играет. Из спортивного интереса, может, из-за той самой моей уникальности. Но чтобы Аниард тоже испытывал ко мне какие-то чувства… в это трудно поверить!

— Не буду говорить, что с первого взгляда, — улыбнувшись, Аниард ласково коснулся моей щеки. — Мне потребовалось некоторое время, чтобы присмотреться к тебе. Но чем больше я наблюдал, чем больше общался с тобой… тем сильнее становились чувства. Так что предлагаю узнать друг друга получше. Уверен, нам обоим есть чем друг друга удивить.

— Наверное, — я улыбнулась. С грустью, и все же мне захотелось ему улыбнуться. — Тебе не противно?

— Что? — удивился Аниард. — Не понял.

— Ну… я сижу тут на тебе, вся заплаканная. Рубашку вот заревела.

— Кто вбил тебе в голову подобную чушь? Кто сказал, что слезы могут быть противны?

Я смутилась. Ответила тихо:

— Мама…

— Мама? — он удивленно поднял брови.

Пришлось пояснить:

— Она говорила, что когда я плачу, я выгляжу совсем жалкой и противной. Говорила, чтобы я посмотрела на зареванное лицо, что это ужасно. И я… думаю, она права. Это на самом деле некрасиво. И стыдно плакать, когда другие видят.

— Лана. — Аниард обхватил мое лицо ладонями. — Ты красива. Очень красива. И сейчас тоже красива. Мне нравятся твои припухшие губы и покрасневшие глаза ничуть не меньше того, как ты выглядишь обычно. Сейчас ты кажешься нежной. Слабой? Может быть. Но тебя хочется защитить, и это нормально. Никто не может быть сильным всегда. Никто не может бороться беспрерывно. Иногда нужно остановиться и дать себе волю. Это естественно. В этом нет ничего постыдного или ненормального. Забудь, что говорила тебе твоя мать. Поверь, я разбираюсь в красоте.

— Да, ты разбираешься, — я не удержалась от еще одной улыбки.

Мы замерли в нескольких сантиметрах друг от друга. И мне почти не хотелось спрятаться. Я позволяла Аниарду смотреть на меня и смотрела в ответ. Он совсем не такой, каким показался вначале. Совсем не такой.

Я отстранилась первая. Аниард не стал удерживать. Сообразила, что все еще сижу у него на коленях. Стало неловко. Я тут же вскочила.

— А на отбор… на отбор обязательно возвращаться?

Аниард тоже поднялся.

— Я обязан присутствовать на отборе. И не смогу быть рядом, если ты откажешься туда возвращаться. Но нет. Не обязательно. Я не заставляю. Ты нам ничего не должна.

Этот проникновенный взгляд, эти искренние слова все же что-то внутри меня зацепили. Но…

— А можно подумать? До завтра.

Очень не хотелось возвращаться прямо сейчас.

Аниард улыбнулся и протянул мне руку.

— Пойдем. Покажу комнату, где ты можешь переночевать.

До вечера оставалось еще время. Ложиться спать прямо сейчас не хотелось. Да, я устала, чувствую себя вымотанной и разбитой, но спать… нет, сейчас никак не засну.

Аниард показал мне комнату, а сам ушел. Я была благодарна за то, что он оставил меня одну. Хотя бы теперь.

После долгих, мучительных рыданий хотелось не просто умыться. Я отправилась в ванную. К счастью, обнаружила там все необходимое. Водные процедуры помогли немного расслабиться, почувствовать себя лучше. Не душевно, конечно. Физически.

Как Ашвар мог? Как он мог? Свидания, знакомства с участницами отбора. Я все понимаю. Но отправляться на свидание после всего того, что мне говорил, после того, что между нами было? Это не укладывается в голове. Это невозможно осознать. Ашвар просто использовал меня.

Так должна ли я возвращаться во дворец? Зачем?

А может, стоит отбросить последнее решение, может, вообще не стоит оставаться в этом мире? Какой смысл строить свою жизнь именно здесь! Кем я здесь буду? Разрушительницей, по вине которой постоянно возникают прорывы? Я не могла не заметить, что там, где я нахожусь, где испытываю сильные чувства, возникают эти чертовы прорывы. Как здесь жить, но главное, зачем?

Мне казалось, Ашвар не предлагает быть вместе с ним, потому что не хочет ограничивать весь мир им одним. Хочет показать, что у меня есть выбор. Но на самом деле он и не хотел ничего серьезного. Зато теперь я понимаю, что другой путь на самом деле есть. Если остаться здесь, я смогу найти работу. И если научусь контролировать магию, быть может, заживу спокойной жизнью? А отбор… его просто нужно пережить до конца. Я соберусь, найду в себе силы. И вернусь, чтобы не показывать, как сильно мне больно! Ашвар не увидит моих слез. Аниард видел, но Ашвару я больше не откроюсь.

После купания нашла в комнате чистую одежду. Платье и ночную сорочку. Надела платье, потому как ложиться спать было по-прежнему рано. За окном еще даже не стемнело. Какой длинный день…

Кстати. А я ведь до сих пор не в курсе, где мы находимся.

Я вышла на небольшой балкончик и замерла. Увиденное потрясло. Под ногами и вокруг, сколько хватало глаз, бились волны! Море? Океан? Замок стоит на самом его берегу, он и есть берег! Вода, кругом вода, она прилегает к стенам, то наплывает на них, то откатывается назад, но под волнами, большими и маленькими, снова водные глубины.

— Не испугалась?

Вот теперь я точно испугалась! Не заметила, как Аниард появился. Вздрогнула от неожиданности, обернулась. Аниард подошел, поравнялся со мной.

— Я все ждал, когда ты поинтересуешься, где мы, — усмехнулся он.

— Где мы?

Лучше поздно, чем никогда. Верно?

— Этот замок принадлежит нам обоим. Мы оба можем здесь бывать, но делаем это редко. Обычно порядок в замке поддерживают слуги. Но сейчас я всех отпустил. Чтобы ты не боялась никому навредить и не обязана была носить артефакт. Он ведь причиняет тебе боль.

— Только когда магия вырывается из-под контроля. А, ну да. Сейчас это может произойти в любой момент, — я передернула плечами. Не хотелось снова показывать эмоции.

Аниард внимательно смотрел на меня. Кажется, будто видел насквозь.

— Значит, замок на берегу моря? Или все же океана? — поинтересовалась я.

— Это океан. Но замок не совсем на берегу. Хочешь посмотреть?

— Хочу!

Аниард предложил мне руку, я ее приняла. Голубоватое свечение окутало нас, пронося сквозь пространство. И мы очутились на вершине башни. Со всех сторон она была окружена парапетом высотой до пояса. Я приблизилась к парапету и ахнула. Устремилась по кругу, обошла его весь, вернувшись в ту же точку, откуда начала осмотр. Замок не на берегу океана. Он посреди океана! Этот замок — единственное, что здесь есть, возвышается над океаном острыми шпилями, но смотровая площадка увенчала самую высокую башню.

— Невероятно, — выдохнула я, глядя на бушующие волны. Они поднимались и опускались, наступали и отступали, дотрагивались до стен замка, окатывали их и падали вниз. Удивительное, восхитительное зрелище! А вдалеке, где океан сливался с небом, растеклись первые оранжево-розовые краски.

— Я знал, что тебе понравится, — улыбнулся Аниард, вставая рядом со мной. — Не хочешь потренироваться?

— Как? Как ты себе это представляешь?

— Легко. Попробуй контролировать эти волны, попробуй управлять водной стихией.

— Она огромна. И бесконтрольна.

— Но сила в тебе тоже огромна.

А почему бы не попробовать? Даже если я что-нибудь взорву или затоплю замок, мы с Аниардом вряд ли пострадаем. В конце концов, он сам предложил.

Я сосредоточилась, погрузилась в себя. Кажется, впервые так ярко я ощутила сразу две силы — огонь и воду — и смогла разделить их. Взять магию воды, пропустить через собственное тело и энергией выплеснуть наружу, чтобы подчинить себе водные массы.

Это было невероятно. Я покачнулась, едва не утонув в ощущениях. Краем сознания отметила, что Аниард меня поддержал, но не обратила внимания. Всю меня занимали новые, удивительные ощущения. Сила струилась по мне и соединяла с водой вокруг замка, с глубокими, бескрайними просторами. Поднять, опустить. Поднять еще выше и снова опустить. С разгорающимся внутри восторгом я видела, что это не игры воображения, это на самом деле происходит. Волны в действительности слушаются меня, пульсируют, подчиняясь моей воле, движутся в такт моим мыслям.

Снова поднять, снова опустить. И вверх. Множество струй взмывает вверх, от самого низа и до вершины башни. Встречаются, переплетаются над нашими головами. И рассыпаются фейерверком, возвращаясь в родной океан. Несколько соленых брызг упали на Аниарда и коснулись моей кожи, скользнули по губам.

— Это было невероятно, — выдохнул Аниард, за плечи разворачивая меня к себе.

— Да, — я слабо улыбнулась. — Получилось.

Усталость снова накатила на меня.

— Пойдем. Пожалуй, пора ужинать и спать. Ты очень много магии сегодня потратила.

И голубоватое сияние подхватило нас.

Аниард

Ашвар был в бешенстве.

— Что ты творишь, Аниард? Что?!

— Успокойся.

— Какого дварга ты спрятал Лану в Аркхарском замке?!

— Ну, я бы не сказал, что именно спрятал, поскольку замок все же наш общий. — Аниард сохранял спокойствие и смотрел на распалившегося друга с сочувствием. — А вот теперь ты мне скажи, что между вами произошло.

Лицо Ашвара закаменело.

— Полагаешь, я должен перед тобой объясняться?

— Я не желаю тебе зла. Ты знаешь.

Несколько секунд они напряженно смотрели друг на друга. Потом Ашвар обессиленно рухнул в кресло.

— Я сам не понимаю.

— Можешь начать с того, как Лана увидела, что вы с Милиндой целовались, — предложил Аниард, опускаясь в кресло напротив.

— Но мы не целовались!

— Разве? Хочешь сказать, Лана врет?

— Хочу сказать, Лана все не так поняла, — нахмурился Ашвар. — Но теперь догадываюсь, в чем именно дело. Недавно она спрашивала, не целовались ли мы с Милиндой. Видимо, принцесса распускала слухи. И только поэтому, увидев нас с Милиндой, она решила, будто мы сейчас поцелуемся. Догадываюсь, какой момент это был. Очень неудачный…

— Мне даже любопытно, что это был за момент.

Ашвар поморщился.

— Ты знаешь, я должен был пригласить Милинду хотя бы на одно свидание. И я это сделал. Принцесса совсем обнаглела и сама ко мне полезла. Я чувствовал, как она боится. Она подрагивала! Но все равно попыталась меня поцеловать.

— У нее ничего не вышло? — Аниард приподнял бровь.

— Не вышло.

— Но, получается, Лана увидела вас именно в этот момент?

— Получается так, — мрачно заключил Ашвар. — Самый неудачный момент, какой только можно было выбрать.

— Думаешь, неслучайно?

— Не знаю, — темноволосый Защитник покачал головой. — Удивительное совпадение, но откуда Милинде было знать, что Лана пойдет именно в этот момент, именно по этому коридору?

— Да, такое провернуть непросто, — согласился Аниард. — Пожалуй, стоит поговорить с Ланой. Спросить, откуда и куда она шла. Может быть, тогда у нас появится повод прижать Милинду.

— Ты собираешься мне помогать? Вряд ли Лана захочет разговаривать со мной сейчас.

— Я разузнаю. Ненавижу, когда играют нечестно. Я не буду настраивать ее против тебя, не буду рассказывать о тебе страшные байки. Обещаю. Но не воспользоваться ситуацией я не могу. Поверь, Ашвар, я сделаю все возможное, чтобы Лана стала моей.

Снова напряженные взгляды. Снова молчание.

— Я знаю, — наконец произнес Ашвар. — И все же я попытаюсь с ней поговорить. — Он поднялся.

— Попытайся…

Аниард проводил Ашвара задумчивым взглядом. Он сказал правду. Лгать, играть нечестно он не будет. Но ситуацией воспользуется. Это прекрасный шанс, чтобы завладеть вниманием Ланы. А может быть, и ее чувствами. Искренними чувствами.

Как же он этого хочет. Как хочет быть рядом с девушкой, только с ней. Все остальные на фоне Ланы кажутся блеклыми, пустыми.

Стоит признать, Аниард попал в ее сети. Как-то совершенно незаметно, но так надежно попал. И теперь сделает все, чтобы Лана тоже попалась.

Он невесело, с затаенной болью, которой гораздо больше лет, чем могло бы показаться, усмехнулся.

— И рассказывать о невиновности Ашвара я тоже не буду…